— Готовь три блюда, к нам едет троюродная тетя на месяц! — скомандовал Антон, даже не оторвав взгляда от экрана телефона, где мелькали цветастые взрывы очередной мобильной игры.
Я стояла в коридоре, прислонившись спиной к прохладным обоям, и чувствовала, как пульсируют вены на ногах. Позади была двенадцатичасовая смена в аптеке «Здоровье+». Двенадцать часов на ногах, среди кашляющих людей, бабушек, забывших названия таблеток, и нервных мужчин, требующих что-нибудь «от всего и сразу». Мой рабочий день закончился сорок минут назад, и единственным моим желанием было лечь в горячую ванну, а потом уснуть лицом в подушку.
— Антон, — тихо сказала я, стягивая кроссовки, которые казались свинцовыми. — Какая тетя? Какой месяц?
— Зинаида Павловна, из Сызрани, — небрежно бросил муж, перекатываясь на диване на другой бок. Он был в своих любимых, вытянутых на коленях трениках. Рабочий день Антона в отделе сантехники строительного гипермаркета закончился еще в четыре, и с тех пор он, судя по всему, «восстанавливал силы». — Ей надо пройти обследование в областной клинике. Поживет у нас. Я обещал, что мы ее встретим как положено. Так что давай, шурши на кухню. Первое, второе и какой-нибудь салат. Она с поезда, голодная будет. Поезд прибывает через два часа, я скоро поеду на вокзал.
Он наконец поднял на меня глаза. В них не было ни сочувствия к моему уставшему виду, ни вопроса «а ты не против?». В них была абсолютная, железобетонная уверенность в том, что его слово — закон, а я — бесплатное приложение к плите и стиральной машине.
— Я только с работы, — мой голос предательски дрогнул. — У нас в холодильнике только вчерашние макароны и кусок замороженной курицы. Как я тебе за два часа приготовлю три блюда?
— Ну разморозь в микроволновке! — раздраженно цыкнул Антон. — Марин, ну что ты начинаешь? Тетка родная кровь, неудобно же. Сделай супчик по-быстрому, пюрешку там, котлеты. Ты же хозяйка.
Он отложил телефон, кряхтя поднялся с дивана и похлопал меня по плечу, словно я была не его женой, а нерадивым стажером.
— Давай, не кисни. Я в душ и за ней. Вернемся часам к восьми. Чтобы стол был накрыт.
Дверь в ванную захлопнулась, зашумела вода.
Я прошла на кухню. Села на табуретку. Перед глазами стояла Зинаида Павловна. Я видела ее один раз в жизни, на нашей свадьбе пять лет назад. Это была громкая, грузная женщина с химической завивкой фиолетового оттенка, которая весь вечер громко критиковала ресторанное меню и советовала мне «не расслабляться, потому что мужика держать надо в ежовых рукавицах, но кормить от пуза». И вот теперь эта женщина приедет в мою квартиру. На месяц. Будет ходить по моей кухне, переставлять чашки, критиковать пыль на плинтусах и смотреть свои сериалы на полной громкости. А Антон будет играть в телефон и ждать, пока я, отработав смену, буду подавать им «первое, второе и салат».
Мою квартиру.
Эта мысль вспыхнула в голове внезапно и ярко, как лампочка. Двушка в типовой панельке досталась мне от бабушки. Антон переехал сюда с одним чемоданом и системным блоком от компьютера пять лет назад. Мы не были богачами. Мы были самыми обычными людьми с ипотекой на машину, кредитами на бытовую технику и зарплатами, которых хватало ровно на то, чтобы дожить до следующей зарплаты. Но за эти пять лет Антон как-то незаметно уверовал, что он здесь полноправный барин, а я — обслуживающий персонал.
Вода в ванной выключилась. Антон вышел в коридор, благоухая моим дорогим гелем для душа, быстро оделся.
— Всё, я погнал! — крикнул он от двери. — Жди нас!
Хлопнула входная дверь. В квартире воцарилась тишина. Только гудел старенький холодильник.
Я посмотрела на свои руки. На них были следы от постоянного мытья и дезинфекторов в аптеке. Я вспомнила, как просила Антона пропылесосить в прошлые выходные, а он сказал, что «устал на работе общаться с дебилами» и ему нужен покой. Я вспомнила, как мы делили бюджет: мои деньги шли на продукты и коммуналку, а его — на тюнинг его старой «Тойоты» и посиделки с друзьями в гаражах.
Внутри меня что-то щелкнуло. Как будто невидимая пружина, которую сжимали пять лет, наконец-то лопнула. Злости не было. Была только кристально чистая, ледяная усталость и абсолютное понимание того, что я больше так не хочу. Ни сегодня. Ни завтра. Никогда.
Я достала телефон. Открыла приложение доставки еды.
«Пиццерия у дома». Большая Пепперони на пышном тесте. Двойной сыр. Сырные палочки с чесночным соусом. Литровая кола.
Оформить заказ. Оплатить. Время доставки: 40 минут.
Затем я открыла браузер и вбила в поисковик: «Вскрытие и замена замков экстренно круглосуточно».
Первая же ссылка вела на сайт с номером телефона. Я набрала номер.
— Алло, мастерская, — ответил хрипловатый мужской голос.
— Здравствуйте. Мне нужно срочно поменять замок во входной двери. Металлическая дверь, обычный замок… наверное, сувальдный, я не разбираюсь. Ключ-бабочка.
— Адрес? — деловито спросил мастер. Я продиктовала. — Буду минут через двадцать. Две с половиной тысячи работа плюс стоимость самого замка. Устроит?
— Устроит. Приезжайте быстрее, пожалуйста.
Я положила телефон на стол. У меня было около получаса до приезда мастера и часа полтора до возвращения Антона.
Я достала из кладовки два огромных клетчатых баула — из тех, с которыми челноки ездили в девяностые. Раскрыла их посреди комнаты.
Открыла шкаф. Полетели джинсы, футболки, свитера. Я не складывала их аккуратно, просто бросала. Нижнее белье, носки. Зашла в ванную — смахнула с полки его бритву, пену, зубную щетку. Вернулась в зал. Компьютер я отключать не стала — тяжело тащить, да и времени нет, пусть потом забирает с грузчиками. Но его любимую игровую приставку, геймпады и провода закинула поверх одежды во второй баул. Сверху бросила две пары кроссовок и зимние ботинки.
Баулы получились тяжелыми. Я, кряхтя, дотащила их до входной двери и выставила на лестничную клетку.
Раздался звонок в дверь. Я вздрогнула, но это был всего лишь мастер.
Крепкий мужчина лет пятидесяти с чемоданчиком инструментов оценивающе оглядел дверь.
— Этот менять будем? — он указал на верхний замок.
— Да. На совершенно другой, чтобы старые ключи даже близко не подходили.
— Понял, — мастер бросил взгляд на баулы, сиротливо стоящие у стены в подъезде, потом на меня. В его глазах мелькнуло понимание, но он ничего не сказал. Обычный человек, который делает свою обычную работу. — За полчаса управлюсь.
Завизжала дрель. Запахло металлической стружкой. Я стояла рядом, наблюдая, как старый механизм, который Антон открывал каждый день на протяжении пяти лет, вываливается из пазов.
В этот момент приехал курьер с пиццей. Он с удивлением посмотрел на мастера, ковыряющегося в замке, передал мне горячую коробку, забрал чаевые и поспешил к лифту.
— Всё, хозяйка, принимай работу, — мастер провернул новый ключ в скважине. Дверь закрывалась мягко, с приятным щелчком. — Вот пять ключей. Старый замок забираете?
— Нет, выбросьте его, пожалуйста.
Я расплатилась. Мастер кивнул, собирая инструменты.
— Удачи вам, — сказал он напоследок, еще раз посмотрев на баулы. — Всё наладится.
— Уже налаживается. Спасибо.
Я закрыла дверь. Закрыла ее на два оборота нового замка. Задвинула внутреннюю задвижку, до которой снаружи было не добраться никак.
В квартире потрясающе пахло горячей пиццей, расплавленным сыром и колбасками. Я отнесла коробку на кухню. Поставила чайник. Не стала включать верхний свет — зажгла только маленькую лампу над обеденным столом.
Открыла коробку. Взяла кусок. Тесто было мягким, сыр тянулся бесконечными нитями. Я откусила большой кусок и закрыла глаза. Это была самая вкусная еда за последние месяцы. Мне не нужно было чистить картошку. Не нужно было резать лук в котлеты. Не нужно было стоять у раковины.
Я просто ела пиццу.
На часах было 19:45.
Я налила себе колы со льдом, взяла второй кусок и пошла в коридор. Села прямо на пол, прислонившись спиной к новенькой, надежно запертой двери.
В 19:52 лязгнул лифт на нашем этаже.
Раздались шаги. Тяжелая поступь и цоканье каблучков.
— …да я ей так и сказал, Зинаида Пална, чувствуйте себя как дома! — раздался за дверью бодрый голос Антона. — Сейчас Маринкин борщ есть будем. Она у меня готовит — во!
— Ой, Антоша, да современные девки готовить не умеют, одно название, — заскрипел недовольный, высокий голос тети Зины. — Все на диетах своих, тьфу. Ну посмотрим, посмотрим, чем твоя потчевать будет.
Послышалось бряканье ключей.
Я затаила дыхание и откусила кусок пиццы.
Ключ царапнул металл. Потом попытался войти в скважину. Не вошел.
— Че за фигня… — пробормотал Антон.
Ключ снова заскрежетал. Антон начал дергать ручку.
— Антош, ты что, дверь открыть не можешь? — возмутилась тетя. — Хозяин называется!
— Да подожди, Зинаида Пална, замок заело, что ли… Марина! — он нажал на кнопку звонка. Звонок залился трелью прямо над моей головой. — Марин! Открой, я ключ вставить не могу!
Я прожевала, проглотила, сделала глоток холодной колы и громко, четко сказала:
— А он больше не подходит.
За дверью повисла секундная тишина.
— В смысле не подходит? — голос Антона дрогнул. — Марин, ты дура? Открывай давай, мы устали, тетя Зина с дороги!
— Троекуровская гостиница находится в двух кварталах отсюда, — спокойно ответила я. — Номер стоит две тысячи в сутки.
— Какая гостиница?! Ты что несешь?! — Антон начал колотить в дверь кулаком. — Открой немедленно!
— Твои вещи в клетчатых сумках на площадке, Антон. За компьютером приедешь на выходных, только заранее напиши, я выставлю его за дверь.
— Она пьяная, что ли? — ахнула за дверью Зинаида Павловна. — Батюшки-святы, Антоша, кого ты в жены взял?! Истеричка! Я же говорила твоей матери!
— Марин, прекращай этот цирк! — голос мужа сорвался на визг. — Открывай! Ты меня позоришь перед родственниками!
— Я подаю на развод, Антон, — сказала я, беря сырную палочку. Макая ее в чесночный соус, я чувствовала себя абсолютно счастливой. — Квартира моя, добрачная. Делить нам нечего, кроме твоей Тойоты, но она мне даром не нужна.
— Ты охренела?! — Антон ударил ногой в дверь. Она даже не вздрогнула. Панельные стены отлично поглощали звук, но соседи наверняка уже прильнули к глазкам. — Из-за того, что я попросил ужин приготовить?! Ты больная?!
— Из-за того, что ты решил, будто я твоя прислуга, — тихо, но твердо ответила я. Я знала, что он услышит. — Иди, Антон. И тетю Зину забирай. Сумки не забудьте.
— Да пошла ты! — заорал он. — Сама приползешь! Я тебе копейки больше не дам!
— Напугал ежа голой задницей, — усмехнулась я. — Твои «копейки» все равно уходили на твои же нужды. Прощай.
За дверью началась суета. Антон матерился, пиная баулы. Тетя Зина причитала на весь подъезд, проклиная «городских фиф» и жалуясь на давление. Хлопнули дверцы лифта. Голоса стихли.
Я доела пиццу. Собрала пустую коробку, выкинула в мусорное ведро. Протерла стол.
В квартире было невероятно, оглушительно тихо. Никто не включал дурацкие видео на телефоне на полную громкость. Никто не разбрасывал носки. Никто не требовал трех блюд.
Я набрала горячую ванну. Добавила пену с запахом лаванды. Легла в воду и почувствовала, как гудение в ногах постепенно утихает. Телефон на стиральной машине разрывался от сообщений. Сначала это были гневные тирады от Антона с матами и угрозами. Потом сообщения от свекрови о том, что я разрушила семью. Потом снова Антон — уже с уговорами «поговорить нормально».
Я перевела телефон в авиарежим.
Прошел год.
Развод прошел на удивление быстро. Антон пытался скандалить в суде, доказывая, что он делал ремонт в моей квартире (поклеил обои в коридоре три года назад) и требовал компенсации. Судья, усталая женщина с такими же синяками под глазами, как у меня когда-то, только вздохнула и быстро оформила документы.
Я продолжаю работать в аптеке. Это по-прежнему обычная работа, с ее плюсами и минусами, усталыми ногами и вредными покупателями.
Но моя жизнь изменилась. Возвращаясь домой, я знаю, что меня ждет тишина и покой. Моя квартира пахнет чистотой, а не жареным луком. В моем холодильнике лежит то, что я люблю: йогурты, сыр, фрукты. Иногда я готовлю сложные блюда, но только тогда, когда сама этого хочу, под бокал вина и хороший фильм.
Вчера я шла с работы и увидела Антона. Он стоял у строительного магазина, курил, ссутулившись. На нем была помятая куртка, а лицо выглядело помятым и серым. Мы не поздоровались. Я прошла мимо, легким шагом, в новых удобных кроссовках.
Придя домой, я сбросила обувь. Повесила пальто. Заказала суши — просто потому, что захотелось. Села на диван, открыла книгу и улыбнулась.
Иногда для счастья не нужны миллионы, холдинги или принцы на белых конях. Иногда достаточно просто сменить замки, купить пиццу и вспомнить, что твоя жизнь принадлежит только тебе.
