— Томочка, ключи от кроссовера переходят в мое управление. Тебе они до самых сугробов без надобности. Муниципальный транспорт в нашем районе ходит исправно, проездной я тебе, так и быть, добыла. Пенсионный, правда, но там печать на фотографии удачно смазана. Контролер спросит — прикинешься, что экология в городе плохая, вот и сдала раньше срока.
Раиса Андреевна возвышалась посреди нашей кухни в фетровой шляпе с необъятными полями и цветастом шейном платке. На её плече висела огромная пузатая сумка из плотного кожзаменителя, из которой торчал рулон пищевой фольги и деревянная ручка от вантуза. Мои ключи от машины, только что лежавшие на тумбочке возле микроволновки, исчезли в недрах её бездонного кармана с неумолимостью упавшего в океан метеорита.
Раиса Андреевна обладала удивительным талантом материализоваться в нашей квартире именно в те моменты, когда счет времени шел на минуты. Свой запасной ключ, выданный Виталиком исключительно на случай прорыва труб или пожара, она использовала как абонемент на посещение закрытой территории. Сегодня она провернула ключ в замке так тихо, что мы с мужем даже не услышали щелчка входной двери.
Я как раз аккуратно укладывала в специальную транспортировочную коробку с влажной флористической губкой композицию из белых ранункулюсов, пыльно-розовой эустомы и веточек эвкалипта. Через два часа эти цветы должны украшать президиум на роскошной свадьбе, где невеста уже с восьми утра обзванивает всех подряд с вопросом, достаточно ли искренне будет звучать марш Мендельсона в исполнении струнного квартета. Мой муж Виталий в метре от меня обматывал прозрачным скотчем ящики с тяжелыми хрустальными вазами.
— Раиса Андреевна, — я отложила в сторону секатор и стряхнула с фартука обрезки стеблей. — Кажется, я упустила исторический момент перехода моей частной собственности в ваш личный автопарк. Верните, пожалуйста, ключи на стол. Нам выезжать через десять минут, заказчики ждут.
Свекровь посмотрела на меня с той снисходительной жалостью, с какой профессор высшей математики смотрит на гуманитария, не способного рассчитать чаевые в ресторане.
— Тамара, давай без этих твоих громких концертов, — она поправила поля шляпы. — Я всё, по справедливости, рассчитала. Машину Виталик покупал на свою годовую премию? Покупал. Значит, деньги в семье заработаны моим сыном. А у меня больные суставы. Мне в санаторий надо, на лечебные грязи. Мы с Лидочкой едем в «Сосновый бор» на всю осень. У Лидочки права есть, она еще при Брежневе на тракторе в колхозе стаж наработала, так что твою коробку с автоматом как-нибудь освоит по прямой.
— Мама, — Виталий отложил рулон скотча и выпрямился. Голос у него прозвучал тихо, но весьма весомо. — Положи ключи. Сейчас же.
— Виталик, не лезь в женские дела! — отмахнулась от него мать. — Тебя вообще под каблук загнали, смотреть тошно! Жена целыми днями букеты крутит, а мать родная должна на электричке с тремя пересадками трястись вместе с багажом? Я уже всё решила. И вещи наши в багажник спустила, пока вы тут свои сорняки паковали. Лидочка внизу у капота ждет, охраняет.
В кармане моего рабочего фартука пронзительно зазвонил телефон. На экране высветилось «Аркадий Организатор». Аркадий был человеком настолько тонкой душевной организации, что мог слечь с мигренью от неправильно подобранного шрифта в банкетном меню.
— Томочка! — закричал Аркадий в трубку так, что динамик лязгнул на всю кухню. — Умоляю! Невеста считает, что цветочная арка выглядит недостаточно тропической! Ты скоро? Я на грани нервного истощения, я уже сгрыз два карандаша и готов перейти к поеданию списка гостей! Она грозится отменить выездную регистрацию!
— Аркаша, держи себя в руках, — спокойно ответила я, глядя прямо в глаза свекрови. — Буду через сорок минут. Арка заколосится так, что гости решат, будто они попали в дебри Амазонки. Держи невесту подальше от зеркал, шампанского и впечатлительных родственников.
Я сбросила вызов. Раиса Андреевна победно скрестила руки на груди, всем своим видом демонстрируя превосходство здравого смысла над моей легкомысленной профессией.
— Вот и чудно, — заявила она. — Скажешь своему Аркадию, что у тебя непредвиденные обстоятельства. На автобусе с цветами не поездишь, обломаются. Ничего, один раз отменишь свои гулянки, заказчики новые найдутся. Заодно дома окна помоешь, пока погода позволяет. А я поехала, нам еще до дачных пробок из города выскочить надо.
Логика была настолько непробиваемой в своей бесцеремонности, что спорить с ней было бессмысленно.
— Знаете, Раиса Андреевна, — сказала я ровным тоном. — А ведь незачем ругаться. Давайте спустимся вниз. Вы же говорите, Лидия Марковна там ждет? Нехорошо заставлять пожилого человека мерзнуть у подъезда на осеннем ветру. Заодно посмотрим, как вы багажник упаковали. Там ведь секрет есть один, у этой машины. Специальная кнопка, чтобы на трассе заднее колесо не заблокировалось.
Свекровь подозрительно прищурилась, пытаясь найти подвох, но технический термин сработал. Она удовлетворенно хмыкнула, абсолютно уверенная, что её неопровержимые аргументы достигли цели.
— Вот давно бы так, — она величественно направилась к выходу в коридор. — Учись, Виталик, как с женой обращаться надо. А то всё пылинки сдуваешь.
Виталий вопросительно посмотрел на меня.
Я лишь подмигнула ему, подхватила самую тяжелую коробку с цветами и кивнула на дверь:
— Бери вазы, дорогой. Пойдем провожать маму в оздоровительный тур.
Мы спустились во двор. Осеннее солнце лениво освещало мой вишневый кроссовер, возле которого переминалась с ноги на ногу Лидия Марковна. Если Раиса Андреевна выглядела как британская королева на минималках, то Лидия Марковна напоминала бывшую заведующую овощной базой, внезапно поверившую в свою светскую исключительность. На ней была леопардовая блузка, плотные лосины, обтягивающие мощные икры, и солнцезащитные очки размером с два блюдца. В зубах она меланхолично держала длинную тонкую сигарету.
— О, Рая, ну наконец-то! — прохрипела Лидия Марковна, выпуская струю дыма в сторону детской площадки. — Я уже думала, ты там завещание переписываешь. А это кто с тобой? Невестка твоя? Чего она с коробками, в грузчики, что ли, подалась от хорошей жизни?
— Здравствуйте, Лидия Марковна, — я поставила коробку на асфальт. — Нет, я не в грузчики. Я законная владелица этого транспортного средства.
Лидия Марковна поправила свои гигантские очки и непонимающе уставилась на мою свекровь:
— Рая, ты ж сказала, машина твоя. То есть, сына, а значит — под твоим полным контролем.
— Так и есть! — возмутилась Раиса Андреевна, чувствуя, что её грандиозный план начинает давать трещину прямо на глазах у подруги. — Не слушай её, Лидочка. Она просто вредничает, что я ей ключи не отдаю. Тамара, открывай багажник, покажи, где там что нажимать от колеса, и мы поехали. Воздух лечебный сам себя не подышит.
Я подошла вплотную к свекрови и протянула руку.
— Ключи.
— Не дам! — Раиса Андреевна инстинктивно прикрыла карман ладонью. — Ты мне зубы не заговаривай! Я мать, я имею право распоряжаться!
— Мама, — голос Виталия прозвучал над нашими головами, как раскат весеннего грома. Он аккуратно поставил коробку с вазами на капот, подошел к матери и посмотрел на нее сверху вниз. — Отдай ключи Тамаре. Мы опаздываем на работу.
В такие моменты мой муж переставал быть домашним и покладистым человеком.
Свекровь неохотно достала ключи из кармана и вложила их мне в ладонь.
— Хамство какое! — произнесла она. — Родную мать на улицу выставляете перед людьми! Да я вам…
— Спокойно, Раиса Андреевна, — я нажала кнопку на брелоке. Машина приветливо мигнула фарами, снимаясь с сигнализации. — Никто никого не выставляет. Я же обещала помочь вам разобраться с багажником. Давайте посмотрим, что у нас там за стратегический запас на осень.
Я подняла дверцу багажника, и мы все трое — я, Виталий и Лидия Марковна — замерли.
Багажник моего кроссовера, обычно вмещающий аккуратные ряды цветочных коробок, напоминал склад конфиската на таможне. Раиса Андреевна подошла к делу основательно. Помимо трех гигантских баулов челночника из девяностых, из которых торчали какие-то махровые халаты, там покоилась картонная коробка с торчащими лопастями большого напольного вентилятора. Сбоку были плотно утрамбованы два тяжеленных мешка с торфяным грунтом для рассады. По центру величественно возвышался гигантский фикус в напольном керамическом горшке. И, в довершение композиции, с краю стоял самоколоченный деревянный ящик, доверху набитый твердыми зелеными помидорами.
— Раиса Андреевна, — искренне восхитилась я. — А земля вам в санатории зачем? Там своей лечебной грязи не хватает, решили обогатить местную флору?
— Это для рассады! — гордо заявила свекровь. — Там на трассе по пути питомник хороший, я на обратную дорогу саженцев наберу. Не пустой же машине ехать обратно!
— Стесняюсь спросить, — вмешалась в разговор Лидия Марковна, надвигаясь на свекровь. — Рая, а помидоры нам зачем? Мы едем суставы лечить или лечо закатывать бочками?
— Они на приборной панели дозревать будут! — огрызнулась свекровь. — Солнышко светит через стекло, они за неделю и дойдут! Витамины свои, без химии!
— На какой приборной панели?! — возмутилась подруга. — Я тебе что, дальнобойщик, чтобы у меня перед глазами помидоры колосились?! Ты мне пела, что мы поедем с полным комфортом. Что у нас сзади будет свободное пространство, чтобы я могла больные ноги вытянуть! А тут что? Я должна ехать двести километров в обнимку с фикусом и дышать торфом?! Ты говорила: «Лидочка, поедем как королевы, кондиционер, музыка, машина моя собственная, невестка нам еще и в дорогу пирожков напечет!»
— Лидия Марковна, — обратилась я к леопардовой автоледи. — Боюсь, Раиса Андреевна ввела вас в некоторое заблуждение. Во-первых, пирожки я печь не планировала, у меня плотный график заказов. А во-вторых, стоимость аренды автомобиля вы с ней уже обсудили?
Обе пенсионерки уставились на меня.
— Какую еще аренду? — просипела Лидия Марковна.
— Ну как же, — я всплеснула руками и широко раскрыла глаза. — Кроссовер, автоматическая коробка передач, климат-контроль. Пять тысяч рублей в сутки. Плюс бензин, естественно. И залог пятьдесят тысяч на случай, если зеленые помидоры взорвутся на кожаных сиденьях от перепада температур. Вы же на два месяца едете лечиться? Итого триста тысяч. Раиса Андреевна, вы же взяли наличные? Терминала у меня, к сожалению, нет.
Лидия Марковна медленно повернула голову к моей свекрови. Её объемные очки блеснули на солнце.
— Рая, — голос подруги стал угрожающе тихим. — Ты мне сказала, что мы едем абсолютно бесплатно. Что сын тебе эту машину подарил на юбилей. Ты из-за этого заставила меня путевку купить в этот ваш лесной клоповник! Я, между прочим, могла на эти деньги на море съездить, там нормальный сервис и шведский стол!
— Лидочка, не слушай эту притворщицу! — Раиса Андреевна заметалась, понимая, что её блестящий план рушится. — Она всё придумывает назло! Машина Виталика! Сына! Скажи ей, Виталик!
Виталий тяжело вздохнул. Подошел к багажнику, взял ящик с зелеными помидорами и аккуратно поставил его на асфальт возле ног матери.
— Мама, машина куплена до нашей свадьбы и по документам принадлежит Тамаре, — сказал муж совершенно ровным голосом. — Это её личная вещь, мой добрачный подарок. Никаких доверенностей на тебя нет. В страховку вписаны только мы двое. Так что, если Лидия Марковна сядет за руль, на первом же посту инспекторы заберут автомобиль на штрафную стоянку за управление транспортным средством без разрешения владельца, а Лидии Марковне выпишут огромный штраф.
Он потянулся и вытащил из багажника фикус, поставив его рядом с ящиком помидоров.
— Виталик! Ты что творишь?! — запричитала свекровь. — Куда ты на грязный асфальт?! Там же микробы сплошные!
— Освобождаю багажник, мама. Нам на работу пора. Цветы сами себя клиентам не доставят.
Виталий методично и без малейших эмоций продолжал разгружать вещи. На асфальт полетели необъятные клетчатые баулы, мешки с землей, коробка с вентилятором. Вокруг начала собираться небольшая выставка достижений чудаковатого дачного хозяйства.
Лидия Марковна наблюдала за этим процессом с выражением глубочайшего разочарования на лице. Затем она повернулась к Раисе Андреевне и выдала:
— Знаешь, что, Раиса? Ты не просто фантазерка. Ты еще и время мое потратила впустую. Я из-за тебя две недели на жесткой диете сидела, чтобы в эти лосины влезть перед отдыхающими мужчинами!
— Лидочка, подожди! — свекровь попыталась схватить подругу за леопардовый рукав. — Мы сейчас грузовое такси вызовем! Я оплачу! Доедем с ветерком и комфортом!
— На грузовом такси? В санаторий за двести километров? С фикусом и мешком земли?! — Лидия Марковна захохотала так, что с соседнего дерева с шумом взлетели вороны. — Да ни один нормальный водитель нас не возьмет! А если возьмет, то за такие деньги, что мне дешевле будет вертолет арендовать! Всё, Рая. Концерт окончен. Моя путевка пропадает, но и твоя тоже. Сиди тут со своими баулами, жди попутку!
Лидия Марковна круто развернулась и, гордо чеканя шаг, направилась в сторону трамвайной остановки.
— Лида! Лидочка, постой! — Раиса Андреевна сделала пару шагов за ней, но споткнулась о свой же ящик с помидорами.
Тем временем Виталий достал последнюю сумку, закрыл багажник и повернулся ко мне:
— Готово. Грузим наш заказ.
Я аккуратно поставила в освободившийся отсек свою коробку с ранункулюсами, а Виталий загрузил ящики с тяжелыми хрустальными вазами. Аркадий Организатор мог смело пить ромашковый чай — его драгоценная цветочная арка будет спасена вовремя.
Раиса Андреевна стояла посреди своего скарба, растерянно моргая. Её недавняя высокомерная уверенность испарилась, оставив после себя лишь растерянность человека, чья собственная хитрость больно ударила его по лбу.
— И как мне теперь со всем этим добром быть? — произнесла она, обводя руками гору вещей на асфальте. — У меня заселение через три часа… Виталик, сыночек, ну хоть до автовокзала довези!
Виталий посмотрел на часы, потом на мать.
— Мама, у нас доставка с жестким расписанием. Если мы опоздаем, Тамара заплатит неустойку, превышающую стоимость твоей путевки в три раза. Вызывай грузовую машину через приложение на телефоне. Деньги у тебя есть, ты же на бензин откладывала. Желаю тебе отличного отдыха, но, если захочешь распорядиться чужой вещью, сначала спроси разрешения у владельца.
Он открыл пассажирскую дверь и сел в салон.
Я подошла к водительскому месту, открыла дверь и напоследок посмотрела на свекровь. Она сидела на самом большом клетчатом бауле, сжимая в руках горшок с фикусом, и судорожно тыкала пальцем в экран смартфона, пытаясь найти номер дешевой транспортной компании.
— Отличного отдыха, Раиса Андреевна, — искренне пожелала я. — Грязевые ванны, говорят, творят чудеса. Особенно с нервной системой. И не забудьте помидоры на солнышко поставить, а то не дозреют к ужину.
Я села за руль, завела мотор и включила приятную джазовую музыку. Машина плавно тронулась с места, оставляя позади женщину, которая искренне считала, что может командовать чужим имуществом по праву родства.
В зеркало заднего вида я видела, как к Раисе Андреевне подошел местный дворник дядя Миша и начал что-то активно втолковывать, показывая метлой на рассыпанную землю из порванного пакета с грунтом. Кажется, лечебные санаторные процедуры начались для неё немного раньше, чем она планировала.
