— Я тебе не благотворительный фонд, Рита. Выкупай долю, или я сдаю свою половину цыганам.
Диана по-хозяйски отодвинула табурет и устроилась за столом. Она нарочито медленно разгладила складки на своей бордовой юбке.
Григорий пристроился рядом, стараясь занять побольше места. Бывший муж всем своим видом демонстрировал уверенность, хотя глаза то и дело бегали по сторонам.
Рита аккуратно сложила квитанции за коммунальные услуги в ровную стопку.
— Мы развелись два месяца назад, Гриша, — напомнила она.
— Имущество мы не делили, — бывший муж передёрнул плечом. — Так что половина этой шикарной двушки по-прежнему числится за мной. Точнее, уже не за мной.
Он кивнул на сестру.
— Брат переписал свою часть на меня, — заявила золовка.
— Дарственной, — веско добавил Григорий. — Все официально. Закон есть закон. Моя собственность. Кому хочу, тому и дарю.
Рита оперлась поясницей о кухонный гарнитур.
— И зачем этот спектакль? — поинтересовалась она.
— Никакого спектакля, — Диана сложила руки на коленях. — Мне чужого не надо. Но свое я заберу. Деньги мне нужны срочно. Так что давай договариваться по-хорошему. Без истерик.
— О чем договариваться?
— О выкупе, — Диана пожала плечами. — Я делаю тебе огромное одолжение. Половина рыночной стоимости. Считай, отдаю за бесценок. И разойдемся краями.
— Откуда у меня такие деньги, Диана?
— Это твои проблемы, — отмахнулся Григорий.
— Я работаю мастером смены в типографии, Гриша. У меня голый оклад. Мне ни один банк такую сумму не даст. Вы же прекрасно это знаете.
Григорий раздраженно махнул рукой.
— Надо было профессию нормальную получать. А не дышать краской всю жизнь. Взяла бы кредит под залог своей половины. Мне плевать. Найди подработку.
— Подработку? — Рита чуть склонила голову набок. — Гриша, ты за восемнадцать лет нашего брака работал от силы лет пять.
— Я занимался бизнесом! — повысил голос бывший муж. — Я предприниматель! Я искал пути для нашей семьи!
— Ты занимался тем, что вгонял нас в бесконечные долги.
— Я мыслил масштабно!
— Напомнить тебе твои кофейные автоматы? — Рита говорила без нажима. — Кто закрывал кредит, когда ты расставил их по пустым торговым центрам и они приносили одни убытки?
— В бизнесе всякие риски бывают! От этого никто не застрахован!
— Это мои ночные смены, Гриша. Три года я брала дополнительные часы в цеху. Фасовала листовки по выходным. Чтобы приставы к нам не пришли.
Диана закатила глаза.
— А твоя фирма по перепродаже запчастей для тракторов? — продолжала Рита.
— Спецтехники, — мрачно поправил Григорий.
— Неважно. Поставщик кинул тебя на кругленькую сумму через два месяца. А кредит висел на мне. Я его только прошлой весной закрыла.
Золовка демонстративно посмотрела на экран смартфона.
— Хватит тут семейные драмы разводить. Без обид, Рита, но мне ваши разборки до лампочки. Брат имел право на половину? Имел. Он мне ее подарил. Теперь это мое.
— И ты готова выгнать меня на улицу?
— А куда ты денешься? — Диана притворно вздохнула. — К матери своей поедешь. У нее там тесновато, конечно, но вы же родные люди. Поместитесь как-нибудь.
— А помнишь, Диана, — негромко спросила Рита. — Как ты у нас жила полтора года? Когда только приехала в город.
Диана осеклась.
— И что?
— Кто тебя кормил? Кто за тебя коммуналку платил, пока ты курсы свои заканчивала?
— Это брат мне помогал! — огрызнулась золовка. — Его деньги тоже там были. Общий бюджет! Вы же семья!
— Общий бюджет, — Рита усмехнулась. — Гриша, ты ведь даже роутер забрал, когда съезжал от меня.
Бывший муж дернул плечом.
— Я его покупал!
— Ты его в рассрочку брал. А платила я. Ты забрал новый пылесос. А микроволновку прихватил заодно, чтобы два раза не ходить.
— Мелочи какие-то считаешь, — скривился Григорий. — Пылесосы, печки. Мы сейчас о недвижимости говорим. О серьезных активах. Хватит прибедняться.
— А машину мою помнишь? — не унималась Рита. — Ту самую, старенькую иномарку. Ради которой я два года экономила на всем.
— Я добытчик! Мне по статусу положено было на колесах быть!
— Ты на ней месяц поездил. А потом въехал в столб по пьяни и бросил на стоянке гнить. Потому что денег на ремонт не было.
— У меня есть знакомые в займах, — вдруг предложила Диана, меняя тему. — Дадут под залог твоей половины. Процент кусается, зато сразу со мной расплатишься. И будешь жить спокойно.
Рита смотрела на родственников.
— А если я откажусь?
— Я найду проблемных жильцов, — победно улыбнулась Диана. — Сдам свою половину бригаде вахтовиков. Чужие вещи в коридоре, грязь, постоянный шум. Быстро сговорчивой станешь. Я тебе такую жизнь устрою, сама сбежишь.
Григорий покрутил в руках телефон. Костюм сидел на нем чуть тесновато, но бывший муж явно считал себя хозяином положения.
— Мы предлагаем составить соглашение о задатке прямо сегодня, — Диана постучала акриловыми ногтями по столу. — И четкий график платежей. Максимум до зимы. Я ждать не намерена.
— Иначе завтра же Диана выставляет долю на продажу, — подтвердил Григорий. — Закон на нашей стороне. Суд быстро нас рассудит, если начнешь упрямиться.
Рита не стала брать ручку, которую золовка пододвинула ей через стол.
— У тебя совесть вообще есть, Гриша? — спросила Рита. — Я восемнадцать лет тащила тебя на себе. Оплачивала твои фантазии. Кормила тебя. Обстирывала. А теперь ты хочешь отобрать у меня единственное жилье?
— Я строил эту семью! — рявкнул бывший муж. — Я вкладывал в нее душу! Я обои клеил в спальне! Я проводку менял!
— Клеил, — согласилась Рита. — Целых два рулона. А потом бросил, потому что устал.
— Это совместное имущество! Половина моя по праву!
— Ты уверен?
— Абсолютно! — Григорий подался вперед. — Не тяни время, Рита. Подписывай бумаги.
Рита достала из ящика стола плотный бумажный конверт. Обычный почтовый конверт, слегка помятый по углам.
— Я ничего подписывать не буду, — она отодвинула от себя чистый бланк.
— Будешь упираться? — прищурилась Диана. — Зря.
— Я просто ждала ответ на свой запрос из архива банка.
Рита аккуратно достала из конверта несколько листов с синими квадратными печатями. И разложила их на столе перед бывшим мужем и золовкой.
— Ознакомьтесь, пожалуйста.
Григорий нахмурился. Диана вытянула шею, пытаясь разглядеть текст.
— Что это за макулатура? — спросил Григорий.
— Выписка о межбанковском переводе, — вслух констатировала Рита. — Восемнадцать лет назад. Сумма полностью покрывает стоимость покупки этой квартиры.
— И что? — Григорий нервно поправил воротник рубашки. — Мы тогда вместе жили! Общие деньги!
— Дата платежа, — Рита указала пальцем на строчку. — Посмотри внимательно. За десять дней до того, как мы пошли расписываться.
Григорий всмотрелся в числа.
— Платеж прошел с моего личного счета, — пояснила Рита. — За десять дней до брака. Прямым переводом продавцу недвижимости.
Лицо Григория пошло неровными красными пятнами.
— Ты не имеешь права! — сорвался бывший муж. — Мы восемнадцать лет вместе прожили!
— Прожили, — Рита собрала документы обратно в конверт. — Только жилье куплено на мои личные деньги. Бабушкин дом в деревне. Я его продала перед самой свадьбой. Ты, Гриша, тогда ни копейки не добавил.
Она посмотрела на Диану. Золовка сидела неестественно прямо.
— Средства имеют доказанный след, — спокойно продолжила Рита. — Квартира куплена на личные добрачные сбережения. Совместных вложений в покупку не было.
— А моя доля?! — выкрикнул Григорий, вскакивая с табурета.
— У тебя ее никогда не было, — Рита пожала плечами. — Следовательно, сделка дарения с твоей сестрой юридически ничтожна. Ты подарил то, что тебе не принадлежит.
Диана медленно перевела яростный взгляд на брата.
— Ты же говорил, что все проверил! — выплюнула золовка. — Говорил, все железно! Ты обещал мне эти деньги!
— Я думал, раз мы расписались, значит все пополам! — Григорий беспомощно оглянулся. — Я не знал про эти выписки! Я думал, деньги общие были!
Рита убрала конверт обратно в ящик.
— Свое ты уже забрал, Гриша, — сказала она. — Пылесос и роутер можешь оставить себе. Считай это выходным пособием.
Она указала рукой в сторону прихожей.
— А теперь на выход. Оба.
— Ты еще пожалеешь! — попыталась сохранить лицо Диана, резко поднимаясь.
— Надеюсь, Диана пустит тебя пожить, — бросила Рита бывшему мужу. — У нее как раз место есть. Родные же люди, поместитесь.
Спустя полтора месяца суд ожидаемо аннулировал сделку дарения, признав за Ритой единоличное право собственности. Григорию действительно пришлось перебраться к сестре. Правда, спать ему выделили место на утепленной лоджии, и Диана не упускала случая каждый вечер напомнить брату, какой он неудачник и как сильно он ее подставил перед людьми.
