— Мы тебя кормим, а ты деньги кому-то отдала? — вопила внучка на бабушку

— Сидишь у нас на всем готовом, за свет не платишь, за еду — тоже! Мы тебя с твоей помойки вытащили, отмыли, кормим, развлекаем, лечим! А ты сидишь на моей шее и еще козни за спиной строишь? Бессовестная, наглая! А еще бабушка! Ты уже забыла, что это мама все сделала, чтобы отец разрешил тебе со мной видеться?

В семье Валентины не всегда было гладко. Она жила по принципу: «нельзя выносить сор из избы», поэтому на свинское отношение мужа не жаловалась, старалась сохранять внешнюю видимость благополучия.

Только вот русский язык богат на мудрые высказывания на все случаи жизни. «Шило в мешке не утаишь», говорится в одном из них. О том, что у родителей в отношениях все плохо, первым догадался сын Валера. И неожиданно принял сторону отца, обвинив мать в том, что она не проявила гибкость и мудрость.

После развода сын остался жить с отцом и на долгие годы прекратил всякое общение с матерью. Даже на выпускные из школы и университета не пригласил. О том, что Валера женился, Валентина узнала от общих знакомых. Сколько бы попыток она не предпринимала, результат был одинаков — сын считал, что развалила семью именно мать, своей невнимательностью к проблемам отца.

— Что ты мелешь? Выпивает иногда человек, ну и что? Крест на нем ставить? Могла бы и посочувствовать, — бросил паренек матери при первой встрече.

— А как мне надо было поступать, когда он меня бил? — сквозь слезы спросила Валя. — А я, чтобы ты не слышал, до крови губу прокусывала…

— Ну что ты драматизируешь? Бил! Ну может пару раз толкнул, нечего из мухи слона делать. Я отца знаю, он бы так не поступил. – огрызнулся на мать Валера.

В конечном итоге Валентина бросила попытки наладить общение с сыном. Супруг Валеры решила помочь своей свекрови. Она знала о том, что муж не хочет общаться с матерью, поэтому постаралась наладить их отношения. И рождение ребенка могло бы стать отличной основой для возобновления общения. Но и это не помогло. Все, чего смогла добиться невестка, так это холодного разрешения мужа на общение его матери с новорожденной дочкой.

Так у Валентины появилась внучка, вернее — возможность общаться с ней, дарить подарки, проводить время и хоть как-то участвовать в воспитании.

Видимо, влияние матери на девочку было все же сильнее отцовского, так как малышка бабушку любила, в гости к ней ходила с удовольствием и папе постоянно рассказывала, как весело было в гостях у бабули и какие она вкусные блинчики печет.

Валера скрипел зубами, но терпел. Удивительно, но злость и обида на мать с годами не уменьшались. Каждый раз он находил все новые и новые поводы ненавидеть ее и оправдывать отца. Каждую свою неудачу он объяснял детской травмой от развода родителей и отсутствием матери в его жизни.

— Ты же сам решил с отцом остаться, — недоумевала жена.

— Конечно! Мужская солидарность. Это же не он виноват!

— Ну как же, не он? Если он ее бил, не уважал, изменял. Вот я бы точно не стала с тобой жить, если бы ты так себя вел.

— Чего? Ты думаешь, что мелешь? Нашла кого сравнивать, — возмутился Валера, чуть не поперхнувшись горячим кофе.

— А что не так? Я выходила замуж за доброго и внимательного, с таким и хочу прожить. Если ты ко мне станешь относиться плохо, лучше развестись и друг друга не мучить.

Порой такие разговоры переходили в мелкие ссоры, от которых мужчина отходил довольно долго, постоянно прокручивая в голове слова жены и находя в них скрытый обидный смысл. В итоге, злость начала смещаться с матери на жену. Теперь уже она была больше виновата, так как защищала его мать и не оказывала ему должной поддержки. Вскоре стало понятно, что и этот брак на ладан дышит.

Тем временем внучка Валентины, Марина, выросла, стала красивой девушкой. Довольно быстро она познакомилась с перспективным парнем и вышла за него замуж. Так как супруг владел своим бизнесом, у девушки не было необходимости работать. Она занималась обустройством их семейного гнездышка – загородного дома, который муж подарил ей на свадьбу. Успешный бизнес, дом полная чаша – чего еще желать от жизни?

Однако, в жизни Марины был пункт, который никак не удавалось заполнить – дети. Долгие годы у них с мужем не получалось родить собственного ребенка, а принимать в семью чужого они не решались. В итоге, долгих двадцать лет прошли в безуспешных попытках, пока, наконец, Марина в сорок пять лет не смирилась и не приняла свою бездетную жизнь. Чтоб хоть как–то заполнить огромный пустой дом, она решила перевезти к себе жить бабушку Валю по отцовской линии.

Радости Валентины не было предела! Сын так и не нашел в себе силы простить мать, поэтому она жила одна, изредка приезжая в гости к внучке. Ее приглашение стало для старушки возможностью встретить глубокую старость не в одиночестве и пустой квартире, а в обществе родного человека. Больше всего в жизни боялась Валя остаться никому не нужной трухлявой старушонкой, коих на своем веку повидала немало. Она и надеяться не смела, что Марина не просто будет о ней заботиться, но и заберет к себе и выделит собственную комнату в доме.

Как только переехала и устроилась, Валентина, предложила Марине отдавать свою пенсию.

— Зачем? – Марина искренне не поняла смысл бабушкиного предложения.

— Ну как же зачем? Я у вас жить буду, есть, пить, в тепле сидеть, чистоте и уходе. Хоть за это буду компенсировать, — упиралась бабушка.

— Бабуль! Ты меня обидеть решила? Я ж тебя не ради пенсии забрала. А чтобы ты одна не сидела. У меня раньше все мысли о ребенке были, а сейчас поняла, что надо было просто жить, о близких заботиться. Вот решила начать, хоть и поздно…

— Но я так не могу, на шее сидеть совестно.

— Зачем мне твоя пенсия? Мы что, до последнего дожили? И так все есть, живем в достатке, — разводила руками внучка.

— Кусок в горло не лезет, зная, что жую бесплатно.

— Не переживай, не объешь ты нас, не волнуйся, — обняла бабулю Марина.

Валентина успокоилась, но решила деньги все же попусту не тратить. Да и на что ей особо их тратить – живет хорошо, сыта, внучка ее постоянно вывозит развлечь. Что еще надо? Пенсию свою начала она откладывать, мало ли что приключится и кому может помощь понадобиться.

Так прошел год. Однажды к Марине в гости приехал отец. Валентина на тот момент с сыном не виделась уже больше сорока лет. Он всячески избегал с ней встречи, хранил обиду. Только вот годы прошли, многое забылось, отец давно умер. Он оказался совершенно не таким, каким его считал Валера. Старость многие обиды забирает. К тому же дочь Марина твердо решила помирить отца и бабушку.

Первое время сын от матери шарахался, в разговор не вступал, но потом оттаял и примирение все же состоялось! Валентина была вне себя от радости. За прошедшие годы она и сама уверилась в мысли, что была повинна в разводе, оправдывала обиды сына, ругала себя последними словами. К счастью, теперь все это закончилось, а обиды были забыты.

Однако примирение с матерью было не единственным сюрпризом от отца для Марины.

Не прошло и недели после его приезда, как он огорошил родственников новостью:

— Я развелся.

— Чего? – Марина едва не упала, тяжело осев на кресло.

— Того! Устал я от жизни такой. Мать твоя меня не понимает, не ценит, одни скандалы и склоки с ней, — нахмурился папа.

— И что теперь? Я смотрю, ты не сильно расстроился, — Марине было не по себе.

— Да я вообще не расстроился, потому что у меня есть новая жена. И она – идеальная! Она – само совершенство, твоя мать с ней и рядом не стояла. Сегодня я привезу ее с вами познакомить.

— Ну уж нет! Ноги ее в моем доме не будет! — Марина была готова разнести всю гостиную, так долго и тщательно украшенную ей самой.

— Дочь, прекрати! – гаркнул Валера. — Не превращайся в подобие своей узколобой и ограниченной матери! Кроме того, твоя мамаша меня с вещами выгнала, а у моей Лилечки тоже своего жилья нет. Мы хотели какое–то время пожить у тебя.

— Ты в своем уме? Чтобы я предала мать и позволила тебе с твоей бабой жить в моем доме? Пап, ты уверен, что адекватен?

— Прекрати мне дерзить! Я твой отец и вправе рассчитывать на уважение и поддержку с твоей стороны.

— Конечно! Но не в том случае, когда ты бросил мою мать, напоследок облил ее грязью и теперь хочешь привести любовницу в мой дом! – взорвалась Марина.

Валентина слушала разговор сына и внучки, делая свои выводы. Вот и пригодились ее накопления! Когда сын, громко хлопнув дверью после скандала с дочкой, вышел из гостиной, Валя позвала его в свою комнату и отдала свои скромные накопления.

— Вот, сынок, в честь примирения. Возьми, вам с супругой на первое время.

— Что это? – вытаращился на деньги Валера.

— Это пенсия моя, я и раньше откладывала, что мне, старой, надо. А в последний год, пока у Мариночки живу, и вовсе не тратила. Забирай!

— Ну ладно уж, возьму, — скривился Валера, пряча деньги в карман брюк. — Только чтоб потом никаких ко мне претензий.

— Что ты! Какие претензии! Я рада буду, если помогу.

Случайно подслушав, Марина, которая и так была на взводе из-за развода родителей, чуть не накричала на бабулю, когда отец уехал.

— Бабушка! Ты что творишь?

— Что такое, ягодка моя?

— Какая я тебе теперь ягодка, раз ты у меня за спиной такие вещи устраиваешь?

— Да что ж я сделала–то? Чем тебя обидела? – ахнула старушка.

— Этому гаду деньги отдала, а он мою маму бросил! Отдала, чтобы он на свою прошмандовку потратил? — и Марина сорвалась, не понимая, что несет. — Сидишь у нас на всем готовом, за свет не платишь, за еду — тоже! Мы тебя с твоей помойки вытащили, отмыли, кормим, развлекаем, лечим! А ты сидишь на моей шее и еще козни за спиной строишь? Бессовестная, наглая! А еще бабушка! Ты уже забыла, что это мама все сделала, чтобы отец разрешил тебе со мной видеться? Похоже зря она это сделала! Ты неблагодарная старушенция! Видеть тебя не хочу.

И вывалила Марина на бабушку все свои обиды и злость на отца. Видимо, перекладывать ответственность и злость на Валентину, было у них с отцом семейное. Позже Марина отошла, и даже хотела пойти к бабке помириться, извиниться, но решила отложить до утра. Куда бабка денется? Ей некуда идти!

Марина ошиблась. Бабушка на девятом десятке, услышав в свой адрес столько гадостей от самого родного и любимого человека, не выдержала. Полночи она проплакала, уткнувшись в подушку, а к утру умерла. Не выдержало ее бедное сердце столько ненависти и грязи.

Марина искренне плакала и сожалела о бабушке. Даже винила себя в ее смерти. Однако, недаром говорят – от осинки не родятся апельсинки. Марина была похожа на своего отца. Оправдать себя она умела в любой ситуации и переложить вину тоже мастерски умела. Всего через пару дней после похорон во всем уже был виноват ее отец. Если б он не приехал, бабка была жива, да и деньги ее были бы у Марины. Они ей, конечно, не нужны, но лишними ж не бывают! Тем более, отец их потратил на свою швабру.

Спустя некоторое время после похорон Марина вспомнила, что у бабки осталась квартира, и пора вступать в наследство.

— Ну вот, хоть какая–то компенсация моих потраченных нервов, — говорила она себе, копаясь в бабкиных документах. — Я ж ее к себе забрала, содержала! Она должна была МНЕ все отписать!

Муж всего раз выразил сомнения относительно ее планов:

— Марин, бабушка могла и сыну все оставить. Он все же роднее ей.

— Да она с ним сорок лет не виделась! Как она ему оставит все? Это я и мать с ней общались. Не могла она нас так предать!

— По закону твой отец наследник более очевидный. Если нет завещания на тебя, он легко оспорит твое вступление в наследство.

— Вот еще! Ему и так бабка денег отдала. Остальное мое — по праву!

Дома бумаг не нашлось, пришлось ехать к нотариусу, у которого оказалось бабушкино завещание, согласно которому все имущество Валентины переходило к ее сыну.

— И зачем я вообще ввязалась в это? Столько нервов себе вытрепала из-за отца и бабки. – негодовала Марина.

Сразу забылось то, что она сама бабку к себе забрала, как отказалась от ее пенсии, как радовалась, что родная душа с ней теперь живет. Банальный денежный вопрос испортил еще одну семейную историю. Марина отца не простила и не общалась с ним до конца его жизни. А потом долго и нудно судилась с его Лилечкой за квартиру бабушки.

Другого наследства отец ей не оставил. Разве что, тяжелый характер…

Оцените статью
— Мы тебя кормим, а ты деньги кому-то отдала? — вопила внучка на бабушку
— Она твоя сестра! Ты должна! — кричала мама