Дочка сидела на качелях и тянула маму за рукав пальто.
— Мам, ну почему ты перестала качать?
Кристина не слышала, что говорит дочь. Она смотрела на машину мужа, припаркованную у соседнего подъезда, метрах в ста от детской площадки.
Игорь сидел на переднем сиденье рядом с молодой женщиной, и Кристина сразу её узнала — Юля из третьего подъезда. Игорь провёл ладонью по щеке Юли, наклонился к ней и что-то сказал.
Юля засмеялась и положила голову ему на плечо.
Кристина стояла неподвижно, словно вросла в землю. Три месяца назад она уже видела их вместе.
Тогда Игорь выходил из подъезда Юли, а та выбежала за ним и обняла на прощание. Дома Игорь клялся, что это была ошибка, что больше никогда, что он любит только Кристину и Валю.
Кристина поверила ему, потому что хотела поверить, потому что боялась разрушить семью.
Теперь Игорь сидел в машине с той же женщиной и не оглядывался по сторонам. Может быть, он знал, что жена стоит у качелей и всё видит.
Может быть, ему было всё равно.
Кристина достала телефон из кармана пальто и включила камеру. Она понимала, что на этом их семейная жизнь закончилась, и ей понадобятся доказательства для себя, чтобы не передумать, и для разговора с Игорем, чтобы он не смог снова врать ей в глаза.
Она записала пятнадцать секунд: как Игорь чмокает Юлю, гладит её по волосам и смеётся чему-то.
— Мама! — Валя дёргала её за рукав сильнее.
Кристина убрала телефон и посмотрела на дочь. Валя хмурилась и болтала ногами в розовых резиновых сапожках.
— Нам пора к бабушке. — Кристина постаралась собраться. — Бабушка сегодня жарит чебуреки, а их надо есть горячими.
Валя сразу спрыгнула с качелей, закружилась на месте от радости и схватила маму за руку. Кристина повела её к выходу со двора и один раз оглянулась — машины уже не было.
***
Мать Кристины жила в двух кварталах от них в старой пятиэтажке. Кристина ходила этой дорогой с детства и знала каждую трещину на асфальте, каждую скамейку, каждое дерево.
Валя рассказывала про детский сад, про мальчика Диму, который дёргал её за косу, а потом подарил свою любимую игрушку. Кристина кивала и отвечала «да» и «угу» в нужных местах, но думала о другом.
Она пыталась понять, когда именно их брак начал разваливаться, и не могла найти точку отсчёта. Одиннадцать лет назад она вышла замуж за человека, которого любила.
Мать открыла дверь сразу после первого звонка, увидела Валю и заулыбалась.
— Валечка, красавица моя!
Валя забежала в прихожую, обняла бабушку и уткнулась лицом в её фартук.
— Привет, мам. — Кристина вошла следом. Из гостиной доносились звуки телевизора, и Кристина крикнула в ту сторону: — Привет, пап!
— Привет, дочь! — отозвался отец.
Он сидел в своём кресле перед телевизором. Кристина знала это, не заглядывая в гостиную, потому что отец сидел в этом кресле каждый вечер последние тридцать лет.
Кристина присела и начала стягивать с дочери ботинки. Мать смотрела на неё сверху вниз, и Кристина чувствовала этот взгляд, хотя не поднимала головы.
Мать всегда замечала, когда с дочерью что-то не так — по движениям, по тому, как Кристина держала плечи, по тому, как избегала смотреть в глаза.
— Валечка, беги к дедушке, — сказала мать. — Расскажи ему про садик. А мы с мамой пойдём на кухню, я буду фарш готовить.
Валя убежала в гостиную, и через несколько секунд оттуда донёсся её звонкий голос и низкое бормотание отца.
На кухне мать налила воды в стакан и поставила перед Кристиной. Та села за стол, выпила воду одним глотком и посмотрела на мать.
— Он опять с ней спутался.
Мать вздохнула и развела руки, давая понять, что это не удивительно. Она достала из холодильника миску с фаршем, поставила на стол и начала разминать мясо, добавляя соль и перец.
— Давно надо было поставить точку. Ещё в первый раз надо было всё ему высказать и выгнать из дома.
А ты простила.
— Я думала тогда о Вале, а не о себе.
— Ребёнку нужен нормальный отец, а не такой. — Мать месила фарш с силой, будто злилась на него. — Что теперь будешь делать?
Кристина знала ответ ещё там, у качелей, когда записывала видео.
— Разведусь, что ещё?! Сегодня поговорю с ним и скажу, чтобы собирал вещи.
Мать перестала месить фарш, помыла руки и подошла к дочери. Она положила ладонь Кристине на голову, как делала в детстве, когда Кристине нужна была мамина поддержка.
— Правильно. За Валю не переживай, мы с отцом присмотрим.
Оставь её у нас на вечер.
Кристина кивнула, встала и пошла в гостиную. Валя сидела на ковре у ног деда и строила башню из старых деревянных кубиков, которые остались ещё с детства Кристины.
— Валя, мне нужно сходить по делам. Ты побудешь у бабушки с дедушкой, хорошо?
— А ты скоро придёшь?
— Скоро. Веди себя хорошо и деда не доставай.
Кристина присела рядом с дочерью, убрала прядь волос ей за ухо и поцеловала в макушку. Валя кивнула и вернулась к своей башне.
В прихожей Кристина надела ботинки и пальто. Мать вышла проводить её.
— Позвони, если что.
— Позвоню.
Кристина вышла из подъезда и быстро зашагала в сторону дома.
***
Пока она шла, то думала о предстоящем разговоре с Игорем. Она представляла, как скажет ему всё, что думает, как покажет видео, как потребует, чтобы он собрал вещи и ушёл.
Она представляла, как выбросит его вещи из окна, если он начнёт спорить или врать. Она была готова кричать, плакать, бить посуду — что угодно, лишь бы он понял, что на этот раз она его не простит.
Кристина дошла до своего двора за десять минут, хотя обычно дорога занимала пятнадцать. Она почти бежала.
У третьего подъезда она остановилась, потому что увидела знакомую фигуру. Юля стояла у входа и обнималась с высоким молодым человеком.
Он был крепкий, широкоплечий, примерно одного возраста с Юлей.
Кристина подошла к ним. Сердце колотилось от злости, и она не стала выбирать слова.
— Извините, — сказала она молодому человеку. — Вы знаете, что ваша девушка встречается с моим мужем?
Парень убрал руки от Юли и нахмурился. Юля побледнела.
— Не слушай её, Лёша. Это соседка, она ненормальная, вечно ко всем пристаёт.
Кристина достала телефон, нашла запись и повернула экран в сторону парня.
— Я сняла их сегодня, час назад.
На видео Игорь целовал Юлю и гладил её по волосам. Парень смотрел на экран несколько секунд, потом повернулся к Юле.
Лицо его стало жёстким.
— Лёша, это не то, что ты думаешь, я могу объяснить…
— Пошли в квартиру.
Парень взял Юлю за локоть и повёл в подъезд. Юля пыталась что-то говорить, но он не слушал.
Дверь подъезда захлопнулась за ними.
Кристина осталась стоять на улице. Она не знала, зачем ждёт, но не могла уйти.
Через несколько минут парень вышел из подъезда. В руке он держал связку ключей.
Кристина поняла, что он закрыл Юлю в квартире снаружи.
— Где твой муж? — спросил он.
Кристина назвала адрес его работы, во сколько заканчивает.
арень кивнул, сжал кулак и посмотрел куда-то в сторону, а потом ушёл быстрым шагом, не оглядываясь.
***
Кристина поднялась в квартиру и начала собирать вещи Игоря. Она достала из кладовки большие чёрные мешки для мусора и обошла все комнаты.
В ванной она собрала все его мужчские принадлежности, в прихожей — ботинки и кроссовки. На балконе — удочки и ящик с рыболовными снастями.
Когда мешки заполнились, Кристина прошлась по квартире ещё раз и сняла со стен фотографии, на которых был Игорь. Она оставила только снимки с Валей.
К восьми вечера квартира выглядела так, будто Игорь никогда здесь не жил. Четыре мешка с вещами стояли у двери.
Игорь не пришёл домой ни в восемь, ни в девять. Кристина не волновалась.
Она подозревала, что парень Юли нашёл его у автосервиса и что разговор получился серьёзным.
В десять она позвонила матери и сказала, что заберёт Валю.
Когда Кристина пришла к родителям, мать сразу посмотрела ей в глаза.
— Ну как?
— Нормально.
Мать кивнула и протянула пакет с чебуреками, завёрнутыми в бумажные полотенца.
— Вот, возьми. Валя ела хорошо.
Валя выбежала в прихожую в носках.
— Мама! А папа уже дома?
Кристина присела перед дочерью и взяла её за руки.
— Папа приболел, ему нужно несколько дней полежать в больнице.
Валя посмотрела на пакет с чебуреками.
— Тогда я две штуки оставлю папе.
— Хорошо, милая, одевайся, пойдём домой.
***
На следующий день Кристина позвонила на работу и сказала, что ей нужен отгул по семейным обстоятельствам. Потом она отвела Валю в детский сад и поехала в больницу.
Игорь лежал в травматологии, в палате на четырёх человек. Кристина нашла его у окна.
Он увидел жену и отвернулся к стене.
Кристина села на стул рядом с кроватью.
— Я подаю на развод. Твои вещи уже собрала, стоят у двери.
Когда выпишешься — заберёшь. В квартире тебя больше видеть не хочу.
Игорь молчал. Он лежал лицом к стене и не смотрел на неё.
— Вале я сказала, что ты в больнице, потому что заболел. Объяснять ей про развод буду позже, когда пойму как.
Но это уже не твоя забота.
Кристина встала и пошла к выходу из палаты. У двери она обернулась.
Игорь так и лежал лицом к стене, неподвижно.
Она вышла из больницы и пошла к остановке. Солнце светило ярко для октября, и Кристина расстегнула верхнюю пуговицу пальто.
Она думала о том, что вечером заберёт Валю из сада, сделает ужин и почитает ей перед сном. Потом позвонит матери и скажет, что всё в порядке.
Потом, может быть, поплачет — но это потом, когда дочь уснёт.
Сейчас она просто шла по улице и смотрела, как жёлтые листья падают с деревьев на тротуар.
