— Топай отсюда, пока я наряд не вызвал!
Охранник торгового центра брезгливо пнул потертый рюкзак Оксаны. Тот отлетел на метр и шлепнулся прямо в серую ноябрьскую лужу. Девушка торопливо слезла с ледяного парапета, подхватила мокрый рюкзак и прижала к груди. Спорить не было смысла. Она привыкла, что на улице у нее нет голоса.
Ноябрьский ветер забирался под тонкую осеннюю куртку. Пальцы онемели настолько, что Оксана не могла застегнуть заедающую молнию. В кармане лежала горсть мелочи — ровно на один горячий беляш в переходе.
Еще в августе она работала оценщиком в элитном ломбарде, снимала небольшую квартиру и планировала купить собаку. А потом из сейфа пропали старинные золотые часы. Директор Эдуард не стал вызывать полицию. Он просто запер ее в подсобке, выставил огромный долг и пообещал, что если она пойдет в суд, он найдет способ ее посадить. Оксану вышвырнули без зарплаты. Слухи по рынку разлетелись мгновенно — с таким пятном ее не брали даже кассиром в супермаркет. Хозяйка квартиры, не получив оплату за следующий месяц, просто выставила сумки на лестницу. Сбережения ушли на дешевые хостелы, а когда деньги кончились — началась улица.
— Оставьте девушку.
Голос прозвучал спокойно, но охранник тут же отступил, пробормотал извинения и скрылся за стеклянными дверями.
Оксана подняла голову. Перед ней стоял высокий мужчина в темном шерстяном пальто. Он не морщился от запаха сырости, который исходил от ее одежды, не отводил взгляд.
— Идите своей дорогой, — хрипло сказала Оксана, пытаясь унять дрожь в коленях. — Мне не нужна жалость.
— А мне не нужна ваша благодарность, — ответил мужчина. — Меня зовут Илья. И у меня есть к вам деловое предложение.
Оксана невесело усмехнулась.
— Я сейчас не в той форме, чтобы вести дела.
— Мне нужна девушка на один вечер, — продолжил Илья, не обращая внимания на ее тон. — Сыграть мою невесту. Завтра приезжают мои родители. Они живут далеко, мы видимся редко. У мамы слабое здоровье, и она постоянно изводит себя тем, что я до сих пор один. Грозится сама подыскать мне жену. Я устал от этих разговоров.
— Нашли кого просить, — Оксана посмотрела на свои грязные ботинки. — У вас что, знакомых нет?
— Моим родителям не нужна светская дама с идеальной родословной. Они простые люди. Поверьте, если я приведу обычную девушку с улицы, им это понравится куда больше. Я щедро заплачу. Половину отдам сразу после того, как вы приведете себя в порядок. Этих денег хватит, чтобы снять жилье и купить зимние вещи.
Оксана сглотнула. В животе заурчало так громко, что Илья точно это услышал, но даже бровью не повел. Это был шанс не замерзнуть этой зимой.
— Я согласна, — выдохнула она.
Через сорок минут Оксана стояла посреди теплого номера в хорошей гостинице. Илья оставил ее одну, предупредив, что заказал услуги мастеров из салона на первом этаже. Девушка стянула промокшие джинсы и куртку, сложила их в мусорный пакет и залезла под горячий душ.
Вода обжигала плечи. Оксана сидела на дне ванной и терла кожу жесткой мочалкой, смывая липкую грязь и ломоту во всем теле, которая не отпускала ее последние дни. Она мылила волосы три раза подряд, пока не почувствовала себя чистой.
Потом пришел стилист. Оксану сушили, стригли, красили. Когда мастер закончила укладывать волосы и помогла надеть темно-синее шерстяное платье, купленное Ильей, девушка посмотрела в зеркало и не узнала себя. На нее смотрела худая, немного бледная, но ухоженная женщина.
Илья ждал в фойе. Увидев ее, он молча кивнул и протянул плотный конверт.
— Здесь первая часть. Легенда простая: познакомились в книжном магазине, встречаемся четыре месяца. Про себя рассказывайте правду, только без подробностей про последние недели.
В ресторане было тепло и играла тихая музыка. За столиком у окна сидели двое. Мужчина с крепким рукопожатием — Олег Иванович. И женщина с очень добрым лицом — Светлана Павловна.
— Илюша! — женщина радостно привстала.
Илья обнял родителей, затем чуть приобнял Оксану за плечи.
— Мам, пап. Это Оксана.
Светлана Павловна перевела взгляд на девушку, приготовившись улыбнуться. Но вдруг ее лицо начало стремительно бледнеть. Она часто заморгала, словно пытаясь прогнать наваждение. Тонкий бокал с минеральной водой, который она держала в руке, выскользнул из ослабевших пальцев и с хрустом разбился о край тарелки. Вода залила тканевую салфетку.
— Света, что с тобой? — Олег Иванович подхватил жену под локоть.
Но Светлана Павловна не сводила глаз с Оксаны. Она дышала тяжело, прерывисто.
— Аня? — прошептала женщина. — Анечка?
Оксана растерянно посмотрела на Илью.
— Простите… По паспорту я Оксана. Но в раннем детстве меня действительно звали Аней. Я сменила имя в восемнадцать лет, когда получала документы.
Светлана Павловна медленно опустилась на стул. По ее щекам потекли слезы.
— Твои глаза… Этот шрам над бровью. Ты копия Маргариты. Моей младшей сестры.
Официант торопливо убрал осколки и постелил новую скатерть, но никто из четверых даже не притронулся к меню. Илья сидел нахмурившись, пытаясь собрать пазл в голове.
— Мам, объясни нормально. У тебя же нет племянниц.
— Я так думала, — голос Светланы Павловны дрожал. — Илюша, ты ведь знаешь, что мы с отцом не могли иметь своих детей. Мы усыновили тебя, когда тебе было пять. Но до этого… до этого я пыталась спасти дочь своей сестры.
Женщина сжала руки на столе. Она рассказала, как Маргарита связалась с дурной компанией. Начала увлекаться крепкими напитками, пропадала неделями. Светлана забирала маленькую Аню к себе, кормила, покупала вещи. Но Рита устраивала скандалы, кричала, что ребенка хотят украсть.
— Я пригрозила ей органами опеки, — плакала Светлана Павловна. — Сказала, что лишу ее прав. А она на следующий день собрала вещи и уехала из города. Я искала вас годами. А потом, пятнадцать лет назад, Рита позвонила. Сказала, что Ани больше нет. Что девочка сильно застудилась и не выкарабкалась. Она просила больше не лезть в ее жизнь. У меня тогда сердце прихватило, совсем хреново стало. Только усыновление Ильи вытянуло нас с отцом из этого испытания.
Оксана слушала, и у нее перехватывало дыхание. Родная мать солгала. Просто перечеркнула ее жизнь, чтобы избавиться от контроля сестры.
— Риты не стало, когда мне было десять, — тихо сказала Оксана. — Я попала в распределитель, потом в интернат. Выпустилась, отучилась, поменяла имя. Хотела начать с чистого листа.
— Девочка моя… — Светлана Павловна потянулась через стол и накрыла ледяную руку Оксаны своей горячей ладонью. — Как же ты сейчас? Где ты живешь? Кем работаешь?
Оксана опустила глаза. Сказать правду было невыносимо стыдно.
Но Илья ответил за нее.
— Оксана попала в тяжелую ситуацию. Ее подставил бывший начальник, повесил несуществующий долг. Она осталась без жилья. Мам, я нашел ее сегодня на улице. Я нанял ее для этого ужина. Прости меня.
Олег Иванович тяжело вздохнул и потер лицо руками.
— Натворил ты дел, сын. Но, видимо, так было нужно.
— Ты поедешь с нами, — решительно заявила Светлана Павловна, вытирая слезы салфеткой. — У нас большой дом, места хватит. Я тебя больше никуда не отпущу.
— Мам, остановись, — мягко перебил Илья. — Вы живете за тысячу километров. Оксане нужно восстановить нормальную жизнь здесь. Она пока поживет у меня. У меня три комнаты, одна свободна. Я помогу ей разобраться с проблемами.
Вечером Оксана сидела на диване в просторной гостевой комнате Ильи. Перед ней стояла тарелка с горячим картофельным пюре и котлетой. Она ела медленно, чувствуя, как тепло разливается по телу, и не могла поверить, что этот день произошел на самом деле.
На следующее утро Илья не поехал в офис. Он сделал несколько звонков и пригласил домой частного детектива по имени Марк.
— Этот Эдуард слишком уверен в себе, — сказал Илья, наливая Оксане чай. — Люди, которые так нагло подставляют сотрудников, всегда оставляют следы.
Детектив взялся за дело. Через две недели он принес результаты. Оказалось, директор ломбарда давно страдал от тяги к сомнительным играм. Он сам вынес старинные часы из сейфа и сдал их в скупку в соседнем регионе. Марк нашел квитанцию с подписью Эдуарда и записи с камер.
С этими документами Илья лично съездил к бывшему начальнику Оксаны. До суда дело не дошло — Эдуард, испугавшись огласки и тюремного срока, написал расписку об отсутствии претензий и выплатил Оксане крупную сумму в качестве компенсации за моральный удар.
Оксана осталась жить у Ильи. Светлана Павловна звонила каждый вечер, рассказывала семейные истории, делилась рецептами. Девушка устроилась администратором в небольшой медицинский центр. Жизнь стала спокойной и предсказуемой.
Они с Ильей сталкивались на кухне по утрам, варили кофе, обсуждали новости. Оксана замечала, как он смотрит на нее. Внимательно, изучающе. Без жалости, но с каким-то особенным интересом. И сама ловила себя на мысли, что скучает, когда он задерживается на работе. Между ними не было кровного родства — Илья был приемным сыном, — но Оксана боялась сделать первый шаг, чтобы не разрушить эту хрупкую идиллию.
В конце января Илья вернулся домой поздно. Оксана стояла у плиты, помешивая овощное рагу.
— Аппетитно пахнет, — он остановился в дверях кухни, ослабляя галстук.
— Будет готово через пять минут. Мой руки, — ответила она, доставая тарелки.
Илья подошел ближе.
— Мама звонила днем. Спрашивала, не подыскала ли ты себе съемную квартиру. У нее есть на примете хороший вариант.
Оксана замерла. Лопатка в ее руке чуть дрогнула.
— Я поняла. У меня уже есть деньги, я съеду на выходных. Спасибо, что терпел меня так долго.
Илья аккуратно забрал у нее лопатку, положил на стол и повернул Оксану к себе.
— Я сказал маме, чтобы она отменила этот вариант. Я не хочу, чтобы ты уезжала.
Оксана посмотрела на него. В его глазах не было привычной деловой отстраненности.
— Илья… Я ведь ничего из себя не представляю. Ты вытащил меня с самого дна.
— Ты сделала этот дом живым, — просто сказал он. — Я не хочу возвращаться в пустые стены. И я не хочу, чтобы ты была просто моей гостьей.
Он осторожно коснулся ее щеки, убирая прядь волос за ухо. Оксана закрыла глаза и подалась навстречу его руке, понимая, что впервые в жизни ей больше не нужно ни от кого убегать.
Полтора года спустя.
Оксана стояла у широкого окна на кухне и перекладывала на большое блюдо свежую выпечку. В квартире пахло сладостями и хорошим чаем. Она машинально провела рукой по своему заметно округлившемуся животу — через два месяца в их семье ожидалось пополнение.
В прихожей щелкнул замок.
— Я дома! — раздался бодрый голос Ильи.
Она вышла в коридор. Муж стряхивал капли дождя с зонта. Увидев жену, он тепло улыбнулся, подошел и поцеловал ее, аккуратно положив ладонь на живот.
— Как вы тут?
— Ждем родителей, — ответила Оксана, помогая ему снять пиджак.
Светлана Павловна и Олег Иванович должны были приехать с минуты на минуту. Жизнь выстроилась так, как Оксана даже не могла себе представить, ночуя на картонках у торгового центра. Одна сумасшедшая сделка, один вечер — и она обрела не только семью, которую у нее когда-то украли, но и человека, ставшего для нее главной опорой.
