Мамины забота и ворчание, задушевные разговоры и совместные дела — как же поздно мы начинаем их ценить!

Маме моей уже за 70, а она все еще мама. Пытается накормить меня фруктами, сама над собой посмеивается. Но умоляет: ешь фрукты и овощи, это полезно. Не модно, у вас другие диеты. Но ешь пожалуйста, они без химии, специально ездила за ними.

Я беру и фрукты, и бесконечные дачные огурцы.

Еду забрать ряженку.

Ряженку я люблю, поэтому у мамы в холодильнике “совершенно случайно” остается лишняя, а я ведь должна спасти ее, мама столько не съест.

“Мама не хочет”, эту фишку я еще в детстве просекла.

Но я не могу задержаться у мамы, попить с ней вместе ряженки, попечь пряники и задушевно поговорить. Я рада, что успеваю хоть заскочить, дежурно спросить о делах и здоровье, посмотреть, как выглядит и что нужно сделать для нее.

А потом куда-то еду.

Лечу.

Путаюсь во времени и сплю до вечера по домашнему времени, потому что сменила несколько часовых поясов за месяц.

И вот, снова еду к маме за ряженкой. Пытаюсь спланировать, чтобы было побольше времени. Поэтому сначала быстренько на маникюр, потом поскорее выпить кофейку с приятелями, купить чего-то из гостинцев — а вот и день прошел.

Я снова прибегаю поздновато. Есть время лишь о делах спросить.

Но на обстоятельные мамины рассказы времени жалко.

Ну какие у пенсионеров заботы? Выгуливают с папой собаку, по телефону разговаривают со всей родней по стране.

Я снова бегу, лечу, еду.

Под мамины причитания лично и по телефону, что легко одета, что горло надо заматывать. Что всю работу не переработаешь, пора думать о собственной семье.

Привычно отшучиваюсь, и думаю: хорошо, что мои старики еще крепкие, не требуют частых визитов.

Ведь ехать в ее поселок за полсотни километров утомительно. Проще позвонить.

Услышать о походе до рынка, о делах разведенной сестры, о помидорах, что опять поспели и некуда девать… А пес что-то съел, где-то извозился и теперь отказывается мыться.

Мне это так знакомо, что неинтересно. Ну что у нее случилось за это время?

Опять горошек?

Опять пес?

Я заранее знаю: опять будет жаловаться, что болит колено. Но на просьбу решить уже эту проблему, давай свожу к врачу, давай платное обследование, — откажется.

Отмахивается.

А мне жалуется, что я ей, по телефону коленку вылечу?

А мама признается: хочется кому-то пожаловаться… Поныть хочется…

Мне становится стыдно.

Ведь мы живем сейчас, прямо сейчас наша жизнь летит. И мама со мной прямо сейчас, а я все планирую будущее, врача, учу ее, как жить. А ведь она просто наслаждается общением и находит поводы для него. И вот мы вместе — ругаемся мы или смеемся, грустим или мечтаем.

И я забиваю на маникюр и приятельниц, говорю:

  • Мам, я еду.

Покупаю лишь вкусненького к чаю.

Но и родители успели метнуться в магазин.

Мама жарит мясо, папа моет фрукты.

Потому что полезно, хоть и не модно.

Мы разливаем домашнюю наливку, пробуем.

Я сплю на своей старой кровати, дышу родными запахами. 

Сквозь сон слышу разговоры родителей, пес дышит где-то рядом…

Как и должно быть.

Мамины забота и ворчание, задушевные разговоры и совместные дела — как же поздно мы начинаем их ценить!