— Лариса Николаевна? Служба безопасности банка. Ваш муж сейчас у нас с женщиной, очень похожей на вас. Она предъявила ваш паспорт и требует закрыть вклады.
Лариса прижала трубку к уху. Младшая дочка висела на ноге, капризничала. На плите что-то шипело.
— Виктор в командировке. Третий день.
— Тогда приезжайте быстрее. Они пытаются оформить кредит на вашу дачу.
Лариса повесила трубку и выключила газ. Семь лет она была дома. Семь лет Виктор твердил, что настоящая жена не должна торчать на работе до ночи. Она поверила. Уволилась из универмага, где её знали как лучшего товароведа. Стирала, готовила, ждала мужа с работы. Теперь он в банке. С женщиной, похожей на неё.
Соседка согласилась посидеть с детьми. Лариса выбежала на улицу, не застегнув куртку.
В банке её провели в комнату охраны. На мониторе — операционный зал. Виктор стоял у окна, обнимал за талию молодую, лет двадцати пяти. На девушке была знакомая дублёнка. Та самая, которую Лариса отдала в химчистку месяц назад. Виктор сказал тогда, что её потеряли.
— Это моя вещь на ней, — Лариса ткнула пальцем в экран.
Сотрудница банка кивнула.
— А вон та женщина, за столиком. Знаете?
Светлана. Сестра Виктора. Сидела, склонившись над бумагами, что-то быстро записывала.
— Его сестра.
— Понятно. Слушайте, документы поддельные. Но если вы не заявите, мы бессильны.
— Дайте выписки по счетам. За три года.
Сотрудница подняла бровь, но промолчала. Через десять минут Лариса сидела с распечатками. Пальцы сами вспомнили, как искать нестыковки. Переводы на имя Светланы. Регулярные, крупные. С пометками «стройматериалы», «ремонт». Никакого ремонта не было. Дача стояла нетронутая.
На мониторе Виктор поцеловал девушку в щеку. Лариса встала и вышла в зал.
У входа в туалет стояла Тамара Ивановна, свекровь. В нарядном пальто, с золотыми серьгами. Лариса подошла вплотную.
— Что вы здесь делаете?
Тамара Ивановна вздрогнула.
— Лариса? Ты не должна… Виктор сказал, ты дома.
— Виктор много чего говорит. Отвечайте.
Свекровь отвела взгляд.
— Он сказал, ты больна. Что нужны деньги на лечение за границей. Срочно. Что ты просила никому не говорить.
Лариса почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Посмотрите на меня. Я больна?
Тамара Ивановна подняла глаза. В них был страх.
— Нет.
— Тогда идёмте.
Лариса взяла свекровь за руку и потянула к залу. Виктор стоял спиной. Девушка махала паспортом перед операционистом. Светлана подняла голову и замерла.
— Виктор, — сказала Лариса громко.
Он обернулся. На лице мелькнуло удивление, потом попытка улыбки.
— Лариса? Ты зачем здесь?
— Вопрос не ко мне. Ты же в командировке. Три дня, помнишь?
Девушка побледнела. Сняла дублёнку дрожащими руками и протянула Ларисе.
— Это ваше. Простите.
Лариса взяла дублёнку, не глядя на неё. Смотрела только на мужа.
— Виктор, что происходит? — Тамара Ивановна шагнула вперёд. — Ты сказал, Лариса больна. Кто эта девица?
Виктор молчал. Лицо серое.
— Мам, не надо, — Светлана попыталась взять мать за руку, но та отдёрнулась.
— Ты тоже врала? Говорила, помогаешь брату с бумагами для бизнеса?
Лариса достала распечатки и протянула свекрови.
— Вот ваш сын. Три года выводил деньги. Оформлял на Светлану. А сейчас продаёт дачу и закрывает мои вклады. С поддельным паспортом.
Девушка всхлипнула. Охранник уже стоял у двери.
— Виктор, скажи, что это неправда, — Тамара Ивановна смотрела на сына.
Он молчал.
— Скажи хоть что-то!
— Мам, я всё верну. Просто дай время.
— Время? — Лариса усмехнулась. — Семь лет ты убеждал меня сидеть дома. Говорил, что обеспечишь семью. А сам воровал у неё.
Тамара Ивановна опустилась на стул у стены.
— Я подписала бумаги. Он сказал, это поручительство по кредиту для расширения бизнеса. Я поверила. А теперь понимаю — это был залог под дачу. Он хотел, чтобы я отвечала, если что-то пойдёт не так.
Виктор дёрнулся к матери.
— Мам, не говори ничего. Мы всё уладим.
— Ничего мы не уладим, — свекровь подняла голову. — Ты меня подставил. Свою мать. Обокрал жену и детей. Я тебя не узнаю.
Сотрудница банка вызвала полицию. Светлана сидела, уткнувшись лицом в ладони. Девушка рядом с Виктором плакала. Виктор смотрел в пол.
Суд длился три месяца. Виктора и Светлану обвинили в мошенничестве, доказательств хватило. Девушка получила условный срок — она не понимала, во что ввязалась, Виктор обещал ей обеспеченную жизнь, если поможет «уладить формальности с бывшей женой».
Лариса подала на развод и забрала детей. Бывший начальник из универмага позвонил сам, когда узнал, что она ищет работу.
— Лариса Николаевна, вы лучший товаровед, которого я знаю. Нам нужны такие люди в новой сети.
Она согласилась не раздумывая.
Тамара Ивановна пришла через неделю после суда с документами на квартиру.
— Это внучкам. Пусть будет хоть что-то от нашей семьи. Я виновата, что не разглядела, каким он стал.
Лариса взяла документы молча.
Через год она стояла в новом офисе, разбирала контракты с поставщиками и вылавливала ошибки, которые другие пропускали. Младшая дочка пошла в садик, старшая — в школу. Вечерами они сидели втроём на кухне, Лариса помогала с уроками.
Однажды утром позвонила соседка Зинаида.
— Лариса, тут одна приходила, спрашивала про тебя. Молодая, с длинными волосами. Говорит, Виктор её тоже бросил, забрал последние деньги и пропал. Хотела узнать, не знаешь ли ты, где он.
Лариса усмехнулась.
— Не знаю. И знать не хочу.
Она повесила трубку и посмотрела в окно. Было утро, рабочий день. Впереди — контракты, переговоры, цифры. То, что она умела делать лучше всех. То, ради чего не нужно было врать и прятаться за чужими спинами.
