Нина открыла дверь своей квартиры и замерла на пороге. В коридоре стоял её муж Артур с младенцем на руках Измена — это слово ещё не пришло ей в голову, но что-то холодное уже скользнуло по позвоночнику. Нина провела выходные у подруги на даче, а вернулась в совершенно другую реальность.
Артур смотрел на неё с каким-то странным выражением лица — смесь страха и наглости. Деньги на содержание этого ребёнка он явно планировал брать из семейного бюджета. Нина молча переводила взгляд с мужа на свёрток в его руках. Любовница, предательство, унижение — эти слова пока ещё спали где-то глубоко в её сознании.
— Нина, я всё объясню, — Артур шагнул к ней. — Это ребёнок моей троюродной сестры. Она погибла вместе со своим любовником в аварии. Муж сестры отказался от малыша, родители тоже. Я подумал — раз у нас не может быть детей, почему бы не взять его?
Нина почувствовала, как земля качнулась под ногами. Тема детей была для неё болезненной. Три года брака, бесконечные обследования, вердикт врачей — она не сможет родить даже с помощью современных технологий.
— Дай мне его, — прошептала она.
Артур осторожно передал ей свёрток. Малышу было месяца четыре. Крошечные пальчики, мирно закрытые глаза. Нина прижала его к груди, и что-то внутри неё запело.
— Артур, это… это невероятно, — она подняла глаза на мужа. — Но ты понимаешь, что всё нужно оформить официально? Ребёнок — не котёнок, его нельзя просто принести домой.
Артур как-то странно замялся, но Нина не обратила на это внимания. Она смотрела на малыша и думала о том, что, возможно, судьба всё-таки сжалилась над ней. Она сама хотела обратиться в дом малютки, но боялась озвучить это вслух. Боялась, что муж не поймёт и уйдёт.
Телефон лежал на столе. Нина набрала номер свекрови — хотела узнать подробности о погибшей родственнице. Извинилась за поздний звонок, начала расспрашивать.
— Какая троюродная сестра? — голос свекрови звучал удивлённо. — Нина, у Артура нет никакой троюродной сестры. И никто из наших родственников за последние годы не рожал и не погибал. Ты о чём вообще?
Нина отключила телефон. Руки похолодели. Она тихо прокралась в спальню, где спал Артур рядом с детской кроваткой. Картина выглядела трогательно — отец и сын. Отец и сын?
Она нашла пакет с документами на комоде. Вынесла его в гостиную, включила свет. Медицинские справки, свидетельство о рождении. В графе «отец» чётко было выведено: Артур Денисович.
Нина сидела неподвижно, глядя на документ. Буквы расплывались перед глазами. Среди бумаг лежал ещё один лист — отказ от материнства. Какая-то женщина родила ребёнка от её мужа и отказалась от него. А муж принёс этого ребёнка в её дом. В дом, который принадлежал ей.
— Нина? — Артур стоял в дверях, потирая глаза. — Ты чего не спишь?
Он увидел разложенные на столе документы. Лицо его изменилось — сначала побледнело, потом приобрело какое-то упрямое выражение.
— Слушай, я могу всё объяснить, — он шагнул к ней. — Да, это мой сын. Я специально сделал это. Для нас! Ты же не можешь родить, вот я и нашёл выход. Я — герой, понимаешь? Ты должна быть мне благодарна!
Нина медленно подняла на него глаза. В них не было слёз — только холодное изумление.
— Герой, — повторила она. — Значит, ты — герой.
— Да! Другой бы на моём месте просто ушёл! А я принёс тебе ребёнка! Нашего ребёнка!
— Нашего? — Нина усмехнулась. — Интересная арифметика. Ты плюс твоя любовница равно «наш» ребёнок. В какой школе тебя учили считать?
Артур выпрямился, глаза его сузились.
— Ты неблагодарная! Я старался, рисковал, а ты тут сидишь и претензии мне предъявляешь? Да ты вообще понимаешь, через что я прошёл?
— О, расскажи мне, — Нина откинулась на спинку стула. — Расскажи, как тяжело тебе было изменять мне. Как ты мучился, ложась в постель с другой женщиной. Как страдал, пока она беременела от тебя. Я вся внимание.
— Это было не так! Это был договор! Чисто деловое соглашение!
— Деловое соглашение с использованием репродуктивных органов. Звучит романтично. Ты контракт подписывал до или после?
Артур побагровел.
— Ты не понимаешь! Я сделал это ради семьи!
— Ради семьи, — Нина кивнула. — Логично. Чтобы укрепить семью, нужно обязательно завести любовницу, зачать от неё ребёнка и притащить его жене. Классическая схема. Удивляюсь, как психологи до этого не додумались.
— Хватит издеваться!
— Издеваться? Я? Артур, милый, ты перепутал роли. Издеваешься здесь ты. Три года. Каждый день. Каждый раз, когда уходил «по делам». Каждый раз, когда возвращался.
Артур сжал кулаки.
— Ты истеричка! Тебе дают ребёнка, а ты устраиваешь сцену!
— Дают? — Нина подняла бровь. — Ребёнок — это теперь подарок? Вроде букета цветов или коробки конфет? «Дорогая, прости за измену, вот тебе младенец в качестве компенсации»?
— Я думал, ты обрадуешься!
— Я и обрадовалась. На целых три часа. Пока верила в твою сказку про троюродную сестру. Кстати, откуда ты её взял? В кино подсмотрел или сам придумал?
— Неважно!
— Важно, Артур. Потому что это показывает, насколько ты меня уважаешь. Точнее — насколько не уважаешь. Ты даже не потрудился придумать правдоподобную историю. Просто ляпнул первое, что пришло в голову.
Он шагнул к ней, нависая.
— Слушай сюда. Это мой ребёнок. Мой сын. И он будет жить здесь. Со мной.
— С тобой — да. Здесь — нет.
— Что?
— Утром ты собираешь вещи и уезжаешь к своей маме. Там, насколько я помню, живёт твоя сестра с двойняшками и мужем. Будет весело. Одной большой счастливой семьёй.
Артур отшатнулся.
— Ты не выгонишь меня из собственного дома!
— Артур, — Нина встала. — Эта квартира принадлежит мне. Моё имя в документах. Мои деньги её купили. Ты тут — гость. Был гостем. Теперь — нежелательным гостем.
— Да ты… ты же одна останешься! Без меня! Кому ты нужна? Бесплодная!
— Себе, — просто ответила Нина. — Знаешь, это удивительное открытие, но оказывается, можно жить и без мужчины, который врёт, изменяет и при этом ещё требует благодарности.
— Я всё делал для нас!
— Нет, Артур. Ты всё делал для себя. Ты хотел ребёнка — ты его получил. Ты хотел развлечений на стороне — ты их получил. А когда твоя подружка поставила тебя перед фактом, ты струсил и прибежал ко мне. Потому что я — добрая. Безотказная.
Она подошла к нему вплотную.
— Была безотказная. Прошедшее время.
— Нина, давай поговорим спокойно…
— Мы и говорим спокойно. Я абсолютно спокойна. Видишь — ни крика, ни истерики. Просто констатация факта: ты мне изменял. Ты мне лгал. Ты использовал мою боль, чтобы протащить в мой дом результат своей лжи. И при этом ожидал аплодисментов.
— Ребёнок ни в чём не виноват!
— Конечно, не виноват, — Нина пожала плечами. — Он младенец. А вот ты — взрослый мужчина. И ты виноват. Очень виноват.
— Я его отец!
— Поздравляю. Это означает, что ты будешь его кормить, одевать и воспитывать. В другом месте. Не в моём доме.
Артур схватил её за руку.
— Ты пожалеешь! Я всем расскажу, какая ты!
— Какая? — Нина аккуратно высвободила руку. — Женщина, которая выгнала мужа-изменника? О, пожалуйста. Рассказывай. Я даже могу дать тебе список контактов. Начни с моей мамы.
— Ты сумасшедшая!
— Нет, Артур. Я закрывала глаза. Надеялась. Верила, что ты изменишься. А ты не менялся. Ты просто становился наглее.
Она указала на дверь.
— У тебя есть время до утра. Собери вещи. Свои и малыша.
Артур стоял посреди комнаты, и выражение его лица менялось каждую секунду. Злость, растерянность, страх, снова злость.
— Ты не можешь так со мной поступить!
— Могу. И поступаю.
— Я же… я же люблю тебя!
Нина засмеялась. Коротко, без веселья.
— Любовь — это когда не врут. Когда не предают. Когда не унижают. Ты не знаешь, что такое любовь, Артур. Ты знаешь только, что такое удобство.
— Ты пожалеешь!
— Возможно. Но не о том, что выгнала тебя.
Она отвернулась и пошла к двери спальни.
— Куда ты?
— Спать. Завтра у меня много дел. Нужно поменять замки, переоформить документы, вычеркнуть тебя из своей жизни.
— Нина!
Она обернулась.
— Что?
— Я не могу к маме! Там негде жить!
— Странно. Когда мы с тобой ссорились, ты всегда угрожал уйти к маме. Говорил, что там тебя ценят и понимают. Вот и проверишь.
— Но это же… это же не по-человечески!
— Не по-человечески — это изменять жене. Не по-человечески — это врать ей в глаза. Не по-человечески — это притаскивать ребёнка от любовницы и требовать за это благодарности. А выгнать предателя из своего дома — это очень даже по-человечески.
Артур сел на диван.
— Что мне делать?
— Не знаю, — честно ответила Нина. — Это твоя проблема. Ты создал этот хаос — ты его и разбирай.
— Но ребёнок…
— Ребёнок — твой. Твоя ответственность. Твоя радость. Твои бессонные ночи.
— Я не справлюсь один!
— Тогда позвони матери ребёнка. Она, может, передумала.
— Она отказалась! Подписала бумаги!
— Значит, ищи другой выход. Няня, бабушка, сестра. У тебя целая родня. Используй её.
Нина зашла в спальню и тихо закрыла дверь. Малыш спал в кроватке, мирно посапывая. Она постояла над ним минуту, другую. За эти несколько часов она успела полюбить этого ребёнка. Успела представить, как может даже кормить грудь, будет его растить.
Но это был не её ребёнок. Это был результат предательства. Живое напоминание о том, что её муж — лжец и трус.
Она наклонилась к кроватке.
— Прости, малыш, — прошептала она. — Ты ни в чём не виноват. Но я не могу. Не могу смотреть на тебя и каждый день вспоминать, как твой отец меня обманул.
Из гостиной доносились какие-то звуки — Артур ходил туда-сюда, что-то бормотал. Нина легла на кровать, не раздеваясь. Сон не шёл.
Утро началось рано. Малыш проснулся и заплакал. Артур метнулся к нему, начал кормить из бутылочки. Нина молча наблюдала из дверного проёма.
— Я собрал вещи, — хрипло сказал он. — Такси через полчаса.
— Хорошо.
— Ты действительно не передумаешь?
— Нет.
Артур остановился у двери с чемоданом в одной руке и переноской с ребёнком в другой.
— Ты разрушаешь нашу семью.
— Нет, Артур. Ты её разрушил. Я просто убираю обломки.
— Я сделал ошибку. Одну ошибку!
— Одну? — Нина прислонилась к стене. — Давай посчитаем. Ошибка номер один — завести любовницу. Ошибка номер два — не предохраняться. Ошибка номер три — солгать жене. Ошибка номер четыре — продолжать врать. Ошибка номер пять — требовать благодарности за своё враньё. Хочешь, продолжу?
— Ты чудовище.
— Нет. Я женщина, которая себя уважает. Пока, Артур.
Она закрыла дверь. Постояла секунду, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Потом прошла в гостиную и села в кресло.
Квартира была пустой и тихой. На столе лежали забытые документы — свидетельство о рождении чужого ребёнка. Нина собрала их в пакет и отложила в сторону. Артур вернётся за ними. Или не вернётся. Ей было всё равно.
Она достала телефон и набрала номер подруги.
— Алло? Катя? Да, я в порядке. Нет, не совсем. Приезжай, если можешь. Мне нужно кое-что тебе рассказать.
За окном светило утреннее солнце. Новый день. Новая жизнь. Без лжи, без предательства, без унижения. Нина глубоко вздохнула и улыбнулась. Больно — да. Страшно — немного. Но правильно. Абсолютно правильно.
