Я смотрела на выписку из ЕГРН. Бумага была свежей, ещё тёплой после принтера. В графе «Правообладатель» стояла чужая фамилия. Не моя. И уж точно не Руслана.
Договор купли-продажи лежал в сумочке, во внутреннем кармане, застёгнутом на молнию. Три миллиона рублей уже поступили на безопасный счёт, к которому у мужа не было доступа.
— Полина, ты долго там копаешься? — Голос Руслана из коридора звучал раздражённо. — Мама не любит ждать. Такси уже пять минут стоит, счётчик тикает. Ты же знаешь, я не намерен переплачивать за твою медлительность.
Я аккуратно свернула выписку. Чётко по линиям сгиба. Раз. Два. Три.
Знаете, что самое интересное в жизни с финансовым тираном? Ты учишься считать. Считать каждую копейку, каждую минуту и каждый удар сердца, чтобы оно не выпрыгнуло из груди раньше времени.
— Иду, — ответила я. Голос был ровным. Профессиональным. Как на сделке.
Я вышла в прихожую. Руслан стоял у зеркала, поправляя галстук. Он выглядел идеально: дорогой костюм, начищенные туфли, запах хорошего парфюма. Парфюма, который купила я с премии, утаённой от «семейного бюджета».
Он скользнул по мне оценивающим взглядом. Не как муж смотрит на жену, а как оценщик смотрит на объект недвижимости, требующий ремонта.
— Это платье? Снова? — Он поморщился. — Полина, мы едем на юбилей к Наталье Сергеевне. Там будут серьёзные люди. Могла бы купить что-то приличное.
— Ты выделил мне пять тысяч на месяц, Руслан. На продукты и бытовую химию, — напомнила я спокойно.
— Не начинай. — Он резко отвернулся. — У меня все деньги в обороте. Я строю бизнес. Ради нас, между прочим. А ты, как всегда, только о тряпках думаешь. Эгоистка.
Я промолчала.
Раньше, год назад, я бы заплакала. Два года назад — начала бы оправдываться. Три года назад — побежала бы переодеваться в джинсы, чтобы не раздражать его.
Но сегодня я просто надела туфли. И проверила, на месте ли телефон.
В такси мы ехали молча. Руслан уткнулся в смартфон, проверяя котировки или переписываясь с кем-то. Я смотрела на мелькающий за окном Екатеринбург. Серый, дождливый, родной.
Тогда я ещё не знала, что этот вечер станет последним в моей прежней жизни. Точнее, знала. Но не думала, что всё пройдёт так громко.
Наталья Сергеевна отмечала шестидесятилетие в ресторане «Панорама». Дорого, пафосно, с видом на город. Гостей было человек сорок. Родня, коллеги Руслана, какие-то нужные люди.
Свекровь встретила нас у входа. В люрексе, в золоте, сияющая, как новогодняя ёлка.
— Русланчик! Сынок! — Она расцеловала его в обе щёки. Потом перевела взгляд на меня. Улыбка стала на пару градусов холоднее. — Здравствуй, Полина. Проходи, садись… где-нибудь с краю, чтобы не мешать официантам.
— С днём рождения, Наталья Сергеевна, — я протянула букет.
— Ой, лилии… — Она картинно прикрыла нос рукой. — У меня же аллергия, Полина. Ты за пять лет так и не запомнила? Руслан, убери этот веник куда-нибудь подальше.
Руслан послушно забрал цветы и сунул их пробегающему официанту. Мне он ничего не сказал. Даже не взглянул.
Мы сели за стол. Моё место действительно оказалось у прохода, на сквозняке. Руслан сел ближе к матери, в центр внимания.
Начались тосты. Бесконечные, сладкие, липкие. Все хвалили Наталью Сергеевну за то, какого замечательного сына она воспитала. Руслан сиял. Он любил, когда его хвалили.
Я ела стейк. Медленно, кусочек за кусочком. Мясо было жёстким, но мне было всё равно. Я копила силы.
— А теперь слово предоставляется моему сыну! — объявила свекровь в микрофон.
Руслан встал. Поправил пиджак. Обвёл зал хозяйским взглядом.
— Мама, — начал он, и голос его дрогнул от наигранной нежности. — Ты — святая женщина. Ты отдала мне всё. И я хочу, чтобы ты знала: всё, чего я достиг — это твоя заслуга. Мой бизнес, мой успех, мой дом…
Я поперхнулась водой.
«Мой дом».
Квартира, в которой мы жили, досталась мне от бабушки. До брака. Руслан въехал туда с одним чемоданом и ноутбуком. За пять лет он не вложил в стены ни копейки — «деньги в обороте». Зато он мастерски вкладывал в мою голову мысль, что он там хозяин.
— …И поэтому, — продолжал Руслан, повышая голос, — я хочу сделать тебе настоящий подарок. Не цветы, как некоторые. — Он бросил быстрый, презрительный взгляд в мою сторону. Зал хихикнул. — Я хочу подарить тебе ключи от новой жизни.
Он полез в карман.
Я замерла. Вилка застыла в моей руке.
Неужели он купил ей квартиру? С тех денег, которые якобы «в обороте»? Пока я ходила в штопаных колготках?
Но Руслан достал не ключи. Он достал конверт.
— Мам, здесь путёвка в санаторий. Президентский люкс. А пока ты будешь отдыхать, мы с Полиной… — он сделал паузу, — мы решили, что тебе пора переехать к нам. В большую комнату. А мы переберёмся в маленькую. Тебе нужен уход и комфорт.
В зале повисла тишина. Оглушительная.
Я медленно положила вилку на тарелку. Звякнул металл о фарфор.
— Мы не решили, — сказала я. Негромко. Но в тишине прозвучало как выстрел.
Руслан повернулся ко мне. Его лицо, только что благостное, исказилось.
— Что ты сказала?
— Я сказала, что мы этого не решали, — повторила я, поднимаясь. Ноги не дрожали. Странно, но страха не было. Была только холодная, злая ясность. — Это моя квартира, Руслан. И твоя мама там жить не будет.
Гости зашушукались. Наталья Сергеевна побагровела, её двойной подбородок затрясся.
— Руслан! — взвизгнула она. — Ты слышишь, что несёт эта… эта приживалка?! В твоём доме?!
— Сядь, — процедил Руслан сквозь зубы. Его глаза сузились. — Сядь и заткнись. Дома поговорим.
— Не поговорим, — я выпрямила спину. Риелторская осанка. Когда называешь цену объекта, нельзя сутулиться. — Потому что дома у тебя больше нет.
— Ты пьяна? — Он шагнул ко мне, хватая за локоть. Пальцы больно впились в кожу. — Ты позоришь меня перед людьми! Я сказал — сядь!
— Убери руки, — тихо сказала я.
— Ах ты дрянь! — взорвался он. Алкоголь и уязвлённое самолюбие сорвали предохранители. — Да кто ты без меня?! Ноль! Нищенка! Я тебя кормлю, пою, одеваю! Вон из моего дома! Прямо сейчас! Вали к своей мамаше в общежитие!
— Вон? — переспросила я.
— Вон! — заорал он так, что микрофон фонил. — Чтобы духу твоего не было! Ключи на стол!
Я посмотрела на часы. 19:40.
— Хорошо, — кивнула я. — Я уйду.
Я открыла сумочку. Медленно. Показательно. Достала связку ключей. Бросила их на стол, прямо в салат «Цезарь». Майонез брызнул на рукав его дорогого пиджака.
— Вот ключи. Только они тебе не подойдут.
— Что? — он опешил, стряхивая соус.
— Замки сменили, — пояснила я будничным тоном. — Ровно двадцать минут назад.
Руслан замер. Наталья Сергеевна открыла рот, похожая на рыбу, выброшенную на берег.
— Ты… ты что несёшь? — прошептал муж.
— Я продала квартиру, Руслан. Неделю назад. Сегодня была регистрация перехода права. Двадцать минут назад новый собственник получил ключи. Акт приёма-передачи подписан.
— Ты не могла… — он побледнел. — Это совместно нажитое…
— Учи матчасть, — усмехнулась я. — Имущество, полученное в порядке наследования, не является совместно нажитым. Статья 36 Семейного кодекса РФ. Квартира бабушкина. Была.
— Продала? — взвизгнула свекровь. — А деньги?! Русланчик, деньги!
— Деньги на моём счёте, — отрезала я. — И к ним у вас тоже нет доступа. Брачный договор, Руслан. Помнишь? Тот самый, который ты заставил меня подписать пять лет назад, чтобы я не претендовала на твой «бизнес». Там сказано: «доходы каждого супруга являются его личной собственностью».
Руслан пошатнулся. Он схватился за спинку стула, чтобы не упасть. Его лицо стало серым, как тот асфальт, по которому мы ехали.
Он вспомнил. Конечно, он вспомнил. Он так гордился этим договором. Тыкал мне им в лицо каждый раз, когда я просила на новые сапоги. «Это мои деньги, Полина. По договору».
Теперь бумеранг вернулся. И ударил прямо в лоб.
— Но… где мне жить? — спросил он. Тихо, жалко. Куда делся хозяин жизни?
— У мамы, — я улыбнулась Наталье Сергеевне. — Вы же хотели жить вместе? Мечты сбываются. В большой комнате. Или в маленькой. Сами решите.
Я взяла сумочку. Поправила причёску перед зеркалом в зале.
— Полина, подожди! — Руслан кинулся ко мне. — Полина, ну зачем так? Мы же семья! Ну погорячился, ну с кем не бывает? Давай всё вернём! Я люблю тебя!
Гости смотрели на это шоу, забыв про стейки.
— Вещи твои собраны, — сказала я, не оборачиваясь. — Стоят в коридоре. Новый хозяин, Игорь, обещал выставить их на лестничную клетку ровно в 20:00. У тебя есть пятнадцать минут, чтобы успеть до того, как их растащат соседи.
— Ты не сделаешь этого! — заорала свекровь. — Стерва!
— Уже сделала, — я пожала плечами.
Я вышла из ресторана. Вечерний воздух был прохладным и свежим. Дождь кончился.
У подъезда стояло такси. Не «Эконом», на котором всегда экономил Руслан. «Комфорт Плюс».
Я села в машину. Телефон пискнул. СМС от банка: «Зачисление процентов по вкладу».
— Куда едем? — спросил водитель.
— В аэропорт, — сказала я. — И, пожалуйста, включите музыку погромче. Не хочу слышать, как звонит телефон.
На экране высвечивалось: «Любимый муж (14 пропущенных)».
Я нажала «Заблокировать».
Впервые за пять лет я дышала полной грудью. И знаете что? Воздух свободы пахнет куда лучше, чем его дорогие духи.
В кармане завибрировал второй телефон. Рабочий.
— Алло, Полина Андреевна? Это Игорь, новый владелец. Тут какой-то мужик ломится в дверь, кричит, что он здесь живёт. Полицию вызывать?
Я улыбнулась своему отражению в стекле.
— Вызывайте, Игорь. Конечно, вызывайте. Посторонним в чужой квартире не место.
Машина тронулась. Огни Екатеринбурга расплывались в яркие полосы. Я не знала, что ждёт меня завтра. Но я точно знала, чего там не будет: страха, унижений и отчётов за колготки.
А Руслан? Руслан теперь сам научится считать. Начнёт с нуля.
Жду ваши мысли в комментариях! Как считаете, жестоко поступила героиня или справедливо? Не забывайте ставить лайки и подписываться — это лучшая мотивация для меня!
