Родился ребенок нелюбимым, и что делать с ним? Дым в трубу не вернуть

Вы знаете, мы с мужем действительно хотели традиционную семью и детей. Как минимум, одного. Иначе не семья.

Наши родители требовали рожать вотпрямщас.

  • Вы только родите, — твердили, — а мы воспитаем.

Но я настроена была немного притереться друг к другу, пожить, выстроить быт комфортный…

Когда меня в 28 затошнило, я все еще не была полностью готова, но обрадовалась. Сама могла тянуть еще долго.

С малышкой мне повезло сразу. Тошнота подступала раза два-три, потом я ходила, словно и не беременная. Легко, без капризов.Так и не поняла масштаба страданий. Правда, мужу нервы немного потрепала, но скорее ради удовольствия повыделываться: ну сбегал пару раз за клубникой вечером, ну помыл за меня посуду раза три — имею право?

Я слушала, что говорят о воспитании и разговаривала с животиком. Включала только красивую музыку, читала хорошие книги. Мы придумывали имена и отбраковывали их, втянули в споры всю семью, но все это было только в радость.

А вот роды выдались тяжелыми.

Эти несколько часов вынули из меня все силы, я так устала, что на малышку не осталось эмоций. Мне что-то говорили, положили ее на живот, а я не ощутила никакого умиления. Мечтала: уберите уже куда-нибудь, я же ее уроню. Дайте поспать только.

А потом поднялась температура.

Знала бы я тогда, что не смогу толком спать ближайшие пару лет, я бы спала в роддоме все четверо суток. Но все говорили: ты же хорошая мама! Девочка с тобой будет?

Она и была.

Постоянно висела на груди и что-то гундела. Я боялась даже задремать, чтоб не навалиться на нее во сне. Не спала, тупила в телефон, в телевизор. И получила, что получила: сон окончательно расстроился.

То муж, то свекровь уносили ее на пару часов — но я в это время ощущала, что наконец принадлежу себе и не спала. Потом она снова пищала рядом, этот непрерывный кошмар.

Я делала для нее все, что положено, но не хотела ее любить.

Пинала себя, но потом решила, зачем? Ребенку нужны тепло, справедливость и заботливая мать. Вот я и заботилась. Хуже было только мне. Обидно было за этого ребенка, но кнопки “Вкл” у меня не предусмотрено.

Знаете, все изменилось в один момент.

В тот день мне позвонили с телефона свекрови, которая ушла гулять с дочкой. Та не удержалась на льду и упала, пришлось увозить с переломом по скорой. С дочерью, пока я мчалась с работы, сидела соседка. И я в ужасе думала, как страшно моей девочке с чужим человеком. Представляла, как она хмурится, собираясь заплакать, как она улыбается, довольная. Вспоминала, как у нее лезли зубки и как она первый раз встала на ножки.

Я ехала к доченьке и понимала: чудо, что свекровь при падении не опрокинула коляску, что моей девочке не грозит больница, гипс или чего похуже. Я осознавала, как она мне нужна, какая хрупкая штука — жизнь. Как я за нее боюсь!

Все обошлось без осложнений, с тех пор мы сдружились с соседкой. У моей девочки появилась еще одна любящая бабушка, но главное, у нее теперь есть безумно любящая мама. Я так рада, что не стало слишком поздно…

Родился ребенок нелюбимым, и что делать с ним? Дым в трубу не вернуть