Ксения вернулась домой раньше обычного — встречу с крупным клиентом неожиданно отменили буквально за час до начала, прислав короткое извинение на почту, и весь рабочий день внезапно освободился полностью. Она ехала в метро, читала новости в телефоне и думала про себя, что неплохо бы сейчас зайти в большой супермаркет около дома, купить что-то особенно вкусное на ужин, может быть, приготовить что-то необычное для мужа Дениса. Они с ним последнее время виделись только урывками по вечерам — он целыми днями пропадал в своём бизнесе, она постоянно задерживалась на работе, нормальных разговоров толком не было уже недели две. Сегодня можно было бы посидеть спокойно вдвоём, поговорить по душам, посмотреть фильм вместе.
— Девушка, извините, вы выходите на следующей? — окликнул её мужчина средних лет на станции метро.
— Да-да, извините, прошу прощения, — очнулась от мыслей Ксения и быстро протиснулась к выходу из вагона.
По дороге от метро домой она специально зашла в большой супермаркет, походила между рядами, выбирая продукты. Купила хорошие стейки из мраморной говядины, свежие овощи для салата, бутылку дорогого красного вина, которое Денис особенно любил. Ещё взяла клубнику и сливки на десерт. Денис всегда говорил, что когда она готовит мясо дома, получается даже лучше, чем в дорогих ресторанах, куда они иногда ходили. Ксения улыбнулась при этой мысли, представляя, как они будут сидеть на кухне, разговаривать обо всём. Может, вечер получится действительно приятным и тёплым.
В подъезде было странно и непривычно тихо, и это почему-то сразу насторожило Ксению: обычно в такое время, около трёх часов дня, у них в доме всегда кто-то обязательно шёл по лестнице или громко разговаривал по телефону в подъезде, бабушки-соседки с первого этажа традиционно сидели на старой деревянной лавочке у самого входа, активно обсуждали последние соседские новости и сплетни. Сейчас же — абсолютная тишина, ни единого звука.
Только монотонное гудение лифтового механизма где-то высоко наверху и отдалённый лай собаки во дворе. Ксения медленно поднималась по ступенькам на четвёртый этаж, тяжёлые пакеты с продуктами оттягивали руки, и она внимательно прислушивалась к окружающему пространству. Тишина казалась какой-то неестественной, почти давящей на барабанные перепонки. Она невольно поёжилась, хотя в подъезде было даже жарковато от работающего отопления. Просто очень странное, необъяснимое ощущение тревоги.
Подойдя наконец к двери своей квартиры на четвёртом этаже, Ксения резко замерла на месте прямо на площадке — изнутри квартиры совершенно отчётливо доносились приглушённые голоса нескольких человек. В квартире явно были не одни, там кто-то был с Денисом. Она сразу узнала голос своего мужа, он говорил приглушённо, но вполне отчётливо, разборчиво. И ещё один голос слышался оттуда — женский, довольно резкий и знакомый.
Это была Вика, младшая сестра Дениса. Ксения удивлённо нахмурилась. Вика заходила к ним в гости относительно нечасто, обычно всегда звонила и предупреждала заранее о визите. А тут вот просто пришла внезапно среди обычного рабочего дня. Как-то странно и подозрительно.
Ксения тихо достала связку ключей из внешнего кармана сумки, но почему-то не стала сразу же открывать дверь и заходить внутрь. Что-то глубоко внутри неё интуитивно подсказывало: стоит подождать, прислушаться.
Ключ она аккуратно вставила в замочную скважину и повернула в замке медленно, максимально осторожно, почти беззвучно, миллиметр за миллиметром, старательно стараясь не издавать ни малейшего лишнего звука, совершенно не желая громко объявлять всем о своём неожиданном возвращении домой. Замок тихо щёлкнул, дверь чуть-чуть приоткрылась буквально на пару сантиметров внутрь. Ксения замерла неподвижно, затаила дыхание и стала внимательно прислушиваться к звукам. Голоса продолжали доноситься из кухни, но теперь уже более отчётливо и понятно. Она предельно осторожно толкнула дверь ещё немного, прошла внутрь на цыпочках и максимально аккуратно прикрыла её за собой обратно, оставив на щеколде, чтобы она случайно не хлопнула громко.
Из кухни в конце длинного коридора продолжали доноситься явно приглушённые, но вполне различимые голоса, звучащие напряжённо и спешно, словно люди там обсуждали что-то очень срочное, важное и секретное. Ксения без труда различила голос Вики — та говорила быстро и настойчиво, почти шипела от напряжения. Денис отвечал ей короткими односложными фразами, как-то неуверенно, сбивчиво. Ксения осторожно сняла свои туфли на шпильке в прихожей, чтобы каблуки не стучали громко по паркету, и медленно, стараясь не дышать, двинулась по узкому коридору в сторону кухни. Тяжёлые пакеты с покупками и продуктами она бесшумно поставила прямо у входной двери на пол, чтобы целлофановые пакеты не шуршали предательски.
Она остановилась в тёмном коридоре, не доходя нескольких шагов до кухонной двери, замерла и не сделала больше ни единого шага дальше, затаив полностью дыхание и прижавшись спиной к холодной стене. Из кухни продолжал доноситься напряжённый разговор двух человек, и Ксения постепенно начала различать уже отдельные конкретные слова и даже целые фразы. Сердце забилось заметно чаще и громче, стучало прямо в висках. Она крепко прижалась спиной к обоям на стене, боясь пошевелиться, и продолжала внимательно слушать каждое слово.
И тогда прозвучала именно та самая фраза, которая перевернула всё в один момент, отчётливо и совершенно холодно прорезая тишину коридора, как нож:
— Деньги мы спрячем, а ей скажешь, что бизнес прогорел, — настойчиво шептала золовка Вика за приоткрытой дверью кухни, но при этом достаточно громко и внятно, чтобы Ксения смогла расслышать абсолютно каждое произнесённое слово. — Слышишь меня, Денис? Я серьёзно говорю. Это вообще единственный нормальный выход из ситуации. Иначе она просто заберёт всё подчистую, если вы вдруг разведётесь. А ты прекрасно знаешь, что это вполне возможно в любой момент. Ты же сам мне недавно говорил, что у вас с ней последнее время совсем не очень складывается, что вы почти не разговариваете нормально.
— Вик, я правда не знаю… Может, не надо? — пробормотал Денис крайне неуверенно, сомневаясь.
— Что именно ты не знаешь?! — резко зашипела в ответ сестра раздражённо. — Ты всерьёз хочешь в итоге остаться вообще ни с чем?! Это же твои кровные деньги, твой бизнес, который ты строил годами! Ты вкалывал как проклятый, а она что делала всё это время? Спокойно сидела себе в тёплом офисе на стабильной зарплате, ни о чём не переживая? Пусть вообще радуется и благодарит судьбу, что хотя бы жила с тобой в нормальной приличной квартире, а не в какой-нибудь дыре на окраине!
— Вика, ну это всё-таки жестоко как-то…
— Жестоко?! А когда она тебя бросит и отсудит половину — это по-твоему не жестоко?! Очнись уже, брат!
Ксения резко почувствовала, как у неё внутри всё мгновенно сжалось в один тугой болезненный узел, перехватило дыхание в груди, но лицо при этом почему-то осталось совершенно неподвижным и застывшим — будто весь организм сам по себе автоматически включил какой-то специальный защитный режим абсолютной тишины и полного самоконтроля над эмоциями. Никаких чувств, никаких проявлений наружу. Только ледяная концентрация и собранность. Она продолжала стоять, не шевелясь ни на миллиметр, и внимательно слушать продолжение разговора дальше, жадно впитывая буквально каждое произнесённое слово.
В продолжающемся разговоре на кухне то и дело мелькало её собственное имя, они активно обсуждали совместные накопления супругов, общие банковские счета, доступы к различным картам и деньгам, конкретные сроки, когда именно лучше всего провернуть эту аферу, и то, как «она всё равно ничего толком не поймёт сама и не разберётся во всех этих финансовых тонкостях».
— Погоди, а у неё вообще есть прямой доступ к твоему основному рабочему счёту? — спросила Вика уже совсем деловым тоном.
— Ну естественно есть, мы же официально муж и жена… Это же нормально, — ответил Денис неуверенно.
— Вот именно поэтому! Значит, тебе надо срочно, буквально завтра же, его полностью закрыть и немедленно открыть совершенно новый счёт. Строго на твоё единоличное имя, без всяких доверенностей. А жене своей скажешь потом, что банк заблокировал старый из-за каких-то подозрительных операций или мошенничества. Она же абсолютно в этом не разбирается. Ксения вообще очень далека от всех финансов и экономики, ты же сам мне неоднократно об этом говорил раньше.
— Она не совсем дура, Вик… Она умная.
— Может быть и умная, но точно не экономист и не бухгалтер! Ты вообще думаешь, что она куда-то полезет специально всё проверять и перепроверять? Ей же абсолютно некогда этим заниматься, она же на своей работе с раннего утра до позднего вечера пропадает постоянно. Скажешь ей убедительно, что начались серьёзные проблемы с налоговой инспекцией, что пришлось срочно бизнес временно прикрыть, что свободных денег сейчас вообще практически нет. Она стопроцентно поверит тебе на слово. Главное правило — говорить максимально уверенно и спокойно, не сбиваться.
— А вдруг она вдруг захочет какие-то документы посмотреть, справки?
— Ты ей спокойно покажешь липовые фальшивые бумаги. Я знаю одного надёжного человека, он профессионально делает абсолютно любые справки и печати. Всё будет выглядеть очень нормально и правдоподобно. Ксения точно ничего не заподозрит подвоха, не переживай.
Денис что-то неразборчиво буркнул в ответ сестре, совсем тихо, не возражая ей прямо и не отказываясь категорически — просто мычал невнятное согласие, кивал, и этого оказалось более чем достаточно для полного понимания ситуации Ксенией.
— Хорошо, Вик, хорошо… Наверное, ты совершенно права во всём… — пробормотал он наконец вслух после паузы. — Действительно надо как-то себя обезопасить заранее. Мало ли вообще что может случиться дальше.
— Вот именно так! Вот правильно мыслишь! — обрадованно воскликнула Вика. — Я же исключительно о тебе забочусь, братик родной. Ты же мне не чужой человек. А эта твоя Ксения… Сколько вы вообще вместе прожили? Три года всего? Это же вообще абсолютное ничто по большому счёту. Ты её по-настоящему толком и не знаешь даже. А вдруг она уже давным-давно втихаря планирует тебя кинуть и ограбить?
— Вика, но причём тут вообще…
— А при том самом! Все современные женщины очень хитрые и расчётливые. Она вполне могла уже давно найти себе хорошего адвоката, всё тщательно просчитать, продумать. А ты потом будешь сидеть и горько локти кусать от досады. Давай действуй решительно, пока ещё не слишком поздно что-то предпринять.
Ксения крепко сжала кулаки до боли. Значит, всё понятно. Значит, именно так.
Ксения услышала более чем достаточно для понимания ситуации. Она медленно, предельно осторожно оторвалась спиной от стены, аккуратно выпрямилась и развернулась на месте. Затем так же абсолютно бесшумно, на цыпочках двинулась обратно по коридору к входной двери, стараясь дышать максимально тихо и поверхностно. Подняла с пола свои тяжёлые пакеты с продуктами, так же тихо и осторожно вышла из квартиры обратно в подъезд, максимально аккуратно прикрыв входную дверь снаружи, без единого щелчка замка. На лестничной клетке она присела прямо на холодную бетонную ступеньку, пытаясь отдышаться нормально и хоть как-то собраться с мыслями. Руки заметно и предательски дрожали мелкой дрожью.
Прямо на лестничной клетке, сидя на холодной неуютной ступеньке и обхватив колени руками, она дрожащими пальцами достала мобильный телефон из сумки и быстро открыла все банковские приложения одно за другим — основной личный счёт, кредитные карты, накопительный вклад, дебетовая карта. Тщательно проверила все цифры и суммы очень внимательно, сверяясь с памятью. Баланс был полностью на месте, ничего не пропало. Все их совместные накопления, все крупные суммы на счетах точно совпадали с тем, что она чётко помнила наизусть. Пока что абсолютно никто ничего не трогал и не переводил. Пока. Но теперь она точно знала, что это продлится совсем ненадолго. Дни, максимум неделя. Ксения глубоко перевела дух, закрыла глаза на секунду и начала лихорадочно соображать, что конкретно делать дальше, как действовать.
Она просидела на холодной лестничной клетке минут двадцать пять, активно обдумывая сложившуюся ситуацию со всех сторон, взвешивая все варианты. Потом решительно поднялась, спустилась вниз по лестнице и вышла из подъезда на улицу. Прошла квартал до ближайшего уютного кафе, где они с подругами иногда встречались. Зашла внутрь, села за свободный столик в самом дальнем углу у окна, заказала большую чашку крепкого кофе и открыла свой рабочий ноутбук. В голове беспорядочно вихрем проносились самые разные мысли и эмоции, но она жёстко заставила себя успокоиться и взять себя в руки, начать действовать исключительно рационально и хладнокровно. Открыла официальный сайт крупного банка.
Прямо здесь, сидя в кафе за столиком, за сорок минут интенсивной работы она успешно открыла совершенно новый личный счёт в совершенно другом крупном банке, куда у Дениса изначально не было и теперь уже точно не будет абсолютно никакого доступа или прав. Затем методично перевела туда абсолютно все деньги со всех старых совместных карт и вкладов — все до последней копейки, ничего не оставив. После этого системно заблокировала все общие доступы мужа, полностью поменяла пароли абсолютно ко всем приложениям и аккаунтам. Накопительный вклад тоже срочно переоформила на новый счёт. Денис фактически остался ни с чем из их общего семейного бюджета. Ксения откинулась на спинку мягкого стула, выдохнула. Всё. Готово. Теперь можно спокойно возвращаться домой.
Вечером, около семи часов, она наконец вернулась домой уже совершенно другим, изменившимся человеком: с новым защищённым счётом надёжно в кармане, полностью заблокированными доступами для мужа ко всем деньгам и заранее тщательно продуманным детальным планом дальнейших действий на все случаи. Ксения как ни в чём не бывало открыла входную дверь своим ключом совершенно обычным образом, специально громко прошла в прихожую, давая понять, что пришла.
— Привет всем! Я наконец-то дома! — позвала она нарочито бодрым и радостным голосом в пространство.
Денис нервно выскочил из комнаты в коридор, выглядел явно напряжённым и взволнованным.
— А, привет, Ксюш… Ты сегодня рано как-то пришла. Не ожидал, — пробормотал он, избегая прямого взгляда.
— Встреча с клиентом неожиданно отменилась в последний момент. Решила пораньше домой вернуться. А что, кстати, Вика твоя сегодня приходила? — небрежно спросила Ксения, внимательно наблюдая за малейшими изменениями в его реакции. — Мне показалось, что её тапки видела у двери, когда утром уходила на работу.
Денис заметно дёрнулся, вздрогнул.
— Да нет вроде, не приходила она сегодня… Может быть, это давно ещё оставила, когда в прошлый раз у нас в гостях была недели две назад.
— Ясно, понятно, — медленно кивнула Ксения, делая вид, что поверила. Отлично. Значит, начинает врать сразу же, даже не моргнув.
За совместным ужином Ксения вела себя подчёркнуто спокойно и максимально естественно, улыбалась, наливала красное вино в бокалы, мило расспрашивала мужа про прошедший день, внимательно наблюдая при этом, как муж постоянно старательно избегает её прямого взгляда глаза в глаза, упорно смотрит вниз в свою тарелку, часто отводит глаза в сторону к окну.
— Как у тебя дела с бизнесом? Всё нормально? — спросила она между делом совершенно обыденным тоном, аккуратно отрезая небольшой кусок стейка.
— Нормально вроде, — неуверенно буркнул Денис, не поднимая головы. — В целом нормально всё.
— Точно нормально? Просто ты какой-то очень напряжённый всё последнее время. Я волнуюсь.
— Всё нормально, Ксюш. Не переживай зря. Работа, устаю просто.
Она понимающе кивнула и продолжала спокойно есть. Ну что же, посмотрим дальше.
Примерно через час после ужина, когда они молча сидели в гостиной перед включённым телевизором, Денис вдруг неожиданно начал говорить первым. Ксения моментально насторожилась внутренне — он совершенно очевидно специально готовился к этому важному разговору, репетировал.
— Ксюш, слушай меня внимательно… Мне тут надо серьёзно с тобой поговорить, — начал он максимально осторожно, старательно подбирая слова и не глядя прямо в глаза жене. — У меня на работе начались определённые сложности. Достаточно серьёзные такие проблемы. С налоговой инспекцией большие проблемы начались, с поставщиками тоже конфликты… В общем, дела идут откровенно не очень хорошо. Возможно, мне даже придётся бизнес закрывать полностью и временно. Или вообще продавать кому-то.
— Что?! Серьёзно?! — Ксения мастерски изобразила искреннее глубокое удивление и шок на лице. — Ты правда серьёзно сейчас говоришь? Когда это всё началось вообще?
— Ну, это тянется уже давно… Месяца полтора, может два, наверное точно. Я просто очень не хотел тебя нагружать лишними проблемами раньше времени, переживаниями. Думал, что справлюсь сам как-нибудь, решу вопросы. Но вот не получается никак. Есть очень большие серьёзные риски сейчас, понимаешь ты? Могу вообще абсолютно всё потерять до нуля.
— То есть как это конкретно — потерять всё? — Ксения пристально смотрела прямо на него в упор, не отводя взгляда.
— Ну, в смысле денег свободных может вообще не быть какое-то неопределённое время. Совсем не быть. Придётся нам сильно затянуть пояса, экономить на всём.
Ксения медленно и задумчиво кивнула, делая серьёзное лицо.
Когда Денис полностью закончил свою явно заранее подготовленную и отрепетированную речь о разнообразных «рисках», «сложностях» и «проблемах с налоговой», Ксения демонстративно молча достала свой мобильный телефон из кармана джинсов, спокойно положила его экраном строго вверх на журнальный столик прямо перед сидящим мужем и уверенно нажала большую кнопку воспроизведения аудиозаписи.
— «Деньги мы спрячем, а ей скажешь, что бизнес прогорел», — громко и отчётливо раздался из динамика телефона узнаваемый голос Виктории.
Лицо Дениса буквально изменилось мгновенно — из обычного розоватого здорового цвета стало пепельно-серым, широко раскрылись глаза, рот беспомощно приоткрылся. Он судорожно попытался хоть что-то сказать в своё оправдание, но нужные слова намертво застряли глубоко в горле. Аудиозапись методично продолжала воспроизводиться дальше — их с родной сестрой подробнейший разговор о том, как именно обмануть доверчивую жену, куда конкретно спрятать все деньги, какие именно документы подделать, к кому обратиться.
— Ксюш… Подожди… Я честно могу всё объяснить тебе… — с трудом выдавил он наконец из себя, побледнев ещё сильнее.
— Объясняй давай, — ледяным тоном произнесла Ксения, демонстративно скрестив руки на груди и откинувшись на спинку дивана. — Я внимательно слушаю твои объяснения.
— Это совсем не то, что ты сейчас подумала и думаешь… Вика просто очень сильно переживала за меня как за брата, искренне хотела помочь мне…
— Помочь украсть у собственной жены все деньги? Очень оригинальная помощь, ничего не скажешь.
— Мы абсолютно не собирались ничего красть у тебя! Просто… Просто хотели подстраховаться на всякий случай… Мало ли вообще что может произойти в жизни…
— Мало ли я внезапно захочу развестись с тобой? — жёстко договорила за него Ксения то, что он не решался сказать вслух. — Именно так? И тогда ты с сестрой решили, что гораздо лучше и правильнее заранее всё тщательно спрятать от меня? Очень умно придумано, молодцы.
Денис тяжело молчал, уставившись себе под ноги в пол. Все заготовленные слова и оправдания закончились у него гораздо быстрее, чем он изначально ожидал и планировал. Защищаться было совершенно нечем, все аргументы рухнули.
В ту ночь Ксения спала на удивление спокойно и крепко: не потому что всё благополучно и хорошо закончилось для всех, а исключительно потому что теперь она абсолютно точно знала настоящую правду о муже и больше не была той удобной наивной доверчивой женой, которую можно легко обмануть. Рано утром, ещё до рассвета, она встала тихо, быстро собрала все самые необходимые личные вещи и документы в большую дорожную сумку. Денис всё ещё крепко спал на диване в гостиной — после вчерашнего тяжёлого разговора в спальню к жене он так и не рискнул пойти. Ксения достала лист бумаги и написала короткую записку разборчивым почерком: «К сегодняшнему вечеру жду от тебя конкретного предложения по честному разделу всего имущества. Если не получу ничего внятного — подам документы в суд сама завтра же.
Все доказательства твоего обмана у меня надёжно на руках. Полные записи всех ваших разговоров прилагаются к делу. Подумай очень хорошо и серьёзно». Она аккуратно положила записку на видное место на кухонный стол, взяла сумку и бесшумно закрыла за собой входную дверь квартиры. Вызвала такси через приложение. Впереди было очень много важных серьёзных дел — консультация с опытным адвокатом, сбор всех документов, полное оформление развода, совершенно новая самостоятельная жизнь. Но самое главное и важное — она больше никогда не была и не будет той доверчивой женщиной, которую можно легко и просто обмануть. И именно это твёрдое осознание давало ей настоящие силы уверенно двигаться дальше вперёд.
