Я смотрела на Витю так, словно он на полном серьезе предложил нам перейти на питание солнечной энергией и росой.
Он стоял посреди коридора, потрясая крошечным чеком, который выудил из кармана моей куртки.
— Оля, что это? Двести пятьдесят рублей за кофе на вынос?! — его голос звенел от возмущения. — И эклер?! Мы же договаривались экономить!
— Вить, я просто выпила кофе после смены, — устало вздохнула я. — У меня ноги гудят. Захотелось немного сладкого.
— Жена должна думать о семейном бюджете! — отрезал Витя. — Кофе можно и дома растворимый попить! А эклеры вообще для фигуры вредны. Ты опять спускаешь деньги на всякую ерунду, пока я стараюсь для семьи!
Я медленно сняла пальто. Спорить не было сил. Хотелось взять этот чек и приклеить ему на лоб.
Самое забавное во всем этом было то, что мы оба работали и зарабатывали примерно одинаково. Я — процедурной медсестрой в районной поликлинике, а Витя — автомехаником в сервисе неподалеку. Моя работа на ногах выматывала меня до предела, и этот несчастный кофе по пятницам был моей маленькой отдушиной.
Но где-то на втором году нашего брака в Вите внезапно проснулся суровый финансовый аудитор. До свадьбы мы легко скидывались на кино, покупали друг другу забавные мелочи и не считали копейки. А потом… потом началось.
«Зачем тебе новый шампунь, если старый еще на донышке остался?», «А почему ты купила эти колготки, они же на сто рублей дороже тех, что по акции?», «Я не понимаю, зачем платить за маникюр, если можно самой ногти накрасить».
При этом экономия работала только в одну сторону. Когда Вите понадобились новые литые диски на его старенькую «Тойоту» или крутой японский спиннинг для рыбалки, это называлось «необходимые вложения» и «мужской отдых».
— Я сама заработала на этот кофе, Витя, — спокойно ответила я. — И на эклер тоже. Могу я потратить двести рублей со своей зарплаты?
Витя трагически закатил глаза, смял чек и демонстративно ушел на кухню, бормоча что-то про женскую расточительность и безответственность.
Моя старшая сестра всегда говорила:
— Олька, мужику бесполезно объяснять что-то словами, если у него в голове уже сложилась своя картина мира. Хочешь, чтобы понял — покажи на его собственном примере.
Рассуждать Витя не хотел. Значит, пришло время финансового зеркала.
В понедельник Витя вернулся с работы довольный. Зайдя в квартиру, он поставил на стол пакет, из которого выглядывали бутылка дорогого энергетика и большая пачка чипсов с крабом.
Я, как раз мывшая посуду, вытерла руки и подошла к столу. Вытащила энергетик, посмотрела на ценник и театрально ахнула.
— Витя, солнышко, это что такое? — строго спросила я. — Сто восемьдесят рублей за какую-то химическую газировку?!
— Эм… ну я после смены устал, пить захотелось, — он немного опешил от моего тона.
— Устал он! — я возмущенно всплеснула руками. — А дома воды из-под крана нет?! Или чайника? Ты же знаешь, что мы экономим! Мог бы и догадаться, что женатый мужчина должен думать о семье, а не спускать деньги на яд в банках! А чипсы?! Это же сплошной холестерин, тебе о здоровье думать надо, а не деньги на ветер бросать!
Витя молча открыл рот, закрыл его и, насупившись, унес свои чипсы в комнату.
В субботу утром он радостно собирался в автомагазин.
Я встала в дверях спальни, скрестив руки на груди.
— Куда это ты собрался с карточкой? — прищурилась я.
— Как куда? За новыми чехлами в салон. Мои совсем протерлись, парни в сервисе засмеют…
— Какие чехлы, Витя?! — я повысила голос, в точности копируя его интонации. — У нас на кухне линолеум старый! А ты собираешься семейный бюджет на тряпки для куска железа спускать?! Ты можешь старые чехлы зашить, иголка с ниткой в шкатулке лежат! Что за мужская расточительность?
— Оля, ты с ума сошла? — он побледнел. — Я весь месяц пахал! Моя машина — это мое дело! Я имею право на свои увлечения!
— А мои интересы тебя не волнуют? Наше общее будущее? — я надвигалась на него. — Я хочу жить с нормальным мужиком, который всё в дом несет, а не с тем, кто только свои хотелки обслуживает! Быстро положи карточку на стол, я сама куплю продукты по акции!
Через две недели такой жизни Витя стал дерганым. Он начал прятать чеки от сигарет, потому что на каждую его покупку я выдавала получасовую лекцию о том, как «настоящий добытчик должен копить на ипотеку, а не дымить деньгами». Он перестал пить пиво по выходным, потому что я закатывала глаза и кричала про «бессмысленное транжирство».
В один прекрасный вечер, когда я раскритиковала купленный им кусок дорогой сырокопченой колбасы (ведь «Докторская» по акции была ничуть не хуже), он не выдержал и швырнул батон колбасы на стол.
— Всё! Хватит! — сорвался Витя. — Я не понимаю, какая муха тебя укусила! Ты стала просто невыносимой скрягой! Тебе каждый рубль поперек горла! Ты контролируешь каждый мой шаг, считаешь мои деньги, лишаешь меня малейшей радости! Я тебе что, банкомат бесправный?! Если тебя так бесят мои траты — давай разводиться!
Я спокойно отрезала кусочек его колбасы, съела, присела за стол и посмотрела ему прямо в глаза.
— Разводиться? Легко. Но сначала ответь мне на один вопрос.
— Какой? — он тяжело дышал, сжимая кулаки.
— Тебе тяжело? Тебе обидно, когда тебя отчитывают за каждую копейку? Обидно, когда твои маленькие радости называют «ерундой» и заставляют оправдываться за заработанные тобой же деньги?
— Да! Это унизительно! — рявкнул он.
— Поздравляю, Витя, — я улыбнулась. — Добро пожаловать в мой мир. Последний год я жила ровно в этом. Я просто отзеркалила твое поведение и твои придирки ко мне. Чехлы вместо колготок, энергетик вместо кофе. Слово в слово. Поступок в поступок. Ну как, нравится чувствовать себя транжирой и безответственным ребенком в собственном доме?
Витя замер. Краска медленно сошла с его лица. Он опустился на табуретку, тупо глядя на надкусанную палку колбасы.
— То есть… я вел себя… настолько мелочно? — тихо спросил он минут через пять минут молчания.
— Именно так.
Мы не развелись. На следующий вечер мы сели за стол с калькулятором и блокнотом. Мы завели общий счет, на который теперь оба скидываем оговоренную сумму на коммуналку, еду и общие цели. А всё, что остается у каждого на зарплатной карте — это наши личные деньги. И никто не имеет права критиковать другого за кофе, спиннинг, помаду или чехлы в машину.
Прошло уже полгода. Вчера Витя сам зашел за мной после смены в поликлинику. И принес мне капучино с сиропом и тот самый эклер.
Кажется, финансовое зеркало сработало безотказно.
