Музыкант закончил играть, и в зале стало слышно, как официанты собирают посуду. Людмила Аркадьевна поправила салфетку на коленях и повернулась к Надежде.
— Ну что, Надя, скажешь тост? Ты у нас теперь не только семейные праздники проверяешь, но и счета.
За столом неловко засмеялись. Роман уставился в тарелку. Надежда поняла, что разговор, который они отложили до завтра, свекровь решила начать при всех.
Утром она написала обычное поздравление и собиралась пожелать Людмиле Аркадьевне здоровья. Но накануне из банка пришёл пакет документов по кредиту на новый банкетный зал. Роман сам указал Надежду человеком, который подготовит таблицу расходов. Несколько лет она помогала их фирме с расчётами, хотя официально работала в распределительном центре.
Раньше ей присылали итоговые суммы. Теперь банк приложил полную выписку. В ней Надежда увидела крупные переводы в компанию мужа Ксении, сестры Романа. Ни договоров, ни накладных к этим платежам не было.
Она поднялась со стула.
— Желаю вам здоровья. И чтобы новый зал не стал для фирмы слишком тяжёлым расходом.
Людмила Аркадьевна сразу положила ладонь на стол.
— Вот видите? Вчера она заявила, что кредит нам не по силам.
— Я такого не говорила, — ответила Надежда. — Я попросила показать документы по «Северному снабжению». За год туда перевели почти четыре миллиона.
Роман поднял голову.
— Мы это уже обсуждали.
— Ты обещал принести договоры.
— Сегодня мамин юбилей. Нельзя было подождать?
— Можно. Но тему подняла не я.
Людмила Аркадьевна повернулась к гостям.
— Восемь лет живёт с моим сыном, расписываться не захотела, а теперь учит нас вести дело.
— Регистрацию каждый раз откладывал Роман, — сказала Надежда. — Сначала из-за долгов, потом из-за ремонта, потом из-за нового зала.
— Не уводи разговор в сторону.
— Я и не увожу. «Северное снабжение» оформлено на мужа Ксении.
Ксения, до этого снимавшая тост на телефон, сразу убрала его со стола.
Людмила Аркадьевна посмотрела на дочь.
— Костя получает наши деньги?
— Мама, не сейчас, — вмешался Роман.
— А когда? После кредита?
Роман встал и кивнул Надежде на дверь.
— Выйдем.
В холле он остановился у стойки администратора.
— Зачем ты устроила это при гостях?
— Твоя мать сама решила рассказать про кредит.
— Ты могла промолчать.
— А ты мог вчера показать документы.
Он понизил голос.
— Домой сегодня не приезжай. Переночуешь где-нибудь, утром поговорим спокойно.
Надежда несколько секунд смотрела на него, не понимая, шутит он или нет.
— Софья дома с няней.
— Мама после праздника поедет к ней.
— Тогда я заберу дочь.
— Не сегодня. Сначала вернёшь файлы и извинишься.
— Файлы прислал банк на адрес, который ты сам указал.
— Неважно. Ты вынесла семейные дела на общий стол.
— Это ты сделал, когда позволил матери говорить за тебя.
Роман вернулся в зал. Сумка Надежды осталась у стула вместе с телефоном, картой и ключами. Она попросила администратора принести её. Через минуту женщина вернулась одна.
— Роман Сергеевич сказал, что сам привезёт вещи домой.
— Это моя сумка.
Администратор отвела глаза.
— Я понимаю. Но мне велели не заходить в зал до конца тоста.
Надежда вышла на крыльцо. Дождь заливал дорожку, каблуки скользили по мокрой плитке. До остановки было далеко, поэтому она сняла туфли и пошла вдоль обочины.
Серый служебный универсал остановился рядом минут через десять. За рулём был Сергей Белов из транспортного отдела. Он возвращался со склада после вечерней проверки машин.
— Надежда Андреевна, садитесь. Простудитесь.
— Я сиденье намочу.
— Высохнет.
Он включил обогрев и протянул ей телефон. Надежда позвонила няне, но та не ответила. Тогда набрала свой номер. Трубку взяла Софья.
— Мам, ты где?
— Еду домой. Бабушка уже приехала?
— Да. Папа сказал, ты поссорилась со всеми.
На заднем плане раздался голос Людмилы Аркадьевны. Через секунду телефон оказался у Романа.
— Не втягивай Софью.
— Я спросила, кто дома. Открой дверь и верни сумку.
— Завтра.
— Я приеду сейчас.
— И куда ты повезёшь ребёнка ночью? У тебя ни телефона, ни вещей.
— Потому что ты их удерживаешь.
— Утром всё заберёшь. Но документы удалишь.
Он закончил разговор.
Сергей довёз Надежду до дома. В кухне и детской горел свет. Роман открыл не сразу и оставил дверь на цепочке. За ним стояла Людмила Аркадьевна, всё ещё в праздничном жакете.
— Я пришла за дочерью и своими вещами, — сказала Надежда.
— Софья уже готовится спать, — ответил Роман. — Не тащи её неизвестно куда.
— Открой дверь.
— Утром.
Из комнаты вышла Софья с расчёской в руке.
— Мам, ты вернулась?
Надежда увидела сложенную на стуле школьную форму и рюкзак у письменного стола. Увозить девочку поздно вечером без одежды и учебников было глупо.
— Сегодня останься с папой. Я приеду утром.
— Точно?
— Точно.
В лифте Сергей спросил, есть ли ей где переночевать. Надежда назвала гостиницу, но он предложил пустую квартиру своей матери. Та уехала к сестре до конца месяца.
— Ключи утром вернёте. Там всё есть.
Надежда согласилась. Выбора у неё почти не оставалось.
В чужой кухне она записала на листке, что нужно сделать. Сохранить письмо банка, собрать документы на квартиру, найти юриста, отправить Роману требование вернуть деньги Софьи. Последний пункт она добавила после долгой паузы.
Два года Надежда переводила часть зарплаты на счёт Романа. Они копили дочери на учёбу, и он уверял, что деньги лежат отдельно. Проверить остаток она не могла: счёт был оформлен на него.
Утром Надежда приехала на работу раньше всех. Письмо банка осталось в почте. В анкете Роман указал её ответственной за финансовую таблицу и поставил свою подпись. Она сохранила письмо, выписку и переписку, где он просил её готовить расчёты.
Там же нашёлся договор на кухонное оборудование. Пять лет назад Надежда купила две печи, холодильный шкаф и посудомоечную линию на деньги от продажи комнаты матери. Фирма пользовалась техникой бесплатно. Последнее продление договора заканчивалось через девять дней.
Юриста она нашла через городскую коллегию. Алла Михайловна выслушала её, просмотрела бумаги и сразу отделила семейный спор от дел фирмы.
— Квартира принадлежит вам обоим?
— По половине.
— Тогда Роман не вправе лишать вас доступа. Но не пытайтесь вскрывать дверь сами. Я поеду с вами, зафиксируем отказ и предложим передать ключи добровольно.
— Софью я могу забрать?
— У вас одинаковые права. Главное, не устраивать спор при ребёнке. Спросите, где она хочет остаться на ближайшие дни, и предложите Роману письменный график.
— А деньги?
— Направим требование. Переводы и переписка у вас есть. Если он не вернёт сумму, пойдём дальше официально.
— С оборудованием что делать?
— Сегодня уведомите фирму, что договор больше не продлевается. Девяти дней достаточно, чтобы они нашли аренду или договорились с вами.
К квартире Надежда приехала вместе с юристом. Сергей привёз её вещи, которые она успела купить утром, и остался ждать у машины. Роман долго не открывал. Лишь когда Алла Михайловна сказала через дверь, что отказ будет зафиксирован, цепочка щёлкнула.
Сумка Надежды стояла у обувницы. Телефон был разряжен, но всё остальное осталось на месте.
Из детской вышла Софья. Рядом с ней стоял собранный рюкзак.
— Мам, я поеду с тобой.
Роман нахмурился.
— Кто сказал тебе собираться?
— Я сама. Вы с бабушкой всё утро говорите, что мама хочет забрать печи и оставить вас без работы.
Людмила Аркадьевна появилась в коридоре.
— А разве не так?
Надежда достала из папки уведомление.
— Через девять дней заканчивается договор. Продлевать его бесплатно я не буду.
Свекровь растерянно посмотрела на сына.
— Какие ещё девять дней?
— Обычный договор, — буркнул Роман.
— Ты говорил, техника куплена фирмой.
— Я говорил, что она стоит у нас.
— Это разные вещи.
Роман попросил Надежду зайти на кухню.
— Ты понимаешь, что без этих печей мы сорвём заказы?
— У вас есть девять дней.
— За это время замену не найдёшь.
— Можно арендовать. Или вернуть деньги Софьи и заключить со мной договор по нормальной цене.
Он отвёл взгляд.
— На счёте сейчас нет всей суммы.
— Сколько осталось?
— Меньше половины.
— Куда ушло остальное?
— На продукты, ремонт машин, долги поставщикам. Я собирался вернуть после кредита.
— Значит, кредит должен был закрыть старые расходы, а не новый зал.
— Новый зал дал бы больше заказов.
— Если бы банк увидел настоящие цифры, он бы отказал.
Роман промолчал. Ответ был понятен.
Надежда забрала одежду, документы и школьные вещи Софьи. Перед уходом Алла Михайловна передала Роману требование о возврате денег и второй экземпляр уведомления по технике. Он расписался только после того, как юрист указала, что отказ тоже можно зафиксировать.
На следующий день Людмила Аркадьевна пожаловалась руководству распределительного центра. Она заявила, что Надежда хранила на рабочей почте чужие финансовые бумаги. Проверка заняла три дня. Специалист увидел, что письмо пришло из банка, а Надежду указали официальным контактом. Доступ к её рабочей системе не закрывали, ограничились объяснительной.
Вечером Роман позвонил Софье. Он спросил про уроки и пообещал забрать её в субботу. После разговора девочка села рядом с матерью.
— Папа вернёт мои деньги?
— Я постараюсь, чтобы вернул.
— Он их потратил на ресторан?
— Часть потратил. Больше я пока не знаю.
Софья кивнула и открыла тетрадь. Надежда не стала добавлять ничего от себя.
Через несколько дней Роман предложил вернуть половину суммы, а остальное — после решения банка.
— Банк должен получить правильные данные, — сказала Надежда. — Исправь таблицу. Тогда обсудим аренду оборудования.
— Ты собираешься сообщить им сама?
— Нет. Это сделаешь ты. Твоё имя стоит под анкетой.
Он надеялся, что Надежда уступит перед большим заказом. На следующий день после окончания договора в банкетном цехе должна была пройти свадьба на сто двадцать человек.
Утром к цеху приехали специалисты сервисной компании. Владелец здания заранее подтвердил, что оборудование принадлежит Надежде и срок договора закончился. Роман поставил у входа палеты с продуктами, но управляющая велела освободить проход.
Первую печь уже отключили, когда приехала Людмила Аркадьевна.
— Завтра свадьба. Ты понимаешь, что делаешь?
— Я предупредила девять дней назад.
— За девять дней такую технику не найдёшь.
— Роман мог вернуть деньги и подписать аренду.
Свекровь повернулась к сыну.
— Сколько ты ей должен?
Он назвал сумму.
— А где накопления Софьи?
— Часть ушла на текущие расходы.
— Ты взял деньги ребёнка без её матери?
— Я собирался вернуть.
— Когда? После кредита, который нам могли не дать?
Роман начал объяснять про новый зал, но Людмила Аркадьевна перебила его.
— Звони Ксении. Пусть Костя возвращает то, что получал через свою фирму. Остальное снимешь со вклада.
— Мама, там не хватит.
— Тогда продавай машину. Заказ завтра, и отвечать перед людьми будешь ты.
К полудню деньги собрали. Часть перевела Ксения, часть Роман снял со вклада, остаток заняла Людмила Аркадьевна. В присутствии юриста он подписал расписку и соглашение о том, что Софья пока живёт с матерью. Встречи с отцом назначили на ближайший месяц.
— Печи оставишь? — спросил Роман.
— На неделю. После предоплаты аренды.
Управляющая назвала обычную ставку. Людмила Аркадьевна согласилась и сразу перевела деньги.
Исправленную таблицу банк получил через два дня. В кредите фирме отказали: платежи по новому залу оказались слишком высокими для их выручки. Роман продал машину и закрыл часть долгов. От расширения пришлось отказаться.
Через неделю оборудование вывезли на склад сервисной компании. Фирма нашла технику попроще и сократила число заказов. Людмила Аркадьевна больше не звонила Надежде по рабочим вопросам.
Квартиру они с Романом решили продать. Ни один не мог выкупить долю другого. После сделки Надежда сняла жильё рядом со школой Софьи и положила возвращённые накопления на отдельный счёт, доступ к которому был только у неё.
Сергей помог собрать кухонный стол. Софья проверила, не качается ли стол, поставила сверху три кружки и позвала их пить чай.
Осенью в распределительном центре устроили семейный день. К вечеру снова пошёл дождь. Сергей собирал анкеты у входа, а Надежда держала над ним зонт.
— Вы всегда выбираете работу под дождём? — спросила она.
— Обычно дождь выбирает за меня.
Софья подошла с подносом и протянула им стаканы с горячим чаем.
— Пойдёмте под навес. Я уже заняла стол.
Сергей сложил анкеты в коробку. Надежда взяла один край, он — другой, и втроём они пошли к зданию.
