– А ты видела, какие цены на авиабилеты подскочили? Просто кошмар какой-то, в этом году, видимо, Турция нам не светит, придется на даче загорать, – Марина тяжело вздохнула, аккуратно промокнула губы салфеткой и отодвинула от себя пустую тарелку из-под пасты с морепродуктами.
Лена сочувственно кивнула, хотя про себя отметила, что подруга, жалующаяся на безденежье, выглядит безупречно: свежий маникюр, укладка, да и сумочка, небрежно брошенная на соседний стул, была из последней коллекции известного бренда. Конечно, может, и реплика, но очень качественная.
– Ну, ничего, главное, чтобы все здоровы были, – примирительно сказала Лена, допивая свой капучино. – Попросим счет?
Марина тут же оживилась, полезла в свою красивую сумочку, долго там шуршала, перекладывая помаду, пудреницу, ключи от машины с массивным брелоком. Лена наблюдала за этим процессом с нарастающим, знакомым до боли холодком внутри. Она уже знала, что произойдет в следующие несколько секунд. Этот спектакль она видела трижды за последний месяц.
– Ой… – Марина подняла на подругу огромные, испуганные глаза. – Леночка, представляешь, какой ужас!
– Что случилось? – голос Лены прозвучал ровно, без удивления.
– Я кошелек в другой сумке оставила! Ну надо же быть такой растеряхой! Я же утром перекладывала вещи в шоппер, когда в спортзал ехала, а потом быстро схватила эту малышку, а портмоне так и осталось в прихожей на тумбочке. Ленчик, выручи, а? Я тебе сразу же переведу, как до дома доберусь. Честное слово!
Лена молча смотрела на подругу. В голове крутились мысли о том, что сейчас век технологий, и можно расплатиться телефоном, часами, да хоть по лицу в некоторых местах. Но Марина всегда находила оправдание: то телефон разрядился до одного процента и вот-вот умрет, то приложение банка зависло и требует обновления, то интернет в этом подвальном помещении не ловит.
– Хорошо, Марин, – Лена достала свою карту. – Сколько с меня?
– Ой, заплати за все, я тебе потом общую сумму скину, чтобы нам сейчас не делить, официант вон какой замотанный бегает, жалко его задерживать, – прощебетала Марина, уже накидывая на плечи легкий плащ.
Счет вышел внушительным. Марина ни в чем себе не отказывала: салат с утиной грудкой, паста, два бокала хорошего вина и десерт. Лена же ограничилась кофе и чизкейком. Официант принес терминал, пикнул картой, и три с половиной тысячи рублей улетели со счета Лены. Для её семейного бюджета это была не катастрофа, но сумма ощутимая. Муж, Сергей, уже начинал косо смотреть на эти «посиделки с девочками».
Когда они вышли на улицу, свежий вечерний воздух немного остудил голову. Марина чмокнула Лену в щеку, пахнув дорогими духами.
– Спасительница ты моя! Приеду – сразу кину на карту. Пока!
Она упорхнула к своему такси, которое, кстати, тоже было класса «комфорт плюс». Лена побрела к метро, чувствуя себя странно. Будто её не просто обманули, а использовали, как старую удобную вещь.
Прошел вечер, наступило утро следующего дня. Сообщение о зачислении средств так и не пришло. Лена, конечно, могла бы напомнить, но воспитание не позволяло. Ей всегда казалось унизительным выпрашивать свои же деньги. «Может, замоталась, забыла, с кем не бывает», – успокаивала она себя, загружая белье в стиральную машину. Но внутренний голос, который звучал подозрительно похоже на голос её мужа Сергея, ехидно замечал: «Забыла она, как же. Забыть кошелек можно раз. Два. Но не пять раз подряд».
Вечером, когда Сергей вернулся с работы и они ужинали на кухне, Лена все-таки решилась рассказать. Сергей, жуя котлету, слушал внимательно, только желваки на скулах ходили.
– Лен, ты меня прости, но твоя Маринка – обычная паразитка, – отрезал он, когда жена закончила рассказ. – Ты вспомни прошлый раз в кино. Кто платил? Ты. А в парке аттракционов, когда мы вчетвером ходили, и её этот новый ухажер якобы карточку потерял? Тоже мы платили. Она не забывает кошелек, Лена. Она забывает совесть.
– Ну не может же человек так нагло врать в глаза, мы же со школы знакомы, – слабо защищалась Лена.
– Может. Некоторые люди считают, что если у кого-то есть совесть, то это их слабость, которой нужно пользоваться. Хочешь совет?
– Ну?
– Перестань платить. Просто перестань. Увидишь, как быстро закончится ваша дружба. Или проучи её разок так, чтобы на всю жизнь запомнила.
Лена задумалась. Ссориться не хотелось. Марина была веселой, с ней было интересно обсудить книги, она знала все последние сплетни города. Но чувство, что тебя держат за дойную корову, становилось невыносимым. Особенно обидно было то, что Марина никогда не забывала кошелек, когда ходила по магазинам одежды для себя. Лена видела её обновки в социальных сетях регулярно.
Через неделю Марина объявилась сама. Позвонила в обед, голос звенел от восторга.
– Ленка, привет! Слушай, у меня такой повод, такой повод! Меня повысили! Наконец-то дали должность старшего менеджера, представляешь? Я так счастлива! Хочу это отметить. Давай сходим в то новое место на набережной, «Золотой берег»? Говорят, там кухня – пальчики оближешь, и вид на реку потрясающий. Я угощаю, естественно! Отказа не принимаю!
Лена замерла с телефоном в руке. «Я угощаю». Волшебная фраза. Может, Сергей был неправ? Может, у Марины действительно была черная полоса, а теперь все наладилось?
– Поздравляю, Марин! Это здорово. Ну, раз угощаешь… Давай сходим.
– Отлично! Забронируй столик на семь вечера на пятницу, а то у меня сейчас совещание, совсем некогда. Целую!
В пятницу Лена собиралась тщательно. «Золотой берег» считался одним из самых пафосных ресторанов в городе. Ценник там был такой, что можно было оставить половину зарплаты за ужин. Лена надела свое лучшее платье, темно-синее, строгое, но элегантное. Перед выходом она открыла кошелек. Наличных было немного – всего тысяча рублей одной бумажкой и мелочь на проезд. Карты лежали в отдельном кармашке.
Рука Лены зависла над картами. Слова мужа звучали в ушах набатом: «Проучи её». Лена решительно вытащила все банковские карты – и зарплатную, и кредитную, и даже ту, на которую откладывала на отпуск. Положила их в ящик комода. Потом подумала и выложила тысячу рублей. Оставила только пятьсот рублей на такси обратно, если вдруг что. И проездной на метро. Телефон она взяла, но предварительно удалила из него приложение для оплаты, чтобы не было соблазна.
«Если она угощает, значит, мне деньги не нужны. А если это опять цирк… Что ж, посмотрим», – решила Лена, и сердце её забилось быстрее от собственной смелости.
В ресторане было роскошно. Приглушенный свет, живая музыка – пианист наигрывал что-то из джазовой классики, официанты в белых перчатках двигались бесшумно, как тени. Марина уже сидела за столиком у окна, сияя, как начищенный самовар. На ней было платье с блестками, в ушах сверкали длинные серьги.
– Ленуся! Ты выглядишь шикарно! – воскликнула она, едва Лена подошла. – Садись скорее. Я уже изучила меню, тут такие деликатесы!
Официант тут же подскочил, расправил салфетку на коленях Лены и подал меню в тяжелой кожаной папке. Цены действительно кусались. Обычный овощной салат стоил столько, сколько Лена тратила на продукты за три дня.
– Я буду устрицы, дюжину, – уверенно заявила Марина, даже не глядя на цены. – И вот этот стейк из мраморной говядины, прожарка медиум. А на аперитив… принесите бутылочку Просекко, самого лучшего. Лен, ты что будешь? Не стесняйся, гуляем!
Лена колебалась. Ей было не по себе. Но глядя на уверенную подругу, она решила расслабиться.
– Я возьму салат с тунцом и горячее… пусть будет утиная ножка с грушей.
– И десерт! – добавила Марина. – У них тут авторские эклеры. Неси все!
Вечер шел прекрасно. Марина без умолку болтала о новой должности, о том, какие у неё теперь будут перспективы, как она планирует ремонт в квартире. Еда была восхитительной, вино кружило голову. Лена почти забыла о своих подозрениях. Может, человек действительно изменился? Они смеялись, вспоминали студенческие годы, неудачные свидания и старых преподавателей.
Когда принесли десерт, Марина заказала еще кофе и дижестив. Лена отказалась, сославшись на то, что завтра рано вставать.
– Ну как знаешь, – Марина потянулась, словно сытая кошка. – Ох, как же хорошо! Надо чаще так выбираться.
Наконец, Марина сделала знак официанту:
– Счет, пожалуйста.
Молодой человек принес кожаную папку и деликатно отошел в сторону. Сумма в чеке, которую мельком увидела Лена, составляла почти пятнадцать тысяч рублей. Для вечера пятницы в таком месте – нормально, для кошелька Лены – смерть.
Марина взяла папку, открыла её, пробежала глазами по строчкам, довольно кивнула. Потом потянулась к своей сумочке. Той самой, маленькой, брендовой.
Лена напряглась. Внутри все сжалось в тугой комок. «Только не это, пожалуйста, только не это», – мысленно взмолилась она.
Марина порылась в сумке. Потом еще раз. Улыбка медленно сползла с её лица. Она начала выкладывать на стол содержимое: телефон, помада, зеркальце, пачка влажных салфеток. Кошелька не было.
– Лен… – голос Марины дрогнул, и в этом дрожании Лена услышала ту самую фальшивую нотку, которую слышала уже много раз. – Ты не поверишь.
– Что такое? – Лена откинулась на спинку мягкого кресла и скрестила руки на груди. Спокойствие накрыло её неожиданно плотным одеялом. Она знала, что так будет. Она была готова.
– Я, кажется, оставила клатч с картами в такси. Или в офисе на столе… Боже мой, какой позор! – Марина прижала руки к щекам. – Ленчик, у тебя есть чем закрыть? Я прямо сейчас позвоню в таксопарк или мужу, пусть привезут, но это же время… А нам идти надо. Заплати, пожалуйста, я тебе завтра с утра сразу пятнадцать переведу, даже с процентами!
Она смотрела на Лену умоляющими глазами. Схема была отработана идеально. Создать неловкость, поставить перед фактом, надавить на жалость и срочность.
Лена выдержала паузу. Она взяла бокал с водой, сделала глоток.
– Нет, Марин. Не заплачу.
Марина моргнула, словно не поняла языка.
– Что? Лен, ты чего? У меня правда форс-мажор! Я же не специально!
– У меня нет денег, – четко произнесла Лена. – Ты же сказала: «Я угощаю». Я и не брала ничего. У меня в кармане пятьсот рублей на такси. И все.
Глаза Марины округлились.
– Как не брала? Ты же взрослая женщина! Как можно ходить без денег? А если бы что-то случилось? Телефон! Заплати телефоном!
– Я удалила карты из телефона, боялась мошенников, – соврала Лена не моргнув глазом. – И саму карту дома выложила, чтобы не потерять. Ты же пригласила. Ты сказала – твой праздник, твое угощение. Я тебе поверила.
Повисла звенящая тишина. Пианист продолжал играть что-то веселое, но за их столиком атмосфера сгустилась до состояния грозовой тучи. Марина начала нервничать по-настоящему. На лбу у неё выступила испарина.
– Лен, ты шутишь? Это не смешно. Счет на пятнадцать тысяч! Нас сейчас в полицию сдадут! Сделай что-нибудь! Позвони Сергею!
– Сергей спит, у него завтра смена, он телефон отключает, – спокойно парировала Лена. – И вообще, почему я должна звонить мужу, если праздник у тебя? Звони своему. Или вызывай такси обратно к офису, ищи кошелек.
– Ты издеваешься? – прошипела Марина, и маска милой подруги окончательно треснула, обнажив злость и раздражение. – Ты специально это подстроила? Сидишь тут, жрешь устрицы за мой счет и еще выпендриваешься?
– Я ела салат, – поправила Лена. – Устрицы ела ты. И стейк тоже. И вино пила ты. Мой заказ тут тысячи на три от силы.
– Девушки, у вас все в порядке? – к столику подошел официант. Он уже заметил, что оплата затягивается, а гостьи ведут себя странно.
Марина покраснела пятнами.
– Да, у нас небольшая заминка… Терминал завис, – соврала она официанту. – Сейчас, минутку.
Она снова повернулась к Лене, и в её шепоте была ярость:
– Лена, прекрати этот цирк. Найди деньги. Займи у кого-нибудь через онлайн-банк. Я не могу звонить своему, мы в ссоре! Он узнает, что я в ресторане, убьет меня!
– Это твои проблемы, Марин, – Лена начала медленно подниматься из-за стола. – У меня денег нет. Физически нет. Я не могу их наколдовать.
Официант, видя, что ситуация накаляется, сделал знак администратору. К столику направилась строгая женщина в черном костюме.
– Добрый вечер. Возникли какие-то сложности с оплатой счета?
Марина вжалась в кресло. Ей было стыдно, страшно и злобно одновременно. Она привыкла, что Лена – это мягкий пуфик, на который можно удобно сесть. А пуфик вдруг превратился в камень.
– Понимаете, – начал Марина заискивающим тоном, – я забыла кошелек… А моя подруга…
– А подруга была приглашена на угощение и денег не взяла, – перебила Лена, обращаясь к администратору. – Извините, но я свой заказ оплатить не могу, так как рассчитывала на приглашающую сторону.
Администратор посмотрела на Марину холодным, оценивающим взглядом. Она таких видела сотни.
– К сожалению, это не освобождает от ответственности, – ледяным тоном произнесла администратор. – Услуга оказана, блюда съедены. Вы обязаны оплатить счет. Если у вас нет средств, мы будем вынуждены вызвать полицию для составления протокола. Это квалифицируется как причинение имущественного ущерба или мелкое хищение, в зависимости от суммы.
Слово «полиция» подействовало на Марину как удар током. Перспектива уехать в отделение в вечернем платье и с позором провести там ночь перевесила страх перед мужем или гордость.
– Не надо полицию! – взвизгнула она. – Я сейчас… я решу.
Она трясущимися руками схватила телефон. Лена стояла рядом, не уходила, но и не помогала. Ей было жалко подругу где-то очень глубоко в душе, но она понимала: если сейчас дать слабину, это не закончится никогда. Это как лечить нарыв – больно, но необходимо.
Марина набрала номер.
– Алло… Котик? Да, это я. Котик, ты только не ругайся… Я тут в «Золотом береге»… Да, с Леной. Котик, я карточку дома забыла, переведи мне, пожалуйста, пятнадцать тысяч… Ну не кричи! Я отдам! Ну пожалуйста! Нас в полицию хотят забрать!
Из трубки доносился громкий мужской крик, слова разобрать было сложно, но интонации были явно неласковые. Марина слушала, сжимая телефон так, что побелели костяшки пальцев, по щеке покатилась слеза, размазывая тушь.
– Да, поняла. Хорошо. Сейчас пришлю номер карты официанта… Нет, у них нет перевода по номеру, нужен терминал… Хорошо, я жду.
Она положила трубку и посмотрела на Лену с неприкрытой ненавистью.
– Он сейчас приедет. Привезет наличные. Довольна? Ты меня опозорила перед мужем, перед людьми! Какая же ты подруга после этого?
– А ты? – тихо спросила Лена. – Какая ты подруга, Марин? Я посчитала на днях. За последние два месяца я заплатила за тебя семнадцать тысяч рублей. Ты вернула мне ноль. Ни копейки. Ты каждый раз забываешь кошелек. Каждый раз! Ты считаешь меня идиоткой?
– Я бы отдала! – крикнула Марина. Посетители за соседними столиками начали оборачиваться.
– Когда? – Лена покачала головой. – Ты никогда не отдаешь. Ты просто пользуешься тем, что мне неловко отказать. Сегодня я просто поступила так же, как ты поступаешь со мной.
– Уходи, – прошипела Марина. – Видеть тебя не хочу.
– Я подожду, пока твой муж приедет, чтобы убедиться, что счет закрыт, и ко мне претензий у заведения нет, – спокойно ответила Лена и села обратно на стул, но уже чуть поодаль.
Через двадцать минут в ресторан влетел рассерженный мужчина – муж Марины. Он молча подошел к столику, бросил на стол несколько крупных купюр, даже не глядя на жену.
– Собирайся, – буркнул он ей. – Дома поговорим про твои повышения и празднования.
Администратор пересчитала деньги, кивнула и пожелала хорошего вечера, хотя звучало это как издевка.
Марина вскочила, схватила свою сумку и выбежала за мужем, даже не обернувшись в сторону Лены.
Лена осталась одна посреди роскошного зала. Она медленно выдохнула, чувствуя, как уходит напряжение, оставляя после себя пустоту и усталость. Дружбе пришел конец, это было очевидно. Но вместо горечи она чувствовала странное облегчение. Будто сбросила с плеч тяжелый рюкзак, который тащила много лет по привычке.
Она достала из кармана свои пятьсот рублей. Этого хватит на такси до дома. А там её ждет Сергей, горячий чай и, самое главное, честность.
Выходя из ресторана, Лена удалила номер Марины из телефона. Блок в социальных сетях поставит позже, когда приедет домой. Урок вежливости прошел успешно, хотя и стоил ей потери иллюзий. Зато теперь она точно знала: забытый кошелек – это не про память. Это про уважение. А уважение нельзя купить, даже если очень вкусно накормить человека ужином.
Вечерний город встретил её огнями витрин и прохладным ветром. Лена подняла воротник пальто и улыбнулась. Завтра будет новый день, и платить в нем она будет только за себя.
