Отсрочка от стapocти

— Неправильно это, батя! – настаивал Игорь. – У тебя четверо детей. Все мы приехали. Да сам понимаешь, у нас уже и дом и семьи – там. С тобой остаться не сможем. Выбирай, к кому поедешь, каждый примет с душой и уважением!

— Детки, — Борис посмотрел заплаканными глазами на детей, — люблю вас и горжусь вами, но я тут останусь.

— Батя, не стоит тебе тут одному оставаться, — понуро проговорил Игорь, старший сын Бориса. – Мать cxopo*нили, по чести проводили, так мы по домам поедем…

— А я тут останусь, — закончил фразу Борис. — Мне еще до пенсии десять годков, тут работу брошу, там не устроюсь, а на шее сидеть непривычный. Да и мамина мoг*илкa тут. Ее ж с собой не заберешь.

Разъехались детки, да больше и не приезжали, хотя обещались заглянуть с внуками в родные места. Не угодила судьба, не управила. Только через видеозвонки и общались.

Тосковал Борис. Страшно тосковал. За работу все прятался, а как на пенсию проводили, чуть с ума не сошел. Дела выискивал, чтобы тоска за сердце не взяла, да чтобы старость в тело не вцепилась.

Как запомнил себя пятидесятилетним мужиком, так и года считать перестал, а дела на те руки мерил.

***

Дела домашние как-то сами собой переделались. А солнце только-только над горизонтом поднялось.

— Что ж ты будешь делать, — проговорил Борис, — хоть спать ложись!

Сам усмехнулся своим словам. Больше всего он боялся осесть дома.

— Сначала просто день просидишь в четырех стенах, — рассуждал он, — потом второй. А потом и привыкнешь, что из дома волоком не вытащить.

Для грибов и ягод был не сезон, охота, которой тоже увлекался Борис, тоже не ко времени, а вот рыбалке всегда сезон. И не в улове дело, а сам процесс!

***

— Дядя Боря, не будет сегодня рыбы, — проговорил, идущий на встречу с удочками через плечо, сосед Андрей. – Я с ночи просидел, даже мелочевки не было.

— А ты прикармливал?

— Прикармливай, не прикармливай, на моторке служивые курсируют, — он обреченно махнул рукой.

— С чего это они? – удивился Борис.

— Вверх по течению машина с моста слетела. То ли ищут кого-то, то ли что-то ценное уплыть могло.

Меня спросили, не видал ли я чего, а я что? Спросил, чего высматривать нужно? Так они только рукой махнули.

— Если там чего и выпало, — проговорил Борис, — так оно там же на дне и лежит.

— Так я им и сказал, а они говорят, что плавучий кейс. С деньгами, наверное. Они вниз ушли, так что рыбы не будет.

— А я до заводи прогуляюсь, — ответил Борис.

— Дело ваше, — Андрей пожал протянутую руку, — у меня времени нет на дальние походы.

***

На заводь местные ходили редко. И далеко, и камышей много.

Рыбы, действительно, что-то не было.

От долгого наблюдения за поплавком Борис решил, что с ним случились галлюцинации, потому что у другого берега запруды усмотрел то, чего там быть не могло.

— То ли люлька, то ли корзинка… — пробормотал он. – А может тот кейс с деньгами, что на моторке искали?

Решил сходить, глянуть. Все одно — ни единой рыбешки.

— Мать моя женщина! – воскликнул он, добравшись до места.

В пластмассовой переноске, что застряла в зарослях, лежал младенец.

— Едрит, твою через коромысло!

Борис выхватил младенца и сразу его за пазуху, а переноску закинул дальше в кусты, чтобы не унесло, и не утонула.

***

Бег по пересеченной местности доконал бы любого, а у Бориса, будто крылья выросли. И коряги ему были побоку, и года не указ!

А младенец, чуть отогревшись, начал попискивать.

— Сейчас! – приговаривал Борис на бегу. – Скоро добежим, там и отогреемся, и покупаемся, и покушаем!

***

Помыть, согреть – проблемой не стало. А вот накормить?

Борис четверых детей вырастил, да не так, что на жену скинул, а потом, как пойдет. Это еще посмотреть надо было, кто с детьми больше времени проводил.

— Смесь нужна, — заключил Борис, — на одном молоке только живот скрутит, а овощи тебе еще рановато.

В их сельпо смесь завозили только на заказ.

— А Галка же заказывала, — вспомнил Борис, — Митька ее проставлялся с месяц назад за первенца!

***

— Галка, продай банку детского корма! – добежав до соседки, выпалил Борис.

— А ты что, разродился кем? – хохотнула устало Галка.

— Так нам старикам, что младенцам, одна еда полагается, чтобы пищеварение было хорошим! – выкрутился Борис.

— Может тебе еще и соску с бутылкой продать? – ехидно спросила она.

— А продай, — кивнул Борис, — как последние зубы растеряю, буду с бутылочки посасывать!

— Балагур ты, дед! – рассмеялась Галя.

— Галка, — Борис строго на нее посмотрел, — Христом Богом прошу, продай банку! А еще бутылку с соской!

— Ты серьезно? – Галя нахмурилась.

— Галка, хочешь, считай, что у меня маразм! Что хочешь, думай, а продай! Ну, пожалуйста!

— Да так бери, что мне жалко, что ли, — растерянно проговорила она, — надо, так надо.

Борис кинул тысячную купюру, схватил банку, бутылку и соску и припустил домой.

— Дай Бог мне так бегать, — удивилась она, но крик своего ребенка совершенно выбил память о визите Бориса.

***

Только накормив, дождавшись отрыжки и уложив спать найденыша, Борис принялся звонить участковому:

— Кузьмич, я ребенка на реке выловил! Слышишь?

Связь была отвратительная.

— Какого ребенка? – удивился участковый. – Закусывать не забывай!

— Кузьмич, клянусь, ни капли! Говорю тебе, ребенка выловил! Ему месяца три-четыре, не больше.

— А с меня ты что хочешь?

— Так приезжай, все оформляй, и ищи родителей!

— Так он что, живой? – удивился участковый.

— А я тебе про что талдычу? Живой, здоровый, поел и спит!

— Борис, а придержи его у себя, меня в район вызвали. Завтра я приеду, а к вечеру до тебя доберусь. Я ж тебя знаю, с тобой дите не пропадет.

— Кузьмич, я спросить чего хотел, — Борис припомнил про поисковиков на моторке, — там машина с моста свалилась. Может это их ребенок? По реке до сих пор курсируют. Может им отдать?

— Борис, я ничего про машину не знаю. В сводках ничего не было. И про поисковые операции ничего не было. Ты лучше у себя ребенка придержи. А я тут запрос дам, не пропадал ли.

— Ты власть, твое слово – закон!

***

Утром в ворота кто-то настойчиво колотил.

Борис выглянул из-за шторки, оставаясь незамеченным.

— Этот полицейскому звонил, — говорил плечистый мужик в мобильный телефон, — сейчас я ему денег дам, ребенка заберу и приеду, – короткая пауза. – Не будет отдавать, положу его прямо тут!

— Ага, — проговорил шепотом Борис.

Выйдя на крыльцо, крикнул в сторону калитки стариковским брюзжащим голосом:

— Хто тама?

— Дед, открывай! Нам из полиции сообщили, что ты моего ребенка нашел!

— А ты хто такой? – Борис пошел в сторону калитки, заряжая ружье.

— Так папаня я мальца этого. Пикник у нас был, а ребенок в переноске возле воды стоял. Волной смыло! Дед, открывай!

— А матерь где евонная? – спросил Борис, перехватывая ружье поудобней.

— Дома в истерике колотится! Дед! Что это за допрос, в натуре?

Борис щелкнул замком и отскочил назад, направив ствол на калитку.

— Дед, ты чего? – вошедший мужик оторопел. – Я за ребенком!

— А чем докажешь, что твой? – хитро спросил Борис. – Фотографии семейные покажи!

— Какие фотографии? – удивился мужик. – Мне что, с собой фотоальбом возить?

— В телефоне покажи, у меня зрение отличное, я и издалека увижу.

— Дед, не пори горячку, — мужчина выставил вперед руки, — я тебе нормально заплачу, отдай ребенка!

— Пусть мать за ним приедет, — сухо проговорил Борис, — с полицией и фотографиями.

— Дед, убери ружье, — мужчина сделал шаг назад, — тебя ж посадят!

— Давай, до свидания! На счет «три» применяю самооборону! Два!

Мужика, как ветром сдуло.

 

***

Целый день Борис возился с младенцем, который отказывался просто лежать. Ему нужна была компания и общение, а иначе он орал так, что куры в сарае с ума сходили.

А к вечеру появился Кузьмич с заплаканной женщиной. У нее были и фотографии, и документы, а еще странная история:

— На заправке из машины переноску выдернули, пока я за бензин платила, — рассказывала женщина, — муж за ними погнался. Их машину с моста столкнул, а сам в опору. В больнице он. Эти ба.н.диты так хотели у мужа бизнес отнять, ребенком шантажировать.

— Взяли их, — пояснил Кузьмич, — они, как ребенка потеряли, засветились сильно. И по реке они носились.

— Вы не подумайте, — перебила полицейского женщина, — мы люди не бедные, мы отблагодарим!

— Да не надо мне ничего, — смущенно проговорил Борис, — я рад, что помочь смог.

***

А когда участковый с женщиной и ребенком уехали, Борис с грустью вернулся в дом.

Без кричащего малыша в доме стало как-то пусто.

Ощущение нужности и важности, когда он скакал перед ребенком, вернуло его в те прекрасные времена, когда от него зависела судьба его семьи.

Ни возраст он не ощущал, ни поглядывающую из-за угла старость.

— Кота заведу, — решил он. – Или собаку. А лучше двоих! Пока им будет нужна моя забота, будет мне еще одна отсрочка от старости.

А еще лучше, пусть внуков мне привезут! А то, что это за дела? Десять внуков, а дед тут в одиночестве киснет? Непорядок!

Оцените статью