Муж указал на маленькую зарплату жены, но та не стала спорить. Теперь оба живут на свои, даже продукты отдельно покупают

Эта история выглядит и звучит невероятно смешно, но в момент ссоры жене было не по себе. Она была еще довольно молода, планировала жить с мужем счастливо до конца — а пришлось делить полочки в холодильнике.

Все началось с ее упрека: на работу они оба ходят, проводят там равное количество времени, поэтому помощь в домашних делах ей бы не помешала.

  • Знаешь, дорогая, — задумчиво сказал супруг, — я домой полсотни приношу. А твои 35 — на них не разгуляешься. Вот и дорабатывай на пятнашку по дому, это как раз зарплата домработницы.

Ирина растерялась. Она выходила замуж за любимого мужчину, видела, что он тоже ею дорожит. Они легко ладили, легко договаривались обо всем, от пустяков до важных вещей. Находили время и для романтики, и для серьезных дел. Уставшие, помогали друг другу, старались облегчить жизнь.

Ну и немаловажный нюанс: квартира, в которой они поселились, была иришкиной. Машина принадлежала Жене, купил он ее до свадьбы. В общем, все было понятно и удобно. Зарплату супруг не зажимал, всю складывал на полку. Ира умела экономить не в ущерб качеству жизни, что-то откладывали на отдых. В общем, все отлично.

Впрочем, кое-какие звоночки были.

Например, за свою зарплату (а до кризиса это была приличная сумма) он требовал самые качественные продукты. Ужин должен был быть с хорошим куском мяса, иначе за ужин не считался. Машина нуждалась в дорогих расходниках.

Зарабатывает — значит и одевается в хороших магазинах.

Остальное, что копили, тратили в отпусках: летали то в Тай, то на Мальдивы. Анапу или Феодосию муж за курорты не признавал.

В общем, зарабатывали неплохо, но только вот денег Ирина особо и не видела. Крутилась по дому, экономила, а муж заскучал. То у мамы поужинает, то с коллегами. Жена казалась какой-то блеклой.

А сама Ира не понимала: при зарплате в 35 другие женщины и детей тянут без помощи мужа, и сами неплохо себя чувствуют. А она не может себе помаду купить, сама волосы красит, на салон отложить не выходит. Раньше ведь жила на зарплату, и коммуналку выплачивала, и наряды покупала, и родителям подкидывала. А тут две зарплаты улетают на… На быт? На унитаз?

Одежда — не ей почти. Запчасти. Мясо.

Цены растут, а зарплаты нет.

Она заговорила было с Женей об этом, но он отмахнулся: нужно рачительнее хозяйство вести, вот зачем в чулках ходить?

Рвутся же. Носи джинсы.

Придирок тоже прибавилось.

Уже и суши не так навертела, и мясо не идеальной прожарки. Гостям с собой плюшек не дала…

А помощь мужа куда-то исчезла.

Ира смотрела на Женю, и думала: а что дальше, когда дети пойдут? Пора бы привыкать по хозяйству помогать. Да и про экономию не говорить надо, а тоже в ней участвовать. Не так уж нужны наушники за десять тысяч, можно и за две найти, например…

Но Женя заговорил о разнице в зарплатах.

Ира посмотрела на полку, куда Женя давно уже не складывал деньги. Пожала плечами. И сказала:

  • Копейки у тебя больше не возьму. Буду жить на свои. — Муж рассмеялся, обрадовался, а жена продолжила: — Только уж будь так добр, и ты мои продукты не трогай.

Женя пошел на принцип, договорились так:

  • коммуналку пополам;
  • на машине ездит муж, жена пересаживается в метро;
  • продукты и готовка у каждого свои;

Ира понимала: это уже агония. Развод неминуем.

Но денег у нее стало больше: ужин из йогурта обходился рублей в тридцать, муж тратил в кафе триста, и это еще неплохо.

Трется возле ее супчика, хомячит по ночам. А она обновила гардероб, сделала наконец прическу. Отложила немного и отправилась отдыхать в санаторий на Алтае.

После отпуска не нашла дома ни Женю, ни вещей его: уехал жить к маме. Даже лампочки выкрутил.

Ну что ж, Ира выводы сделала.

Будет мужчину по себе искать, поскромнее.

Муж указал на маленькую зарплату жены, но та не стала спорить. Теперь оба живут на свои, даже продукты отдельно покупают