– Сань, а мне сказать тебе что-то надо

Весеннее солнце пробивалось в спальню; за окном слышались птичьи голоса, — воробьи, почувствовав весну, совсем осмелели. Деревья и кустарники тоже приободрились, ожидая тепла, весны, лета.

Люба уже проснулась. В квартире было тихо, рядом посапывал муж. Потихоньку пробралась к козырьку кровати и ступила босыми ногами на прохладный после ночи пол.

Димка, Аленка и Мишка еще спали. – Старших надо будить, а то в школу опоздают, — подумала Люба и тут же услышала, как встал муж.

Она замерла на несколько секунд, обдумывая, как лучше сказать новость. И ведь не первый раз, а оторопь берет, догадывается, что скажет муж.

Натянув треники и футболку, не смог пройти мимо жены: обнял и поцеловал в щечку: — Доброе утро, женушка!

— Утро доброе, муженек! – улыбнулась Люба. – Сань, а мне сказать тебе что-то надо.

— Ну, говори, что там за ночь стряслось, какая новость у нас.

— Не стряслось. И не в эту ночь, а раньше. – Люба ласково посмотрела в глаза мужу и прошептала: — Четвертый у нас ребеночек будет.

Довольное выражение на Санькином лице будто ластиком стерли.

— Люб, ты чего, какой четвертый? У нас же трое детей! Мы же решили, что все, закрыли этот вопрос.

— Знаю, — вздохнула Люба, помню, сама тебе сказала, что хватит, да и вещи детские раздала и кроватку подарили. Но Саша, — она прикоснулась к его плечу, а муж слегка дернулся, как будто освобождаясь от прикосновения, — Саша, ну вот так получилось, ну пусть будет четвертый.

— Слушай, ну, наверняка, еще не поздно, ну сходи ты в больницу, реши там этот женский вопрос, и будем дальше жить, как жили.

Люба отвернулась и почти прошептала: — Хорошо, схожу.

____________________

Из поликлиники она возвращалась в непонятном для нее самой настроении: то ли радовалась, то ли печалилась. – В общем, будет у нас четвертый ребенок, — сказала она с порога, не подозревая, что младший сын пятилетний Мишка все слышит.

— Урра! – закричал он на всю квартиру. У нас ребенок будет.

Выскочили из зала шестнадцатилетний Димка и двенадцатилетняя Аленка и уставились на мать: они хорошо помнили, как привезли из роддома Мишку. И теперь снова новость о ребенке.

— Я сестренку хочу! – заявила Аленка.

— Ага, хватит мне тебя, — сказал Димка, указав на сестру, — уж лучше брата.

Александр не проронил ни слова, молча ушел в кухню, сел за стол и почти весь вечер молчал. Люба все понимала: снова декрет, пеленки, каши, а самое главное – финансы, которых как всегда не хватает. Но мужа своего она хорошо знала, и его молчание понимала и не досаждала вопросами и упреками, знала, что отходчив.

______________________

Любу с Егоркой из роддома забирали всей семьей. Мишка подпрыгивал и хлопал в ладоши, Аленка пыталась понять, на кого похож братишка.

Санька первым протянул руки к сыну: — Ну, иди к папке.

Но малыш вдруг заплакал, и Люба оставила его на руках. – Не хочет к тебе идти, — сказала она с улыбкой, — может он обиделся, что ты не хотел его сразу, говорил, зачем нам четвертый ребенок. — Сказала так Люба и осеклась, поняла, что совсем не к месту эти слова, совершенно лишнее напоминание в такой трогательный момент.

Санька промолчал, нахмурившись. Дома снова попытался взять сына на руки, но Егорка опять захныкал.

— Вот с чего ты взяла, что он плачет из-за меня? – спросил муж. – Все это ваши бабские сказки, просто так совпало.

— Да ладно тебе, пошутила я, какие обиды у младенца, он чист, как ангел.

______________________

Как-то ранним утром, после беспокойной ночи, Люба не услышала, как заплакал Егорка, — проснулась, а мужа рядом нет. Дверь в зал была приоткрыта. Санька держал на своих сильных руках малыша и приговаривал: — Вот и правильно, и не плачь, а то решили, что я тебя не хотел. Еще как хотел, так что ты, сынок, никому не верь, папка за тебя всегда горой.

Люба, наблюдая умилительную картину общения мужа с малышом, прислонилась к стене и стояла так минут пять, боясь нарушить идиллию отца с сыном.

_____________________

Весеннее солнце согревало, словно подбадривая развеселившуюся стайку воробьев, приветствующих своим чириканьем весну. Люба вышла из кабинета врача и присела на кушетку, что убрать в сумочку документы. Это было обычное посещение доктора после родов.

Рядом с ней сидела девушка лет тридцати, — почему-то Любе показалось, что она была напряжена и чем-то взволнована.

— Да вы не волнуйтесь, доктор здесь хороший, — сказала она незнакомке.

— Я знаю, — ответила девушка, — я не поэтому, просто два выкидыша было, третья беременность, — волнение само собой появляется. Ребеночка очень хочется.

Люба хотела сказать слова поддержи, пообещать, что все будет хорошо, но не решилась, не нашла нужных слов. А просто прикоснулась к руке девушки, словно передавая свое тепло и свою поддержку.

_______________________

Еще издали Люба увидела у подъезда всю свою семью: Аленка катила коляску, муж шел рядом, держа за руку Мишку. Димка что-то эмоционально рассказывал, жестикулируя руками.

— Погоди, Алена, чего-то хнычет наш Егорка, — Санька наклонился и осторожно забрал из коляски сына, слегка покачал на руках. Ребенок затих.

— Пааап, а как это у тебя получается, только возьмешь Егорку на руки, так он сразу и перестает плакать? — спросила Аленка.

— Ну, потому что папка! – сказал Димка.

— Правильно, сынок, — согласился Александр, — потому что папка, и потому что люблю его. Как и вас всех.

Источник

– Сань, а мне сказать тебе что-то надо