— Отдай квартиру Денису, и мы уйдём из твоей жизни навсегда, — свекровь Галина Фёдоровна стояла на пороге и смотрела на Ольгу так, словно та была должна ей всё на свете.
Ольга сжала дверную ручку сильнее. Сердце бешено колотилось. Четыре года. Четыре года она не видела этих холодных глаз. Четыре года жила спокойно, без звонков, без упрёков, без ночных скандалов.
И вот теперь свекровь снова здесь.
— Здравствуйте, Галина Фёдоровна, — сказала Ольга ровно. — Проходите.
Женщина вошла, оглядывая прихожую оценивающим взглядом. Та же привычка — всё замечать, всё критиковать. За ней вошёл Денис. Бывший муж Ольги. Он не поднимал глаза.
— Какая чистота, — произнесла свекровь с усмешкой. — Удивительно. Раньше у тебя вечно был бардак.
Ольга промолчала. Пригласила их в гостиную. Села в кресло напротив дивана. Галина Фёдоровна устроилась с видом королевы. Денис примостился рядом, сутулясь.
— Значит, так, — начала свекровь без предисловий. — Денис женится. На хорошей девушке. Из приличной семьи. Ирина её зовут. Врач.
Ольга кивнула. Ей было всё равно. Денис мог жениться хоть десять раз. Их история закончилась давно.
— Я рада за него, — сказала она искренне.
Галина Фёдоровна поджала губы.
— Рада? — переспросила она язвительно. — Сомневаюсь. Но не в этом дело. Денису нужна квартира. Молодой семье негде жить.
Ольга нахмурилась. Куда клонит разговор?
— У Дениса есть квартира, — напомнила она. — Однокомнатная. Где он сейчас живёт.
— Однокомнатная! — Свекровь фыркнула. — Для семьи это не вариант. Им нужна двушка. Как у тебя.
Наступила тишина. Ольга смотрела на Галину Фёдоровну и пыталась понять, шутка это или нет.
— Вы хотите, чтобы я отдала свою квартиру? — медленно произнесла она.
— Не отдала, — поправила свекровь. — Обменялась. Ты переедешь в однушку Дениса. Он с Ириной сюда. Справедливо. Им нужно больше места.
Ольга рассмеялась. Коротко и нервно.
— Галина Фёдоровна, эта квартира моя, — сказала она чётко. — По суду. Денис получил свою однушку. Я — эту двушку. Всё законно.
— Законно! — Свекровь скривилась. — А по совести? Эту квартиру покупала я! На свои деньги! Семь лет назад! Для вас с Денисом!
— И суд это учёл, — Ольга выпрямила спину. — Суд учёл, что я пять лет вкладывалась в ремонт. Покупала мебель. Платила коммунальные. А Денис… изменял мне с тремя женщинами.
Денис поморщился. Галина Фёдоровна стукнула ладонью по подлокотнику.
— Он ошибался! — выкрикнула она. — Мужчины все такие! Это ты его довела! Вечно на работе пропадала! Дома не следила! Борщ не варила!
Ольга почувствовала знакомую горечь. Эти обвинения она слышала годами. Плохая жена. Плохая хозяйка. Недостойная Дениса.
— Я работала, чтобы платить за эту квартиру, — сказала она тихо, но твёрдо. — Денис полтора года вообще не работал. Сидел дома. Играл в компьютер. Я одна тянула всё.
— Он искал себя! — оправдывалась свекровь. — Молодой человек имеет право!
— Право искать себя в двадцать восемь лет? — Ольга покачала головой. — Хорошо. Пусть. Но тогда пусть не удивляется, что квартиру отдали мне.
Галина Фёдоровна встала. Прошлась по комнате. Остановилась у окна.
— Послушай, Оля, — голос стал мягче, почти ласковым. — Ты же умная девушка. Понимаешь, что Денису сейчас трудно. Он хочет начать новую жизнь. С Ириной. Детей завести. Но как? В однушке?
Ольга слушала и узнавала эту тактику. Сначала нападки. Потом манипуляция. Галина Фёдоровна была мастером этого.
— Галина Фёдоровна, я тоже хочу новую жизнь, — ответила Ольга спокойно. — И эта квартира — моя основа. Я здесь останусь.
— Эгоистка, — бросила свекровь. — Думаешь только о себе. А Денис? Он же был тебе мужем!
— Был, — согласилась Ольга. — Четыре года назад. Теперь он мне никто.
Денис наконец поднял голову.
— Оль, может, правда обменяемся? — спросил он примирительно. — Я доплачу. Сколько скажешь.
Ольга посмотрела на него. Знакомое лицо. Когда-то любимое. Теперь чужое.
— Нет, — сказала она коротко.
— Оля, ну будь человеком! — взмолился Денис. — Мне реально нужна двушка! Ирина хочет детскую комнату!
— А мне что, детская не нужна? — вырвалось у Ольги прежде, чем она успела остановиться.
Повисла тишина. Галина Фёдоровна прищурилась.
— Ты беременна? — спросила она подозрительно.
— Нет, — Ольга сжала кулаки. — Но планирую. В будущем.
— От кого? — свекровь скрестила руки на груди. — Есть кто-то?
— Это не ваше дело, — отрезала Ольга.
Галина Фёдоровна усмехнулась.
— Нет никого у тебя, — заявила она уверенно. — Кому ты нужна? Тридцать три года. Замужем не была толком. Дениса потеряла по своей глупости.
Ольга встала.
— Разговор окончен, — сказала она холодно. — Прошу вас уйти.
— Сиди! — рявкнула свекровь. — Мы ещё не закончили! Я требую отдать квартиру Денису! По справедливости!
— По справедливости квартира моя! — Ольга повысила голос. — Суд решил! Три инстанции! Все решения в мою пользу! Вы пытались обжаловать! Не получилось!
Галина Фёдоровна побагровела.
— Я куплю справку, что ты психически нездорова! — выпалила она. — Скажу, что ты неадекватная! Признают недееспособной! Квартиру отберут!
Ольга опешила от наглости.
— Вы серьёзно? — спросила она тихо. — Вы хотите признать меня сумасшедшей, чтобы отнять квартиру?
— Хочу, — подтвердила свекровь злобно. — И сделаю, если не одумаешься!
Ольга подошла к двери. Открыла настежь.
— Уходите, — сказала она ровно. — Немедленно.
— Мы уйдём, — Галина Фёдоровна двинулась к выходу. — Но это не конец. Я найду способ. У меня связи есть. Юристы. Друзья в нужных местах.
— Пожалуйста, — Ольга смотрела ей в глаза. — Делайте что хотите. Квартира останется моей.
Денис проскользнул мимо, не глядя. Галина Фёдоровна задержалась на пороге.
— Пожалеешь, — прошипела она. — Очень пожалеешь.
Дверь захлопнулась. Ольга прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Руки тряслись. Сердце колотилось так, что было больно дышать.
Она дошла до кухни. Налила воды. Выпила залпом. Села за стол и уронила голову на руки.
Четыре года покоя закончились. Галина Фёдоровна вернулась. И явно не собиралась сдаваться.
Телефон зазвонил через час. Незнакомый номер.
— Ольга Михайловна? — мужской голос звучал официально. — Меня зовут Виктор Семёнович Краснов. Я представляю интересы Галины Фёдоровны Беловой.
Ольга сжала телефон.
— Слушаю, — сказала она сухо.
— Галина Фёдоровна желает урегулировать вопрос мирно, — продолжал юрист. — Она готова выкупить у вас квартиру. За рыночную цену.
— Я не продаю, — ответила Ольга.
— Подумайте, — настаивал Краснов. — Одиннадцать миллионов. Хорошие деньги. Купите себе что-то поменьше. Останутся средства на жизнь.
— Я. Не. Продаю, — повторила Ольга по слогам.
— Тогда готовьтесь к судебному разбирательству, — голос стал жёстче. — Галина Фёдоровна намерена доказать, что квартира принадлежит ей. У неё есть все документы. Чеки об оплате. Банковские переводы.
— У меня есть решение суда, — парировала Ольга. — Три инстанции. Квартира моя.
— Решения пересматриваются, — отрезал юрист. — Особенно если появляются новые обстоятельства.
— Какие обстоятельства? — Ольга почувствовала холодок внутри.
— Увидите, — Краснов сбросил звонок.
Ольга сидела и смотрела на телефон. Новые обстоятельства? Что ещё придумала Галина Фёдоровна?
На следующий день пришла повестка. Суд. Иск о пересмотре решения по разделу имущества. Истец — Галина Фёдоровна Белова.
Ольга читала и не верила глазам. Свекровь требовала признать прежние решения недействительными. Утверждала, что квартира куплена на её деньги. Что она имеет преимущественное право собственности.
Приложены документы. Банковские выписки. Переводы на имя Дениса семь лет назад. Квитанции.
Ольга позвонила своему юристу. Анатолий Борисович, пожилой мужчина с седой бородой, выслушал её спокойно.
— Не волнуйтесь, — сказал он уверенно. — Это попытка давления. Квартира куплена Денисом. Да, на деньги матери. Но оформлена на него. Значит, это его собственность. А при разводе суд разделил имущество между супругами. Вы имели право на половину. Получили больше из-за обстоятельств. Всё законно.
— А если суд решит по-другому? — Ольга чувствовала, как накатывает паника.
— Не решит, — заверил Анатолий Борисович. — У нас железные аргументы. Ваши вложения в ремонт. Оплата коммунальных. Доказательства измен Дениса. Плюс три решения в вашу пользу. Новое разбирательство ничего не изменит.
Ольга выдохнула. Немного успокоилась.
— Спасибо, — сказала она тихо.
— Готовьтесь к суду, — посоветовал юрист. — Соберите все документы. Чеки. Квитанции. Всё, что подтверждает ваши расходы на квартиру.
Ольга принялась за работу. Перерыла все папки. Нашла квитанции за мебель. За технику. За ремонт. За коммунальные услуги за пять лет.
Цифры складывались в приличную сумму. Почти три миллиона рублей. Все вложены ею.
Она составила таблицу. Разложила всё по датам. Подготовила копии. Отнесла Анатолию Борисовичу.
Суд назначили через месяц. Ольга провела это время в напряжении. Плохо спала. Почти не ела. Постоянно прокручивала в голове возможные сценарии.
А если проиграет? Если суд вдруг решит в пользу Галины Фёдоровны? Тогда квартиру отберут. Она останется ни с чем.
За неделю до суда Денис написал ей.
«Оля, давай договоримся. Мама готова отозвать иск. Если ты согласишься на обмен. Моя однушка плюс два миллиона доплаты. Нормальное предложение».
Ольга перечитала несколько раз. Два миллиона доплаты за то, чтобы она отдала квартиру, в которую вложила душу и деньги? За то, чтобы переехала в крошечную однушку на окраине?
«Нет», — написала она коротко.
«Упрямая дура», — пришёл ответ.
Ольга заблокировала номер.
День суда наступил холодным и серым. Ольга приехала заранее. Анатолий Борисович уже ждал у входа в здание.
— Готовы? — спросил он.
— Готова, — кивнула Ольга.
Они поднялись в зал. Галина Фёдоровна уже сидела на своей стороне. Рядом юрист Краснов. Денис примостился за ними.
Судья вошла ровно в десять. Женщина лет пятидесяти с усталым лицом.
— Слушается дело по иску Беловой Галины Фёдоровны, — объявила она. — Прошу истца изложить суть требований.
Краснов встал. Начал говорить гладко и уверенно. Рассказывал, как Галина Фёдоровна покупала квартиру для сына. Переводила деньги. Заботилась о молодой семье.
— И что же она получила взамен? — риторически вопросил юрист. — Неблагодарность! Ольга Михайловна при разводе отсудила квартиру, хотя ни копейки в её покупку не вложила!
Ольга сжала кулаки. Ни копейки? А три миллиона на ремонт и жизнь?
Анатолий Борисович встал.
— Уважаемый суд, — начал он спокойно. — У нас есть документальные подтверждения всех расходов Ольги Михайловны. За пять лет она вложила в квартиру два миллиона восемьсот тысяч рублей. Вот таблица. Вот квитанции.
Он передал папку судье. Та пролистала. Кивнула.
— Принимается, — сказала она. — Продолжайте.
— Кроме того, — Анатолий Борисович повернулся к Галине Фёдоровне, — квартира оформлена на Дениса Игоревича. Не на истицу. Значит, собственником был он. А при разводе совместно нажитое имущество делится между супругами. Это закон.
Краснов вскочил.
— Но деньги дала мать! — воскликнул он. — Это её вклад!
— Денежный подарок сыну, — парировал Анатолий Борисович. — Дарение. А подаренное имущество становится собственностью одаряемого. В данном случае — Дениса.
Судья кивнула снова.
— Верно, — согласилась она.
Галина Фёдоровна вскочила.
— Это несправедливо! — закричала она. — Я всю жизнь копила! На эту квартиру! А она просто пришла и забрала!
— Прошу соблюдать порядок, — строго сказала судья. — Истец, сядьте.
Свекровь опустилась на место. Лицо красное от возмущения.
Суд продолжался два часа. Анатолий Борисович методично разбирал каждый аргумент Краснова. Показывал документы. Ссылался на прежние решения.
Наконец судья объявила перерыв для вынесения решения. Ольга вышла в коридор. Ноги подкашивались. Она села на скамейку и закрыла глаза.
— Оля, — голос Дениса заставил её вздрогнуть.
Он стоял рядом. Один. Без матери.
— Что? — устало спросила Ольга.
— Прости, — сказал он тихо. — За всё. За маму. За себя. За то, как всё вышло.
Ольга посмотрела на него.
— Поздно, Денис, — ответила она просто. — Четыре года поздно.
— Знаю, — он опустил голову. — Но мама не остановится. Даже если проиграет сегодня. Она будет судиться снова. И снова.
— Пусть, — Ольга встала. — Я не боюсь.
Судья вызвала обратно в зал. Все встали. Женщина зачитала решение монотонным голосом.
— Иск Беловой Галины Фёдоровны отклонить. Прежние решения суда оставить в силе. Квартира по адресу… остаётся собственностью Ольги Михайловны…
Остальное Ольга слушала как сквозь вату. Выиграла. Она выиграла. Квартира её.
Галина Фёдоровна вскочила.
— Это произвол! — закричала она. — Коррупция! Подкупили судью!
— Прошу покинуть зал, — холодно сказала судья. — Иначе вызову охрану.
Свекровь развернулась и выбежала. Краснов поспешил за ней. Денис задержался. Посмотрел на Ольгу. Кивнул. Ушёл.
Анатолий Борисович пожал Ольге руку.
— Поздравляю, — сказал он с улыбкой. — Дело закрыто.
Ольга вышла из здания суда и остановилась на ступенях. Солнце пробилось сквозь тучи. Ветер был тёплым.
Она достала телефон. Написала подруге: «Всё. Квартира моя. Навсегда».
Ответ пришёл мгновенно: «Молодец! Горжусь тобой! Вечером отмечаем!»
Ольга улыбнулась. Впервые за месяц.
Вечером она сидела в своей гостиной. Пила чай. Смотрела на стены, которые сама красила. На мебель, которую сама выбирала. На шторы, которые сама вешала.
Это было её пространство. Её дом. Её крепость.
Галина Фёдоровна могла судиться ещё сто раз. Ничего не изменится.
Потому что Ольга научилась главному — защищать себя. Свои границы. Своё право на счастье.
И никакая свекровь не могла отнять это у неё.
