Педагогический дебют, или История гувернантки

Едва прозвенел звонок, малышня сорвалась с мест и, похватав портфели, шумной ватагой ринулась из класса. Алина Викторовна провожала их улыбкой:

— Не спешите, ребята, спокойней, спокойней.

Промчавшись по коридору, гурьба ребятишек высыпала на школьный двор, где их встречали родители. Закрыв дверь, молодая учительница подошла к окну и открыла его настежь. Майский воздух ворвался в класс, напоив его жарким ароматом цветения и молодой зелени.

В сумке зазвонил телефон. Алина Викторовна вздрогнула, в сердце затрепетала надежда. Но при первом же взгляде на экран погасла: не он.

— Да, мама. Все хорошо. Нет, еще на работе. Да, задержусь. Конечно, тетрадки, как всегда. Не волнуйся, родная, все в порядке.

А чего она ждала? Прошло уже два года. Два года — ни весточки, ни звонка, ни письма. Персонажи ее безумного приключения растворились в таком же майском мареве, как и то, что разливалось нынче за окнами школьного класса. Надежды, сперва горевшие ярким пламенем, сначала превратились в слабенький огонек, затем — в призрачное мерцание, а после и вовсе потухли.

Вздохнув, Алина вернулась к повседневным заботам. Стопка тетрадей ждала проверки. Девушка погрузилась в работу. Но весенний шум за окном и нахлынувшие воспоминания не давали сосредоточиться. Строчки прыгали перед глазами и невольно уносили ее мысли к событиям двухлетней давности.

***

Окончание педагогического института могло бы стать для Алины радостным событием, если бы проблемы, обрушившиеся на плечи юной выпускницы, не росли, как снежный ком. Мама тяжело болела уже полгода. Врачи говорили, что при надлежащем уходе и лечении правильными препаратами возможно полное выздоровление пациентки. Вот только их стоимость… Ну где девчонка без опыта может найти такую работу, которая позволит ей оплатить все это? Школа? Да не смешите! Зарплаты учителя начальных классов не хватит и на один из указанных медикаментов, не то, что на весь курс.

Выходом могла бы стать работа гувернантки в какой-нибудь богатой семье, но отсутствие опыта и рекомендаций и тут обрывало ниточку за ниточкой. В списке телефонов с желанной вакансией, найденных ею, остался только один не зачеркнутый номер. Вдохнув поглубже, она мысленно скрестила пальцы и набрала его. С сильно бьющимся сердцем, мучительно долго слушала длинные гудки. И уже совсем было собралась нажать кнопку отбоя, как на том конце провода послышался голос, произнесший без тени эмоции:

— Слушаю.

— Здравствуйте! — выпалила Алина радостно, и тут же постаралась взять себя в руки, говорить размеренно и не тараторить, — Скажите пожалуйста, вакансия гувернантки еще свободна?

— Да. Пишите.

Схватив ручку, Алина дрожащей рукой записала продиктованный адрес.

— Я должна уточнить, — сбивчиво произнесла девушка, — Что опыта и рекомендаций у меня пока нет, но есть педагогическое образование, и я… — наниматель, кажется, пропустил ее лепет мимо ушей и коротко бросил:

— Собеседование через час.

— Хорошо, — сказала Алина, но ее уже никто не слушал — из трубки доносились короткие гудки.

Пожав плечами, она начала быстро собираться. Образ гувернантки, словно сошедшей с экрана, был ею давно продуман и костюм готов. Прямая юбка и строгий, изящный пиджак в сочетании с тонкой белой блузой, отделанной кружевом, придавал внешности серьезность, превращая хрупкую барышню в Леди Совершенство. Быстрый взгляд в зеркало, смущенная улыбка — и она помчалась навстречу своей судьбе.

Впрочем, в тот момент Алина не могла себе даже представить, чем обернется для нее это собеседование и какую роль сыграет в жизни. Две недели бесплодных поисков успели довести ее почти до отчаяния, и сейчас она не могла позволить себе ударить в грязь лицом. При виде богатого дома, расположенного в респектабельном районе, девушка слегка оробела, но взяла себя в руки и нажала кнопку звонка. Услышав, как щелкнул замок, быстро осенила себя крестом и сжала руки, чтобы не дрожали.

Дверь открыл молодой мужчина: сжатые губы, неприветливый взгляд.

— Добрый день, — пролепетала Алина и растерялась, — Я Вам звонила, я…

— Гувернантка, — закончил хозяин и без лишних слов отрывистым жестом пригласил ее в дом. Девушка смущенно переступила порог. Хозяин молча пошел по коридору, юная гувернантка засеменила следом, по пути пытаясь объяснить:

— Мне еще не приходилось работать по специальности, но оценки у меня хорошие. Я знаю английский, и могла бы давать ребенку уроки иностранного языка…

Мужчина остановился и уставился на Алину тяжелым взглядом.

— А теперь послушайте меня, — прервал он ее монолог, — Меня зовут Владиславом. Ваш ученик — мой сын, Дениска. Ему шесть. Растет без матери. Характер дурной. Нянек и гувернанток ненавидит. Издевается так, что ни одна особь женского пола не выдержала в нашем доме и трех дней. Страшно?

— Нет, — выпалила Алина.

— Хорошо, — ухмыльнулся Влад и крикнул куда-то в пространство, — Денис! Опять где-то прячется, — пояснил хозяин и снова крикнул, — Денис! Выходи немедленно!

Ответом была тишина. Влад ругнулся себе под нос и двинулся на поиски. Алина шла следом, бормоча что-то о педагогическом подходе и о том, что изначально все дети — хорошие. Ответом на очередной призыв стал тихий шорох где-то над головой. В следующий момент девушке, краем глаза заметившей угрожающее движение, пришлось с криком отскочить в сторону: прямо под ноги ей и хозяину дома рухнул и разлетелся на куски глиняный горшок с пальмой, рассыпав по полу комья земли и обнажив переплетенье корней. Лицо мужчины побелело, а затем стало багровым.

— Маленький негодяй! — процедил он сквозь стиснутые зубы, а затем взревел, — А ну, иди сюда немедленно!

Со второго этажа донесся заливистый, вызывающий хохот. Девушка подняла голову и увидела приплясывающего и кривляющегося мальчугана: белые кудряшки на его голове подпрыгивали вместе с ним, голубые глаза сыпали озорными искрами.

— Не догонишь, не догонишь! — напевал он, дразня.

— Это — ваш ученик, — прокомментировал отец, с трудом сдерживая раздражение, а затем, обращаясь к сыну, крикнул, — Сюда! Немедленно!

— Не хочу, не хочу! -не унимался мальчишка.

— Денис! Я не шучу, маленький негодяй!

— Не ругайтесь, — прошептала Алина, коснувшись пальцами сжатого кулака Влада. Скрипнув зубами, он махнул рукой и пробормотал раздраженно:

— В общем, теперь это ваша забота. Знакомьтесь, учитесь — все, что считаете нужным. Меня ждут на работе. — Резко повернулся и ушел.

Грохот захлопнувшейся двери заставил ребенка заметно вздрогнуть. Он как-то сразу сник и замер, прислушиваясь. Было слышно, как хлопнула дверца автомобиля, как зашуршали по гравию шины. Отец уехал. Дениска плюхнулся на ступеньки, словно его подкосили, словно в мгновение ока он лишился сил, уткнулся лицом в ладони и заплакал, беззвучно всхлипывая. От озорного бесенка не осталось и следа. Сейчас перед нею был маленький печальный ангел. Алина тихонько подошла к нему и села рядом.

— Хочешь киндер? — спросила она.

— А у тебя что, есть? — спросил мальчик и, шмыгнув носом, посмотрел на Алину. В его заплаканной мордашке читалось недоверие.

— Ага, — кивнула девушка и открыв сумку, жестом фокусника извлекла из нее шоколадное яйцо в яркой обертке.

— Ты мне купила? — недоверчиво поинтересовался ее подопечный, зашуршав фольгой.

— Неа. Себе.

— Да ладно! — протянул Денис, размазывая по щекам остатки слез, — Тетеньки не любят киндер-сюрпризы!

— По правде говоря, я еще не совсем тетенька. Но открою тебе секрет: даже тетеньки любят шоколадки и обожают сюрпризы! Мотай на ус — пригодится.

Малыш улыбнулся. Разглядывая его, девушка с радостью замечала, как теплеет взгляд мальчугана, как рождается в нем интерес и проклевываются ростки доверия.

— Так, — сказала она, — знакомиться будем?

— Будем, — удовлетворенно кивнул мальчик, разломил пополам шоколадное яйцо и, отправив одну половину в рот, вторую протянул Алине.

— Твой папа сказал, что тебя зовут Денисом. А я — Алина Викторовна. Но если тебе будет удобней называть меня просто по имени, то я разрешаю.

— Можно, я буду называть тебя просто Алиной? — произнес Денис, жуя шоколад и одновременно открывая пластмассовый контейнер с игрушкой, — Ты ведь сама сказала, что еще не совсем тетенька.

В контейнере оказалась фигурка Принцессы из «Бременских музыкантов».

— Ух ты! — воскликнула Алина, — Обожаю этот мультик! Мама рассказывала мне, что когда он вышел на экраны, Принцесса так понравилась зрителям, что в моду вошли такие, как у нее, платья, и все девочки носили такие же, как у нее, «хвостики».

— Шутишь? — мальчик недоверчиво рассматривал свою гувернантку.

— Нисколечко! — ответила она, — Сейчас ведь девочки хотят быть похожей на Эльзу из «Холодного сердца» или на Рапунцель, так почему ты не веришь, что когда-то так же любили Принцессу? Чем она хуже?

Мальчик покрутил фигурку, присматриваясь:

— Ничем не хуже. Ладно, верю, — постановил он. Радуясь наладившемуся взаимопониманию, Алина решила продолжить наступление.

— Предлагаю отметить наше знакомство торжественным перекусом и походом в кино или в зоопарк. Тебе что больше нравится?

— Зоопарк, а потом — кино! — воскликнул мальчик.

Накормив ребенка, Алина приступила к реализации культурной программы. В развлечениях день пролетел незаметно. Девушке удалось подружиться с ее подопечным: мальчик явно отвечал ей доверием. Удивляло ее только полное отсутствие интереса к сыну со стороны его отца: в течение дня не было ни звонков, ни вопросов о том, где они, чем занимаются, все ли в порядке.

Возвращение домой мальчика то ли не слишком радовало, то ли чем-то настораживало. Алина старалась отвлечь его от грустных мыслей: приготовила ужин, искупала, уложила в постель и прочитала сказку. Закрыв книгу, она уже собралась было выйти из комнаты, когда почувствовала на себе пристальный взгляд:

— Алина, а ты завтра придешь? — спросил малыш, и в голосе его звучала мольба.

— Конечно! — улыбнулась девушка, вернулась к постели и, сев на краешек, наклонилась и поцеловала лоб с разметавшимися по нему кудряшками.

— Хорошо, — удовлетворенно вздохнул ребенок и сомкнул ресницы. В маленьком кулачке он сжимал пластмассовую фигурку Принцессы. Алина вышла из комнаты и тихонько прикрыла за собой дверь.

Владислав вернулся едва ли не в полночь.

— Ну, как? — спросил он с ироничной ухмылкой.

— Отлично, — спокойно ответила гувернантка, — Прекрасно провели время, подружились. Дениска — славный мальчик: искренний, внимательный, сообразительный и добрый.

— Неужели? — мужчина недоверчиво вскинул бровь и скрестил руки на груди, — То есть, завтра Вы придете и продолжите занятия с моим сыном?

— Если Вы считаете, что я прошла собеседование и своего рода стажировку — да. Только тогда мне нужно знать, что случилось с мамой Дениса. Это не праздное любопытство, а педагогическая необходимость.

— Ничего не случилось. Просто «кукушка», — Влад по-прежнему стоял, скрестив руки, и пристально наблюдал за реакцией девушки на его исповедь, — Любит красивую жизнь. Денис — дитя короткого курортного романа. Его мать — малознакомая нам женщина, которую лично я видел два раза в жизни. Первый — в отеле, когда все это случилось, второй — двумя годами позже, на пороге своего дома, когда она привезла мальчишку, заявила, что это мой сын, и исчезла без следа. Я поначалу сомневался, но тест подтвердил отцовство. Достаточно? Еще вопросы есть?

— Есть. Не совсем вопрос — просьба скорее. Мне бы хотелось заранее знать, насколько поздно Вы будете возвращаться домой. 

— Кстати, да. Извините. Уже заполночь. Вам вызвать такси или предоставить комнату? Дом большой. А мне, действительно, нередко приходится задерживаться.

— Лучше такси. Но я не поэтому спросила. Видите ли, моя мама лежит в больнице, ее нужно навещать, — Алина внутренне сжалась, ожидая вспышки работодателя: кто она такая, чтобы диктовать условия? Но Владислав отреагировал спокойно:

— Понял, — произнес он, набирая номер службы заказа такси, — Учту. У вас будут и средства, и возможности ухаживать за матерью. Все?

— Да.

— Завтра в восемь.

— До свиданья.

Алина дождалась машину на улице. По дороге домой и позже, лежа в постели, она все думала о странном угрюмом мужчине и его сыне, не знающем материнской ласки, да и отца-то видящем не часто. Думала о том, как глупо завидовать богатству, и о том, что есть на свете вещи, которые не купишь за деньги: искренность, взаимопонимание, нежность, любовь…

Следующим утром она подъехала к дому Владислава тридцатью минутами раньше назначенного срока и ужасно удивилась, обнаружив распахнутые ворота. Дверь дома тоже была не заперта. Предчувствие беды кольнуло сердце. Краем сознания она понимала, что в таких случаях нужно сразу звонить в полицию. Но беспокойство о мальчике заставило ее войти в дом. 

Стараясь ни к чему не прикасаться, она шла, тихонько ступая, и шепотом звала:

— Владислав… Денис… Это Алина. У вас все в порядке?

Это был глупый вопрос. Потому что одного взгляда на разбросанные вещи, разбитые кадки с цветами и обломки дизайнерских стульев было достаточно для того, чтобы понять: все плохо.

— Есть кто живой? — тихонько спросила она и ужаснулась смыслу этой фразы, — Господи! Надо же звонить в полицию! — всхлипнула девушка и полезла в сумочку за телефоном.

— Не надо в полицию, Алина, — приглушенный голос Дениса доносился откуда-то из-под дивана. Послышался шорох и возня. Ребенок с трудом выбрался из своего укрытия и бросился к молодой гувернантке. Она обняла и крепко прижала к себе дрожащего ребенка:

— Денис, что случилось? Что тут произошло?

— Я точно не знаю. Они приехали утром, кричали, схватили папу. Я испугался и спрятался. Они меня не нашли. Они злые и страшные.

— Надо в полицию звонить!

— Нет, не надо! — взмолился малыш, — Папа всегда говорил, что от этого будет хуже. Папа говорил, надо спрятаться. Ты меня спрячешь?

Ох, не так Алина представляла себе работу частного учителя! Но ситуация была аховой. И глядя в глаза мальчика, полные слез и отчаяния, она не могла принять иного решения:

— Конечно спрячу! Бери самое необходимое, и идем ко мне. Оставим папе весточку и будем ждать.

Пока мальчик собирал вещи, девушка написала на листке, вырванном из ежедневника: «Денис у меня. Жду звонка. А.», — и положила его на чудом уцелевший стеклянный столик, прикрыв каким-то журналом. Шагая по улице, держа за руку чужого ребенка, Алина понимала, что ввязывается в какую-то дурную историю, которая может выйти ей боком. Но отступать было уже поздно. Да и не могла она предать доверие малыша.

Дома у Алины сидели тихо. Ждали звонка. Но Владислав так и не «проявился». 

Позвонил врач, спросил, готова ли она принести необходимые медикаменты, сказал, что если не хотят упустить положительную динамику, нужно срочно. Девушка лепетала что-то в ответ, чувствуя бессилие и безысходность. Положив трубку, заплакала. Дениска сел рядышком, положил руку ей на плечо:

— Ты из-за папы плачешь? Не плачь. Я тоже за него боюсь, но не плачу.

Стараясь не задеть чувства ребенка, Алина попыталась объяснить ситуацию:

— Моя мама тяжело больна. Ей нужно очень дорогое лекарство. А у меня на него денег нет.

Мальчик молча взял свой рюкзачок, расстегнул замочки и протянул девушке:

— На. 

Вытерев слезы, она посмотрела внутрь:

— Что это? — в рюкзачке, вместе с детскими вещами, лежали пачки банкнот. Вынув одну из них, девушка увидела купюры по сто долларов, — Как это?

— Ну, ты сказала — «самое необходимое», а папа всегда говорил, что без денег — никуда. Не бойся, они настоящие. Папа не рассердится, что мы взяли.

***

Несколько следующих дней были похожи на детектив. Алине до сих пор не верится, что все это происходило с нею на самом деле. Спрятав деньги в камере хранения, они едва не попались: бандиты выследили их. Но юный подопечный девушки оказался тем еще сыщиком! Просмотр детективных фильмов явно пошел мальчику на пользу! Он вовремя заметил слежку и опознал тех, кто ворвался в их дом. Девушке еще долго в кошмарах снилась страшная татуировка — скорпион — на плече одного из них.

***

Алина Викторовна закрыла тетрадь и откинулась на стуле. Она знала, почему именно сегодня воспоминания решили посетить ее, но не понимала, отчего так щемит грудь. Открыв сумочку, девушка извлекла из кармашка маленькую пластмассовую фигурку Принцессы, ту самую, из «Киндер-сюрприза». Поставила на стол и долго глядела на нее с грустной улыбкой.

Ей вспоминалось, как, сбежав от преследователей, они с Денисом ночевали в больнице, как она долго говорила с мамой. Как, по настоянию позвонившего, наконец, Владислава им пришлось спешно покидать город. Благо, запасенных мальчиком денег с лихвой хватило и на лечение мамы, и на то, чтобы нанять ей сиделку и обеспечить уход, и на путешествие, и на съем уютного домика у моря.

Стоило признать, что это, возможно, были самые счастливые месяцы в ее жизни: маленький, тихий южный городок, долгие прогулки по пляжу в компании не по годам серьезного мальчика, свежий морской воздух, рассветы, закаты, буйство красок. Если бы не переживания за судьбу Влада, это можно было бы счесть курортным отдыхом, во время которого Алина очень подружилась со своим учеником, привязалась к нему.

Но все хорошее рано или поздно кончается. Появившийся Владислав забрал ребенка и увез из страны. Мальчик настаивал на том, чтобы Алина поехала с ними, но это было невозможно. Последней яркой вспышкой был прощальный вечер, когда они все вместе, подобно семье, гуляли в парке, катались на каруселях, ели мороженое в уличной кафешке… Уставший и порядком осунувшийся Владислав не выглядел при этом ни хмурым, ни отстраненным, ни замкнутым. Казалось даже, что он счастлив. И удивительный свет и нежность в его глазах Алина тоже не могла забыть.

Ранним утром мужчина отнес спящего мальчика в машину и, коротко попрощавшись, уехал. На прикроватном столике в доме осталась фигурка Принцессы из киндера, которую мальчик всюду носил с собой. Посмотрев на нее, девушка бессильно опустилась на кровать и заплакала:

— Вот и все. Вот и все…

Конечно, Владислав обещал по возвращении позвонить, но прошло уже два года, а вестей все не было. Алина встала из-за стола и подошла к распахнутому окну. В пустом, дремлющем классе ее шаги отдавались звенящим эхом. Вдохнув аромат вечерней прохлады, молодая учительница закрыла глаза.

Услышав звук шагов, гулко разносившийся по коридору, Алина Викторовна резко повернулась и напряглась. Нет, неприятностей она не ожидала, но мало ли. Кто-то явно остановился возле ее класса, хихикал, перешептывался, но не входил и не стучал. Подкравшись на цыпочках, девушка осторожно взялась за дверную ручку, а затем резко распахнула дверь.

Перед ее лицом, почти на уровне глаз, очутился букет белоснежных ромашек, из-под которого выглядывали озорные голубые глаза и румяная мордашка в обрамлении светлых льняных кудряшек. 

— Не ждали? — произнес улыбающийся Влад, стоявший за спиной сына. В горле Алины мгновенно пересохло, она буквально задохнулась от счастья. Сердце стучало так сильно, что, казалось, его барабанная дробь слышна всем. В глазах ее засияла надежда, лицо озарилось улыбкой:

— Ждала!

Педагогический дебют, или История гувернантки