— Он у меня не жадный, сестре свою долю уступает, так что давай, освобождай метры к выходным!
Анна Николаевна даже не подумала снять туфли. Она просто перешагнула через коврик в прихожей, оставляя пыльные следы на светлом полу, и с размаху бросила на тумбу знакомую связку ключей. Те самые ключи с дурацким брелоком, которые Илья «забыл» вернуть после развода месяц назад.
Полина не двинулась с места, преграждая путь в комнату.
— Не поняла, — миролюбиво отозвалась она.
— А чего тут понимать?
Свекровь расстегнула бордовый плащ, но снимать его явно не собиралась. Весь ее вид выражал крайнюю степень хозяйской уверенности.
— Янка с мужем разводится. Выгнал он ее, представляешь? Придрался к какой-то ерунде, вещи в коробки побросал и на лестницу выставил. Жить девочке негде. Дочь моя в этом доме жить будет, а ты тут лишняя! Две бабы в одном доме не уживутся.
Полина оперлась плечом о дверной косяк. С Ильей они расстались на редкость буднично. Просто в один прекрасный день стало окончательно ясно, что тянуть великовозрастного мальчика, который вечно ищет себя, она больше не желает. Бывший муж поворчал, собрал две спортивные сумки и отбыл под мамино крыло, заявив напоследок родственникам, что оставляет все нажитое благородно и без дележки.
Делить, собственно, было нечего. Его личных вещей тут кот наплакал, а из техники — только игровая приставка.
— С какой стати Яна будет жить здесь? — Полина смахнула невидимую пылинку с рукава домашней кофты.
— С такой!
Женщина рявкнула так, что соседский пес за стеной залился хриплым лаем. Анна Николаевна потеснила бывшую невестку и по-хозяйски протопала прямиком на кухню.
— Квартира в законном браке куплена! Половина Илюшина по праву. Он сестре свою долю уступает, пока та на ноги не встанет. Так что давай, собирай манатки.
Полина неспешно прошла следом. Гостья уже критически осматривала кухонный гарнитур, бесцеремонно заглядывая за холодильник. Из бездонного кармана плаща она торжественно извлекла строительную рулетку.
Явно собралась мерить углы под мебель любимой дочери.
— Анна Николаевна, вы ничего не путаете? — Полина присела на табурет у окна. — Вы вообще с Ильей эту грандиозную идею обсуждали? Или это ваша личная инициатива по спасению утопающих?
— А как же! — ехидно протянула свекровь.
Рулетка с металлическим лязгом вытянулась на метр. Анна Николаевна приложила ее к стене возле окна, где сейчас стоял обеденный стол.
— Он сам сказал: пусть Яночка переезжает! Мой сын не чета некоторым, он у меня не жадный. Сказал, что сестре сейчас метры нужнее, раз уж у нее такая трагедия в семье. Тут мы диванчик поставим, а вот этот твой стол ободранный на помойку вынесем. Всю жизнь мечтала нормальную столовую зону сделать, а ты вечно на всем экономила!
— Погодите, — Полина сцепила пальцы на коленях.
Ситуация приобретала настолько абсурдный оборот, что даже злиться не получалось. Только глухое раздражение от того, что нужно тратить выходной на этот цирк.
— И как вы себе это технически представляете? Я, по-вашему, куда должна испариться?
— А это не мои проблемы! — отрезала женщина.
Она отпустила ленту рулетки, та с треском скрутилась обратно в желтый корпус.
— Съедешь на съемную. Или к родителям своим вернешься в деревню. Мне не суть! Главное, чтобы к воскресенью комната была пустая. Яночка с вещами приедет. У нее и так огромный стресс, муж-подлец оказался, еще и ты тут права качать будешь!
Мужская половина семейства всегда отличалась невероятно богатой фантазией. Илья обожал пустить пыль в глаза. Рассказывал родне на каждом семейном застолье, как он устает на работе, как тянет семью, какие проекты ворочает. Только про одну малюсенькую деталь он маме почему-то не сообщил.
— Анна Николаевна, а Илья вам не уточнял случайно, какую именно половину он уступает? Левую или правую?
— Ты мне зубы не заговаривай, деточка!
Женщина снова вытащила рулетку, теперь прицеливаясь к пространству у входной двери.
— Мой сын львиную долю за эту берлогу выплатил! Гробил здоровье на двух работах, пока ты по своим ноготочкам бегала да по подружкам шастала! Имеет полное право распоряжаться своим имуществом!
— На двух работах? — Полина не сдержала насмешливой улыбки.
— Именно! — гордо вскинулась гостья.
Она даже подбородок задрала для пущей убедительности, сверкнув золотыми сережками.
— И ипотеку платил, и коммуналку закрывал! Все на себе тащил, надорвался мальчик! А ты только пользовалась готовеньким.
Извечная женская хитрость — свято верить в то, во что очень хочется верить. Илья за четыре года их совместной жизни работал от силы месяцев восемь, если сложить все его попытки трудоустройства. То его уникальный талант не ценили, то начальник попадался самодур, то коллектив оказывался слишком токсичным.
В основном бывший муж лежал на диване, смотрел ролики про успешный успех и искал себя.
— Значит, ипотеку платил, — протянула Полина, постукивая ногтем по столешнице.
— Платил! И не смей отрицать, бессовестная!
Анна Николаевна грохнула рулеткой по столу.
— Думала, выгнала мужика из дома и барыней тут сядешь? Губу раскатала! Вот, значит, где собака зарыта! Специально развелась, чтобы метры оттяпать у парня.
— А вы уверены, что метры вообще в природе существуют? — с прохладцей поинтересовалась бывшая невестка.
Свекровь уперла руки в бока. Лицо ее пошло неровными пятнами возмущения.
— Закон на нашей стороне! Половина его! Он мне все чеки показывал в телефоне!
— Давайте уточним.
Полина неспешно встала. Ссориться и переходить на крик ей совершенно не хотелось, но выслушивать эти фантазии сил больше не оставалось.
— Илья вам сказал, что платил ипотеку банку?
— Да! Он каждый месяц кругленькую сумму отдавал! Треть зарплаты!
— Кому? — невинно переспросила Полина.
— Банку, кому же еще! Уж явно не тебе на булавки!
Свекровь смотрела на нее как на умалишенную.
— Ты совсем наглость потеряла за этот месяц? Я сама лично видела, как он переводы делал. Сидел на кухне и отправлял!
— Интересно девки пляшут.
Полина подошла к ящику стола, достала оттуда свой телефон и разблокировала экран.
— А давайте мы сейчас вашему Илюше позвоним. Прямо вместе. И спросим, в какой такой секретный банк он деньги переводил.
— Звони!
Анна Николаевна победно скрестила руки на груди.
— Звони, звони! Пусть он тебе сам скажет, раз у тебя память напрочь отшибло! Думаешь, я своего сына не знаю? Да он последнюю рубашку отдаст!
Полина нашла в контактах номер бывшего мужа и нажала кнопку громкой связи. Гудки шли долго. Илья явно не горел желанием общаться с бывшей женой, особенно в выходной день.
Наконец раздался недовольный сонный голос:
— Да? Чего тебе?
— Илюша, сынок! — тут же вклинилась Анна Николаевна.
Она даже подалась всем корпусом к телефону, лежащему на столе, будто сын мог ее оттуда увидеть.
— Тут твоя бывшая совсем умом тронулась! Отказывается съезжать! Говорит, никаких прав у тебя на квартиру нет. Гонит Яночку на улицу!
На том конце провода образовалась тяжелая, вязкая заминка. Было слышно, как на заднем фоне бубнит телевизор и кто-то гремит посудой.
— Мам? — голос Ильи ощутимо дрогнул. — А ты… ты где сейчас вообще?
— У вас дома! То есть в вашей квартире! Пришла замерять комнату для Яночки, как мы с тобой вчера и договаривались. А эта уперлась рогом.
— Мам, уходи оттуда, — быстро и скомкано пробормотал Илья.
— Куда уходить? Зачем уходить?
Свекровь недоуменно заморгала, переводя взгляд с телефона на невозмутимую Полину.
— Сынок, ты же сам вчера за столом сказал, что половина по закону твоя! Что ты ипотеку платил, здоровье на нее гробил! Скажи ей сейчас прямо в лицо!
— Мам, я тебе позже перезвоню.
— Нет уж, Илья, не перезвонишь.
Полина пододвинула телефон чуть ближе к центру стола.
— Раз уж Анна Николаевна пришла с рулеткой делить мою жилплощадь, давай расставим точки над «и». Расскажи маме про свою героическую ипотеку.
— Полин, ну не надо начинать… — тоскливо протянул бывший муж.
— Чего не надо? — голос свекрови начал стремительно терять боевую уверенность.
Она снова посмотрела на Полину, но та лишь пожала плечами.
— Сынок, что происходит? Объясни толком!
— Рассказывай, Илья, — мягко, но с нажимом произнесла Полина. — Иначе я сама расскажу. Только со всеми подробностями. О том, как ты уволился с последней работы через два месяца, потому что там, о ужас, нужно было приходить вовремя и не играть в телефон.
— Мам… — Илья шумно выдохнул прямо в динамик. — Иди домой. Я все объясню вечером.
— Я никуда отсюда не пойду!
Анна Николаевна повысила голос, едва не срываясь на визг.
— Ты платил за эту квартиру или нет? Ты же мне сам говорил, что вкладываешь все заработанные деньги в жилье! Что ни копейки на себя не тратишь!
— Я… приукрасил немного.
— Как это приукрасил? — ахнула свекровь, хватаясь за край стола.
— Илья, давай прямо, без этих твоих сказок, — вмешалась Полина. — Чья это квартира по документам?
Из динамика донеслось невнятное бормотание, перекрываемое шумом телевизора.
— Громче, Илюша. Мама не расслышала.
— Твоего отца это квартира, — выдавил из себя бывший муж.
Слова прозвучали жалко. Весь образ успешного добытчика рассыпался в прах за пару секунд.
— Он ее купил за год до нашей свадьбы.
— А ипотека? — севшим голосом спросила Анна Николаевна.
— Не было никакой ипотеки, мам. Вообще.
Илья явно хотел провалиться сквозь землю прямо через сотовую связь.
— Я просто… ну, чтобы перед родственниками не выглядеть приживалой. Сказал, что мы вместе купили, вложились. А деньги, которые я тебе в приложении показывал… это я Полине на продукты переводил. Иногда. Когда подработки были.
— На продукты? — эхом отозвалась свекровь. — Какие еще продукты?
— Обычные. Еду покупали. Мам, уходи оттуда, пожалуйста. Не позорь меня перед ней.
Полина молча нажала красную кнопку отбоя. В кухне остался только гул проезжающих за окном машин.
Анна Николаевна стояла неподвижно. Вся ее былая напористость, весь боевой задор и готовность выселять невестку испарились вместе с короткими гудками. Накрашенные брови жалко съехались к переносице.
— Ну вот, — примирительно подытожила Полина. — А вы с рулеткой пришли. Диванчик планировали.
Женщина не ответила. Она судорожно сунула руку в карман плаща, нащупала там свою желтую рулетку и стиснула ее так, что пластик тихо скрипнул. Взгляд ее бесцельно блуждал по кухонным обоям.
— Зачем же он так… — едва слышно пробормотала свекровь. — Врал-то зачем?
— Хотел казаться лучше и успешнее, чем есть на самом деле. Перед вами в первую очередь. Очень не хотел быть тем, кто живет на всем готовом за счет тестя.
Полина убрала телефон обратно в ящик стола.
— Яне придется искать другой вариант. И желательно побыстрее. Здесь она жить не будет ни при каких обстоятельствах. И вы это прекрасно понимаете.
Анна Николаевна молча развернулась. Она шла по коридору тяжело, как-то сразу ссутулившись. Гордо задранный подбородок опустился к самой груди. Весь ее бордовый плащ словно потерял цвет.
У порога она влезла в свои туфли.
— Ключи на тумбе не забудьте, — вдогонку напомнила Полина. — Илья их случайно забыл.
Свекровь не глядя сгребла с тумбы ключи. Порог жалобно скрипнул под ее ногой, дверь закрылась.
Полина подошла к входной двери и повернула внутреннюю завертку. Ссориться с бывшей родней ей не хотелось, но за что боролись, на то и напоролись. Завтра с утра придет мастер менять замок от греха подальше — мало ли, какие еще гениальные идеи придут в голову родственникам, когда спадет первый шок.
Она вернулась на кухню, распахнула створку окна и впустила в квартиру свежий осенний воздух.
