— Еще одна подпись, Валера. Прямо здесь, где галочка.
Артур постучал золотым пером ручки по плотной бумаге. Звук отдавался в голове Валерия глухим эхом. Тот лежал на кровати, с трудом вдыхая воздух, который насквозь пропитался чистящими средствами и дорогим парфюмом партнера.
— Я сказал… подождем, пока приедет Ксения, — Валерий с трудом проговорил эти слова. Ему было совсем хреново. Тело ломило от бесконечного изнуряющего состояния, которое не могли облегчить даже самые дорогие приспособления.
— Твоя дочь живет на островах и ищет себя. Что она смыслит в управлении огромным холдингом? — Артур брезгливо поморщился, поправляя манжеты идеально выглаженной рубашки. — Акционеры на взводе. Твой недуг прогрессирует. Если ты не передашь мне дела сегодня, завтра наши бумаги обесценятся.
Валерий отвернулся к окну. Там лил мелкий осенний дождь. Тридцать лет назад они с Артуром на коленке смешивали реактивы в гараже. А теперь их компания контролировала половину рынка. И сейчас, когда здоровье Валерия дало серьезный сбой, старый друг явно спешил выкинуть его за борт.
— Оставь бумаги на тумбочке. Я посмотрю.
Артур шумно выдохнул, бросил ручку на стол и направился к выходу.
— У тебя сутки, Валера. Ради дела.
Дверь захлопнулась. Валерий закрыл глаза, пытаясь справиться с очередным приступом в плече. В комнате тихо скрипнула половица. Он приоткрыл веки и увидел женщину в серой форме клининга. Она стояла возле доски, где Валерий еще месяц назад, пока были силы, пытался составить схему нового состава.
Женщина не просто вытирала пыль. Она держала маркер и быстро, уверенно исправляла расчеты в середине схемы.
— Что вы делаете? — хрипло спросил он.
Она вздрогнула, быстро убрала маркер и обернулась. Простая внешность, волосы в пучке, под глазами — следы усталости.
— Простите, Валерий Викторович. Я думала, вы спите. Вы там неверно указали связь.
— Вы зачеркнули расчет. Зачем?
Женщина подошла к столу, собирая пустые упаковки от препаратов в пакет.
— Потому что при комнатной температуре эта смесь нестабильна. Ваша лаборатория ошиблась в расчетах. Если запустите это в работу, завалите всё производство.
Валерий приподнялся. В пояснице сильно стрельнуло, но он не подал виду. Он специально оставил ту ошибку на доске, чтобы проверить нового зама. И тот ее прохлопал. А уборщица — заметила.
— Как вас зовут?
— Надежда.
— Откуда у уборщицы знания химии на уровне профессора, Надежда?
Она замерла. Посмотрела на осунувшееся лицо миллиардера, на гору дорогих, но бесполезных капсул на столике.
— Вас неправильно лечат, Валерий Викторович. Эти штуки только убирают симптомы, а организму от них только хуже. Вашу напасть можно приструнить. Но не тем, что выписывают эти важные врачи.
Она подошла к окну и резко раздвинула шторы.
— Закрой, — прошипел Валерий. — Мне нужен покой.
— Вам нужно движение, а не медленный уход, — спокойно ответила Надежда. Она достала из кармана маленький флакон. — Выпейте это.
— Вы в своем уме? Я позову людей.
— Зовите. Только ваш главный охранник давно берет деньги у Артура Эдуардовича. Я сама видела их на парковке.
Слова зацепили за живое. Валерий и сам чуял, что вокруг него забор строят. Никаких новостей, Артур постоянно с бумагами лезет.
— Что там?
— Вытяжка из трав в сочетании с аминокислотами. То, что восстанавливает ткани, а не просто блокирует чувствительность.
Валерий долго смотрел на нее. В ее глазах не было жажды наживы. Он протянул руку, взял прохладное стекло и выпил. Вкус был резкий, отдавал лесом и землей.
— Мне нужны ресурсы для нормальной работы, — вдруг сказала Надежда. — Это просто проба. Она поставит вас на ноги на пару дней, но для полного восстановления нужно чистое решение. Оборудование и сырье стоят около пятнадцати миллионов. С моей подработкой я буду копить на них вечность.
Валерий усмехнулся. Губы пересохли, выступила капелька влаги.
— Предлагаешь мне дать денег на то, что ты варишь дома?
— Я предлагаю вам шанс не отдать всё человеку, который мечтает поскорее проводить вас в мир иной. Решайте сами. Я буду завтра утром.
Она развернулась и вышла, оставив после себя ощущение свежести из открытого окна.
Утром Валерий проснулся и по привычке ждал, что ноги не пошевелятся. Но тяжести не было. Ощущения были странные, как после долгой ходьбы, но он мог двигаться. Он скинул одеяло и медленно встал. Ступни держали.
Он дошел до стола, открыл ящик и достал черную карту без надписей. Личный резерв, о котором никто не знал. Тот самый крайний случай.
Когда Надежда вошла, Валерий сидел в кресле. Он положил карту перед ней.
— Тут нет ограничений. Код — год основания нашей фирмы. А теперь, Надежда, садитесь и рассказывайте, кто вы на самом деле.
Она выключила пылесос, сняла перчатки и присела на край.
— Моя фамилия Савина. Я доктор наук. Три года назад я вела проект в вашем же холдинге.
Валерий нахмурился.
— Савина? Тот проект, который закрыли из-за липовых отчетов?
— Отчеты были настоящие, — голос Надежды стал твердым. — Мы получили отличные результаты. Но ваш партнер, Артур, вызвал меня к себе. Он прямо сказал, что здоровые люди компании невыгодны. Нужны те, кто будет покупать средства годами. Продукт, который решает проблему за два месяца, рушит рынок.
Валерий слушал, чувствуя, как внутри закипает злость.
— Я не стала подтасовывать данные, — продолжала она. — Через неделю у меня нашли запрещенные вещества. Уволили с треском, закрыли дорогу во все институты. Все записи забрали.
— Зачем вы здесь?
— Ваш сервер в подвале. Там копии всех данных за десять лет. Мне нужен был доступ в здание, чтобы забрать формулу. Моя сестра… у нее было то же самое заболевание. Я не успела ей помочь. Она ушла из жизни восемь месяцев назад.
Надежда сцепила пальцы так сильно, что руки задрожали. Валерий молчал. Он понял, откуда в ней эта стальная решимость.
— Берите карту, — Валерий подтолкнул пластик. — Снимайте лабораторию. Ищите людей. Заказывайте всё, что нужно. Времени мало. Артур ждать не будет.
Через три дня в дом влетела Ксения. Дочь прилетела сразу, как получила сообщение. Высокая, в деловом костюме, она совсем не была похожа на ту, кто только медитирует. Это был их план с отцом — прикинуться отрешенной, чтобы Артур расслабился.
— Что тут происходит? — Ксения бросила сумку, осматривая кабинет. — Охрана на воротах чужая. Врачи новые.
Валерий сидел за столом и изучал бумаги. Рядом стояла Надежда.
— Познакомься, Ксюша. Это доктор Савина. Наш новый главный по науке. И человек, который вернул мне возможность ходить.
Ксения недоверчиво посмотрела на женщину в простом свитере.
— Я проверила ваши счета, — Надежда обратилась к девушке. — Артур Эдуардович потихоньку выводит деньги через липовых поставщиков. Сырье покупается втридорога у фирм на островах.
Ксения просмотрела бумаги. Ее глаза округлились.
— Офшоры на жену Артура… Папа, он хочет не просто рулить. Он выжимает из компании всё, чтобы потом продать ее остатки за бесценок.
— Я знаю, — Валерий откинулся на спинку. — Но нам нужны четкие доказательства. Чтобы комар носа не подточил. Надо выманить его на свет.
Шанс выпал через две недели.
Рано утром к дому подкатили черные машины. Охрана Артура пропустила их без вопросов. В дом вошел сам Артур с какими-то хмурыми типами и человеком, похожим на врача.
— Где он? — гаркнул Артур в коридоре. Он поднялся наверх и без стука ввалился в спальню. Кровать была пуста.
— Меня ищешь?
Артур обернулся. Валерий стоял в дверях. Опирался на палку, но стоял ровно. В костюме, подтянутый. За ним — Ксения и Надежда.
На лице Артура на миг отразился испуг, но он быстро взял себя в руки.
— Валера! Рад, что ты встал. Но это ненадолго. Мои люди посмотрели твою медкарту. У тебя не всё в порядке с головой. Ты раскидываешься миллионами. Я привез специалиста из клиники, чтобы всё зафиксировать.
— Для чего? — прищурился Валерий. — Чтобы объявить меня недееспособным и забрать долю?
— Для твоей же безопасности. Эти дамы тобой крутят, — Артур подал знак своим людям.
— На месте! — голос Ксении прозвучал громко. Она подняла телефон. — Сейчас идет трансляция на весь совет директоров и главных акционеров. Господа, вы всё слышали?
Артур замер.
— Это блеф.
— Ничуть, — Валерий сделал шаг вперед. — На днях мы достали все данные по проекту «Феникс». Тому самому, который ты прикрыл. Совет уже знает, что ты специально тормозил выпуск важного состава ради своей наживы.
— Ты ничего не докажешь…
— Твои бумаги по откатам уже изучают в органах, — перебила Ксения. — Как и записи твоих разговоров о том, как ты планировал избавиться от отца.
В комнате стало так тихо, что слышно было дыхание. Артур побледнел. Вся его спесь куда-то делась, остался только напуганный человек. Он глянул на своих помощников, но те уже попятились к выходу, понимая, что дело пахнет реальным сроком в казенном доме.
— Валера… мы же с самых низов начинали, — задрожал голос Артура. — В том гараже ночевали. Не надо так.
— В том гараже мы хотели помогать людям, Артур. А ты устроил пылесос для денег, — жестко отрезал Валерий. — Убирайся из моего дома. И жди повестку в суд.
Прошло два года.
На месте старого санатория теперь стояли современные корпуса. Центр науки гудел. Люди в белых халатах сновали туда-сюда, за стеклами работала техника.
Проект «Феникс» прошел все проверки. Средство уже в клиниках, оно возвращает к жизни тех, кто уже не надеялся встать с кресла.
Валерий шел по коридору. Палку он давно выкинул. Осталась только небольшая хромота, как память о том испытании.
Дверь лаборатории открылась, вышла Надежда Савина. В очках, серьезная, но без той тяжелой усталости в глазах.
— Отчет готов, — она протянула ему папку. — Всё стабильно. Побочек нет.
Валерий глянул на цифры и улыбнулся.
— Совет будет доволен. Ксения говорит, фонды готовы вложиться в новые центры.
— Пусть вкладываются. Работы еще много, — Надежда потерла переносицу.
Валерий посмотрел в окно на сосны.
— Знаете, Надежда, я часто тот день вспоминаю. Когда вы просто подошли к доске. Если бы не ваша смелость, меня бы уже не было на этом свете, а Артур бы всё распродал.
— Это была не смелость, Валерий Викторович. Просто точный расчет. Я знала, что вы поймете. Вам просто нужно было показать другой путь.
Он посмотрел на женщину, которая спасла его и его дело. Те миллионы, что он отдал тогда уборщице, стали его лучшим вложением. Потому что иногда самое верное — довериться тому, кому тоже нечего терять.
***Юля думала, что спаслась, когда двери ночной электрички навсегда отрезали её от прошлого.
Но рокот мощного двигателя у порога заброшенного дома прозвучал как приговор: её вычислили. Теперь остается лишь один вопрос — за ней прислали палача или таинственная старушка из поезда прислала ей спасителя?
