– Послушай, Наташ, – Антон нервно провёл рукой по волосам, – мама просто оказалась в трудной ситуации.
– В какой ещё трудной ситуации? – Наташа села в кресло, не спуская глаз с мужа. – Неделю назад у неё была собственная квартира, работа, планы на жизнь. И вдруг – раз! – и она срочно нуждается в нашей помощи?
Антон тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал, что рассказывать придётся всю правду. Но как объяснить жене, что его мать опять наделала глупостей?
А началось всё с того злополучного телефонного разговора три дня назад.
Галина Ивановна позвонила сыну в субботнее утро. Голос был какой–то растерянный, непривычно тихий:
– Антоша, сынок. У меня тут проблема возникла.
– Какая проблема, мам?
– Ну, – она замялась. – Помнишь, я рассказывала про Степана Петровича? Соседа моего?
Антон напрягся. Степан Петрович – это тот самый пенсионер–авантюрист, который полгода назад активно ухаживал за его матерью. Антон тогда предупреждал, что мужик подозрительный, но мама не слушала.
– Что с ним?
– Антоша, – голос матери дрогнул, – он оказался мошенником. Я… я дала ему денег в долг. Много денег. Под расписку, конечно. А теперь он исчез. И расписка, как выяснилось, недействительная.
Антон почувствовал, как внутри всё похолодело.
– Сколько денег, мам?
– Почти все накопления, – прошептала Галина Ивановна. – И ещё я квартиру заложила. Думала, быстро отдам, а теперь… Банк требует досрочного погашения, а у меня нет ничего.
– Мам, ну как ты могла?
– Он сказал, что открывает своё дело! Обещал через полгода с процентамивроде существуют вернуть! – заплакала Галина Ивановна. – Я думала, нам свадьба предстоит, хотела помочь.
– Мам, успокойся. Что теперь делать будем?
– Антоша, – в голосе матери появилась привычная решительность, – у меня план есть. Я квартиру продам срочно, с банком расплачусь, а потом перееду к вам. Места же у вас много, трёшка большая.
Антон почувствовал, как у него начинает болеть голова.
– Мам, но это же Наташина квартира.
– Антон! – возмутилась Галина Ивановна. – Ты что, забыл, сколько я для тебя делала? И теперь ты мне говоришь, что какая–то, – она сдержалась, – что твоя жена может оставить родную мать на улице?
– Мам, никто тебя на улицу не выставляет.
– Вот и хорошо! – тон стал деловитым. – Значит, решено. Я уже с риелтором договорилась. К среде всё оформим, а в четверг мои вещи привезут. Комнатку мне освободите, я много места не займу.
– Мам, я должен посоветоваться с Наташей.
– О чём советоваться? – в голосе зазвенели стальные нотки. – Ты что, не мужчина в доме? Это же твоя семья! Твой долг – заботиться о матери!
– Формально квартира принадлежит Наташе, – попытался объяснить Антон.
– Ах, вот как! – Галина Ивановна явно оскорбилась. – Значит, ты у неё на содержании? Альфонс, что ли? Стыдно, Антон!
– Мам, дело не в этом.
– Всё ясно, – холодно оборвала его мать. – Завтра с утра окончательно всё решаю. Приедешь помочь с переездом!
Раздались короткие гудки.
Антон посмотрел на телефон и застонал. Как теперь это объяснить Наташе?
Наташа вернулась с йоги около семи вечера. Бодрая, расслабленная, с улыбкой. Антон готовил ужин – верный признак того, что нужно о чём–то серьёзном поговорить.
– Что случилось? – сразу спросила она, повесив куртку.
– Мама звонила.
Улыбка Наташи немного померкла. Отношения со свекровью у неё были, мягко говоря, прохладными.
– И что она хотела?
– Она, в общем, попала в неприятную ситуацию.
– Какую ситуацию?
Антон рассказал всю историю с Степаном Петровичем и его махинациями. Наташа слушала молча, изредка качая головой.
– И что дальше? – спросила она, когда он закончил.
– Она хочет переехать к нам.
– Понятно. – Наташа села за стол. – А ты что думаешь?
– Я думаю, что другого выхода у неё нет.
– Неужели? – Наташа подняла бровь. – А съёмная квартира? А комната у родственников? А социальные службы для пожилых, вроде как существуют?
– Наташ, она же моя мать.
– И поэтому она имеет право распоряжаться нашей жизнью? – Наташа откинулась на спинку стула. – Антон, давай начистоту: твоя мама меня терпеть не может. Четыре года брака она ни разу не пропустила возможности дать мне понять, какая я никчёмная жена.
Антон молчал. Это была правда, и спорить было бессмысленно.
– Помнишь, что она сказала на дне рождения Вики? – продолжала Наташа. – «Хорошая хозяйка никогда не купит готовые пельмени, а сделает сама». Это при том, что я пришла с работы в девять вечера!
– Она не со злостью говорила.
– Да? – Наташа горько рассмеялась. – А её намёки на то, что «нормальные жёны рожают в первые два года»? А её привычка переставлять мои вещи «на правильные места»?
Антон потёр лоб. Все эти мелочи, которые по отдельности казались несущественными, складывались в удручающую картину.
– Наташ, она просто такая. Привыкла всё контролировать.
– Вот именно! – Наташа встала. – И ты хочешь, чтобы она контролировала наш дом? Нашу жизнь?
– Но куда ей идти?
– Антон, она взрослый человек. Пусть сама ищет выход из ситуации, которую сама и создала, – жёстко сказала Наташа. – У неё будут деньги от продажи квартиры – может снимать жильё. Или купить что–то поменьше.
– Этих денег хватит только на погашение банковского кредита.
– Тогда пусть обращается в социальную службу. Или ищет работу. В семьдесят лет многие ещё работают.
– Наташ, ну что ты говоришь?
– Нет, – твёрдо сказала она. – Я не согласна жить под одной крышей с человеком, который меня презирает. И дело не в том, что это моя квартира. Дело в том, что я не позволю превратить свой дом в поле битвы.
– Может быть, временно? – попробовал Антон. – Пока она что–то не найдёт?
– Временно? – Наташа посмотрела на него с сожалением. – Антон, ты правда веришь, что она будет искать альтернативу? Она же специально создала ситуацию, чтобы у неё не было выбора!
– Ты думаешь, она специально?
– А ты как думаешь? – Наташа подошла к окну. – Женщина семидесяти лет, всю жизнь проработавшая бухгалтером, не понимает, что нельзя отдавать незнакомому мужчине все сбережения? Да она просто воспользовалась ситуацией, чтобы получить то, что хотела – переехать к нам!
Антон молчал. В глубине души он понимал, что жена может быть права.
– Антон, – мягко сказала Наташа, обернувшись к нему, – я тебя люблю. Но я не позволю никому – даже твоей матери – разрушить наш брак.
Он подошёл к ней, обнял:
– Что мне делать?
– То, что должен делать взрослый мужчина, – ответила она. – Объяснить матери, что у нас своя семья. Что ты её любишь, но жизнь строишь сам.
– Она не поймёт.
– Тогда это её проблемы. Не твои.
На следующий день Антон позвонил матери. Разговор был тяжёлым.
– Что значит «мы не готовы»? – негодовала Галина Ивановна. – Я уже всё решила! Квартира продана!
– Мам, мы можем помочь деньгами. Поможем найти съёмное жильё, оплатим первые месяцы.
– Деньгами? – фыркнула мать. – У меня есть собственный сын, собственная семья! Зачем мне чужая помощь?
– Мам, это не чужая помощь. Это моё решение, мам.
– Твоё решение? – в голосе появилась боль. – Антон, я всю жизнь тебе отдала! Всё лучшее! И это благодарность?
– Мам, я тебе благодарен. Но я взрослый мужчина. У меня своя семья.
– Какая ещё семья! – взорвалась Галина Ивановна. – Семья – это я!
– Мам, хватит.
– Ах, хватит? – голос стал ледяным. – Хорошо. Значит, выбор ты сделал. Живи как знаешь. Только помни: когда тебе станет плохо, даже звонить тебе не буду!
Связь прервалась.
Антон рассказал обо всём Наташе.
– Она сказала, что я её предал, – вздохнул он.
– Классическая манипуляция, – спокойно ответила Наташа. – Она привыкнет. Знаешь, после смерти папы моя мама тоже пыталась переехать ко мне. Тоже обижалась, когда я отказалась. Но сейчас она благодарна – у неё своя жизнь, свои интересы.
– А если она правда заболеет?
– Тогда мы поможем. Но это не значит, что она должна жить с нами.
Неделя прошла в напряжённом ожидании. Галина Ивановна молчала. А потом позвонила сестра Антона, Ирина.
– Антон, – встревоженно сказала она, – мама в больнице. Инфаркт.
– Что?! Что случилось?
– Врачи говорят, стресс. Она же эту квартиру продавала, переживала сильно. А тут ещё и с тобой поссорилась.
Антон почувствовал знакомое чувство вины.
– Как она?
– Лежит, хнычет. Всё про тебя спрашивает. Говорит: «Надеюсь, сын пожалеет, когда мать похоронит».
– Ира, это же…
– Да знаю я, что это манипуляция! – устало сказала сестра. – Но всё равно переживаю.
Вечером Антон поделился новостями с Наташей.
– Поехали к ней, – неожиданно предложила она.
– Ты серьёзно?
– Как никогда. Пусть видит, что мы рядом.
В больничной палате Галина Ивановна выглядела маленькой и беззащитной. Увидев входящих, она демонстративно отвернулась к стене.
– Мам, – тихо сказал Антон. – Как ты себя чувствуешь?
– А тебя это интересует? – тихо сказала, не поворачиваясь.
– Галина Ивановна, – вмешалась Наташа. – Может поговорим?
Мать Антона медленно повернулась:
– О чём тут говорить?
– О том, что вы попали в трудную ситуацию. О том, что мы готовы помочь. Но не так, как вы хотите, а как можем.
– Мне не нужна ваша жалость.
– Это не жалость, – терпеливо сказала Наташа. – Это забота. Мы поможем найти хорошее жильё, оплатим аренду. Будем навещать, приглашать в гости. Но жить всем вместе не получится.
– Почему? – спросила Галина Ивановна, и в её голосе впервые не было агрессии.
– Потому что нам нужно пространство. Вам тоже. Вы привыкли быть хозяйкой в своём доме. А у нас есть свои привычки, свой ритм жизни.
– А если мне плохо станет?
– Тогда мы приедем. В любое время дня и ночи. Но это не значит, что нужно жить в одной квартире.
Галина Ивановна долго молчала, потом тихо спросила:
– А вы правда поможете найти что–то хорошее?
– Конечно, – кивнула Наташа.
– И приезжать будете?
– Конечно. И на праздники приглашать. Вы же бабушка наших будущих детей.
Глаза Галины Ивановны увлажнились:
– Будущих?
– Мы планируем, – улыбнулась Наташа.
– А я думала, – прошептала свекровь. – Думала, вы уж меня совсем не хотите видеть.
– Хотим, конечно.
Через месяц они помогли Галине Ивановне снять уютную двухкомнатную квартиру рядом с парком. Помогли обустроиться, познакомили с соседями. Она записалась в клуб рукоделия, нашла подругу – такую же активную пенсионерку.
Теперь она приходила к ним раз в неделю. И когда через год Наташа родила дочку, Галина Ивановна стала лучшей няней на свете.
– Знаешь, – сказала она как–то Наташе, – хорошо, что ты тогда не согласилась. Я бы совсем от жизни отстала, если б к вам переехала. А так у меня столько интересов появилось!
Наташа улыбнулась:
– Мы все правильно сделали.
Антон, качая на руках маленькую дочку, думал о том, как важно уметь говорить «нет» даже самым близким людям. Иногда именно это «нет» и помогает сохранить любовь.
