Это только ты думала, что я тебя люблю… Иллюзия рухнула внезапно

Лиза чувствовала, что собственные ноги больше не хотят ее держать. Коленки подгибались, она привалилась плечом к стене. Сама она такого груза не выдержит.

Она не понимала одного: вот ее мужчина, муж.

Позади десять счастливых лет.

Разумеется, не всем дано сохранить любовь на всю жизнь. Лизин мужчина нашел другую, такое могло быть. Она надеялась на счастливый билет, но и вспомнить прошедшие годы с гордостью и нежностью тоже было бы неплохо.
У него другая – ну, пусть.

Пусть будет счастлив, и Лиза тоже сможет. Простится с ним в глубине души, отдышится – и оглянется по сторонам.

Зачем же он сказал, что не любил, что ему плохо было эти годы?

А ей зачем это теперь знать?

Валера только что отобрал у нее треть жизни. Лучшую, счастливую треть. Выжрал, и выплюнул. Теперь стыдно вспоминать об их путешествиях, о прогулках за руку. Как теперь прийти в себя, как желать ему счастья? Как бороться за собственное, если за десять лет ее так и не полюбили? Значит, недостойна любви?

  • Никогда я тебя не любил, – повторял ей муж. – Никогда!

Лиза вспоминала: вот она разбилась, упала с велосипеда. И любимый передает ей то цветы, то сладости, не дает тосковать в палате, сам делает массаж. Медсестры завидовали, нечасто такое бывает.

А вот она туфлей ногу натерла, сняла их, шла босиком. А Валера порывался взять на руки, но плюнул, разулся сам. Так и шли, двое сумасшедших.

А разве не любовь это – привезти ей шерстяные носки на работу? Пожаловалась, что ноги промочила. И вот он, теплый жест.

Он давал ей выспаться, сам вставал к ребенку по ночам.

И все это – никогда не любил? А что же такое тогда любовь? Для Лизы она такая: забота друг о друге, чувство безопасности.

Оно прошло с год как, это чувство. Стало ровно, как у всех. Не придерешься. Но словно бракованный воздушный шарик: радости нет.

А теперь муж мечется по дому, как крыса. Глаза отводит. Собирает носки, трусы…

Интересно, та тоже эти трусы на нем видела?

Лизе стало так противно, что она расхохоталась. Очнулась.

А потом убежала в садик за сыном. Крикнула только:

  • Ключи оставь.

Она поняла, в чем разница между любовью и нелюбовью. И больше не согласится на бракованный шарик. Знает, чем закончится.

Через месяц муж с тем же чемоданом стоял у подъезда. Клялся: всегда только вас и любил.

Но Лиза знала: врет.

Любящий не бегает крысой.

Не изменяет подло и долго.

Она простила бы ему загул, новое чувство, даже пьяный разврат.

А вот сознательный обман, обвинения, предательство – нет, этого ей не надо.

Да и сам сказал: никогда не любил. Не будет она ему нелюбимую навязывать.

Ей хватило месяца, чтобы проснуться.

Ожить.

Заставить мужчин оглядываться вслед.

Она не стремилась чесать самолюбие дешевыми романами. Занималась ребенком. Зашла вот записать его на осмотр к стоматологу. Разговорилась.

Сын разыгрался с двумя девчушками чуть старше. Подошел:

  • Мам, эту девочку зовут как тебя, а это Таня. Им нужна мама, а вот их папа.

Доктор внимательно смотрел на мальчика:

  • Знаешь, а мне очень нужен сын. А тебе папа нужен?
Это только ты думала, что я тебя люблю… Иллюзия рухнула внезапно