Я смотрела, как Олег подписывает документы о разводе, и едва сдерживала улыбку. Его рука дрогнула только раз — когда адвокат упомянул раздел имущества.
— Всё, что нажито в браке, делится пополам, — монотонно бубнил юрист.
— У нас брачный контракт, — отрезал Олег, бросив на меня торжествующий взгляд. — Каждому своё. А у неё — ноль.
Я кивнула. Молча. Как делала это последние полгода, с того самого дня…
Полгода назад
— Я заработал миллионы и кресло директора. Единственный балласт, который остался — это ты, поэтому я подаю на развод, — ехидно сказал Олег, развалившись в кожаном кресле своего нового кабинета.
Я стояла посреди его офиса с термосом домашнего супа — принесла, как дура, чтобы он нормально поел. В горле встал ком, но я проглотила его вместе с достоинством.
— Балласт? — тихо переспросила я.
— Ну а как ещё назвать домохозяйку без образования? — он даже не поднял глаз от монитора. — Я теперь в другой лиге, Марина. Мне нужна женщина соответствующего уровня. Катя, например.
Катя. Его новая ассистентка и ногами от ушей.
— Пятнадцать лет, Олег. Я отдала тебе пятнадцать лет.
— И я тебе за них заплатил. Квартирка останется тебе — родительская, добрачная, но жить есть где. Алименты на Мишку буду платить исправно. Чего ещё надо?
Я медленно поставила термос на его стол. Мои пальцы не дрожали — это он потом припомнит как признак того, что я «всё спланировала заранее». Идиот.
— Знаешь, что смешно? — спросила я. — Ты даже не помнишь, как всё начиналось.
— Мариш, давай без драм. Подпишешь документы — получишь отступные. Сто тысяч на первое время.
Сто тысяч. За пятнадцать лет. За бессонные ночи, когда он писал диссертацию, а я печатала. За идею стартапа, которую я подала, когда мы напились на Новый год. За связи моего отца, который устроил его в первую компанию.
— Хорошо, — сказала я. — Подпишу.
Он удивлённо поднял голову:
— Вот и умница. Знал, что ты разумная женщина.
Три месяца спустя
— Марина Сергеевна, вы уверены? — нотариус в десятый раз перечитывал документы. — Это очень серьёзное решение.
— Абсолютно уверена.
Я регистрировала ООО «Балласт». Название выбрала не случайно — пусть будет напоминанием. Уставной капитал — десять тысяч рублей, последние из отступных. Остальные девяносто ушли на адвоката. Не бракоразводного — патентного.
— Основной вид деятельности? — уточнил нотариус.
— Консалтинг в сфере IT и разработка программного обеспечения.
Настоящее время. Зал суда
— Итак, стороны пришли к соглашению? — судья устало листала дело.
— Да, ваша честь, — Олег был само спокойствие. — Брачный контракт чёткий. Каждый остаётся при своём.
— Марина Сергеевна, вы согласны?
— Полностью, — я достала папку. — Только есть один нюанс. Я бы хотела приобщить к делу документы.
Олег напрягся:
— Какие ещё документы? Мы всё обговорили!
— Патент на изобретение номер RU2758391, — я протянула бумаги судье. — Зарегистрирован на ООО «Балласт», генеральный директор и единственный учредитель — я. Дата приоритета — пять лет назад.
— Что за бред? — Олег вскочил.
— Это не бред, это алгоритм оптимизации бизнес-процессов, который лёг в основу вашей компании, господин Петров. Той самой, что принесла вам миллионы.
Его адвокат забеспокоился:
— Позвольте ознакомиться…
— Пожалуйста. Там же экспертное заключение о том, что весь софт компании «ПетровТех» использует мой запатентованный алгоритм. Без лицензии.
Олег побагровел:
— Ты не могла! У тебя не было денег на патент!
— Папа помог. Помнишь папу? Которого ты называл старым маразматиком? Он единственный поверил, что идея стоящая. В отличие от тебя.
— Но… но как же брачный контракт?
— О, он прекрасен, — я улыбнулась. — Каждый остаётся при своём. Компания — твоя. Патент — мой. Вот только без лицензии на использование патента твоя компания — это нарушение авторских прав. Пять лет нарушений. Знаешь, сколько это в деньгах?
Его адвокат быстро что-то считал в телефоне и побледнел:
— Олег Владимирович, это… это всё, что у вас есть. И ещё сверху останетесь должны.
— Стой! — Олег бросился ко мне. — Марина, давай поговорим!
— О чём? — я собрала документы. — О том, что я балласт? Знаешь, что такое балласт на самом деле? Это груз, который обеспечивает устойчивость корабля. Без него судно перевернётся при первом же шторме.
— Марина, я… я был неправ. Мы можем всё исправить!
— Можем, — кивнула я. — Лицензия стоит пятьдесят процентов от чистой прибыли компании. Задним числом и в будущем. Ежемесячные выплаты. Пожизненно.
— Это грабёж!
— Это бизнес, дорогой. Ты же сам говорил — каждый должен быть на своём уровне. Добро пожаловать на мой.
Судья откашлялась:
— Господин Петров, вам нужно время для консультации с адвокатом?
Олег сел прямо на пол. Прямо посреди зала суда, в своём костюме за три тысячи евро.
— Как ты могла… Мы же строили это вместе…
— Вот именно, — я наклонилась к нему. — Вместе. Но миллионы и кресло директора получил только ты. А я осталась балластом, помнишь?
— Катя… — пробормотал он. — Катя меня бросит, если я стану банкротом.
— О, не сомневаюсь. Но знаешь что? Это уже не мои проблемы.
Я направилась к выходу, но обернулась у самой двери:
— Кстати, Олег. Термос с супом всё ещё у тебя в офисе. Точнее, в бывшем офисе. Можешь забрать, хотя он уже наверное прокис за это время — это единственное, что останется твоим безусловно. Считай, подарок на память от балласта.
Выходя из здания суда, я услышала, как он кричит адвокату:
— Найдите способ! Любой способ!
Способа не было. Я проверила это трижды. С тремя разными юристами.
На парковке меня ждал Миша. Наш сын. Единственное хорошее, что осталось от этого брака.
— Ну как, мам?
— Всё по плану, сынок. Папа получил ровно то, что заслужил.
— Жёстко ты с ним.
— Он назвал меня балластом, Миш. Человека, который пятнадцать лет был его опорой.
Сын обнял меня:
— Знаешь, мам, я горжусь тобой. Ты не опустилась до скандала, не устроила истерику. Просто взяла то, что принадлежит тебе по праву.
— Знаешь, что самое ироничное? — я усмехнулась, заводя машину. — Если бы он просто попросил развод, по-человечески, с уважением… Я бы отдала ему патент за символическую плату. Но он решил меня унизить.
Телефон завибрировал. Сообщение от Олега: «Марина, прошу, давай встретимся. Я готов на всё».
Я удалила сообщение, не читая до конца.
