— Это просто железки, Стас. Детский сад, честное слово.
— Мирон, Сава, а ну вернитесь за стол!
Лада откусила огромный кусок яблочного пирога. Квартира гудела от голосов гостей. Марат, муж Лады, что-то увлеченно рассказывал про карбюраторы, активно жестикулируя вилкой.
Кира отодвинула тарелку и поднялась. Ей нужно было взять из кабинета зарядку для телефона.
Она остановилась на пороге комнаты.
Близнецы сидели на полу. Вокруг них валялись пестрые глянцевые обрывки плотной бумаги. Мирон с упоением тянул на себя обложку, а Сава пытался вырвать середину.
Это был тот самый коллекционный выпуск.
— Вы что натворили? — негромко спросила Кира.
Мальчишки замерли. В коридоре послышались шаги, и в дверном проеме появилась Лада, вытирая губы салфеткой.
— Ой, ну нашли какую-то книжку, — Лада отмахнулась. — Детям же скучно со взрослыми сидеть. Им развиваться надо.
Стас подошел следом, держа в руке стакан с соком.
— Я сам им дал, — он пожал плечами. — Они ныли весь вечер. Мне надо было их чем-то занять, пока вы там салаты обсуждали. Взял с полки первую попавшуюся раскраску.
— Первую попавшуюся? — Кира перевела взгляд на мужа. — Она лежала в закрытом шкафу. За стопкой других журналов. Я искала этот выпуск три года по аукционам.
— Господи, трагедия какая, — Лада закатила глаза. — Бумажки порвали. Кир, ну ты же взрослая женщина, а всё в детство играешь. Я тебе на карту пятьсот рублей скину, купишь новый.
Кира посмотрела на обрывки, потом на золовку.
— Он стоит немалую сумму, Лада. И больше не издается.
— Да ладно тебе цену набивать! — возмутилась та. — Стас, скажи своей жене, чтобы не позорилась из-за макулатуры при гостях.
— Кира, прекращай этот цирк, — Стас недовольно поморщился. — Тебе для племянников бумаги жалко? Пошли за стол. Марат там анекдот не дорассказал.
Она ничего не ответила. Просто присела, собрала изодранные листы в стопку и положила на край стола. Вечер был испорчен окончательно.
Гости ушли через час, недовольно перешептываясь в прихожей. Лада демонстративно не попрощалась с невесткой.
Кира достала из шкафа дорожную сумку и бросила ее на кровать. Начала методично складывать вещи.
Стас оперся плечом о косяк спальни. На нем были домашние штаны и простая серая майка.
— Из-за цветных картинок ты решила устроить этот скандал? — спросил он.
— Это лимитированное издание, — Кира с силой застегнула молнию на косметичке.
— Детский сад, честное слово, — он пренебрежительно махнул рукой. — Ты вела себя как истеричка. Ладка обиделась. Марат вообще не понял, что произошло.
— А если бы я твои царские монеты отдала Саве с Мироном? — Кира подошла вплотную к мужу. — Ну, в магазин поиграть. Монетки же. Какая разница? Подумаешь, поцарапали бы немного.
Стас усмехнулся и покачал головой, словно разговаривал с неразумным подростком.
— Ты теплое с мягким не путай. Мои монеты — это история. Это инвестиции в наше будущее. Я их храню в специальном мюнцкабинете из массива дуба.
— Который стоил как наш отпуск, — напомнила Кира.
— Зато это статус! А у тебя — комиксы. Серьезно, Кир? Тебе сорок шесть лет. Ты ландшафтный дизайнер, в земле целыми днями ковыряешься, а дома раскраски читаешь. Пора бы повзрослеть и найти нормальное хобби.
— Нормальное — это то, которое одобряешь ты? — она перехватила ручки сумки.
— Нормальное — это то, за которое не стыдно перед семьей. Гости важнее твоих пыльных увлечений.
— Прекрасно. Просто отлично.
— Куда ты собралась? — он не сдвинулся с места, перегораживая проход.
— К Инессе.
— Ну и катись. Остынешь — поговорим. Из-за картинок бабы от мужиков еще не уходили. Самой не смешно?
Кира протиснулась мимо него. Проходя мимо письменного стола мужа, она мимоходом смахнула с гладкой поверхности тяжелую связку маленьких фигурных ключей. Металл тихо звякнул в ладони, и она опустила их в карман джинсов.
Она сняла с крючка в прихожей куртку и вышла на площадку, прикрыв за собой створку.
В такси было душно. Городские пробки тянулись бесконечно. Автобусы медленно ползли мимо серых спальных районов.
В кармане завибрировал телефон. На экране высветилось имя Лады.
Кира приняла вызов.
— Кир, ты там успокоилась? — раздался в трубке напористый голос золовки. — А то мы ушли как оплеванные. Могла бы и извиниться перед Маратом.
— Извиниться за то, что твои дети испортили мою вещь?
— Ой, да хватит уже про этот мусор! — Лада повысила тон. — Я же сказала, переведу тебе деньги. Сколько он там стоил? Тысячу?
— Я отдала за него кругленькую сумму, Лада. Больше половины своей зарплаты.
На том конце повисла короткая пауза.
— Ты совсем с ума сошла? — взорвалась золовка. — На бумажки столько тратить? У вас ипотека не закрыта! Стас там горбатится, монеты свои покупает, чтобы капитал сохранить, а ты деньги на ветер пускаешь! Лучше бы племянникам нормальные игрушки купила, раз своих детей нет!
Кира молча сбросила вызов. Затем зашла в настройки и отправила номер Лады в черный список.
Дело было не в самом комиксе. Точнее, не только в нем. Стас всегда обесценивал всё, что не вписывалось в его картину мира. Ее работа — «ковыряешься в клумбах». Ее усталость после заказов — «ты же на свежем воздухе гуляешь». Зато его увлечение нумизматикой — это священная корова, на которую нельзя было даже дышать.
Инесса встретила ее в испачканной краской футболке и с шуруповертом в руке. В ее новой квартире полным ходом шел ремонт.
— Добралась? — подруга посторонилась, пропуская Киру. — Разувайся, только осторожно, там плинтуса сохнут. Куртку вон туда вешай, на времянку.
В квартире пахло свежей штукатуркой и древесной пылью. Посреди комнаты лежал наполовину собранный стеллаж.
— Помогай давай, раз приехала, — Инесса сунула ей в руки деревянную рейку. — Держи ровно по уровню, а я закреплю. Что у вас опять стряслось? Стас снова отличился?
— Он отдал мой коллекционный выпуск племянникам. На растерзание.
Инесса остановила шуруповерт.
— Тот самый? За которым ты гонялась по всем сайтам?
— Ага, — Кира надавила на рейку, выравнивая край. — Сказал, что это просто детские раскраски. И что ему надо было чем-то занять гостей, пока они ныли.
— Вот же наглец, — Инесса покачала головой и вкрутила саморез. — А ты что?
— А я собрала сумку.
— И всё? Просто ушла? — подруга отложила инструмент и вытерла ладони влажной салфеткой. — Кир, он же сейчас сидит и свято верит, что ты покапризируешь пару дней и вернешься. Для него это вообще не повод для развода. Он даже не понял, что натворил.
— Понял. Скоро поймет.
Кира подошла к своей куртке. Вытащила из кармана тяжелую связку маленьких фигурных ключей.
— Это что? — Инесса непонимающе уставилась на металл.
— Гарантия взаимного уважения.
У Стаса была своя гордость. Тот самый мюнцкабинет из массива дуба, который он заказал у мастера. Он запирал каждый ящичек на отдельный замочек. Без этих фигурных ключей открыть кабинет можно было только одним способом — взломать монтировкой. Разворотить дорогое дерево.
— Ты забрала ключи от его коллекции? — Инесса не сдержала смешок. — Серьезно?
— Все до единого. Сгребла со стола, пока он распинался про свой статус.
— Кир, он же беситься будет. Он над этими монетами трясется больше, чем над машиной. Он тебе телефон оборвет.
— Это просто круглые железки, — Кира с прохладцей пожала плечами, возвращаясь к стеллажу. — Подумаешь. Детский сад.
Она огляделась по сторонам.
— Ты сейф в стене от прошлых хозяев оставила или заштукатурила?
— Оставила, — Инесса кивнула на дальний угол комнаты, где виднелась металлическая дверца. — Документы там храню.
Кира подошла к стене и открыла тяжелую дверцу. Бросила связку внутрь, на стопку папок.
Она захлопнула дверцу и дважды провернула механизм. Вытащила основной ключ и протянула его Инессе.
— Спрячь куда-нибудь. Подальше.
Через час, когда они заканчивали крепить вторую полку, телефон Киры ожил. Экран загорелся входящим вызовом. Стас.
Кира не спеша стряхнула древесную пыль с колен и ответила.
— Ты ключи от моего шкафчика не видела? — раздался в динамике раздраженный голос мужа. — Хотел монеты новые разложить, которые вчера забрал. Нигде найти не могу.
— Видела, — спокойно ответила Кира.
— И где они?
— Они у меня. В сейфе. На другом конце области.
В трубке воцарилось долгое молчание. Затем Стас заговорил, и в его голосе прорезались угрожающие нотки.
— Ты сейчас шутишь?
— Нисколько.
— Ты совсем с катушек слетела? — сорвался на крик Стас. — Это массив дуба! Ручная работа! Если я вызову мастера вскрывать замки, он раскурочит все ящики! Дерево треснет! Монеты могут поцарапаться!
Кира прислонилась плечом к свежеокрашенной стене.
— Это просто круглые железки, Стас. Детский сад, честное слово. Не раздувай проблему из-за ерунды.
— Кира! Это инвестиции! Это огромные деньги!
— Купишь новые, — отрезала она его же утренней фразой. — Подумаешь, поцарапают немного. Мне надо было чем-то себя занять, пока ты там Ладу развлекал. Взяла с полки первые попавшиеся ключики.
— Немедленно бери такси и вези их обратно! — рявкнул муж. — Иначе можешь вообще не возвращаться!
— Я так и планировала.
Она сбросила вызов. Экран погас.
— Ну что, следующую полку крепим? — спросила Инесса, берясь за шуруповерт.
— Крепим, — отозвалась Кира. — Давай саморезы.
Работа спорилась на удивление легко.
