— А имущество пусть у Вики полежит, целее будет.
Дарья присела на скамью в прихожей и аккуратно засунула распечатанные квитанции в прозрачный файлик.
— Кирилл, я не поняла. Бумаги на сайдинг тоже брать?
— Да бери всё, лишним не будет.
Муж возился со шнурками ботинок дольше обычного. Он старательно разглядывал ворс на коврике у двери и явно избегал встречаться с женой взглядом.
— Мама же просила чеки показать, — добавил он, не поднимая головы. — Чтобы понимать, сколько всего вложено.
— Чтобы понимать, какая у её драгоценного внука теперь шикарная дача, — поправила мужа Дарья.
Она стряхнула невидимую пылинку с рукава плаща. Настроение с самого утра было приподнятым, даже торжественным. Почти год назад её свекровь, Лидия Петровна, устроила показательное выступление на семейном ужине. Она торжественно объявила, что здоровье уже не то, грядки полоть сил совершенно нет, поэтому старый загородный дом она перепишет на их сына, Максима. Условие озвучила ровно одно: молодые должны привести эту деревянную развалюху в божеский вид своими силами.
Дарья тогда поверила. Взяла потребительский кредит на своё имя, потому что у Кирилла кредитная история была испорчена давней просрочкой. Сумма вышла кругленькая. Наняли нормальную бригаду, полностью меняли прогнившую крышу, ставили высокий забор из профнастила, утепляли стены.
Кирилл на стройке появлялся редко. Он всё больше жаловался на боли в пояснице и страшные завалы в офисе. Зато Дарья каждые выходные моталась за город на своей старенькой машине, контролировала рабочих, ругалась из-за криво положенного утеплителя и вносила платежи в банк строго по графику.
— Кирилл, мы не опаздываем?
Она глянула на мужа сверху вниз, поправляя сумку на сгибе локтя.
— Нормально всё.
Он дёрнул плечом и наконец выпрямился.
— Поехали. Мама у нотариуса уже ждёт.
Всю дорогу до конторы Кирилл молчал. Он вообще в последние три дня стал каким-то дёрганым, часто уходил с телефоном на балкон, закрывая за собой дверь. Дарья списывала это на усталость на работе. Сама она в уме прикидывала, сколько ещё осталось отдавать банку. Выходило немало, платить еще два года, но оно того стоило. К совершеннолетию у Макса будет отличная недвижимость недалеко от города.
Машину припарковали у небольшого кирпичного здания в центре. Лидия Петровна уже сидела в приёмной на узком диванчике. На ней была нарядная шифоновая блузка и яркий шёлковый платок на шее. Губы, щедро накрашенные бордовой помадой, растянулись в благостной улыбке, как только она увидела сына.
— Золотце моё приехало!
Свекровь грузно поднялась и приобняла Кирилла. Дарье она лишь коротко кивнула, даже не сделав шага навстречу.
— Дашенька. Квитанции принесла?
— Всё здесь, Лидия Петровна.
Дарья похлопала по карману плаща.
— Вот и славно. Всё в семью, всё в дом. Молодцы вы у меня.
Из кабинета выглянула девушка в строгом костюме и пригласила их войти. Внутри пахло старой бумагой и дешёвым кофе. Помощник нотариуса, молодой парень в очках, жестом указал на стулья перед массивным столом. Он монотонно зачитал стандартные права и обязанности, после чего пододвинул к себе готовый проект договора.
— Итак, договор дарения земельного участка и жилого дома.
Помощник поправил очки на переносице.
— Даритель… Лидия Петровна. Одаряемый… Виктория Сергеевна… Стороны ознакомились?
Дарья перестала дышать. Ей показалось, что она ослышалась.
— Простите, кто?
Она подалась вперёд, едва не опрокинув органайзер с ручками.
— Виктория Сергеевна, — ровно повторил помощник. — Сестра вашего супруга. Всё верно?
Дарья медленно перевела взгляд на свекровь. У неё заложило уши, а слова парня доходили как сквозь воду. Лидия Петровна сидела совершенно спокойно, лишь чуть поправила платок на шее. Лицо её выражало крайнюю степень умиротворения.
— Лидия Петровна.
Голос Дарьи подвёл и оборвался на полуслове.
— Мы же договаривались. Дом переписывается на Максима. Я год плачу кредит за новую крышу и сайдинг!
— Дашенька, ну что ты начинаешь при людях?
Свекровь укоризненно покачала головой, словно отчитывала неразумную школьницу.
— Максим ещё маленький. Зачем на ребёнка такое бремя вешать? Ему эти документы сейчас ни к чему.
— Какое бремя?
Дарья плотно закрыла рот, пытаясь справиться с нахлынувшим шоком.
— Вы обещали! Мы год вкладывали туда мои деньги!
— Обещала, не спорю.
Лидия Петровна ласково посмотрела на сына.
— Но мы тут с Кирюшей посоветовались на днях и решили, что так будет надёжнее. Вика девочка взрослая, ответственная. У неё муж юрист, если что.
Дарья резко обернулась к мужу. Кирилл уставился в стену, словно там происходило что-то невероятно увлекательное. Лицо его пошло красными пятнами.
— Ты знал?
Она спросила это едва слышно.
— Даш, ну мамка дело говорит.
Он нервно потёр колено.
— Какая разница, на ком бумаги? Вика — родная кровь. Она же сестра моя. Пользоваться-то дачей мы всё равно будем. Сажать там свои огурцы, Макса на лето вывозить. Отдыхать на веранде.
— Пользоваться?
Дарья сглотнула. Картинка начала складываться.
— А имущество пусть у Вики полежит, — забухтел Кирилл, пряча глаза. — Целее будет. Мало ли как в жизни бывает. Вдруг что.
— Как бывает?
Дарья сузила глаза.
— То есть, если мы разведёмся, дом, который я отремонтировала за свои деньги, останется в вашей прекрасной семье? А мой сын останется ни с чем?
— Вот видишь, Кирилл!
Свекровь энергично замахала руками.
— Я же говорила! Она уже о разводе думает! Разве можно на таких людей имущество записывать? Ушлая какая! Только о выгоде и печётся.
Свекровь посмотрела на помощника нотариуса, явно ожидая от него поддержки, но парень тактично уткнулся в монитор компьютера, делая вид, что очень занят.
— Вика дом не отберёт, — подал голос муж. — Она замужем, у неё своя квартира есть. Просто маме так спокойнее, понимаешь? Чтобы имущество из семьи не ушло.
Дарья смотрела на этих двоих и вдруг поняла предельно ясную вещь. Никто и никогда не собирался отдавать дом Максиму. Её просто использовали как бесплатного прораба и удобного спонсора с хорошей кредитной историей. Лидия Петровна пожалела собственных денег на ремонт своей развалюхи, а Кирилл… Кирилл просто позволил матери обдурить собственную жену. И они активно обсуждали это за её спиной, пока она моталась по строительным рынкам в резиновых сапогах.
Она молча расстегнула сумку. Достала пластиковый файлик с чеками и договором на кредит.
— Чеки давай сюда.
Лидия Петровна протянула руку с крупным перстнем на указательном пальце.
— Я к общим документам подошью. Для истории, так сказать.
Дарья медленно убрала файлик обратно в сумку. Застегнула молнию до упора.
— Перебьётесь, Лидия Петровна.
— Ты чего удумала?
Свекровь приоткрыла рот от возмущения.
— Вы подписывайте, подписывайте.
Дарья поднялась со стула. Ноги немного дрожали, но она заставила себя выпрямиться.
— Шикарный подарок дочери. С новой крышей, с отличным забором, с утеплением. Вика будет в полнейшем восторге.
— Даша, сядь.
Кирилл дёрнул её за рукав плаща.
— Не позорься при чужих людях.
Она аккуратно сняла его руку со своей одежды.
— Знаешь, Кирюша. А ведь мама твоя абсолютно права. Мало ли как в жизни бывает.
— Ты о чём?
Он непонимающе нахмурился.
— О том, что раз дача теперь сестрина, то и жить ты поедешь туда. Прямо сегодня.
Дарья поправила воротник плаща.
— Домой можешь не возвращаться. Вещи твои я вечером в тамбур выставлю.
— Какого чёрта, Даша? — возмутился муж, вскакивая со стула. — Квартира общая!
— Квартира досталась мне от бабушки за три года до брака. А вот кредит оформлен в браке.
Дарья скупо улыбнулась свекрови.
— Раз дом ушёл Вике, то за ремонт платить мы будем пополам. Точнее, я перестаю вносить платежи прямо с завтрашнего дня. Пусть банк списывает с твоей зарплатной карты твою законную половину долга как созаемщика.
— Ты не посмеешь!
Свекровь тяжело оперлась руками о стол.
— Ты же для семьи старалась! Для мужа!
— Для мужа, который меня развёл на деньги вместе с мамочкой? Нет уж. Кушайте сами.
Дарья развернулась и направилась к двери.
— Далеко собралась? — крикнул ей вслед Кирилл.
— Личинку в замке менять.
Дверь скрипнула и закрылась. Лидия Петровна растерянно посмотрела на документы, потом на сына.
— Ничего, сынок.
Она успокаивающе погладила его по плечу.
— Перебесится и успокоится. Куда она денется с ребёнком. Поночуешь пару дней у Вики на диванчике, а там она сама прибежит прощения просить.
Прошло три месяца.
К концу лета новая крыша на даче радостно блестела на солнце. Вот только ездить туда стало некому. Виктория Сергеевна, став полноправной хозяйкой, быстро смекнула, что чужие грядки ей там не нужны, и выставила свежеотремонтированный дом на продажу.
Кирилл так и жил на этой даче, пока шли показы покупателям. Зарплаты ему теперь катастрофически не хватало: банк исправно списывал половину кредита с его счёта, а алименты на Максима забирали ещё четверть. В бабушкину квартиру его так и не пустили.
Лидия Петровна каждый вечер ругала бывшую невестку по телефону перед соседками. А Дарья просто заблокировала номера всей предприимчивой родни, точно зная, что за этот кредит она купила себе свободу от очень хитрых людей.
