Ирина проснулась от тихого скрипа половиц в коридоре. Взглянув на часы — половина седьмого — она поняла, что это Костя крадется на кухню, стараясь не разбудить домашних.
Ее четырнадцатилетний сын всегда просыпался рано, даже на каникулах. Говорил, что любит тишину утра, когда можно спокойно позавтракать и почитать. Но Ирина знала правду: Костя просто избегал завтраков с Дашей.
Даша, десятилетняя дочь ее мужа Игоря от первого брака, приезжала к ним каждые выходные и на все школьные каникулы. Сейчас, на весенних каникулах, она уже третий день наполняла дом своим звонким голосом, требовательными просьбами и бесконечными рассказами о школе, подругах и маминых новых правилах.
Ирина натянула халат и вышла на кухню. Костя сидел у окна с книгой и чашкой чая, его высокая худая фигура казалась особенно одинокой в утреннем свете.
— Доброе утро, солнышко, — тихо сказала она, целуя сына в макушку.
— Привет, мам, — Костя улыбнулся, но глаза остались грустными. — Игорь уже встал?
— Спит еще. А что?
— Да так, — мальчик пожал плечами. — Просто хотел спросить про компьютер. Мне завтра проект сдавать, а вчера он сказал, что в субботу компьютер для Даши, для ее онлайн-урока рисования.
Ирина почувствовала знакомое сжатие в груди. Компьютер. Один на двоих детей, потому что Игорь считал, что «подросткам не нужно по гаджету на каждого, это только портит».
Костя пользовался компьютером для учебы — он увлекался программированием, участвовал в олимпиадах. Даше компьютер нужен был для игр и онлайн-уроков, которые оплачивал ее отец.
И каждый раз, когда возникал конфликт расписаний, Игорь находил причину, почему именно Даше сейчас нужнее доступ к технике.
— Я поговорю с ним, — пообещала Ирина, наливая себе кофе. — Твой проект важнее, это учеба.
— Не надо, мам, — Костя покачал головой. — Я в библиотеку схожу, там компьютеры есть.
— В субботу? Зачем тебе в библиотеку, когда дома есть компьютер?
— Мам, пожалуйста, — в голосе мальчика прозвучала усталость, которой не должно быть у четырнадцатилетнего. — Не надо скандала. У Даши урок важный, она говорила, что там конкурс какой-то. Игорь расстроится.
Ирина молча обняла сына за плечи. Он не сопротивлялся, но и не прижимался к ней, как раньше. Просто сидел, глядя в окно, где начинало светать.
Игорь появился на кухне ближе к девяти, бодрый и улыбчивый. Следом, в розовой пижаме с единорогами, выбежала Даша.
— Папочка! — она повисла на его шее. — А мы сегодня в парк пойдем? Ты обещал!
— Конечно, принцесса, — Игорь поцеловал дочь в щеку и посмотрел на Ирину. — Ты с нами?
— Я хотела поговорить с тобой, — начала Ирина, наливая мужу кофе. — О компьютере. Косте завтра проект сдавать, ему нужно сегодня поработать.
Лицо Игоря сразу напряглось.
— У Даши в одиннадцать урок рисования. Час с небольшим. Костя может подождать.
— Не может, — Ирина старалась говорить спокойно. — У него сложный проект, ему нужно весь день. А у Даши просто урок, обычное занятие, она может пропустить один раз.
— Обычное занятие? — Игорь поставил чашку на стол резче, чем следовало. — Это подготовка к городскому конкурсу. Даша занимается с лучшим преподавателем, я плачу за это немалые деньги. И ты предлагаешь ей пропустить?
— Я предлагаю учесть, что Костя здесь живет постоянно, а Даша — гостья, — Ирина чувствовала, как голос начинает дрожать. — И когда возникает конфликт, может, стоит иногда отдавать приоритет ребенку, который здесь каждый день?
Повисла тишина. Даша, которая до этого рисовала что-то в блокноте, подняла голову и посмотрела на отца широко распахнутыми глазами.
— Я не гостья, — тихо сказала девочка. — Это дом моего папы. Я тут не гостья.
— Конечно, солнышко, — Игорь обнял дочь. — Ты не гостья. Это твой дом так же, как и Костин.
Он перевел взгляд на Ирину, и в этом взгляде было столько холода, что она невольно отступила.
— Давай поговорим отдельно, — процедил он сквозь зубы.
В спальне, за закрытой дверью, Игорь не стал сдерживаться.
— Как ты смеешь называть мою дочь гостьей в моем собственном доме? — начал он, даже не повышая голоса, что было еще страшнее. — Она имеет полное право быть здесь. Она моя дочь, моя кровь.
— А Костя что? — Ирина чувствовала, как слезы подступают к горлу. — Он тоже живет здесь! Постоянно! Каждый день! И каждый раз, когда приезжает Даша, все вертится вокруг нее! Компьютер — ей, телевизор — ей, выбор фильма — за ней!
— Потому что я вижу ее редко! — впервые голос Игоря повысился. — Потому что у меня всего несколько дней в месяц с моим ребенком! И я не намерен проводить это время, слушая, как твой сын ноет о том, что ему нужен компьютер!
— Он не ноет! Он вообще молчит и терпит! Ты просто не замечаешь, как он уходит в библиотеку, как избегает общих завтраков, как делает вид, что ему все равно!
— Тогда в чем проблема? — Игорь развел руками. — Если ему все равно, зачем ты устраиваешь скандал?
Ирина опустилась на край кровати. У нее не было сил продолжать этот разговор. Не в первый раз, не в последний.
— Знаешь что, — она устало провела рукой по лицу. — Забудь. Костя сходит в библиотеку. Все будет, как ты хочешь.
Игорь кивнул, словно принимая должное, и вышел из комнаты. Ирина осталась сидеть на кровати, глядя в пустоту.
Она вспомнила, как четыре года назад, когда они только поженились, Игорь обещал ей, что будет любить Костю как родного. Тогда ей так хотелось верить в это. Костя был десятилетним мальчиком, потерявшим отца в шесть лет, а Игорь казался таким надежным, добрым, готовым стать настоящей семьей.
Первые месяцы все было хорошо. Игорь водил Костю на футбол, помогал с уроками, даже называл его «сынок». Но потом начались выходные с Дашей. И с каждым приездом девочки что-то менялось.
Сначала это были мелочи. Игорь покупал Даше игрушки и сладости, объясняя: «Я так редко ее вижу, хочу порадовать». Костя не получал ничего, но Ирина тогда не придавала этому значения — у мальчика было все необходимое.
Потом начались походы в кино, парки развлечений, кафе — всегда впятером, но всегда под Дашины желания. Если девочка хотела смотреть мультфильм про принцесс, смотрели его, даже если Косте было скучно. Если она хотела в парк с аттракционами для малышей, ехали туда, хотя четырнадцатилетнему подростку там делать было нечего.
А потом случилась история с комнатами.
Когда они переезжали в новую квартиру два года назад, в ней было три спальни: большая родительская, средняя с балконом и маленькая, выходящая во двор.
Ирина предполагала, что средняя комната достанется Косте — он жил с ними постоянно, учился, ему нужно было место для занятий. Но Игорь заявил твердо: «Средняя комната — для Даши. У нее должна быть своя комната в доме отца, чтобы она чувствовала себя здесь как дома».
— Но Костя тоже здесь живет, — робко возразила тогда Ирина. — Каждый день. Даша приезжает раз в две недели.
— Именно поэтому, — ответил Игорь, и в его голосе была такая непреклонность, что Ирина сдалась. — Даша должна знать, что у нее есть свое место, которое принадлежит только ей. Что она не гостья, а полноправный член семьи. А Костя здесь всегда, ему не нужны дополнительные доказательства.
Костя получил маленькую комнату. Он не жаловался, только один раз тихо спросил: «Мам, а почему Дашина комната больше?» Ирина не нашлась, что ответить.
С тех пор средняя комната с балконом пустовала большую часть времени. Даша приезжала, разбрасывала там игрушки, рисовала на обоях (Игорь только умилялся: «Детское творчество!»), а потом уезжала. Комната запиралась до следующего приезда.
Однажды Ирина застала Костю стоящим у приоткрытой двери Дашиной комнаты. Он просто смотрел на просторное пространство, на большой письменный стол, на полки с книгами, которые Даша никогда не читала.
— Костик? — позвала она.
Мальчик вздрогнул и быстро отошел.
— Ничего, мам. Просто проходил мимо.
Но Ирина видела в его глазах то, что разрывало ей сердце. Не зависть — Костя был выше этого. А понимание. Понимание того, что в этом доме он второй сорт.
Сейчас, сидя на кровати после очередного скандала, Ирина приняла решение. Она встала, умылась холодной водой и вернулась на кухню.
Игорь сидел с Дашей, помогая ей готовиться к онлайн-уроку. Костя исчез — наверное, ушел в библиотеку, как и собирался.
— Игорь, — сказала Ирина. — Мне нужно с тобой серьезно поговорить. Сегодня вечером, когда Даша ляжет спать.
Он кивнул, не отрываясь от экрана.
Вечер тянулся мучительно долго. Они сходили в парк, как обещал Игорь. Даша каталась на качелях, требуя, чтобы отец ее фотографировал. Костя вернулся из библиотеки к ужину, молчаливый и отстраненный.
За столом Даша рассказывала о своих успехах на уроке рисования, и Игорь слушал ее с обожанием, задавая вопросы, восхищаясь каждой деталью. Когда Костя попытался рассказать о своем проекте по программированию, Игорь рассеянно кивнул: «Хорошо, молодец», — и тут же вернулся к разговору с Дашей.
После ужина Ирина уложила Дашу спать — девочка засыпала всегда быстро, уставшая от насыщенного дня. Костя ушел к себе, закрыв дверь.
В гостиной Игорь смотрел телевизор. Ирина села рядом, выключила звук.
— Нам нужно поговорить о Косте, — начала она без предисловий.
— Опять? — Игорь устало потер лицо. — Ирина, я не понимаю, чего ты от меня хочешь.
— Справедливости, — она посмотрела ему в глаза. — Я хочу, чтобы ты относился к обоим детям одинаково. Чтобы Костя не чувствовал себя гостем в собственном доме.
— Он не гость.
— Но он так себя чувствует! — Ирина чувствовала, как голос срывается. — Он видит, как ты покупаешь Даше подарки и игнорируешь его. Как отдаешь ей лучшую комнату, хотя она здесь бывает пару дней в месяц. Как все семейные планы подстраиваются под нее. Он все это видит и понимает. И молчит, потому что он хороший, терпеливый мальчик. Но это его разрушает.
Игорь долго молчал. Потом встал и подошел к окну.
— Даша — моя дочь, — сказал он тихо, но твердо. — Моя кровь. Я вижу ее так редко, и каждую минуту, которую она здесь, я хочу сделать для нее особенной. Я не могу изменить то, что мы с ее матерью развелись. Я не могу изменить то, что я не вижу, как она растет каждый день. Все, что я могу — это дать ей почувствовать, что она важна для меня, когда она здесь.
— А Костя? — прошептала Ирина. — Он разве не важен?
— Костя — твой сын, — Игорь обернулся. — Я обеспечиваю его, у него есть крыша над головой, еда, одежда, образование. Я никогда не был груб с ним, не обижал его. Но я не его отец, Ирина. Я твой муж и отец Даши. И если тебе нужен кто-то, кто будет любить твоего сына так же, как своего ребенка — ты выбрала не того человека.
Слова повисли в воздухе, тяжелые и окончательные. Ирина почувствовала, как что-то внутри нее ломается.
— Значит, ты никогда не полюбишь его? — спросила она, и слезы наконец покатились по щекам. — Даже немного?
— Я отношусь к нему хорошо, — Игорь вернулся на диван, но не сел рядом с ней. — Но любовь… это не то, что можно включить по щелчку. Даша — моя, она часть меня. Я чувствую это каждой клеткой. Костя — хороший мальчик, но он не мой.
— Тогда, может, нам стоит пожить отдельно на время? — вырвалось у Ирины. — Я и Костя. Чтобы понять, куда это все ведет.
Игорь побледнел.
— Ты хочешь уйти?
— Я не знаю, чего я хочу, — Ирина закрыла лицо руками. — Я просто не могу больше смотреть, как мой сын чувствует себя чужим в собственном доме. Как он прячется в маленькой комнате, пока для твоей дочери пустует большая. Как он уходит в библиотеку, чтобы не мешать Дашиным урокам. Это убивает меня, Игорь.
Они сидели в тишине. Часы на стене отсчитывали секунды.
— Я не хочу, чтобы ты уходила, — наконец сказал Игорь. — Но я не могу изменить то, что чувствую. Даша — мой приоритет. Всегда будет. И если ты не можешь с этим смириться…
Он не закончил фразу. Не нужно было.
Ирина встала и пошла в комнату к Косте. Постучала тихонько. Мальчик читал, лежа на кровати.
— Мам? — он сел. — Что-то случилось?
Она обняла его, крепко, как не обнимала давно.
— Я люблю тебя, — прошептала она. — Ты самое важное в моей жизни. Самое.
Костя обнял ее в ответ, и она почувствовала, как его плечи вздрагивают. Он плакал, тихо, стараясь, чтобы она не услышала.
В эту ночь Ирина не спала. Она лежала рядом с мужем, который давно уснул, и думала о том, что важнее — сохранить брак или защитить сына от ежедневной боли быть нелюбимым.
К утру она все еще не знала ответа.
