— Мирослава, вы в воскресенье постельное бельё на даче подготовьте, хорошо? Мы с Сергеем утром в понедельник приедем.
Мирослава отодвинула телефон от уха и посмотрела на экран.
Звонила Людмила Андреевна, мать Вадима.
За соседним столом коллега печатала отчёт, из переговорной доносились голоса, на мониторе у Мирославы была открыта таблица, которую требовалось закончить до конца рабочего дня.
— Куда вы приедете?
— На дачу, конечно. Вадим разве не сказал?
— Нет.
Свекровь ненадолго замолчала.
— Странно. Ну ничего, теперь знаешь. Мы недели на две. Сергей уже удочки перебрал, всё лето собирался выбраться нормально порыбачить. Да и мне врач советовал больше бывать на воздухе.
Мирослава медленно откинулась на спинку кресла.
Её отпуск действительно начинался в понедельник.
Но никакого отношения к Людмиле Андреевне и Сергею Ивановичу этот отпуск до нынешней минуты не имел.
— А продукты какие купить? — продолжала свекровь. — Нам много не надо. Молоко, яйца, хлеб, что-нибудь мясное. Сергей утром кашу ест. И воду возьмите побольше, там ведь питьевую из-под крана нельзя.
— Людмила Андреевна, я сейчас на работе.
— Так я ненадолго. Просто чтобы ты заранее знала.
Мирослава перевела взгляд на календарь рядом с монитором.
На понедельник там было написано: «Псков, поезд 07:20».
Под этим — номер гостиницы.
— Хорошо. Вечером с Вадимом поговорю.
— Отлично. Только бельё лучше свежее. В маленькой комнате простыни вроде лежали старые.
Свекровь попрощалась так бодро, будто только что согласовала доставку мебели.
Мирослава ещё несколько секунд смотрела на погасший экран телефона.
Потом вернулась к работе.
Она не стала звонить Вадиму сразу.
Хотелось услышать объяснение дома, глядя ему в лицо.
Дача находилась примерно в часе езды от города, если не попадать в пробки.
Небольшой деревянный дом, участок чуть больше шести соток, сарай, старые яблони, теплица и длинная полоса земли за домом, где бабушка Мирославы когда-то выращивала клубнику.
После смерти бабушки дом перешёл Мирославе по наследству.
Это случилось ещё до знакомства с Вадимом.
Первые годы она ездила туда почти каждые выходные. Постепенно привела в порядок проводку, заменила насос, починила крыльцо, поставила нормальный бойлер.
Вадиму дача нравилась.
Особенно потому, что от него там никто не требовал выращивать картошку или проводить выходные с лопатой. Мирослава сама давно отказалась от идеи превращать участок в сельскохозяйственное предприятие.
Несколько грядок с зеленью, теплица с помидорами, газон, мангал и тишина.
Иногда они оставались там на ночь.
Иногда приезжали друзья.
Родители Вадима бывали несколько раз на шашлыках.
Но никто никогда не жил там неделями.
Тем более без приглашения хозяйки.
Вадим вернулся вечером около восьми.
Мирослава уже поужинала и складывала в небольшой чемодан вещи для поездки.
Он остановился в спальне.
— Уже собираешься?
— Угу.
— Хорошо тебе. Я бы тоже куда-нибудь уехал.
— Твои родители уезжают.
— Куда?
Мирослава выпрямилась.
— Интересный вопрос.
Вадим сразу понял.
— Мама позвонила?
— Сегодня.
Он снял часы и положил их на комод.
— Я хотел вечером сказать.
— Они приезжают в понедельник утром. На две недели.
— Ну да.
Ни смущения, ни попытки сделать вид, что произошла ошибка.
Мирослава застегнула внутренний карман чемодана.
— Ты их пригласил?
— Я предложил. Папа давно хотел нормально выбраться на рыбалку.
— Хорошо. А почему на мою дачу и именно в мой отпуск?
Вадим посмотрел на неё так, словно ответ был очевиден.
— А когда ещё? Ты всё равно свободна.
— От работы.
— Ну вот.
— И?
— Что «и»?
Мирослава присела на край кровати.
— Договори.
Вадим вздохнул.
— Родителям уже не двадцать лет. Им будет проще, если ты там побудешь.
— Проще в каком смысле?
— Ну продукты купить. Приготовить что-нибудь. Маме тяжело постоянно заниматься бытом. Если понадобится в посёлок — отвезёшь.
Теперь картина стала полной.
Мирослава даже перестала удивляться.
— То есть ты специально выбрал мой отпуск.
— Я посмотрел даты, да.
— И решил, что я проведу его на даче с твоими родителями.
— Господи, как ты говоришь. Будто тебя на каторгу отправляют.
Он прошёл к шкафу и достал домашнюю футболку.
— Возьмёшь отпуск и обслужишь моих родителей на даче. Что здесь такого? Ты две недели не работаешь.
Мирослава медленно повернула голову.
— Обслужу?
Вадим понял, что слово вышло неудачным, но исправлять уже сказанное не стал.
— Ну не в буквальном смысле. Просто поможешь.
— А ты почему не поможешь?
— У меня сейчас завал.
— Возьми несколько дней.
— Ты прекрасно знаешь, что мне никто сейчас отпуск не даст.
— Значит, твоим родителям придётся выбрать другое время.
— Они уже собрались.
— Я тоже.
Она указала на чемодан.
Вадим нахмурился.
— Ты действительно собралась в Псков?
— С понедельника по четверг.
— Я думал, вы с Олей ещё ничего окончательно не решили.
— Мы купили билеты три недели назад.
— Сдай.
Мирослава посмотрела на мужа.
Он сказал это легко.
Так легко, словно речь шла о переносе записи к парикмахеру.
— После Пскова я еду к маме.
— На сколько?
— На два дня. Потом домой.
— Вот и съездишь к матери позже.
— Нет.
— Мир, ну Псков никуда не денется.
— Твои родители тоже.
Вадим раздражённо провёл рукой по волосам.
— Им уже сказано, что они едут.
— Кто сказал?
— Я.
— Я соглашалась?
— Я думал, ты не будешь против.
— Ты не думал. Ты решил.
Он сел напротив.
— Мы говорим о моих родителях, а не о посторонних людях.
— Я знаю, чьи они родители.
— Тогда в чём проблема?
Мирослава закрыла чемодан.
— Ты сказал им, что я согласна?
Вадим отвёл взгляд.
Этого хватило.
— Нет, — признал он. — Но я был уверен, что ты не станешь устраивать из этого вопрос.
— Понятно.
Она подняла чемодан и поставила возле шкафа.
— И всё?
— А что ты хочешь услышать?
— Ничего.
Мирослава пошла в ванную.
Вадим догнал её в коридоре.
— Так ты останешься?
— Нет.
— Мирослава.
— Мы уже всё обсудили.
— Ничего мы не обсудили.
Она обернулась.
— Ты пригласил людей в мой дом. Ты выбрал мои отпускные даты. Ты распределил моё время. А теперь предлагаешь мне обсудить, насколько быстро я должна подчиниться.
Вадим нахмурился.
— Опять эти формулировки.
— Других нет.
На следующий день Мирослава после работы заехала на дачу.
Не для того, чтобы готовить дом к приезду гостей.
Ей нужно было проверить окна перед поездкой и забрать зарядное устройство, оставленное там в прошлые выходные.
Сентябрь выдался тёплым, но вечера уже стали прохладными.
На участке пахло мокрой землёй и яблоками. Под старой яблоней валялась падалица, на крыше сарая шуршали листья.
Мирослава обошла дом.
Закрыла форточку в спальне.
Проверила холодильник.
Выключила бойлер.
Потом заметила на столе упаковку одноразовых стаканчиков, которую Вадим, видимо, привёз заранее.
Рядом стояла бутылка средства от комаров и лежал новый фонарик.
Он готовился.
Просто готовил не себя.
В пятницу Людмила Андреевна снова позвонила.
— Мирослава, Сергей спрашивает, мангал там нормальный?
— Нормальный.
— А шампуры?
— Есть.
— Отлично. Я думаю, мы в первый день что-нибудь пожарим. Ты только мясо заранее возьми, чтобы после дороги никуда не ехать.
Мирослава закрыла папку с документами.
— Нет.
— Что нет?
— Мясо покупать не буду.
Свекровь замолчала.
— Почему?
— Потому что уезжаю.
— Куда?
— В отпуск.
— Так отпуск же у тебя на даче.
Мирослава едва заметно улыбнулась.
— Это Вадим так решил.
— Подожди. А мы?
— Приезжайте.
— А кто нас встретит?
— Вадим.
— Он работает.
— Значит, договоритесь с ним.
Людмила Андреевна уже другим голосом спросила:
— Вы что, поссорились?
— Нет.
— Тогда я вообще ничего не понимаю.
— Я тоже сначала не понимала.
Мирослава попрощалась и вернулась к работе.
В субботу Вадим ходил по квартире мрачный.
Он несколько раз начинал что-то говорить, но всякий раз останавливался.
В воскресенье Мирослава закончила сборы.
Положила в чемодан удобные ботинки, лёгкий плащ, документы, косметичку, зарядки.
Потом поехала на дачу ещё раз.
Вадим поехал с ней.
— Может, хотя бы покажешь маме, что где лежит?
— Ты здесь бывал десятки раз.
— Не всё знаю.
— Сегодня узнаешь.
В доме Мирослава открыла шкафчик возле кухни.
— Здесь запасные лампочки.
Показала тумбу возле входа.
— Здесь удлинитель.
Потом вывела мужа к небольшому люку рядом с дорожкой.
— Насос включается отсюда. Если давление пропадёт, сначала проверяешь автомат.
— Я знаю.
— Отлично.
В сарае она показала канистру для бензина, триммер и газонокосилку.
— Если твой отец решит косить, инструкция внутри ящика.
— Папа приехать отдыхать хочет, а не косить.
— Тогда вообще замечательно.
Мирослава прошла по дому, закрыла окна.
На кухне перекрыла воду.
— Зачем?
— Я уезжаю.
— Родители же приезжают завтра.
— Ты утром включишь.
Вадим посмотрел на неё.
— Ты серьёзно собралась всё это оставить на мне?
Мирослава застегнула куртку.
— А на ком?
— Они же не мои гости в обычном смысле.
— Очень даже твои.
Дома Мирослава положила на стол второй комплект дачных ключей.
Рядом — лист бумаги.
Вадим заметил его и сразу оживился.
— Вот. Наконец-то.
Он взял лист.
Через несколько секунд его выражение изменилось.
На бумаге не было списка покупок.
Там были адрес ближайшего продуктового магазина, часы работы хозяйственного, телефон доставки питьевой воды и короткая инструкция по насосу.
Ниже Мирослава написала, в какие дни в посёлок приезжает автолавка.
— Это что?
— Всё необходимое.
— А продукты?
— Купишь.
— Когда?
— Как тебе удобно.
— Мирослава, я завтра на работу.
— Знаю.
— Мне в семь надо уже выезжать.
— Тогда встанешь раньше.
Вадим уставился на лист.
— И что, мне сначала ехать на дачу?
— Если родители приезжают утром, наверное.
— Это почти два часа сверху.
— Да.
— А вечером опять туда?
— Скорее всего.
— Зачем?
Мирослава удивлённо посмотрела на него.
— Приготовить ужин. Узнать, что нужно. Отвезти в магазин, если попросят.
Он положил лист на стол.
— Ты сейчас специально издеваешься?
— Нет. Повторяю твой план.
— Я говорил, что там ничего сложного.
— Именно.
Вадим замолчал.
Мирослава взяла телефон и проверила будильник.
— У меня поезд в семь двадцать.
— Ты всё-таки едешь.
— Конечно.
— И ты спокойно оставишь моих родителей одних?
— Они не одни. У них есть сын.
Вадим встал.
— Мама этого не поймёт.
— Объясни.
— Почему я должен всё объяснять?
— Потому что приглашал ты.
Это был последний разговор на эту тему в тот вечер.
Утром Мирослава уехала.
На вокзале Ольга уже ждала её возле кофейного автомата.
— Я думала, ты не приедешь, — сказала подруга.
— Почему?
— Вчера ты написала, что дома весело.
— Поэтому и приехала.
Поезд тронулся вовремя.
Почти сразу за городом телефон Мирославы зазвонил.
Людмила Андреевна.
Мирослава ответила.
— Доброе утро.
— Мы уже на месте.
— Хорошо добрались?
— Нормально. Только воды нет.
— Вадим включит насос.
— Его здесь нет.
— Значит, будет.
Свекровь ненадолго замолчала.
— Мирослава, а ты где?
— В поезде.
— В каком ещё поезде?
— В Псков.
— Ты правда уехала?
— Да.
— Я думала, ты просто сердишься.
— Нет.
— А завтрак?
Мирослава посмотрела в окно.
Мимо тянулся лес, местами уже желтеющий по краям.
— Людмила Андреевна, вы взрослые люди. На кухне есть плита, холодильник и посуда.
— У нас нет продуктов.
— Позвоните Вадиму.
После этого разговора свекровь действительно переключилась на сына.
К обеду Вадим прислал сообщение:
«Могла хотя бы предупредить, что вообще ничего нет».
Мирослава прочитала.
Ответила:
«Предупредила вчера. Магазин в списке».
Больше ничего писать не стала.
Первый день в Пскове они с Ольгой провели почти полностью пешком.
Заселились в небольшую гостиницу, оставили вещи и ушли гулять.
Мирослава давно хотела спокойно пройтись по городу без расписания экскурсий и обязательной программы.
Они дошли до набережной, потом долго сидели в кафе, обсуждая всё подряд, кроме работы.
Телефон Мирослава убрала в сумку.
Вечером там обнаружилось пять пропущенных вызовов от Вадима.
Она перезвонила.
— Что случилось?
— Ничего.
По голосу мужа было понятно, что случилось многое.
— Тогда зачем звонил?
— Мама попросила привезти лекарства.
— Аптека есть в посёлке.
— Там не было нужных.
— Купил?
— Купил.
— Хорошо.
— Потом папе понадобились черви для рыбалки.
Мирослава улыбнулась.
— Нашёл?
— Да.
— Молодец.
— А ещё они решили, что на участке холодно вечером, и попросили обогреватель.
— Он в сарае.
— Я нашёл.
Вадим замолчал.
— Что?
— Ничего.
— Тогда спокойной ночи.
На второй день сообщения начались ещё до девяти утра.
Людмиле Андреевне понадобился творог.
Сергей Иванович обнаружил, что снасти для одной удочки оставил дома.
Потом выяснилось, что у газового баллона заканчивается газ.
К обеду Вадим написал:
«Я сегодня после работы заеду один раз и всё».
Мирослава не ответила.
Вечером он всё-таки заехал.
На следующий день тоже.
Родители не были беспомощными.
Но они приехали именно отдыхать.
Сергей Иванович действительно каждое утро уходил к воде.
Людмила Андреевна читала, гуляла по участку и периодически звонила сыну с небольшими просьбами.
То закончился хлеб.
То нужен был новый мешок для мусора.
То захотелось свежей рыбы не той, что муж принёс с пруда, а нормальной из магазина.
К третьему дню Вадим понял, что «ничего сложного» почему-то занимает почти всё его свободное время.
В четверг Мирослава вернулась из Пскова.
Вадим встретил её дома.
— Надолго?
— Завтра к маме.
— Конечно.
Он сидел на кухне усталый и злой.
— Что?
— Ничего.
Мирослава достала из сумки сувенирный магнит и положила его на холодильник.
— Родители как?
— Отлично.
— Тогда почему такой вид?
— Я сегодня встал в пять сорок.
— Рано.
— Мама попросила по дороге завезти ей молоко.
— Понятно.
— Вчера после работы пришлось чистить насос.
— А что было?
— Фильтр забился.
— Бывает.
Вадим посмотрел на жену.
— Тебе смешно?
— Нет.
— Мне кажется, тебе очень смешно.
— Немного.
Он выдохнул.
— Папа ещё решил, что надо скосить траву за сараем.
— Он же приехал отдыхать.
— Вот и я сказал.
— И?
— Он сказал, что раз уж начал, надо сделать нормально. Потом газонокосилка заглохла.
Мирослава сняла серьги и положила на край стола.
— Починил?
— Да.
— Молодец.
— Перестань.
— Что именно?
— Вот это своё «молодец».
— Ты же справляешься.
Вадим посмотрел на неё и неожиданно усмехнулся.
— Теперь понял.
— Что?
— Почему ты мне тогда не стала ничего доказывать.
Мирослава промолчала.
Наутро она уехала к матери.
Людмила Андреевна позвонила ближе к обеду.
— Ты уже вернулась из Пскова?
— Да.
— Тогда, может, приедешь сюда?
— Я у мамы.
— Надолго?
— До завтра.
Свекровь тяжело вздохнула.
— Вадим какой-то нервный стал.
— Устаёт.
— Мы его почти ни о чём не просим.
Мирослава посмотрела на мать, которая в соседней комнате разбирала старые фотографии.
— Значит, скоро привыкнет.
Людмила Андреевна помолчала.
— А ты вообще собираешься сюда в отпуске?
— Нет.
— Даже на день?
— Не планировала.
— Странно.
— Почему?
— Всё-таки дача.
— Именно поэтому я и знаю, что мне туда сейчас не нужно.
Свекровь больше не спорила.
Через два дня родители Вадима объявили, что собираются домой.
Не из-за скандала.
Просто Сергей Иванович уже порыбачил.
Людмиле Андреевне надоело жить далеко от магазинов и привычного транспорта.
Кроме того, погода испортилась. По ночам стало заметно холоднее, несколько раз прошёл сильный дождь.
Вадим воспринял новость почти с облегчением.
Он приехал за ними вечером в пятницу.
Помог собрать вещи.
Закрыл дом.
Проверил воду.
Убрал продукты из холодильника.
Вывез мусор.
Погрузил сумки в машину.
Сергей Иванович сел рядом.
Людмила Андреевна устроилась сзади и всю дорогу обсуждала, что в следующий раз лучше приезжать летом.
— И дней на пять, — сказал Вадим.
Мать удивилась.
— Почему на пять?
— Потому что мне хватило.
— Тебе-то что? Ты приезжал вечером.
Он посмотрел на дорогу.
— Вот именно.
Мирославе о разговоре он рассказал уже дома.
Она как раз вернулась от матери и разбирала сумку.
— Мама ещё обиделась.
— На что?
— На пять дней.
— Переживёт.
Вадим сел на край дивана.
— Я правда думал, что это проще.
— Я знаю.
— Казалось, ты будешь там всё равно отдыхать. Заодно что-то приготовишь, в магазин съездишь.
Мирослава достала из сумки книгу.
— Угу.
— Теперь звучит глупо.
Она посмотрела на него.
— Теперь?
— Хорошо. С самого начала звучало глупо.
Мирослава убрала книгу на полку.
— Уже лучше.
Оставшиеся дни отпуска прошли тихо.
Она никуда не спешила.
Поздно вставала.
Разобрала шкаф в прихожей, до которого несколько месяцев не доходили руки.
Сходила одна в кино на дневной сеанс.
В один из дней выключила телефон почти до вечера и читала.
На дачу не ездила.
Вадим больше не предлагал.
В воскресенье перед её выходом на работу он стоял возле холодильника и рассматривал календарь на следующий месяц.
— У родителей годовщина в октябре.
— Помню.
— Мама вчера намекнула, что можно собраться на даче.
Мирослава подняла глаза.
— Можно.
Вадим посмотрел на неё настороженно.
— Только сначала я спрошу тебя.
— Вот теперь можно обсуждать.
— И ночевать никто не остаётся.
— Почему?
— Потому что утром я не собираюсь искать папе червей для рыбалки.
Мирослава рассмеялась.
Он тоже.
А потом взял телефон и позвонил матери.
На этот раз — прежде чем что-либо ей обещать.
