Чудо, а не женщина. Это наша уборщица, рассказываю

Кафе рядом с нашей работой совсем небольшое, да и ассортимент великолепием не поражает. Но обедать мы туда ходим постоянно. Хозяева не распыляются на миллион блюд, но все в наличии очень свежее и вкусное. Они и выживают только на офисном планктоне, прохожие к ним редко заходят. Ни флажков у них, ни акций. Скорее такая столовая хорошего уровня, для кафе простовато тут.

Наши любители повыпендриваться сюда не заглядывали, искали что-нибудь затейливое. Но я всегда тут, каждый обед. Во-первых, нормальная домашняя еда. Пюре с котлеткой из мяса, поджаристая рыбка, ароматные бульончики с гренками. Дизайн интерьера тоже уютный и простой, без странных картин, кривых люстр и выкрашенного золотой краской допотопного хлама.

Мне нравилось, что персонал в кафе не меняется, мы всех по именам знали, и они тоже всех гостей помнили, даже не спрашивали, что и сколько, сразу в тарелку любимое из меню кладут.

Работали тут только женщины, мужчин я лично ни разу не видела. Сервис был ненавязчивым, официанты над душой не стояли и чаевых не выпрашивали. Все занимались своим делом, посетители обедали, персонал что-то обсуждал. Даже мог переругиваться, а что, все свои.

И я обратила внимание, что если вдруг в кафе кто-то ссорится — то обязательно одна из сторон — уборщица. Причем из двух ссорилась всегда только одна. Поначалу я не слишком прислушивалась, ну мало ли, почему у нее склочный характер. Потом с коллегами как-то разговорились, они тоже заметили, всегда с ней ругаются.

Я начала присматриваться и удивилась: скандалила-то не она!

Женщине было ближе к 50.

Невысокая и худенькая.

Болезненный бледный вид.

Я как-то поймала ее возле кафе, говорю:

  • Почему вы позволяете так к себе относиться? Нужно же защищаться, не позволять себя обижать. — Та только усмехнулась:
  • Да зачем, жалко мне, что ли?
  • Как это, себя не жалеть? — Я вытаращила глаза, но женщина только посмеивалась.
  • Вот бы я еще волновалась. Они поскандалят и успокаиваются. А я даже не замечаю, что у них там дальше. Дело в том, что они начинают ругаться между собой, и я тут же влезаю в склоку, чтобы стать их общим врагом. Если вы жили в большой семье, сможете меня понять.

Семья у меня обычная, так что я не понимала. И женщина пояснила.

Сама она из большой семьи. Жили со свекрами, да еще золовка с семьей в том же доме. И бабушка жива. Склоки вспыхивали регулярно. Все между собой постоянно ссорились, невестка боялась, что разведутся даже. Как-то влезла в ссору, успокоила.

И теперь она чуть что берет огонь на себя, чтобы сотрудницы не ссорились. Ведь начинаются пакости или игра в молчанку, а так пар спустили — и всем хорошо.

  • Защищать меня не надо, они же не из-за меня ссорятся. Мне и не обидно даже.

В ее семье уже давно все хорошо, все разъехались. Но благодаря ее действиям никто не развелся. И теперь на работе коллектив уже столько лет не меняется, все работают. Как родные стали.

Такой вот удивительно добрый человек, добровольный громоотвод. На таких и держится мир.

Чудо, а не женщина. Это наша уборщица, рассказываю