В просторную светлую прихожую с ввалился старый венский стул. Следом за этой антикварной развалиной в дверном проеме появилась слегка запыхавшаяся, но совершенно счастливая Анна.
Она разулась и с искренним удовольствием оглядела свою идеально убранную квартиру. Дети уже давно выросли и жили отдельно, поэтому у нее наконец-то появилось законное время на собственные увлечения. Реставрация винтажной мебели всегда была ее мечтой.
Из уютной гостиной, недовольно шлепая кожаными домашними тапочками, вышел муж. Игорь брезгливо сморщил нос, высокомерно окидывая взглядом ободранный стул.
— Аня, объясни мне на милость, что это за дрова ты притащила? — голос мужа сочился нескрываемым раздражением.
— Это настоящий венский стул конца девятнадцатого века, который я планирую полностью восстановить, — спокойно ответила она, снимая плащ.
Под плащом на ней был надет плотный холщовый рабочий фартук, на котором красовался логотип: «Мастерская Вуд-Арт».
Взгляд Игоря случайно скользнул по этим вышитым буквам, и его лицо вдруг кардинально изменилось. Привычное бытовое недовольство мгновенно испарилось, уступив место совершенно необъяснимой панике.
— Подожди минуту, это студия на Лесной улице? Та самая, что в старой промзоне за мостом? — голос мужа предательски дрогнул и дал нелепого петуха.
— Да, именно там недавно открыли очень классное, современное пространство для творческих мастер-классов, — Анна невозмутимо повесила ветровку на крючок.
Игорь резко шагнул к жене, нервно переминаясь с ноги на ногу и пытаясь изобразить крайнюю степень супружеской заботы.
— Аня, ну зачем тебе сдалась эта грязная промзона с ее сомнительным контингентом? Какая может быть реставрация в твоем возрасте? Там же постоянная пыль, строительная грязь и невероятно токсичные химические лаки! У тебя же слабые суставы и наверняка начнется жуткая аллергия на всю эту химию!
Анна удивленно подняла брови, внимательно изучая внезапно распереживавшегося супруга.
— В каком возрасте? Мне всего 48, а не 78…. У меня никогда в жизни не было проблем с суставами, Игорь, и аллергией я тоже не страдаю.
— Значит, обязательно начнутся, если будешь дышать этой гадостью! — безапелляционно отрезал муж, нервно потирая ладони. — Давай я тебе прямо завтра куплю годовой абонемент в самый дорогой спа-салон нашего города? Хочешь, будешь ходить на расслабляющий массаж каждый божий день, только брось эту дурацкую затею. Или давай на следующие выходные рванем на Мальдивы, я прямо сейчас забронирую нам лучшие билеты!
Анна продолжала молча смотреть на суетящегося мужчину, пытаясь найти логическое объяснение его странному поведению. Последние лет пять этот человек хронически не помнил дату их годовщины свадьбы и регулярно забывал купить элементарный хлеб по дороге домой. А тут вдруг включил режим благодетеля, готового спустить сотни тысяч на путевки, лишь бы она не трогала кусок старого дерева.
— Игорь, я хочу научиться работать руками и восстанавливать красивую мебель, а твои спа-салоны и спонтанные Мальдивы вполне могут подождать, — она подхватила тяжелый стул и уверенно понесла его на застекленную лоджию.
Муж остался растерянно стоять посреди коридора, судорожно сжимая в руках свой мобильный телефон. Игоря до пугал вовсе не старый стул, а конкретная локация на улице Лесной.
На следующее утро Анна приехала на занятие в эту мастерскую. Помещение в стиле лофт выглядело стильно, внутри пахло свежим спилом дерева, дорогим зерновым кофе и тяжелым нишевым парфюмом. За стойкой стояла молодая хозяйка студии, которую, согласно бейджу, звали Лика. Ей было не больше двадцати восьми лет, и выглядела она так, словно только что сошла с обложки глянцевого журнала об успешных стартапах.
Лика была ухоженной, вызывающе холеной и излучала ту железобетонную уверенность, которая часто маскирует полное отсутствие совести. Она смотрела на подошедшую Анну не как на новую, выгодную клиентку, а изучала ее оценивающим, почти хирургическим взглядом.
Лика знала, кто именно стоит перед ней. Жена ее любовника. Лика сотни раз смотрела на фото Игоря с Анной, которые он изредка выкладывал в соцсетях. А когда новенькая заполняла стандартную клиентскую анкету и спокойно вписала до боли знакомую фамилию, пазл окончательно сложился. Законная жена Игоря, собственной персоной, совершенно случайно пришла учиться в ее мастерскую. Лика испытала странное, мстительное удовлетворение от этой абсурдной ситуации.
— Анна, если я не ошибаюсь? — девушка растянула губы в профессиональной, но абсолютно ледяной улыбке. — Вы действительно решили серьезно заняться деревом? Довольно необычный и тяжелый выбор для вашего возраста. Обычно дамы вашей категории предпочитают более спокойные занятия вроде вязания или кулинарных курсов.
Анна спокойно положила свою сумку на свободный табурет и смерила девицу внимательным, прохладным взглядом.
— Вы знаете, я всегда предпочитала работать руками и видеть реальный результат своего труда.
Лика тихо усмехнулась, ничуть не смутившись столь прямолинейному и жесткому ответу.
— Профессиональный столярный инструмент бывает очень тяжелым и оставляет грубые следы на руках. Ваш супруг не будет против таких неэстетичных мозолей? Мой мужчина, например, терпеть не может, когда я переутомляюсь и порчу маникюр.
— Мой муж полностью оплачивает все мои фантазии и капризы, — ровным, лишенным эмоций голосом парировала Анна. — Я бы хотела приступить к работе. Куда мне пройти?
Лика молча, но с явным раздражением указала изящным пальцем в самую глубь просторного зала. Во взгляде молодой хозяйки мелькнуло что-то откровенно злое и надменное. Анне не понравилась эта девица, умудрившаяся нарушить целую кучу личных границ за минуту светской беседы. Однако весь негатив ушел, как только Анна приступила к работе с венским стулом. Она полностью погрузилась в процесс и не заметила, как пролетели несколько часов.
Тем временем трусливый саботаж Игоря стремительно набирал обороты, превращая его в самого навязчивого мужа на планете. Он внезапно начал организовывать «романтические вечера». Он покупал билеты на модные театральные премьеры, причем строго на вечер вторника или четверга. Именно в те дни и часы, когда у Анны были занятия по реставрации мебели именно в той студии.
— Игорь, я не могу пойти с тобой во вторник на этот спектакль, я же тебе объясняла, — устало вздыхала Анна. — У меня оплачена мастерская, и мы переходим к самому сложному этапу восстановления покрытия.
— Аня, ты в своем уме, это же партер Большого театра, я достал эти билеты невероятным чудом! — искренне возмущался муж, размахивая красочными картонками. — Бросай немедленно свои грязные деревяшки, пошли окультуриваться, родная!
— Может, ты сходишь с мамой? Мне правда надо в мастерскую, — ответила Анна.
План Игоря не допустить визитов жены в ту студию с треском провалился….
Спустя пару дней он сидел в салоне своего дорогого автомобиля. Рядом расположилась недовольная Лика — та самая владелица мастерской.
— Лика, любимая, ты завтра же сделаешь всё, чтобы Анна сама не хотела приходить в твою студию, — Игорь говорил тихо и жестко. — Придумай абсолютно любой предлог, ты же умная девочка. Скажи ей, что банально закончились свободные места на курсе. Соври, что-нибудь, в конце концов. Просто верни ей эти чертовы деньги и закрой перед ней дверь!
— Ты вообще в своем уме, Игорь, или окончательно рехнулся от страха перед своей законной старушкой? Это мой личный бизнес, у меня есть положительные отзывы клиентов и безупречная репутация в этом городе. Я не буду устраивать дешевый цирк и портить себе карму только из-за того, что ты оказался бесхребетным трусом.
— Я хочу тебе напомнить, что этот твой прибыльный бизнес тебе подарил я. Купил его на свои деньги. Я полностью оплатил аренду этого помещения за год вперед и закупил все эти дорогущие итальянские станки! Ты сейчас сидишь тут и играешь в успешную бизнес-вумен исключительно на мои честно заработанные деньги!
Но Лика чувствовала свою полную безнаказанность и наслаждалась тем, как взрослый, состоятельный мужчина унижается перед ней в приступе паники.
— Ты добровольно дал мне эти деньги, а я теперь грамотно управляю своим собственным делом, — процедила она сквозь зубы. — И я категорически отказываюсь выгонять твою жену, потому что это будет выглядеть максимально подозрительно. Ты слезно обещал мне подать документы на официальный развод еще прошлой весной, а на дворе уже глубокая осень. Твоя драгоценная жена пришла ко мне в мастерскую совершенно добровольно, я ее туда арканом не тянула. Так что пусть теперь привыкает к запаху древесной стружки, а ты сиди ровно и трясись от страха разоблачения.
Она грациозно вышла из машины, громко и вызывающе хлопнув тяжелой дверью, оставив любовника наедине с его паникой. Игорь со злости ударил кулаком по рулю, прекрасно осознавая, что оказался в глухой, безвыходной ловушке.
Он боялся потерять свой комфортный, выстроенный десятилетиями быт и заботливую, удобную жену Анну. Но еще больше он страшился гнева этой зубастой, наглой молодой девчонки, которая могла в любую секунду разрушить его жизнь одним телефонным звонком.
Прошел почти месяц, и старый венский стул в руках Анны начал приобретать свой первозданный, благородный вид.
В тот пасмурный день она приехала в любимую мастерскую значительно раньше привычного времени. Ей нужно было успеть аккуратно покрыть отшлифованное дерево самым первым слоем специальной защитной грунтовки. Анна неторопливо переоделась в рабочую одежду и зашла в служебную подсобку, чтобы налить себе стакан чистой питьевой воды.
На рабочем столе Лики царил идеальный порядок, нарушаемый лишь чашкой недопитого кофе. А рядом с этой чашкой стоял массивный металлический предмет, который заставил сердце Анны пропустить один глухой удар.
Это был редкий и дорогой коллекционный термос из лимитированной серии. Точно такой же эксклюзивный подарок она лично заказывала для Игоря на его пятидесятилетний юбилей около трех лет назад.
Анна взяла тяжелый термос в ладони, чувствуя, как холодный металл обжигает кожу через тонкие перчатки. На матовом боку сосуда красовалась глубокая, очень характерная вмятина, а чуть ниже была прилеплена голографическая наклейка из автосалона. Именно в том самом автосалоне неуклюжий Игорь умудрился с размаху уронить термос на бетонный пол. А ровно полтора месяца назад муж, глядя ей прямо в глаза, трагично заявил, что случайно утопил эту дорогую вещь на рыбалке.
И тут у Анны сложилась вся картина. Нелепая, нервозная суета мужа, его внезапная неслыханная щедрость на дорогие билеты и путевки в экзотические страны. Его не поддающаяся логике ненависть к безобидной мастерской и постоянные попытки удержать ее дома. Наглые, переходящие все границы приличия вопросы администратора Лики и ее хищный взгляд.
В этот момент дверь тесной подсобки тихо скрипнула, и в помещение уверенным шагом вошла сама хозяйка заведения. Она сразу же увидела Анну, увидела знакомый термос в ее напряженных руках, но даже не подумала испугаться или смутиться.
Наоборот, Лика выпрямила спину и демонстративно сбросила надоевшую маску вежливой, услужливой наставницы. Ей надоело ждать обещанного развода Игоря, и она сознательно хотела спровоцировать грязный скандал прямо здесь и сейчас.
— Какое поразительное, невероятное совпадение, — сказала Анна, глядя ей в глаза. — Мой благоверный супруг потерял точно такой же дорогой термос около месяца назад на рыбалке. И смешная наклейка из автосалона приклеена на том же самом месте, прикрывая глубокую царапину.
Лика хищно, победительно усмехнулась, скрестив руки на груди, и сделала вызывающий шаг навстречу своей взрослой сопернице.
— Да, представляете, в жизни бывают и не такие удивительные совпадения, — ее голос сочился ядом и скрытым торжеством. — Мой любимый тоже отличается редкостной рассеянностью и вечно раскидывает свои личные вещи где попало. Мне постоянно приходится ходить и подбирать за ним всякий хлам, включая старые пожитки и чужие, давно отжившие свое проблемы.
— Вы, конечно, имеете в виду Игоря и меня? — с легкой усмешкой спросила Анна.
— А вы проницательны, Анна….
Молодая хищница замерла в ожидании неминуемой развязки. Она всем своим существом жаждала звонкой пощечины, базарных криков и некрасивой женской истерики среди пыльных стеллажей. Она была абсолютно уверена, что сейчас эта стареющая домохозяйка швырнет термос в стену и в слезах убежит прочь, освободив ей дорогу к чужому кошельку.
Но Анна совершенно не собиралась доставлять этой наглой малолетке такого грандиозного удовольствия. Она спокойно, без малейшей дрожи в пальцах покрутила злополучный металлический сосуд в своих руках, словно оценивая его качество.
— Оставите его себе в качестве трофея или все-таки заберете домой? — с откровенной издевкой поинтересовалась Лика, теряя терпение.
Анна аккуратно, без малейшего стука поставила термос обратно на идеально чистый стол администратора.
— Пользуйся на здоровье, мне чужого не жалко, — голос Анны был абсолютно спокоен. — Только имей в виду, что он уже давно совсем не держит тепло и слишком быстро остывает на ветру.
Женщина неторопливо развернулась спиной к опешившей любовнице и с высоко поднятой головой вышла обратно в просторный рабочий зал. Она надела защитные перчатки, взяла широкую кисть и принялась аккуратно наносить первый слой грунтовки на свой деревянный стул. У нее была на удивление твердая рука, а на лице не дрогнул ни один мускул, выдающий внутреннюю бурю.
В тесной подсобке осталась стоять обескураженная Лика, чья провокация провалилась с треском.
Анна не стала устраивать мужу классический кухонный скандал с битьем посуды. Она мило улыбалась ему за семейными ужинами, а параллельно собирала доказательства измены.
В выписке по их общему накопительному счету Анна целенаправленно искала вполне конкретные транзакции. Еще в апреле с их семейного депозита разом ушли две довольно внушительные суммы. Игорь тогда очень убедительно объяснил это срочным финансовым займом для своего старого друга, у которого якобы случился жесткий кассовый разрыв в бизнесе.
Анна всегда привыкла доверять своему мужу, поэтому спокойно приняла эту логичную версию. Она даже не подумала проверить, вернул ли приятель одолженные средства через обещанный месяц.
Теперь она внимательно и очень вдумчиво изучала выписку. Никаких финансовых возвратов на их счет ожидаемо не поступало. А получателем тех щедрых весенних переводов числился вовсе не попавший в беду друг, а индивидуальный предприниматель Анжелика Савельева. Идеальное, железобетонное совпадение дат, сумм и открытия мастерской. Игорь просто вытащил деньги из общего семейного бюджета и купил своей молодой музе красивый игрушечный бизнес.
Анна хладнокровно собрала все распечатки в одну папку. А затем вместе с юристом составила жесткий, план раздела совместно нажитого имущества и счетов. У Игоря не было шансов выиграть.
Свой удар Анна решила нанести в пасмурный вечер пятницы, когда наконец-то закончила сложную реставрацию. Она демонстративно поставила изящный антикварный стул в самом центре их просторной, светлой гостиной.
Уставший Игорь вернулся с работы, устало стянул пиджак, увидел ненавистный предмет мебели и привычно скривил лицо в недовольной гримасе.
— Аня, ну вот скажи мне на милость, зачем этот хлам снова стоит посреди нашей чистой комнаты? — заныл супруг, направляясь на кухню. — Он же жутко пахнет какой-то дешевой химией, от которой у меня уже начинает болеть голова. Пора бы уже окончательно завязывать с этой грязной мужицкой работой, наигралась в столяра и хватит с тебя.
Анна неподвижно сидела за большим обеденным столом, а прямо перед ней лежала пухлая пластиковая папка с документами.
— Я уже действительно со всем закончила, Игорь. И с этой тяжелой работой, и с нашим браком, — ровным тоном произнесла жена.
Она подвинула к мужу толстую стопку аккуратно распечатанных бумаг. На самом верху лежал официальный проект соглашения о разделе имущества, подготовленный ее адвокатом. А прямо под ним находились банковские выписки с жирно подчеркнутыми желтым маркером переводами на личный счет Лики.
Игорь схватил верхние листы, попытался что-то возразить, но выглядело это жалко.
— Аня… подожди, это что за бред ты тут распечатала? Какие еще переводы, какая к черту Лика? Ты все совершенно неправильно поняла, это просто выгодные инвестиции в перспективный малый бизнес моего хорошего знакомого!
Анна смотрела на извивающегося в жалких оправданиях мужа с чувством брезгливости.
— Игорь, не позорься хотя бы в финале нашей совместной жизни. Я все знаю про тебя и твои “инвестиции”. Ты на наши деньги купил бизнес любовнице. Твоя молодая, амбициозная девочка Лика оказалась гораздо смелее и честнее тебя. Она даже не пыталась прятаться от меня по углам мастерской. Пока ты тут разыгрывал спектакль заботливого мужа, трясся от страха и судорожно оплачивал мне билеты в театры, она совершенно открыто смеялась над тобой.
Игорь тяжело и обреченно осел на мягкий диван, окончательно осознав, что он вчистую проиграл эту партию.
Анна сняла с безымянного пальца золотое обручальное кольцо и положила его поверх банковских выписок.
— В ближайший понедельник тебе обязательно позвонит мой юрист, чтобы обсудить детали предстоящего бракоразводного процесса. Эта квартира по закону остается полностью мне, так как это прямое наследство. А вот загородную дачу мы будем делить в судебном порядке. Как, впрочем, и все наши финансовые инвестиции в чужое столярное мастерство.
Игорь молчал, потому что был полностью раздавлен и уничтожен непреложными фактами. Его уютный, тщательно выстроенный годами комфортный мир окончательно рухнул за какие-то несчастные три минуты разговора.
— А этот восстановленный стул ты смело можешь оставить себе в качестве утешительного приза, — Анна бросила последний, прощальный взгляд на свою безупречную работу. — Он тебе теперь очень сильно понадобится. Будешь покорно сидеть на нем в прихожей и часами ждать, пока твоя молодая, зубастая хозяйка соблаговолит разрешить тебе войти в дом. Я завтра уезжаю на два дня, вернусь в понедельник. Чтобы духу твоего здесь не было.
Анна развернулась и спокойно ушла в спальню собирать небольшой чемодан — у нее был запланирован отдых в загородном отеле в предстоящие выходные. А Игорь остался сидеть в гостиной наедине с новой суровой реальностью, в которой молодая и требовательная любовница явно не собиралась играть по его правилам.
