Ольгу воспитывали помощницей. Она тянула кредиты свекрови, но узнала: ее деньги уходили на вторую женщину собственного мужа

Оля просто ненавидела конец месяца. Да она и весь месяц не особенно любила – впахивала на работе за себя и за того парня, набрала частных заказов и подумывала о ночных дежурствах на другой должности – а все из-за кредитных платежей.

Ей было бы не так тошно, плати она банку за свои хотелки или развлечения. Но с деньгами встряла свекровь.

Ольгин супруг Макс сидел без работы вот уже 6 месяцев как. Мать, когда он оказался без работы, взяла в банке огромную сумму, чтобы поддержать семью. Но не было печали – уволили и ее. И вот на Оле пожилая женщина, которую нужно кормить, одевать, поддерживать в порядке хозяйство. И мужчина, здоровый, крепкий, любящий хорошо поесть. И ему нужно прилично выглядеть, следить за машиной – ведь он ездит по собеседованиям.

Зарабатывала женщина прилично, да и на дополнительные заработки фирма смотрела одобрительно. Лучше уж своим заказы дать, чем выносить сор из избы. Оля очень жалела свекровь. Милая, добродушная, она стала ей настоящей мамой. С кредитом сглупила, конечно, деньги моментально исчезли. То к стоматологу она пошла, то долги какие-то… В общем, помощи олина семья не увидела, а вот сама помогает постоянно.

Сноха не думала, что сама давно нуждается в помощи. Уставшая, облезлый маникюр, постоянный недосып – а кредиту конца и края нет. Сколько она еще продержится?

Максим говорил только об одном: о конце месяца. Он сам ходил в банк с деньгами, говорил: неизвестно, что еще выкинет мама. Заверял Олю: он скоро встанет на ноги, устроится на работу, станет легче.

Ольга за престижем и деньгами не гонялась. Ей бы стало легче, если бы он хоть на продукты зарабатывал. Да хоть сторожем или дворником, уж такую-то работу можно найти?

Макс кивал.

Месяц заканчивался.

Потом следующий.

Еще один…

Оля не скандалила, не умела. И не хотела. До разборок ли, когда одна мысль – доползти до подушки.

К тому же она видела: муж старается. Он ездил через весь город с одного собеседования на другое. Порой ночевал у приятелей, чтобы не ехать с утра пораньше, не будить жену. Даже хобби завел незатратное: посидеть с удочкой, поспать в палатке.

Рыбы не приносил, но каждый раз говорил, ради драйва ездит.

Отдохнуть, проветриться.

Оля пожимала плечами, она не ела речную рыбу. Но пускай, раз ему нравится. Хоть к плите не вставать во вторую рабочую смену. Она просто сидела в тишине или спала.

Она уже не думала о любви, о том, что уже год, или сколько? Уже долго они не были вместе.

Не до любви, выжить бы.

Кредиты сами не платятся.

Она ходила по кругу, как лошадь в шорах, но вечно так продолжаться не могло.

Поехала по рабочим делам в незнакомый район, там и подвернула ногу. Присела на лавочку и засмотрелась на детишек. Своих у нее не получалось уже лет 15, а ведь вон тот кроха так похож на Макса. Так бы выглядел их сыночек…

Она видела спину папы, он помогал ребенку забраться на горку…

Стоп, Макс? Ведь это ее муж, что он делает с чужим ребенком?

Она растерянно смотрела, и понимала: не с чужим. Оля встала, подошла ближе. Семья выглядела счастливой, полной.

Папа, мама…

Мать злобно смотрела на Олю, Максим бормотал пошлости:

  • Ты все не так поняла, это не то, что ты думаешь…
  • Именно то, – сказала женщина Ольге, – наконец-то закончился этот бесконечный роман на два дома. Пора тебе уже понять: это не я с твоим мужем. Это ты с моим мужчиной, у детей отца отбираешь.

Оказалось, в этой тайной семье был и старший ребенок, Макс бегал на сторону уже четвертый год. Но он трудился, поддерживал ту женщину – и ей было выгоднее молчать. Ведь Макс оставался с Олей, если ему что-то не нравилось, а разлучница ждала развода.

Потом он устал разрываться между женщинами, искать подработки – и договорился с мамой сочинить сказку про кредит. Имея связи в банке, документ для доверчивой Оли несложно было распечатать. Она не вглядывалась, не требовала приносить чеки об оплате.

Оля не горевала: ей стало настолько легче, у нее стало настолько много денег, что она только рада была. Теперь было время и собой заняться, и в отпуск съездить. Разве такая женщина в девках засидится?

Ольгу воспитывали помощницей. Она тянула кредиты свекрови, но узнала: ее деньги уходили на вторую женщину собственного мужа