Толстая папка из синего кожзама с глухим стуком упала на стеклянную столешницу. Таисия вздрогнула, выронив шариковую ручку. Колпачок покатился по полу и исчез под массивным креслом начальника.
— Читайте, — Артур Давидович откинулся на спинку кресла. В кабинете гудел очиститель воздуха, перегоняя ароматы свежего эспрессо и терпкого одеколона. — Условия там прописаны до последней запятой.
Таисия непонимающе уставилась на шефа. Она работала в архиве его строительной корпорации всего месяц. Сортировала накладные, получала свои скромные деньги и старалась не попадаться на глаза руководству.
Она осторожно открыла папку. Пробежала глазами по первым строчкам и почувствовала, как к щекам приливает жар.
— Это… шутка? — она подняла глаза. — Вы предлагаете мне фиктивный брак?
— Я хорошо заплачу за роль моей жены, — ровным голосом произнес миллионер. — Вы получаете тридцать процентов авансом, переезжаете ко мне. У каждого своя спальня, никакой личной жизни. Мы вместе появляемся на протокольных мероприятиях. Я оформляю документы на вашего сына. Срок — два года. После развода вам достается сумма, которой хватит на хорошую трешку в спальном районе и оплату любого университета для мальчика.
Таисия судорожно сглотнула. Перед глазами замелькали цифры: долги за коммуналку, протертые на коленках ползунки полуторагодовалого Игната, бесконечные чеки из аптеки для матери.
— Почему я? У вас тут половина секретариата модельной внешности.
Артур усмехнулся, но в уголках его губ залегла жесткая складка.
— Модели мне не нужны. Мне нужна женщина, которой не до светских интриг. Мать, которая сделает всё ради будущего своего ребенка. Вы идеально подходите. А мне… мне нужно прекратить поток грязных слухов.
Он встал, подошел к кулеру и налил пластиковый стаканчик воды.
— Моя бывшая, Яна, ушла к моему же заместителю. И чтобы выставить себя жертвой, а меня — неудачником, она наплела журналистам лишнего. Рассказала, что я якобы пустой по мужской части. Что детей у меня быть не может. Принесла в газеты какие-то липовые медицинские бумажки. Инвесторы — люди консервативные, они не любят скандалов с дефектными партнерами. Мне нужна семья. Срочно. Вы согласны?
Таисия опустила взгляд на свои руки с коротко остриженными ногтями без лака.
— Мне нужно подумать до утра.
Вечером дома пахло дешевой зажаркой и мылом. Мать, Зинаида Михайловна, стояла у плиты, помешивая пустые макароны. Игнат гремел пластиковыми кубиками на старом ковре.
Таисия смотрела на облезлые обои и вспоминала Стаса. Два года назад он клялся ей в любви, сидя в дешевой пиццерии. А когда она на четвертом месяце показала ему снимок из клиники, он просто отодвинул тарелку с недоеденным куском.
«Ты сама недоглядела, Тая. Мне эти пеленки сейчас вообще не уперлись. Кредит за машину висит. Разбирайся как-то сама», — он встал, накинул куртку и больше не появлялся.
Она осталась одна. Отец, Борис Николаевич, тогда просто почернел от злости. Чтобы вытянуть дочь и купить всё необходимое к рождению внука, он устроился на третью работу — разгружать вагоны по ночам. Его организм не выдержал через восемь месяцев. Крупный, сильный мужчина просто осел на бетонный пол склада. Врачи скорой даже не успели подготовить аппаратуру. Его не стало…
Если бы Стас не предал её, отец бы не работал на износ. Таисия ненавидела бывшего всей душой.
Она посмотрела на спящего Игната, подошла к телефону и набрала номер шефа.
— Я согласна.
Они расписались в будний день, без марша Мендельсона и белых платьев. Таисия стояла в строгом брючном костюме, Артур — в повседневном пиджаке. Поставили подписи, сухо кивнули друг другу.
Переезд в двухуровневый пентхаус Артура оказался сложным. Квартира была похожа на музей: холодный мрамор, минимализм, ни одной лишней детали.
— Ваша половина на втором этаже, — показал Артур, помогая занести сумки. — Я обычно возвращаюсь поздно. Продукты заказывает домработница, список оставляйте на кухне.
Первые месяцы они почти не пересекались. Таисия водила Игната на развивающие занятия, Артур пропадал на объектах. Но однажды вечером всё изменилось.
Таисия мыла посуду, когда услышала странный шум из гостиной. Она выглянула в коридор. Артур, в чистой сорочке с расстегнутым воротом, сидел прямо на дорогом паркете. Рядом пыхтел маленький Игнат. Они вдвоем пытались соединить детали огромной деревянной железной дороги.
— Не подходит, — серьезно заявил малыш, тыча секцией рельсов в мост.
— А мы вот так попробуем, через переходник, — Артур осторожно подцепил деталь. Паровоз покатился, издав победный свист. Игнат заливисто рассмеялся и вдруг обхватил мужчину за шею своими пухлыми ручками.
Артур замер. Таисия видела, как напряглась его спина, а потом он медленно, неуверенно погладил мальчика по голове. В этот момент она поняла, что её сухой и расчетливый шеф — просто очень одинокий человек.
Спустя полгода предстоял важный благотворительный вечер. Артур привез ей коробку из плотного картона.
— Надень это. Там будет пресса.
Внутри оказалось платье глубокого сапфирового цвета. Натуральный шелк приятно холодил кожу, ткань струилась, скрывая недостатки и подчеркивая талию. Когда Таисия спустилась по лестнице, Артур как раз завязывал галстук перед зеркалом. Он обернулся и застыл.
— Ты… очень красивая, — тихо произнес он, подавая ей руку.
Банкетный зал сиял золотом и хрусталем. Официанты бесшумно разносили закуски. Таисия держалась уверенно: улыбалась, когда Артур представлял её партнерам, дежурно кивала. И вдруг, обернувшись к барной стойке, она застыла.
Там стоял Стас. В немного помятом костюме, он что-то увлеченно рассказывал полноватой женщине в бриллиантах — видимо, своей новой крале. Заметив Таисию, он прищурился, вытянулся и направился прямо к ней.
— Какие люди! — он нагло оглядел её с ног до головы. — Тая? Ты теперь в высшем свете трешься? А куда мелкого дела? Бабке скинула?
Таисия почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
— Уйди, Стас. Нам не о чем говорить.
— Ой, какие мы гордые! — он усмехнулся. — А спонсор твой в курсе, что ты…
Договорить он не успел. Тяжелая рука Артура легла Стасу на плечо, сжав так сильно, что тот скривился от неожиданного и мощного давления.
— Возникли проблемы? — голос Артура был обманчиво спокойным, но глаза смотрели не мигая, как у хищника перед броском.
— Да мы так, старые знакомые, — пискнул Стас, пытаясь вывернуться из захвата.
— Моя жена не общается с гнилыми людьми, — Артур чуть наклонился к его уху. — Еще раз увижу тебя ближе, чем на сто метров к ней или к моему сыну — ты не сможешь устроиться даже дворником в этом городе. Я лично прослежу. А теперь развернулся и исчез.
Стас сглотнул, попятился и быстро растворился в толпе.
В машине на обратном пути Таисия молчала. За окном мелькали фонари, по стеклу барабанил осенний дождь.
— Это был биологический отец Игната? — нарушил тишину Артур.
Она кивнула, отвернувшись к окну.
— Он оставил меня с долгами. Из-за этого мой папа взял ночные смены и надорвался. Его уход на моей совести… А теперь этот трус смеет подходить ко мне.
Артур остановил машину на светофоре. Он протянул руку и осторожно коснулся её щеки.
— Никто. Больше. Тебя. Не обидит. Я обещал тебе безопасность по контракту. А теперь обещаю просто как мужчина.
Через неделю грянул гром. Уязвленный Стас продал историю желтой газете. Заголовок кричал: «Строительный магнат прикрывается чужим отпрыском! Настоящий отец требует правду!». Стас давал слезливое интервью, рассказывая, как злая бывшая скрыла от него ребенка, а миллионер усыновил малыша, чтобы спрятать свои проблемы со здоровьем, о которых все знают.
Мать звонила в истерике, захлебываясь слезами. Таисия сидела на кухне, сжимая в руках газету, и чувствовала, как рушится их хрупкий мир.
Вечером Артур вошел в квартиру. Он выглядел уставшим, но абсолютно спокойным. Забрав у нее газетный лист, он порвал его пополам и бросил в мусорное ведро.
— Собирайся. Завтра утром мы идем на телевидение.
— Что? Оправдываться? Артур, это же позор…
— Оправдываются те, кто чувствует вину. А мы пойдем, чтобы окончательно его прихлопнуть и поставить точку в этой истории.
На следующее утро они сидели в студии крупного бизнес-канала. Ведущий осторожно начал задавать вопросы о скандале.
Артур взял Таисию за руку.
— Да, я усыновил Игната, — открыто глядя в камеру, произнес он. — И я горжусь тем, что он носит мою фамилию. Биологический отец, который сейчас раздает интервью за гонорары, бросил девушку без копейки денег. Из-за его трусости ушел из жизни человек — дед мальчика. Настоящий отец — это не тот, кто поучаствовал в физиологии и сбежал. Это тот, кто учит ребенка ходить, кто собирает с ним конструктор и кто берет ответственность за свою семью. Мне жаль людей, которые пытаются заработать на дешевых сплетнях. Моя семья — это моя крепость.
Эфир взорвал интернет. Акции компании Артура взлетели на фоне образа честного, принципиального человека. Стаса же с позором уволила его обеспеченная покровительница, побоявшись за свою репутацию.
Шли месяцы. Договор, подписанный в кабинете, давно пылился на дне сейфа. Артур и Таисия спали в одной кровати, вместе выбирали обои для новой детской и планировали отпуск.
Накануне второй годовщины их знакомства они улетели на Алтай. Воздух пах хвоей и чистотой.
Утром Таисия проснулась раньше мужа. От запаха завтрака на первом этаже её вдруг сильно замутило. Она бросилась в ванную, включила прохладную воду и долго умывалась.
Через час, вернувшись из местной аптеки, она села на край кровати. Руки дрожали так, что пластиковый тест выскальзывал из пальцев. Две четкие малиновые полоски.
Дверь скрипнула. Артур вошел в номер с двумя стаканами свежевыжатого сока. Заметив её бледность, он нахмурился:
— Тая? Тебе хреново? Что случилось?
Она подняла на него испуганные глаза.
— Артур… Я не знаю, как это сказать. Я беременна.
Стаканы с глухим стуком опустились на тумбочку. Артур побледнел. В его взгляде мелькнуло непонимание, затем — тень застарелой обиды.
— Тая… ты же знаешь мою ситуацию. Яна тогда показала мне результаты анализов. Две независимые клиники. Шансов на детей ноль. Это… шутка? Или ты…
— Я никогда тебя не предавала! — Таисия вскочила, глядя ему прямо в глаза. — Ни разу! Артур, вспомни: кто принес те результаты? Яна? Женщина, которая уже тогда закрутила интрижку с твоим заместителем? Ты сам сдавал эти анализы или она увозила их в лабораторию?
Артур замер. Острые скулы напряглись.
— Она сказала, что забрала бумаги сама, чтобы я не расстраивался в кабинете врача…
— Сдай анализы сейчас. Здесь, в Горно-Алтайске есть платная клиника. Пожалуйста. Я клянусь тебе своей жизнью, это твой ребенок.
Они провели в молчаливом напряжении весь следующий день. Артур уехал утром, вернулся только к обеду. Лицо его было непроницаемым.
Таисия сидела в кресле, обхватив плечи руками, готовая к самому худшему.
Артур подошел к ней. Достал из внутреннего кармана куртки свернутый лист бумаги и бросил его на столик.
— Врач сказал… что я полностью здоров. Никаких препятствий для отцовства нет и никогда не было.
Его голос дрогнул. Он опустился перед ней на колени, пряча лицо. Плечи сильного, жесткого бизнесмена судорожно вздрагивали.
— Она всё подделала, — хрипло произнес он. — Подделала, чтобы выбить при разводе больше денег и оправдать свою подлость. А я верил… Господи, Тая, прости меня. Я сомневался в тебе.
Таисия мягко запустила пальцы в его темные волосы, шмыгнув носом.
— Мы всё забудем. У нас теперь будет большая семья.
Он поднял голову. В его глазах стояли слезы, которых он совершенно не стеснялся.
— Я никогда вас не отпущу, — шепнул он, прижимаясь ухом к её животу.
Никаких контрактов больше не существовало. Была только правда, которая оказалась сильнее любой грязной лжи.
