Спасибо скажи, хоть кто-то с тобой возится, матери ты вообще не нужна

Я работаю медсестрой уже давно, поэтому свой участок знаю неплохо: почти везде люди изредка, да болеют. Знаю и этих двух бабушек, что сидят сейчас рядом, на соседней скамейке. Они меня особо не замечают, кивнули понимающе и продолжили разговор.

У меня гудят ноги, сегодня было особенно много процедур на дому. В такие дни я стараюсь немного посидеть, отдыхая, именно на детской площадке. После больных старушенций, капризных мужиков, что падают в обморок при температуре в 37С, приятно посмотреть на детишек, здоровых и энергичных. Словно сама заряжаешься, когда они носятся вокруг, радостно кричат и бесятся. Одно удовольствие наблюдать за ними. Мои-то выросли уже, внуки еще не скоро.

Сегодня я любуюсь веселой четверкой: два мальчика, две девчушки, живых и активных. Они лепят что-то из холодного еще песка, катаются с горок и просто бегают вокруг. Ну как не залюбуешься сорванцами?

Я думаю, нам, взрослым, и самим бы не мешало снять с себя чопорные надутые маски и хоть иногда побегать босиком по траве. Залюбоваться прозрачными каплями после дождя. Покормить птичек. В общем, наслаждаться жизнью во всех ее мелочах.

Дети играли, все было весело, пока одна девчушка не свалилась на пятую точку. Джинсики грязные, ладошки тоже запачкались, я даже думала, не обработать ли их от царапин. Но не спешила: девочка не заплакала от боли. Расстроенно поднялась на ноги и как-то обреченно посмотрела на бабулю, что шла к ней.

А бабушка, казалось, кайфовала, ругая внучку. Словно она не напуганную девочку успокоить должна была, а выступить перед всем миром с трибуны, самовыразиться, неся знамя истины. Ругалась громко, вдруг кто не услышит ее мнения?

Вспомнила и новые джинсы: неблагодарная;

И предстоящую трудную стирку: не ценишь.

А вдруг не отстираются, одни расходы с тобой.

Девочка хмурилась, но ей было велено поблагодарить бабулю за заботу, ведь матери она даром не нужна… А воспитывать такую дрянь надо, не то вырастет из нее…

Я не услышала бабкину версию, что там вырастет, девочка разрыдалась.

Маленькая, лет пяти или шести, она плакала, как взрослые. Не от физической боли, а от унижения, от обиды.

А бабка косилась на приятельницу, мол, как я ее? Та кивала, поддакивала, сказала: таких вообще только поркой можно воспитать.

Такое ощущение, что ребенка считают тупым животным, что не установит причинно-следственные связи. Разве ей не хватило факта: грязные мокрые штанишки, конец прогулки, друзья уже хихикают? Неужели ребенка надо добить, расплющить об асфальт? Пусть она не понимала, что не следует так баловаться, но ведь уже все случилось, она уже все поняла. Жизнь преподала ей урок вместо бабушки.

Я бы со стыда сгорела, если бы мои дети рыдали от унижения, от страха передо мной.

Мама у девчушки действительно много работает. Хотелось бы мне куда-нибудь сообщить, чтобы из семьи изъяли злобную бабушку. Но ведь пострадает ребенок, увы. Надеюсь только, что до порки у них не дойдет.

Спасибо скажи, хоть кто-то с тобой возится, матери ты вообще не нужна