— Наташа, ты в своём уме? — Ирина Сергеевна остановилась у пустого обеденного стола. — У меня юбилей, люди уже поднимаются, а тут ни салатов, ни горячего, ни даже хлеба! Ты же обещала всё приготовить!
— Не обещала.
— Как это не обещала? Алексей сказал, что ты займёшься. Он всегда говорит, что на тебя можно положиться!
Наталья поправила резинку на волосах и положила на стол связку ключей от кладовки. Больше на столе ничего не было.
Из прихожей донеслись звонкие каблучки Юлии.
— Ой, да ладно! — протянула она, заглянув на кухню. — Это розыгрыш такой? Где еда?
— Раз я у вас прислуга, сегодня обслуживайте себя сами!
— Наташа, не начинай, — попросил Алексей. — Гости сейчас придут. Давай потом поговорим.
— Мы уже поговорили.
Ещё вчера вечером Наталья собиралась шинковать овощи до ночи. Ирина Сергеевна назначила юбилей в квартире невестки, потому что здесь кухня просторнее. Квартира была Натальина, от бабушки. Но семейные праздники давно проходили тут, словно вместе с Алексеем ей выдали ещё и бесплатную столовую.
Началось всё через месяц после свадьбы.
— Наташенька, ты всё равно машинку запускаешь, — сказала тогда свекровь. — Закинь мои простыни. Не руками же тебе стирать!
Потом Юлия привезла покрывало.
Потом тётка Алексея — занавески с дачи.
Потом Ирина Сергеевна решила, что Наталья замечательно запекает мясо. Юлия добавила, что салаты у неё тоже «как покупные, только лучше». Алексей радовался семейному миру и каждый раз просил не портить отношения.
— Ну что тебе, трудно? — говорил он. — Машинка стирает. Плита готовит. Ты только положила и достала.
Получалось, бытовая техника в их доме жила куда самостоятельнее самой Натальи.
Шесть лет она стирала, гладила, мариновала, резала и раскладывала по контейнерам. Родня приезжала с пустыми руками, зато уезжала нагруженная. Ирина Сергеевна называла это дружной семьёй.
Наталья называла это про себя иначе. Но вслух говорила:
— Ладно.
Вчера Алексей оставил телефон на кухонном столе. Он ушёл в ванную, а телефон ожил от нового сообщения. Наталья хотела убрать звук. Экран был разблокирован, и перед ней открылся чат «Наши родные».
Первым бросилось в глаза её имя.
Юлия написала: «Наташа опять всё сама сделает?»
Ирина Сергеевна ответила: «А куда она денется. Не чужие же люди».
Следом шло сообщение двоюродной сестры: «Смотрите, не хвалите сильно, а то ещё цену себе набьёт».
Юлия добавила: «Посуду тоже ей оставим. Она любит порядок».
И смешной значок.
Наталья прочитала дальше. Там обсуждали её котлеты, её квартиру, её привычку складывать бельё стопками. Ирина Сергеевна жаловалась, что невестка в последнее время «стала с лицом». Юлия советовала подбросить ей ещё две наволочки, раз уж всё равно стирает.
Последним было сообщение Алексея.
«Да не переживайте. Она привыкла. Поворчит и сделает».
Наталья не сразу положила телефон. Она села на обычный кухонный стул и перечитала фразу мужа ещё раз.
Алексей вышел через несколько минут.
— Ты чего сидишь?
— Читаю.
Он увидел телефон и остановился.
— Наташа, ну… Это же семейная болтовня.
— Я не семья?
— Не цепляйся к словам. Они шутят.
— И ты?
— Я просто успокоил маму. Она нервничала из-за юбилея.
— Значит, я привыкла?
— Ну не так… Ты всё не так поняла.
Наталья встала и сняла с плиты большую кастрюлю. Она была пустая. Овощи лежали в кладовке, мясо — в морозилке. В тот вечер продукты так и остались продуктами, а не семейным подвигом.
— Завтра готовишь сам.
— Наташа, давай без глупостей.
— Сам.
— У меня работа была весь день!
— У меня тоже.
— Но ты же уже всё купила.
— Еда не убежит.
— Мама гостей позвала!
— Пусть кормит.
Алексей ходил за ней по кухне и уговаривал не делать из переписки трагедию. Потом сердился. Потом снова уговаривал. Под конец заявил, что утром всё само уляжется.
Ночью улеглось только чужое бельё. Наталья достала из кладовки стопки, которые родня привозила последние недели. Подписала листки: «Ирине Сергеевне», «Юлии», «Тёте Кате». Рядом поставила пустые контейнеры, годами кочевавшие между квартирами.
Утром Алексей заглянул на кухню.
— Ты правда ничего не будешь делать?
— Правда.
— Ну хотя бы два салата.
— Нет.
— Горячее я сам закажу.
— Заказывай.
— А посуда?
— Сам.
Он постоял, помял рукав рубашки и ушёл звонить матери. Видимо, решил предупредить мягко. Только Ирина Сергеевна предупреждения не услышала. Она прибыла за час до гостей, в золотистых бусах и с уверенностью хозяйки, которой все должны.
Теперь свекровь стояла у пустого стола и размахивала руками.
— Шестьдесят четыре года человеку раз в жизни исполняется! Я, между прочим, всем сказала, что невестка стол накроет. Что люди подумают? Что у нас семья какая-то голодная?
— Люди поедят дома.
— Ты издеваешься?
— Нет.
— Наташа, тебе трудно было? Ты же умеешь! Я не заставляла тебя стены белить. Нарезала бы, поставила, убрала потом. Женщина всегда дом держит, а не сидит с кислым лицом!
— Ваш дом держите сами.
Юлия присела на край подоконника.
— Ой, да ладно тебе. Мы же пошутили. У всех семейные чаты такие.
— У всех?
— Ну почти. Никто тебя не ненавидит.
— Спасибо.
— Вот видишь, уже нормально разговариваешь.
Наталья открыла кладовку. На полу стояли три аккуратные стопки.
— Юлия, это твоё.
— Что моё?
— Постельное. Покрывало. Три полотенца.
— Они же нестираные!
— Да.
— Ты их две недели держала?
— Неделю.
— И не постирала?
— Нет.
Юлия спрыгнула с подоконника.
— Вот это уже мелочность! Машинка всё равно стирает!
— Пусть стирает у тебя.
Наталья поставила перед ней стопку. Сверху лежал листок с именем.
Ирина Сергеевна вытаращила глаза.
— А мои вещи где?
— Здесь.
— Я тебе хорошее бельё доверила! У меня машинка скачет по ванной, я потому и привезла!
— Забирайте.
— Наташа! — вмешался Алексей. — Хватит устраивать показательное выступление. Мама ни при чём.
— Она писала: «Куда она денется».
— Мы же объяснили, — затараторила свекровь. — Это разговор между своими! Мало ли что люди говорят без задней мысли. Я, между прочим, тебя дочкой считала. Разве чужому человеку доверишь простыни?
— Дочкой?
— Конечно! А ты теперь из-за пары слов юбилей портишь. И мне, и гостям, и мужу. Хороша дочка!
В прихожей позвонили. Алексей дёрнулся к двери, но Наталья подняла ладонь.
— Открывай. Пусть заходят.
— Ты хочешь при всех?
— Вы при всех обсуждали.
— В чате были только родные.
— Вот и послушают родные.
Первыми вошли тётя Катя с мужем. За ними двоюродная сестра Алексея. Все принесли цветы Ирине Сергеевне и сразу заглянули на кухню. Пустой стол действовал лучше длинного объявления.
— А где угощение? — спросила тётя Катя.
— Невестка решила меня проучить, — запричитала Ирина Сергеевна. — На юбилей! Из-за ерунды в телефоне!
— Не ерунды, — сказала Наталья.
— А мы что теперь делать будем? — спросил муж тёти Кати. — Нас из дома голодными выпустили.
— Вас никто не держит, — ответила Наталья.
— Вот тебе и праздник, — пробурчал он.
Тётя Катя оглядела подписанные стопки и увидела свои занавески.
— Это мои, что ли?
— Ваши.
— Так ты их не постирала?
— Не успела полюбить порядок.
Юлия прыснула, но сразу сделала серьёзное лицо.
— А мне смешно должно быть? — спросила тётя Катя. — Я их с дачи тащила!
— Обратно легче. Они сухие.
— Наташа, ну ты прямо как ребёнок! — вмешалась двоюродная сестра. — Прочитала женские разговоры и обиделась. Мы все друг друга обсуждаем.
— Тебя как называли?
— Меня?
— Да.
— Не помню.
— «Наша начальница без подчинённых».
Женщина поправила волосы.
— Ну это Юлька написала. У неё язык без костей.
— Ой, теперь я одна виновата? — вскинулась Юлия. — Там каждый писал!
— Поэтому каждый заберёт своё.
Наталья выставила на обеденный стол пустые контейнеры. Один был без крышки. На другом ещё держалась наклейка с прошлогоднего юбилея.
— Это кому? — спросил муж тёти Кати.
— Вам. В нём вы унесли мясо после Нового года.
— Так мы собирались вернуть.
— Вернули. Пустым.
— А что, с котлетами возвращать надо было?
— Можно было просто помыть.
Мужчина повертел контейнер и поставил обратно.
— Катя, я в это не полезу.
— А кто тебя просит? — огрызнулась тётя Катя. — Цветы держи хотя бы!
Алексей шагнул к Наталье.
— Не начинай читать переписку. Это некрасиво.
— А писать красиво?
— Ну всё, Наташ. Давай потом.
— Нет. Сейчас.
Наталья достала из кармана сложенный листок. Сообщения она успела переписать ещё до выхода Алексея из ванной.
Наталья развернула лист.
— Юлия: «Посуду тоже ей оставим. Она любит порядок».
— Да это шутка! — выпалила Юлия.
— Двоюродная сестра: «Не хвалите сильно, а то ещё цену себе набьёт».
— Я не так написала!
— Почти так.
— Вот именно, почти! Зачем перевирать?
Наталья подняла следующий листок.
— Алексей: «Она привыкла. Поворчит и сделает».
Все посмотрели на него.
Алексей потёр висок.
— Ну… Я хотел, чтобы мама не нервничала.
— За мой счёт.
— Да при чём тут счёт? Ты же сама раньше соглашалась.
— Потому что ты просил.
— Я не заставлял!
— Ты знал, как они говорят?
— Ну знал. И что? Это слова.
— А шесть лет — тоже слова?
Ирина Сергеевна встала между ними.
— Хватит сына позорить! Он семью сохранить пытается, а ты раздула из стирки конец света. Семья должна помогать. Сегодня ты, завтра тебе. Мы бы тоже помогли!
— Когда?
— Что когда?
— Когда вы мне помогли?
— А я тебе огурцы с дачи привозила!
— Полведра. И попросили закатать вам банки.
— Потому что у тебя крышки хорошие были!
— Мои крышки. Моя кастрюля. Мой вечер.
— Опять считаешь! — возмутилась Ирина Сергеевна. — В нормальной семье никто не считает, кто сколько банок закрутил. Я тебя на свадьбу благословила, между прочим!
— Вы сказали Алексею не брать мою фамилию.
— Так это другое! Мужчина должен свою носить. Не путай фамилию с огурцами!
Тётя Катя кашлянула и уставилась в цветы. Юлия стала проверять помаду в зеркале у двери. Даже её каблучки притихли.
Алексей заговорил мягче:
— Наташ, давай так. Сейчас закажем еду, отметим. Потом я сам со всеми поговорю.
— Ты уже поговорил.
— Не передёргивай.
— «Она привыкла».
— Я не это имел в виду!
— А что?
— Что ты… ну… надёжная.
— Удобная.
— Опять начинаешь.
— Нет, — сказала Наталья. — Я как раз заканчиваю.
Алексей полез в телефон.
— Хорошо. Закажу готовую еду. Только прекрати этот спектакль.
— Заказывай.
— Сколько человек?
Ирина Сергеевна оживилась.
— Нас пока семеро, но ещё брат с женой едут, племянники, соседка моя обещала заглянуть. Закажи побольше салатов, мясо, нарезку. И торт обязательно хороший!
Алексей поднял голову.
— Мам, это немало выйдет.
— День рождения у матери раз в году!
— Юбилей, — поправила Юлия.
— Тем более юбилей! — подхватила свекровь. — Неужели сын родной пожалеет?
Алексей посмотрел на Наталью.
— Наташа, продукты же куплены. Может, хотя бы их использовать?
— Используй.
— Я не умею.
— Научишься.
— До гостей?
— Они уже здесь.
Муж тёти Кати тихо предложил сварить картошку. Ирина Сергеевна посмотрела на него так, будто он предложил праздновать в подъезде.
— Картошку я и дома поем! — заявила она. — Раз уж невестка решила опозорить, заказывай всё как положено!
— Ты сама можешь заказать, — сказал Алексей.
— У меня телефон старый. И вообще, ты мужчина, решай!
Наталья сложила лист пополам.
— С сегодняшнего дня я не стираю вашей родне. Не готовлю на ваши праздники. Не принимаю гостей без своего согласия.
— Это и мой дом, — сказал Алексей.
— Это моя квартира.
— Мы шесть лет здесь живём!
— Живём. Но сегодня выбирай: остаёшься мужем или снова идёшь успокаивать маму.
— Ультиматум, значит?
— Да.
Ирина Сергеевна всплеснула руками.
— Сынок, не унижайся! Поехали ко мне. Женщина, которая мужа квартирой тычет, ещё сама прибежит. А я, между прочим, котлет нажарю. Не пропадём!
— Мам, ну подожди…
— Чего ждать? Пока она тебе носки по именам подпишет?
— Носки я стираю сам, — пробубнил Алексей.
— Вот и отлично, — сказала Наталья.
Он долго смотрел на пустой стол. Потом на мать. Потом на стопку её простыней.
— Я сегодня у мамы переночую.
— Хорошо.
— Чтобы все успокоились.
— Конечно.
— И завтра поговорим.
— Посмотрим.
Алексей ушёл собирать вещи на одну ночь. Вышел с рюкзаком, рабочей рубашкой и зарядкой. Ирина Сергеевна забрала бельё, цветы и сына. Юбилей перенесли к Юлии. Еду Алексей заказал уже туда, но курьер приехал поздно, а посуды на всех не хватило.
Через неделю Алексей сообщил, что пока поживёт у матери. Через месяц предложил вернуться, если Наталья «перестанет воевать с семьёй». Она отказала. Алексей остался у Ирины Сергеевны и стал сам запускать её машинку, потому что та всё-таки скакала по ванной.
Через два месяца Наталья встретила общую знакомую у магазина. Та рассказала, что Ирина Сергеевна теперь нахваливает новую девушку племянника.
— Хозяйственная, золотые руки, — передала знакомая. — И квартира у неё большая. Ирина Сергеевна уже думает, где следующий юбилей отмечать.
Наталья поправила резинку на волосах.
— Пусть сначала спросит про семейный чат.
