Марина сидела на кухне и смотрела на мужа. Денис стоял у окна, смотрел на улицу, руки в карманах джинсов. Красивый. Высокий, спортивный, волосы уложены идеально. Тридцать лет, а выглядит на двадцать пять.
Она вздохнула.
— Ден, я не понимаю. Почему я должна оплачивать поездку твоих родителей в Сочи?
Он обернулся. Лицо серьёзное, даже немного обиженное.
— Потому что они старенькие. Им нужен отдых. Последний раз на море, может быть.
— Последний раз? Твоему отцу пятьдесят восемь, матери пятьдесят. Они не старики.
— Мама плохо себя чувствует, у нее иммунитет ослаб. Доктор посоветовал море. Воздух, вода, солнце.
Марина потерла кольцо на руке. Начинала нервничать.
— Денис, у нас нет денег на это.
Он подошёл ближе, сел напротив. Взял её за руку.
— Маринка, ну пожалуйста. Они мои родные люди. Помогая им, ты помогаешь мне. А я твой любимый муж.
— А у тебя самого нет денег?
Он отвёл взгляд.
— Ты же знаешь, что сейчас нет. Я жду, когда должность освободится. Друзья обещали позвать, как только место будет.
Марина кивнула. Да, она знала. Полгода он ждал эту должность. Полгода сидел дома, листал телефон, лежал на диване. Говорил — скоро, вот-вот, потерпеть немного.
А она работала. Руководитель проектов в страховой компании. Сто пятьдесят тысяч в месяц. Плюс тридцать тысяч алиментов от первого мужа на Катю.
Денис знал про эти деньги. Очень хорошо знал.
— Тебе что, жалко? — спросил он тихо, но с нажимом. — Ты же знаешь, у меня сейчас ну ничего нет. А у тебя зарплата пришла. Я знаю — я видел.
Марина сжала губы.
— Не жалко. Просто это большие деньги.
— Сколько? Триста тысяч на всех? Ну и что? У тебя же есть.
— У меня есть, потому что я работаю! А ты…
Она осеклась. Не договорила.
Денис поднял брови.
— А я что?
— Ничего. Забудь.
Он встал. Прошёлся по кухне. Остановился у холодильника.
— Слушай, если ты не хочешь помочь моим родителям — так и скажи. Только тогда не удивляйся, что я буду относиться к твоей дочке соответственно.
Марина замерла.
— Что ты имеешь в виду?
— Ничего особенного. Просто она мне не родная. И я не обязан её содержать в дальнейшем.
Марина почувствовала, как внутри поднимается злость. Но проглотила. Как всегда.
— Хорошо, — сказала она тихо. — Я оплачу поездку.
Денис улыбнулся. Подошёл, поцеловал её в макушку.
— Вот и умница. Я знал, что ты сргласишься и поймешь меня.
Марина сидела неподвижно и смотрела в стол.
Три года назад она влюбилась в него с первого взгляда. Высокий, красивый, обаятельный. Они познакомились в кафе — он подсел к её столику, когда свободных мест не было. Разговорились. Он был внимательным, смешным, интересным.
Через месяц он сделал предложение. Марина не верила своему счастью.
Мать, Тамара Вячеславовна, была против.
— Маринка, одумайся! Женщина с ребёнком никому не нужна! Это стереотип, но это правда! А он? Посмотри на него! Красавец! Разве он может влюбиться в такую, как ты?
Марина обижалась. Мама всегда её задевала. С детства. Ещё когда в школе дразнили, ведь ее фамилия Свинникова — Свинья, Хрюшка. Мама не защищала, говорила — сама виновата, надо было худеть, тогда бы и не обзывалитсь.
Но Марина вышла замуж за Дениса и сменила фамилию. Наконец-то избавилась.
Но подруга Таня тоже предупреждала:
— Марин, он нарцисс! Ты видела, как он себя в каждом зеркале разглядывает? Как причёску поправляет каждые пять минут?
— Он следит за собой. Это нормально. Сейчас все мужчины начали за собой следить.
— Он себя обожает. А тебя использует просто. Вот посмотришь.
Марина не слушала. Она была влюблена. Впервые за несколько лет кто-то смотрел на неё с восхищением. Кто-то говорил, что она красивая, умная, нужная.
Первый муж ушёл, когда Кате было полгода. Сказал — надоело, я создан для свободных отношений, не хочу обязательств. Правда, алименты платил исправно — тридцать тысяч в месяц. Но больше ничего. Ни звонков, ни встреч.
Денис казался другим. Он обещал быть рядом. Обещал любить Катю как родную.
Год брака показал — обещания были пустыми.
В Сочи они полетели вчетвером — Марина, Денис, его родители Галина Семёновна и Виктор Анатольевич. Катю оставили у Тамары Вячеславовны.
— Бабушка, я хочу на море! — канючила девочка.
— Катюш, в следующий раз. Обещаю, — Марина обняла дочку. — Это поездка для взрослых.
Катя надулась, но смирилась. Девятилетняя девочка с длинными тёмными косами и серьёзными карими глазами. Умная не по годам.
В аэропорту Денис взял у Марины карту.
— Дай, я куплю всем кофе.
Она отдала. Он вернулся с четырьмя стаканами. Посмотрела чек — три с половиной тысячи. За кофе.
Проглотила. Молча.
В отеле Галина Семёновна осмотрела номер и поморщилась.
— Маловато. Нам бы с Витей попросторней, чтобы отдельные кровати были, да подальше друг от руга — я не смогу с ним спать в одной комнате. У них есть двухкомнатные номера?
— Это стандартный номер, — сказала Марина. — Двухместный.
— А нельзя на люкс тогда поменять?
Марина спустилась на ресепшн. Администратор сказал — доплата тридцать пять тысяч рублей.
Она поднялась обратно.
— Тридцать пять тысяч доплата.
— Ну и что? — Денис пожал плечами. — Доплати тогда уж. Родителям будет комфортнее. А то мама совсем не будет высыпаться.
Марина достала карту. Оплатила.
Первый вечер они пошли в ресторан. Галина Семёновна листала меню долго, вдумчиво.
— Хочу лобстера. Или красную икру. Или устрицы.
Марина заглянула в меню. Лобстер — двенадцать тысяч. Икра — восемь. Устрицы — шесть.
— Может, что-то попроще? — осторожно предложила она.
Галина Семёновна посмотрела на неё холодно.
— Мы на отдыхе. Хочу позволить себе деликатесы. Или тебе жалко на родителей мужа?
Марина сжала кулаки под столом.
— Не жалко. Заказывайте.
Виктор Анатольевич заказал стейк из мраморной говядины за пять тысяч. Денис — рыбу за две тысячи. Марина взяла салат за тысячу двести.
Счёт вышел больше пятнадцати тысяч с напитками.
Она расплатилась молча. Вышли из ресторана. Денис обнял её за плечи.
— Так хорошо провели вечер, правда?
Марина кивнула. Не могла говорить. Комок в горле в пятнадцать тысяч не давал сказать и слова.
На второй день Виктор Анатольевич объявил за завтраком:
— Хочу на вертолёте полетать! Над морем! Видел рекламу — экскурсия на вертолёте!
Марина поперхнулась соком.
— Это очень дорого…
— Сколько?
— Пятьдесят тысяч на человека.
— Ну и что? — Денис посмотрал на неё удивлённо. — Папе в радость. Оплатишь?
Марина посмотрела на свёкра. Тот сидел с довольной улыбкой, потирал руки.
— Давно мечтал на вертолёте полетать! Всю жизнь, можно сказать!
— Хорошо, — выдавила Марина. — Я закажу.
Заказала два билета — для Виктора Анатольевича и Дениса. Сто тысяч.
Галина Семёновна в это время пошла в спа.
— Запиши меня на массаж! И обёртывание!
— Ну это дорого…
— Маринушка, ну неужели жалко? Я столько лет работала, устала! Заслужила отдых!
Марина записала. Тридцать пять тысяч за три процедуры.
Вечером они пошли в сувенирный магазин. Галина Семёновна ходила между полками, хватала всё подряд — магниты, тарелки, статуэтки.
— Возьму вот это. И это. И вот эту тарелку красивую. И статуэтку дельфина Антонине с работы привезу.
Марина посмотрела на растущую гору сувениров.
— Зачем столько?
— Подарки друзьям! Соседям! Родственникам!
На кассе кассир пробила чек.
— Тридцать семь тысяч рублей.
У Марины потемнело в глазах.
— Сколько?!
— Тридцать семь тысяч.
Галина Семёновна повернулась к ней.
— Ну оплачивай. Что встала?
— Это… это очень много…
— Тебе что, этих копеек жалко? Магнит по пятьсот рублей! А тарелки по пять тысяч! Нормальные цены!
Марина достала карту. Руки дрожали. Приложила к терминалу.
Операция одобрена.
Вышли из магазина. Марина шла молча, смотрела под ноги.
— Ну что ты такая кислая? — спросил Денис. — Отдыхаем же!
Она не ответила.
Вечером третьего дня Марина сидела на балконе их номера. Душно было. Тяжело.
За три дня ушло больше трёхсот тысяч. Больше, чем она планировала потратить за неделю.
На карте оставалось около ста тысяч.
Один из дней выдался дожливым и Марина пошла отдыхать вномер одна. Но спать совершенно не хотелось и она вышла на балкон подышать морским воздухом вперемешку с воздухом после дождя. Она облокотилась на перила, закрыла глаза.
Снизу донеслись голоса. Балкон номера родителей был этажом ниже, чуть в стороне. Окно приоткрыто.
Марина узнала голос Галины Семёновны:
— Дениска, молодец, что раскрутил её на этот отдых!
Марина замерла.
— Да ладно, мам, — отозвался Денис. Голос ленивый, довольный. — Куда она денется? Влюбленная женщина способна на многое.
Смех. Галина Семёновна и Виктор Анатольевич смеялись.
— А деньги у неё ещё есть? — спросил Виктор Анатольевич.
— Смотрел в приложении на её телефоне. Там тысяч сто осталось. На три дня хватит. А потом алименты от её бывшего придут. Так что не останется совсем без денег.
— А на дочку её и нечего тратить, — добавила Галина Семёновна. — И так слишком много ей покупают. Да и не нужно нам думать о чужом ребёнке вообще. Пусть растит как хочет. Нам бы отдохнуть красиво, а там не наше дело! Ты сыночек не зря такой касиывай у нас получился, только вот потерпи ещё немного её…
— Терплю конечно, — сказал Денис. — Квартирка-то у неё хорошая. Двушка в центре — не хухры мухры. И это главное. Ради квартиры можно и потерпеть.
— Умница, сынок, — Галина Семёновна смеялась. — Мы тебя правильно воспитали!
Марина стояла на балконе неподвижно. Дышать стало трудно.
Они смеялись. Внизу.
Обсуждали, сколько ещё можно с неё вытащить.
Планировали, как использовать её квартиру.
Марина развернулась. Зашла в номер. Тихо, осторожно, как-будто боялась, что ее услышит кто-то. Хотя Денис всё ещё был у родителей.
Она прошла к шкафу. Достала чемодан. Руки дрожали, но она заставила себя действовать быстро, чётко.
Косметичка. Одежда. Обувь. Зарядки, документы, всё самое нужное. Складывала методично, не думая, на автомате.
Застегнула чемодан. Посмотрела на часы. Прошло минут десять.
Взяла телефон. Открыла приложение такси. Заказала машину в аэропорт. Водитель принял заказ — через двадцать минут будет у отеля.
Потом открыла меню обслуживания номера. Листала, пока не нашла самые дорогие позиции. Лобстеры — двадцать тысяч за порцию. Красная икра — пятнадцать. Устрицы — двенадцать. Шампанское — десять. Фуа-гра — восемь.
Заказала всё. На трёх человек. Доставка в номер 324 — номер родителей. Сумма вышла сто двадцать три тысячи рублей.
Подтвердила заказ.
Села на кровать. Ждала.
Минут через пять дверь открылась. Вошёл Денис. Улыбался, довольный. Увидел её с чемоданом у ног — улыбка сползла.
— Ты чего? Куда собралась?
Марина встала. Взяла чемодан за ручку.
— Домой.
— Как домой? — он не понял. — У нас ещё четыре дня отдыха!
— У тебя четыре дня. У меня отдых закончился.
Он шагнул ближе, нахмурился.
— Что случилось? Ты чего психуешь?
Марина посмотрела на него. Красивого, ухоженного, довольного собой. Того, в кого она была влюблена три года. Кого защищала от матери, от подруги, от всех, кто предупреждал.
— Я всё слышала. Ваш разговор на балконе. С твоими родителями.
Денис замер. Лицо изменилось — побледнел, глаза расширились.
— Какой разговор?
— Про то, как ты меня раскрутил на отдых. Про то, что у меня ещё сто тысяч есть на карте. Про алименты от бывшего мужа. Про мою квартиру, которую ты планируешь забрать. Про то, что ты терпишь Катю, чужого ребёнка, ради этой квартиры.
Тишина. Денис стоял молча, открыл рот, закрыл. Не знал, что сказать.
— Мариш, ты… ты не так поняла…
— Я всё правильно поняла. Дословно. Ты говорил, что ещё годик-два потерпишь, пропишешься, впишешь себя в собственность. А мама твоя смеялась, что вы меня правильно воспитали. Головой думать надо, а не сердцем.
Марина прошла мимо него к двери. Он схватил её за руку.
— Маринка, подожди! Ну давай поговорим нормально!
Она вырвала руку резко.
— Не о чем говорить. Три года ты мне врал. Три года играл в любовь. Ради квартиры.
— Это не так! Я люблю тебя!
Марина усмехнулась. Горько, зло.
— Ты любишь мою квартиру. И мою зарплату. А меня терпишь. Это твои слова. Я сама их слышала своими ушами.
Телефон завибрировал. СМС от водителя: «Жду у входа в отель.»
— Такси приехало. Я уехала.
— Маринка, не надо! Прости! Я не то имел в виду! Я ду…рак, ляпнул глупость!
Она открыла дверь. Обернулась.
— Я вам ужин прощальный заказала в номер твоих родителей. Сто двадцать три тысячи рублей. Наслаждайтесь.
— Что?!
— Пусть поедят достойно. За свой счёт. Ах, у них же денег нет, да? И у тебя не денег? Какая досада! Разберетесь!
Денис побледел ещё сильнее.
— Ты с ума сошла?!
— Нет. Я впервые за три года в здравом уме. Прощай, Денис. Документы на развод подам завтра же.
Она вышла. Дверь захлопнулась. За спиной слышала, как он кричит что-то, дёргает ручку. Но она не оборачивалась.
Спустилась в лифте. Вышла из отеля. Села в такси.
— В аэропорт, пожалуйста.
— Едем.
Машина тронулась. Марина откинулась на сиденье, закрыла глаза.
Всё. Конец.
Три года. Больше шестисот тысяч рублей. Дорогой урок.
В самолёте Марина сидела у окна и смотрела на облака. Не плакала. Странно, но слёз не было. Только пустота внутри. И облегчение.
Телефон разрывался от звонков. Денис. Галина Семёновна. Виктор Анатольевич.
Она отключила звук.
Читала сообщения:
ДЕНИС: «Ты хоть понимаешь, что наделала?! Как нам домой добираться?!»
ДЕНИС: «Мама плачет! У них денег нет! Счёт в ресторане выставили! Что делать?!»
ГАЛИНА СЕМЁНОВНА: «Марина, как ты могла?! Мы твоя семья!»
ВИКТОР АНАТОЛЬЕВИЧ: «Мы в полицию заявим! Это мошенничество!»
Марина заблокировала все три номера.
Дома первым делом она поехала к матери. Забрала Катю.
— Мам, я вернулась раньше.
Тамара Вячеславовна вышла из кухни, вытирая руки полотенцем.
— Что случилось?
— Потом расскажу. Нам пора домой.
Катя обняла маму крепко.
— Мамочка, я соскучилась!
— И я, солнышко.
Дома Марина сразу позвонила слесарю. Заказала замену замков. Тот приехал через час.
— Срочно нужно?
— Очень срочно.
Пока мастер работал, Марина искала в интернете юриста. Нашла. Записалась на завтра.
Вечером легла с Катей в обнимку. Девочка уснула быстро. Марина лежала с открытыми глазами и думала.
Шестьсот тысяч. Она потратила шестьсот тысяч рублей за три дня. На людей, которые смеялись над ней. Которые использовали её.
Дорогой урок. Но лучше сейчас, чем потом.
Через три дня после работы Марина вышла из офиса. У входа стоял Денис.
Она остановилась.
— Что ты здесь делаешь?
Он шагнул к ней. Лицо усталое, небритое. Одет в мятую футболку и джинсы.
— Маринка, ну давай поговорим! Ты всё неправильно поняла!
— Я всё правильно поняла. Уходи.
Она попыталась пройти мимо. Он схватил её за руку.
— Маринка, ну пожалуйста! Я люблю тебя!
Марина вырвала руку.
— Ты любишь мою квартиру. И мою зарплату. А меня терпишь.
— Это не так!
— Это твои слова. Я сама их слышала.
Мимо проходил охранник офисного здания. Марина окликнула его:
— Извините, этот человек меня преследует. Помогите, пожалуйста.
Охранник подошёл. Крупный мужчина лет сорока.
— Есть проблемы?
— Да. Он не отстаёт от меня.
Охранник повернулся к Денису.
— Молодой человек, прошу покинуть территорию. Иначе вызову полицию.
Денис посмотрел на Марину долгим взглядом. Потом развернулся и ушёл.
Марина выдохнула.
— Спасибо.
— Обращайтесь, если ещё будут проблемы.
Через два дня Марине позвонила учительница Кати.
— Марина Дмитриевна, здравствуйте. У нас тут ситуация. Ваш муж приходил к школе. Ждал Катю у дверей.
Марина сжала телефон.
— Он с ней разговаривал?
— Пытался. Но я вмешалась. Сказала, что без вашего разрешения не отдам ребёнка никому.
— Спасибо огромное. Я сейчас подъеду. И напишу заявление, чтобы его к дочери не подпускали.
Марина приехала в школу через полчаса. Написала заявление на имя директора. Потом поехала в полицию. Написала заявление о преследовании.
Вечером пришло сообщение от Галины Семёновны:
«Маринушка, как дела? Давно не виделись! Заходите с Катенькой в гости, я соскучилась!»
Марина удалила сообщение. Заблокировала номер.
Через месяц развод был оформлен. Денис не пришёл на заседание. Судья развёл их заочно.
Марина вернула девичью фамилию. Свинникова. Да, её дразнили в детстве. Но это была её фамилия. Её, а не чужая.
Катя спросила:
— Мам, а почему мы опять Свинниковы?
— Потому что это наша фамилия, солнышко. Наша с тобой.
— А Денис?
— Денис больше не с нами.
— И хорошо, — Катя обняла маму. — Он всё равно тебя не любил. Я видела.
Марина прижала дочку к себе. Поцеловала в макушку.
— Ты у меня умная. Очень умная.
Прошло три месяца. Марина сидела на кухне с чашкой чая и смотрела в окно. За окном шёл снег. Декабрь. Скоро Новый год.
Катя делала уроки за столом. Сосредоточенная, серьёзная. Грызла кончик ручки.
— Мам, а мы ёлку ставить будем?
— Конечно. В выходные поедем выбирать.
— Большую?
— Самую большую, какая влезет.
Катя улыбнулась.
Марина допила чай. Поставила чашку в раковину. Посмотрела на дочь.
Они вдвоём. Как раньше. Как до Дениса.
Но теперь по-другому. Теперь Марина знала себе цену. Знала, что не нужно цепляться за человека. Не нужно покупать любовь.
