Свёкор постучал вилкой по краю тарелки и объявил, что у него есть новость. Все посмотрели на него, даже Катя, старшая сестра мужа, замерла.
– Демид решил жениться второй раз, – сказал Валерий и засмеялся первым.
Гости за столом подхватили. Кто-то хлопнул Демида по плечу, кто-то пошутил про молодую. Я тоже улыбнулась: Валерий любил такие шутки – разыграть, сказать нелепость с серьёзным лицом, особенно когда собирались родственники.
Мой муж не смеялся. Он сидел, опустив глаза, и сказал:
– Пап, я как раз хотел поговорить. Я действительно думаю о разводе.
Смех стих. Катя напряглась. Валерий смотрел на сына и, кажется, не понимал, что тот сказал.
– Ты что, обиделся? – спросил он. – Я же пошутил.
– Я не обиделся. Я серьёзно.
Я положила руки на колени. Хотела спросить, что это значит, но промолчала. Все смотрели на меня.
– Даша, ты знала? – тихо спросила Катя.
Я мотнула головой.
Демид встал.
– Давай дома, – сказал он мне, не глядя в глаза.
Я осталась сидеть. Валерий что-то говорил, оправдывался, но я уже не слышала. Я смотрела на мужа. Он складывал салфетку. Мы могли бы обсуждать ремонт, а не нашу жизнь.
Домой мы ехали молча. Я вела машину, потому что Демид сказал, что ему нужно подумать. Я не спрашивала, о чём: в голове было пусто.
Когда мы вошли в квартиру, Демид разулся. Я спросила первой:
– Что это было?
– Ты слышала.
– Нет, я не слышала. Ты сказал, что думаешь о разводе. При всех. В ответ на шутку отца. Это что, способ сообщить?
Он прошёл на кухню, налил воды из фильтра, выпил. Я ждала.
– Я не хотел, чтобы так вышло, – наконец сказал он. – Я хотел поговорить с тобой раньше. Но не получалось.
– Что не получалось? Сказать мне, что ты уходишь?
– Я не сказал, что ухожу. Я сказал, что думаю.
– Это одно и то же.
Демид сел на табуретку. Я осталась стоять у двери.
– Я устал, Даша. Не от тебя. От того, как мы живём. Мы как соседи. Ты приходишь, проверяешь тетради, я смотрю новости. По выходным – к твоей маме или к моему отцу. И всё. Мы не разговариваем.
– Мы сейчас разговариваем.
– Сейчас – потому что я сказал про развод. А до этого сколько мы не разговаривали? Месяц? Два?
Я хотела возразить, но поняла, что не помню, когда мы последний раз говорили о чём-то, кроме домашних дел и счетов.
– У тебя кто-то есть? – Я посмотрела ему в лицо.
Он не сразу ответил. Это было хуже ответа.
– Я общаюсь с одной женщиной. Из прошлого. Мы вместе учились. Она живёт в другом городе, мы переписываемся.
– Переписываетесь.
– Да.
– И ты думаешь о ней?
– Я думаю о том, что мне с ней легче. Она спрашивает, как у меня дела. Не для галочки. И я отвечаю.
Я села напротив.
– Значит, я виновата, что не спрашивала.
– Я не говорю, что ты виновата. Я говорю, что я так чувствую.
– А я чувствую, что меня выставили в неловком положении перед всей семьёй.
– Это отец. Он не знал.
– А ты знал, что я не знаю? Ты знал, что для меня это будет полной неожиданностью?
Он кивнул.
– Поэтому я и молчал. Боялся.
– Чего?
– Что ты начнёшь плакать. Или кричать. Или что придётся уйти.
– Придётся?
– Я не знаю, Даша. Я правда не знаю.
Он встал и пошёл в спальню. Я слышала, как открылся шкаф, как зашуршали плечики. Через несколько минут он вышел с сумкой.
– Я поживу у отца. Пару дней. Надо подумать.
– У отца? После того, что он устроил?
– Он уже звонил. Извинялся.
– Он звонил тебе?
– Да. Я ему написал, когда мы вернулись. Он сразу перезвонил.
Я не нашлась, что ответить. Демид обулся, надел куртку.
– Я не подаю на развод. Я просто хочу побыть один.
– А она? Ты с ней увидишься?
Он задержался в дверях.
– Не знаю.
Дверь закрылась. Я осталась одна в квартире, которую мы вместе выбирали, вместе брали ипотеку, вместе красили стены. Я села на пол в коридоре и просидела так, пока не стало темно.
На следующий день позвонил Валерий.
– Даша, я не знал. Честное слово, не знал. Я думал, он посмеётся.
– Вы никогда не спрашивали, как у нас дела.
– Спрашивал. Он говорил, что всё нормально.
– А вы верили?
Валерий не сразу ответил.
– Я думал, это у него на работе. Он последние месяцы был тише обычного. Я списывал на усталость.
– А он вам говорил про женщину?
– Нет. Он вообще о вас не говорил. Ни плохо, ни хорошо. Я думал, это значит, что всё тихо.
– Тихо – не значит хорошо.
– Теперь понимаю.
Я хотела положить трубку, но он добавил:
– Даша, он не злой. Он запутался. Я его знаю лучше всех. Он всегда молчит, пока не припрёт. А потом действует резко.
– Вы его оправдываете.
– Нет. Я говорю, что он не желает плохого. Просто растерялся. Как и я.
Я невесело усмехнулась. Валерий помолчал.
– Если хочешь, я поговорю с ним. Скажу, чтобы не поступал необдуманно.
– Не надо. Если он вернётся потому, что вы сказали, это будет не то.
– А если не вернётся?
– Тогда я буду знать.
Я положила трубку. В квартире было тихо. Я прошла в спальню, открыла шкаф. Его вещи остались. Он взял только самое необходимое. Я не знала, радоваться этому или огорчаться.
Вечером я позвонила Кате. Мы встретились в кафе у метро – она сама предложила, сказала, что ей нужно отвлечься от отчётов. Я рассказала всё, что было после обеда.
– Он ушёл к отцу? – переспросила Катя. – После того, как отец при всех объявил, что Демид женится второй раз?
– Да.
– Это странно.
– Мне тоже так показалось. Но он сказал, что отец уже извинился.
Катя задумалась.
– Ты хочешь его вернуть?
– Я не знаю. Я хочу понять, что произошло. Мы же жили. Не идеально, но жили. Я не замечала, что он несчастен.
– Может, он и не был несчастен. Может, ему просто захотелось новизны. Мужчины в его возрасте часто ведут себя неожиданно.
– Ему тридцать восемь. Не такой уж возраст.
– Дело не в возрасте. Просто кризис.
– Ты сейчас как будто его оправдываешь.
– Я тебя не оправдываю и не его. Я говорю, что не надо искать причину только в себе. Он мог просто устать от быта. А тут ещё эта женщина из прошлого.
– Он сказал, что они переписываются.
– Переписываться можно по-разному.
Я смотрела на стол.
– Что мне делать?
Катя села ровнее.
– Для начала – не сидеть сложа руки. Узнай, что с квартирой. Если он подаст на развод, тебе нужно знать свои права.
– Он сказал, что не подаёт.
– Сегодня не подаёт. Завтра может передумать. Ты же не хочешь остаться ни с чем.
– Квартира в ипотеке. Оба платим.
– Вот именно. Сходи к юристу. Просто чтобы знать.
Я кивнула. В этом был смысл, хотя мне казалось, что я предаю Демида, готовясь к худшему.
– А если он вернётся?
– Тогда ты будешь знать, что делать. А пока – живи. Не жди у моря погоды.
Мы расплатились и вышли. Катя пошла к метро, я осталась на улице. Было прохладно, я не замечала.
Через три дня Демид позвонил сам.
– Можем встретиться? – спросил он.
– Приходи. Я дома.
Он пришёл вечером. Разулся.
– Я не останусь, – сказал он. – Просто хотел поговорить.
Мы сели на кухне. Я не стала ничего готовить – просто поставила перед ним стакан с водой. Он не притронулся.
– Я много думал, – начал он.
– И?
– Я не хочу развода. Но и так, как было, не хочу.
– А как ты хочешь?
Он провёл рукой по волосам.
– Не знаю. Я запутался. С ней я чувствую себя нужным. Она спрашивает, как прошёл день. Смеётся над моими шутками.
– А я не спрашиваю?
– Ты спрашиваешь, но как-то механически. И не слушаешь ответ.
– Может, потому что ты отвечаешь односложно?
– Может.
Мы сидели тихо.
– Ты с ней виделся?
– Нет. Только переписка.
– Почему?
– Потому что я женат. И потому что не уверен, что это не иллюзия. В переписке все умные и красивые.
– А в жизни?
– В жизни я даже не знаю, понравится ли мне её характер или её привычки.
Я невольно улыбнулась. Демид заметил.
– Смешно, да?
– Немного.
Он помолчал.
– Я предлагаю пожить отдельно. Месяц. Я сниму комнату или поживу у отца. Ты останешься здесь. Мы не будем решать ничего сгоряча.
– А она?
– Я ей скажу, что пока не готов.
– Ты уже думал, что скажешь?
– Да.
Я смотрела на него и понимала, что это не тот человек, за которого я выходила замуж. Или тот, но я его не знала. Может, и он меня не знал.
– Хорошо. Месяц.
– Ты согласна?
– Я не согласна. Я просто не вижу другого выхода. Если ты останешься, мы будем ссориться. Если уйдёшь сразу и навсегда, я не успею понять.
Он кивнул.
– Спасибо.
– Не благодари. Это не подарок.
Он встал.
– Я завтра заеду за вещами.
– Завтра я на работе. Откроешь своим ключом.
– Хорошо.
Он ушёл. Я закрыла за ним дверь и прислонилась к стене. Внутри было пусто.
Прошла неделя. Демид не звонил, я тоже. За вещами он приехал днём, пока я была на работе. Я ходила на работу, проверяла тетради, вечером оставалась одна. Смотрела в телефон, но не писала.
Потом позвонил Валерий.
– Даша, можно я заеду? Есть разговор.
– Приезжайте.
Он приехал в субботу утром. В руках – коробка. Валерий разулся, прошёл в комнату и поставил коробку на пол.
– Это вещи Демида. Он просил передать. Там книги и зарядка.
– А сам?
– Не хочет мешать.
Валерий сел на диван.
– Как ты? – спросил он.
– Живу.
– Я не про это. Как ты на самом деле?
Я посмотрела на него. Он сидел прямо, но говорил тише обычного.
– Плохо. Но не настолько, чтобы сдаваться.
– Это хорошо.
– Я хотел сказать, – начал Валерий. – Я знал, что у вас не всё гладко. Демид как-то обмолвился, что ты всё время на работе. Что вы почти не видитесь.
– И вы мне не сказали?
– Я думал, это временно. У всех бывает.
– У всех.
– Я не оправдываюсь. Просто хочу, чтобы ты знала: я не специально.
– Я знаю.
– И ещё. Демид мне рассказал про эту женщину. Он не женится на ней. Я его знаю. Он не такой, чтобы вот так взять и всё бросить.
– А какой он?
Валерий задумался.
– Он хороший. Но нерешительный. Ему нужно, чтобы его подталкивали. Он не умеет решать сам.
– Значит, вы его подталкивали?
– Демида я растил один. Мать оставила семью, когда ему было десять. Катя к тому времени уже жила отдельно. Я старался, но, наверное, перестарался. Он привык, что я решаю.
Я впервые услышала это от него. Демид никогда не говорил о матери.
– Я не знала.
– Он не любит вспоминать.
Мы оба молчали.
– Что мне делать?
– Не знаю. Но если ты попросишь его уйти, он не будет бороться. Он просто уйдёт. Такой характер.
– А если оставлю?
– Тогда, может, и одумается. Но не сразу.
Я проводила его до двери. Он обернулся.
– Ты не думай, что я на его стороне. Я за вас обоих.
– Спасибо.
Он ушёл. Я вернулась в комнату и открыла коробку. Сверху лежала книга, которую он читал прошлым летом. Между страниц – закладка, которую я ему подарила. Он её сохранил. Мелочь, но я смотрела на неё дольше, чем следовало.
Месяц ещё не прошёл. Я не знала, что будет дальше. Но впервые за это время я подумала, что не всё решено. И что, возможно, мне тоже нужно что-то менять – не только ждать.
Я набрала его номер. Он ответил после третьего гудка.
– Привет.
– Привет.
– Ты можешь приехать? Не за вещами. Просто поговорить.
Он помолчал.
– Хорошо. Когда?
– Сейчас.
– Я через час буду.
Я положила трубку. До его прихода оставался час.
А вы бы на месте Даши стали ждать его решения или поставили бы точку сами?
