Нина Сергеевна отступила на шаг и оглядела комнату сына. Стенка в отличном состоянии, письменный стол без единой царапины, кровать с ортопедическим матрасом. Артём уезжал учиться через две недели, и комната превращалась в пустующий музей его юности.
— Продавай, — сказал сын, укладывая вещи в дорожную сумку. — Всё равно пылиться будет. Сделаешь себе кабинет или что захочешь.
Нина Сергеевна погладила полированную поверхность стенки.
— Жалко как-то. Пять лет назад покупали.
— Жалко — это когда выбрасываешь, — Артём улыбнулся. — А так кому-то польза будет. Выставь по нормальной цене, быстро уйдёт.
Она сфотографировала мебель со всех ракурсов, написала объявление и выложила на несколько площадок. Цену поставила ниже рыночной — хотелось побыстрее освободить комнату и начать ремонт.
Первый отклик пришёл через два часа.
«Здравствуйте, это ваше объявление? Мебель ещё актуальна?» — писала некая Светлана.
Нина Сергеевна ответила положительно.
«А можно подробнее? Сколько лет мебели? Почему продаёте? Есть сколы, трещины, вмятины? Ящики выдвигаются нормально? Петли не скрипят? Матрас с мебелью идёт или отдельно? А доставка входит в стоимость?»
Нина Сергеевна терпеливо отвечала на каждый вопрос. Мебели пять лет, продаёт из-за ремонта, сколов нет, ящики работают идеально, матрас входит в стоимость, доставка за счёт покупателя.
«А можно ещё фото? При дневном свете? И линейку приложите, пожалуйста, чтобы размеры понять».
Нина Сергеевна сделала новые фотографии. Приложила линейку. Сфотографировала каждый угол, каждую полку, каждую петлю.
«А скидку дадите? У меня трое детей, живём на одну зарплату мужа. Очень нужна мебель, но дороговато получается».
— Артём, тут покупательница скидку просит, — позвала Нина Сергеевна. — Говорит, трое детей.
— Дай немного, чего жадничать, — отозвался сын из коридора. — Не обеднеем.
Нина Сергеевна согласилась снизить цену на пятнадцать процентов. Покупательница поблагодарила, договорились о встрече на следующий день в шесть вечера.
📖 — Мне не нужен муж-инвалид, я с ним разведусь, — заявила Ирина, вот только жена не догадывалась…
Светлана приехала в половине седьмого. С ней был муж — крупный мужчина с недовольным лицом и двое детей: мальчик лет семи и девочка помладше.
— Это здесь, что ли? — мужчина оглядел прихожую. — Пятый этаж без лифта, весело.
— Проходите, — Нина Сергеевна посторонилась. — Мебель в дальней комнате.
Светлана была худощавой женщиной лет тридцати пяти. Она вошла первой, оставив детей в коридоре.
— Стойте тут и ничего не трогайте, — бросила она им. — Особенно ты, Кирилл. Вечно всё ломаешь.
Муж — Нина Сергеевна так и не узнала его имени — подошёл к стенке и провёл пальцем по полке.
— Это что, царапина? — он ткнул куда-то в угол.
— Где? — Нина Сергеевна подошла ближе. — Нет, это просто отблеск от лампы.
— Да нет, вижу же, — мужчина нахмурился. — Светка, иди сюда, посмотри.
Светлана приблизилась, прищурилась.
— Вроде что-то есть.
— Нет там ничего, — мягко возразила Нина Сергеевна. — Можете потрогать, поверхность гладкая.
Мужчина открыл дверцу шкафа, заглянул внутрь.
— А это что? Пятно какое-то.
— Это рисунок древесины, — Нина Сергеевна старалась сохранять спокойствие. — Так с завода шло.
— Какой ещё завод? За такие деньги ещё и с пятнами?
Светлана потянула ящик письменного стола.
— Скрипит.
— Это петли, можно смазать.
— А почему не смазали перед продажей? — мужчина скрестил руки. — Нормальные люди мебель в порядок приводят.
Нина Сергеевна сделала глубокий вдох.
— Мебель в отличном состоянии. Мой сын пять лет за ней аккуратно ухаживал.
— Ну не знаю, — протянула Светлана. — Олег, что думаешь?
Олег — наконец-то имя — презрительно скривился.
— Хлам. За такую цену — хлам. Я думал, хоть что-то приличное будет. А тут какое-то старьё советское.
— Это немецкая фирма, — не выдержала Нина Сергеевна. — Покупали в специализированном магазине.
— Да какая разница? Китай, Германия — всё сейчас одинаковое.
Светлана снова обошла комнату.
— А можно ещё скидку? Раз мебель с недостатками.
— Каких недостатков? — Нина Сергеевна почувствовала, как терпение начинает истончаться.
— Ну вот царапина эта. И петли скрипят. И вообще, пятый этаж без лифта. Грузчикам же платить. Минус ещё двадцать процентов — и заберём.
— Я уже дала скидку пятнадцать процентов.
— Это была скидка за то, что вы вообще продаёте, — влез Олег. — А теперь скидка за реальное состояние.
Нина Сергеевна качнула головой.
— Нет. Цена окончательная.
Светлана и Олег переглянулись.
— Ладно, — сказала Светлана. — Берём. Но доставку вы обеспечиваете.
— В объявлении написано: доставка за счёт покупателя.
— Мы же семья многодетная! У нас денег на грузчиков нет! Что вам, жалко?
Нина Сергеевна посмотрела на Светлану. Потом на Олега. Потом на детей в коридоре — девочка ковыряла обои на стене.
— Я могу порекомендовать недорогих перевозчиков.
— Нам не надо рекомендации, нам надо бесплатно! — Олег повысил голос. — Что за люди? Бедным семьям помочь не хотят!
Артём вышел из своей комнаты.
— Что-то случилось?
— Твоя мать нам доставку не даёт, — буркнул Олег. — Хотя мы её хлам забираем.
— Это не хлам, — спокойно ответил Артём. — Это моя мебель. И если вам не нравится — никто не заставляет покупать.
Светлана дёрнула мужа за рукав.
— Олег, давай не будем. Разберёмся с доставкой сами.
Олег зыркнул на Артёма.
— А ты вообще кто такой?
— Сын хозяйки. И, кстати, если возникнут вопросы по сборке — могу инструкцию дать. Там всё просто.
Светлана вдруг оживилась.
— А дайте мне ваш номер! Вдруг что-то непонятно будет. Муж у меня руки из одного места вырастил, сам ничего собрать не может.
— Светка! — рявкнул Олег.
— Что? Правду говорю. В прошлый раз табуретку собирал — она через день развалилась.
Артём пожал плечами и продиктовал номер.
— Звоните, если что. Но лучше в мессенджер — я не всегда могу ответить.
— Хорошо-хорошо. Значит, мы берём. Завтра приедем с машиной, часов в одиннадцать утра. Подойдёт?
— Подойдёт, — кивнула Нина Сергеевна.
— Деньги привезём наличкой. Только вы ничего не меняйте, договорились? Мы же первые откликнулись.
— Договорились.
Светлана с семьёй ушла. Нина Сергеевна закрыла дверь.
— Странные люди, — сказал Артём. — Ты уверена, что с ними стоит связываться?
— А что делать? Откликнулись, посмотрели, согласились. Завтра приедут, заберут, и всё.
— Ладно. Надеюсь, завтра они будут повежливее.
*
Одиннадцать часов. Никого.
Двенадцать. Тишина.
Нина Сергеевна набрала номер Светланы. Длинные гудки, потом сброс.
Попробовала ещё раз. То же самое.
— Артём, позвони ты.
Сын набрал номер. Снова сброс.
— Может, занята?
— Третий раз подряд? — Нина Сергеевна нахмурилась. — Написала же: приедем в одиннадцать.
Она написала сообщение: «Светлана, здравствуйте! Вы планировали приехать в 11. Всё в силе?»
Сообщение прочитано. Ответа нет.
Прошёл ещё час. Нина Сергеевна написала снова: «Напишите, пожалуйста, будете ли забирать мебель».
Прочитано. Тишина.
— Может, она просто не отвечает на незнакомые номера? — предположил Артём.
— Мой номер у неё есть. Мы переписывались.
— Тогда не знаю.
К вечеру Нина Сергеевна перестала пытаться. Она сидела на кухне, листая объявление. Ни одного нового отклика — она же сняла его, когда Светлана подтвердила покупку.
— Выставляю заново, — сказала она Артёму. — Ждать её не буду.
— Правильно.
На следующее утро позвонил мужчина.
— Добрый день! Видел ваше объявление, мебель ещё актуальна?
— Да, актуальна.
— Отлично! Можем сегодня подъехать посмотреть? Часа в два?
— Конечно.
В два часа в дверь позвонили. На пороге стоял молодой человек лет двадцати пяти с девушкой. Девушка была заметно беременна.
— Максим, — представился он. — А это Алиса. Мы по поводу мебели.
— Проходите, — Нина Сергеевна улыбнулась. — Вот, смотрите.
Максим обошёл комнату. Потрогал поверхность стенки. Выдвинул ящики. Открыл дверцы.
— Отличное состояние, — сказал он. — Алис, тебе нравится?
Девушка кивнула.
— Очень. Как раз для детской подойдёт.
— Сколько ей лет? — спросил Максим.
— Пять.
— Выглядит на два.
— Сын аккуратно пользовался.
Максим достал телефон, что-то посчитал.
— Слушайте, а инструкция по сборке есть? Я сам разберу и увезу, никакие грузчики не нужны. Но хотелось бы знать, как потом собирать.
— Есть инструкция, — сказал Артём, входя в комнату. — Могу отдать вместе с мебелью.
— Великолепно! — Максим улыбнулся. — Тогда берём. Сейчас начну разбирать, часа за два управлюсь. Машина внизу.
— Вы с собой инструменты привезли? — удивилась Нина Сергеевна.
— Конечно. Я же знал, что мебель придётся разбирать.
Алиса села на стул у окна.
— Я тут посижу, если не возражаете. Ноги отекают.
— Конечно, сидите, — Нина Сергеевна засуетилась. — Чаю хотите? Или компот есть.
— Компот было бы здорово.
Артём помогал Максиму разбирать стенку. Работа шла быстро — оба понимали, что делают, и не мешали друг другу.
— Хорошая мебель, — заметил Максим, откручивая очередную петлю. — Качественная. У меня в детстве такая же была, только цвета другого.
— Я к ней привык, — признался Артём. — Но уезжаю учиться, а пустовать — глупо.
— Согласен. Лучше пусть кому-то пользу принесёт.
Через два с половиной часа мебель была разобрана и вынесена. Максим расплатился наличкой и добавил сверху.
— Это за инструкцию, — объяснил он. — И вообще, за то, что всё честно описали. Приятно иметь дело с нормальными людьми.
— Вам спасибо, — Нина Сергеевна убрала деньги в карман. — Удачи с малышом.
Алиса улыбнулась.
— Спасибо! Через два месяца ждём.
Они ушли. Нина Сергеевна оглядела опустевшую комнату.
— Вот и всё.
— Можно начинать ремонт, — Артём потянулся. — Давай сегодня стены отмою от пыли, а завтра грунтовку нанесём. Хочу успеть до отъезда.
— Успеем.
Нина Сергеевна почувствовала облегчение. Мебель ушла к хорошим людям, ремонт можно начинать, сын рядом и помогает. Жизнь налаживалась.
Она не знала, что через сутки всё изменится.
*
Звонок в дверь раздался в полдень. Нина Сергеевна открыла — и замерла.
На пороге стояла Светлана. За её спиной топтались двое детей — тот же мальчик и девочка. Светлана улыбалась, но улыбка была странной, напряжённой.
— Привет! — сказала она бодро. — Ну что, мы приехали за мебелью!
Нина Сергеевна несколько секунд молчала.
— Какой мебелью?
— Ну как какой? Которую мы договорились забрать! Позавчера смотрели, помните?
— Светлана, мы договаривались на вчерашнее утро. Вы не приехали и не отвечали на звонки.
— Ой, ну вы что? — Светлана всплеснула руками. — У меня телефон разрядился! А потом дети заболели, всю ночь не спала. Я же не специально!
— Вы читали мои сообщения. И не отвечали.
— Это случайно! Я хотела написать, но отвлеклась! У меня же трое детей, вы понимаете, какая это нагрузка?
— Мебель продана.
Улыбка Светланы застыла.
— Что?
— Мебель продана. Вчера. Другому покупателю.
— Как продана? Мы же договаривались! Я была первая! Вы не имели права!
Нина Сергеевна выпрямилась.
— Вы не приехали в назначенное время. Не отвечали на звонки. Не написали ни слова. Я ждала до вечера, а потом выставила объявление заново.
— Это незаконно! — Светлана повысила голос. — Мы же договорились! У нас была устная договорённость!
— Которую вы не выполнили.
Светлана сунула руку в карман и вытащила несколько мятых купюр.
— Вот! — она положила деньги на полку в прихожей. — Вот вам задаток! Теперь мебель официально наша!
Нина Сергеевна посмотрела на деньги. Там было рублей пятьсот, не больше.
— Светлана, мебель уже у другого человека. Её физически нет в квартире.
— Значит, заберите обратно!
— Что?
— Позвоните этому вашему покупателю и заберите мебель обратно! Скажите, что передумали! Или что первый покупатель вернулся! Мне всё равно, что вы скажете, но мебель должна быть моя!
— Вы серьёзно?
— Конечно серьёзно! — Светлана уже почти кричала. — Я специально с детьми приехала! На автобусе! Час в один конец! Вы понимаете, каково это — с двумя детьми в автобусе?
— Вы сами выбрали не отвечать на звонки.
— Да говорю же вам — телефон разрядился!
— Светлана, уходите, пожалуйста. Мебели нет. Разговор окончен.
— Нет, не окончен! — Светлана шагнула вперёд. — Вы должны компенсировать мне расходы! Я потратила деньги на дорогу! Я потратила время! Я обещала детям, что у них будет новая мебель!
— Кирилл, перестань ковырять стену! — вдруг рявкнула она на сына. — Сколько раз говорить? Руки вечно куда не надо лезут!
Мальчик отдёрнул руку и насупился.
— А теперь слушайте меня, — Светлана повернулась обратно к Нине Сергеевне. — Вы должны отдать мне мебель бесплатно.
— Что?
— Бесплатно! Как компенсацию за причинённые неудобства! Вы меня обманули, вы продали мою мебель, вы заставили меня ехать час с детьми!
Нина Сергеевна почувствовала, как внутри поднимается волна злости.
— Я вас ни в чём не обманывала. Вы сами не выполнили договорённость.
— Это не важно! Я малообеспеченная мать троих детей! Мне положена помощь! Вы обязаны мне помочь!
— Я вам ничего не обязана.
— Ах ты… — Светлана осеклась, вспомнив про детей. — Ладно. Сейчас муж придёт, он тебе объяснит.
— Муж?
— Он внизу, с машиной и грузчиками. Мы же думали — заберём мебель и поедем. А тут такое…
Нина Сергеевна медленно выдохнула.
— Светлана, уходите. Мебели нет и не будет.
— Я никуда не уйду, пока не получу своё!
В дверях появился Олег. Он был красный, злой, с выступившими на шее венами.
— Ну? — бросил он жене. — Где мебель?
— Она продала! — взвизгнула Светлана. — Представляешь? Продала нашу мебель каким-то посторонним людям!
Олег перевёл взгляд на Нину Сергеевну.
— Это правда?
— Правда. Вы не приехали в назначенное время.
— И что? Мы же сказали — приедем. Какая разница, когда именно?
— Светка, забирай детей и иди вниз, — Олег мотнул головой. — Я сам разберусь.
Светлана послушно вывела детей из квартиры. Олег шагнул внутрь и закрыл за собой дверь.
— Значит так, — он навис над Ниной Сергеевной. — Внизу стоит Газель. Два грузчика. Им уже заплачено. Соляра не бесплатная. Моё время не бесплатное. Ты понимаешь, сколько денег я потратил?
— Это ваши проблемы.
— Мои проблемы? — Олег сощурился. — Мои? Нет, тётка, это твои проблемы. Ты меня кинула. Ты должна компенсировать мои расходы.
— Я вам ничего не должна.
— Ты, видать, не поняла. — Олег шагнул ближе. — Я сейчас очень злой. Я потратил утро, чтобы сюда приехать. Грузчики стоят, ждут. Я им за ожидание плачу. И вот приезжаю — а мебели нет. Ты думаешь, это нормально?
— Вы могли позвонить заранее.
— Да пошла ты! — Олег выругался. — Звонить ей ещё! Мы покупатели! Мы деньги несём! А ты что творишь?
Нина Сергеевна отступила на шаг.
— Уходите из моей квартиры.
— Не уйду, пока не получу компенсацию. Плати за грузчиков и машину, и я свалю.
— Я ничего платить не буду.
Олег схватил её за плечо и толкнул. Нина Сергеевна отлетела к стене, больно ударившись локтем.
— Ты меня достала, поняла? — он надвигался. — Обдурить решила? Бабу многодетную обмануть? Детей без мебели оставить?
В этот момент дверь открылась.
На пороге стояла Тамара — соседка из квартиры напротив. Грузная женщина за шестьдесят с тяжёлой кожаной сумкой через плечо.
— Нина, всё в порядке? — она оценила ситуацию за долю секунды. — Этот мужик тебя трогал?
— Не лезь, бабка, — огрызнулся Олег. — Не твоё дело.
Тамара не раздумывала ни секунды. Она сняла сумку с плеча и с размаху врезала ею Олегу по лицу. Тяжёлая пряжка угодила точно в нос. Хрустнуло.
Олег взвыл, схватившись за лицо. Между пальцами потекла кровь.
— Ты что творишь, карга безумная?! — он попятился. — Ты мне нос сломала!
— Не сломала, только расквасила, — Тамара подняла сумку снова. — Но если не свалишь отсюда через три секунды — сломаю. И не только нос.
— Да я тебя… да я вас обеих…
— Две секунды.
— Вы ответите за это! Я… я свидетелей найду! Я…
— Одна секунда. И у меня, кстати, отличная память на лица. А ещё я знаю человек пять, которые видели, как ты напал на Нину. Так что выбирай — или ты бежишь, или я начинаю звонить.
Олег метнулся к двери. Он выскочил на лестничную площадку, споткнулся о порог и полетел вниз по ступеням. Грохот, ругань, ещё грохот. Где-то внизу раздался глухой удар.
Нина Сергеевна выглянула на площадку. Олег лежал на лестнице пролётом ниже. Рубашка разорвана, лицо в крови, на лбу наливался синяк.
Она взяла деньги с полки — те самые купюры, что Светлана оставила как «задаток» — и бросила вниз. Бумажки спланировали на ступеньки рядом с Олегом.
Он судорожно подхватил их окровавленными пальцами.
— Забирайте свой задаток, — сказала Нина Сергеевна. — И чтобы я вас больше не видела.
Олег кое-как поднялся и заковылял вниз, прижимая рукав к разбитому носу.
📖 — Нет. Вы должны съехать. Точка! — Заявила свекровь. Но она не догадывалась, что придумала невестка.
Тамара захлопнула дверь и повернулась к Нине Сергеевне.
— Ты как?
— Нормально. Локоть немного.
— Покажи.
Нина Сергеевна закатала рукав. На локте наливался синяк.
— Жить будешь, — заключила Тамара. — Лёд приложи. А этот… этот пусть радуется, что я добрая сегодня. В прошлый раз, когда ко мне подобный типаж сунулся, он на больничном две недели провёл.
— Тамара…
— Что?
— Спасибо.
Соседка махнула рукой.
— Да ладно. Я всё равно за солью шла. Заодно и полезное дело сделала. — Она помолчала. — Нин, если что — ты знаешь, где я. В любое время.
— Знаю.
Тамара ушла. Нина Сергеевна достала из морозилки пакет с горошком и приложила к локтю.
Через десять минут открылась входная дверь. Артём — и с ним девушка. Невысокая, темноволосая, с умными глазами.
— Мам, представляешь, что там внизу было? — Артём был возбуждён. — Какой-то мужик с разбитым носом орёт на женщину с детьми, а та ему в ответ орёт, что он идиот и всё испортил. Кажется, она ему этот нос и разбила. Народу собралось — человек десять. Потом они сели в Газель и уехали, ещё и грузчики им что-то предъявляли. Слушай, а это случайно не наши покупатели? Ну те первые.
— Интересно, — нейтрально ответила Нина Сергеевна.
— Да уж. — Артём обернулся к девушке. — Мам, познакомься. Это Полина.
— Здравствуйте, — Полина улыбнулась. — Артём много о вас рассказывал.
— А он о тебе — ни слова, — Нина Сергеевна улыбнулась в ответ. — Скрытничал.
— Хотел сюрприз сделать, — Артём смутился. — Мы давно встречаемся, просто… ну, ждал подходящего момента.
— Момент подходящий. Проходите, чай будем пить. Или компот.
Полина переглянулась с Артёмом.
— Компот — это прекрасно.
Они прошли на кухню. Нина Сергеевна незаметно убрала пакет с горошком в морозилку.
— Мам, у тебя всё хорошо? — Артём внимательно посмотрел на неё. — Ты какая-то… не знаю. Взъерошенная.
— Ремонт начала. Пыль везде.
— А что с локтем? Ты его потирала.
— Ударилась о косяк. Неаккуратно.
Артём не стал допытываться. Он разлил компот по стаканам, достал печенье.
— Полина тоже уезжает учиться, — сказал он. — В тот же город. Будем вместе.
Нина Сергеевна посмотрела на сына. Потом на Полину. Та слегка покраснела.
— Я рада, — сказала Нина Сергеевна. — Очень рада.
И она действительно была рада. Локоть ныл, в комнате сына не осталось мебели, ремонт только начинался — но сын был счастлив, и у него была девушка, которая смотрела на него с нежностью.
Остальное — мелочи.
А в это время Газель тряслась по разбитой дороге на выезде из города. Олег сидел на переднем сиденье, прижимая к носу окровавленную тряпку.
— Это всё из-за тебя, — шипела Светлана с заднего сиденья. — Если бы ты не полез к ней — ничего бы не было!
— Заткнись.
— Не заткнусь! Ты вечно всё портишь! Вечно! Надо было спокойно договориться, а ты начал руками размахивать!
— Я сказал — заткнись!
— А грузчики? Ты им заплатил за пустой рейс? За что мы им заплатили? За воздух?
Олег стукнул кулаком по приборной панели.
— Да что ты несёшь вообще? Это ты не отвечала на звонки! Это из-за тебя мы опоздали! Если бы ты сразу написала — мебель была бы наша!
— Я была занята!
— Чем ты была занята?! Сидела в телефоне и тыкала в свои дурацкие игрушки!
— Не смей на меня орать!
— Орать?! Да я тебя сейчас высажу на трассе — и езжай сама со своими детьми!
— Нашими детьми!
— Да плевать!
Кирилл на заднем сиденье заплакал. Девочка прижалась к Светлане.
— Видишь, что ты делаешь? — прошипела та. — Детей пугаешь.
— А ты не пугаешь? Своими воплями?
Олег замолчал. Посмотрел в окно на пролетающие мимо деревья. Нос пульсировал болью, рубашка пропиталась кровью, и в кармане лежали жалкие пятьсот рублей — те самые, что Светлана хотела выдать за задаток.
— Идиотка, — пробормотал он. — Какая же ты идиотка.
— Что ты сказал?
— Ничего.
Он снова уставился в окно.
Грузчики сзади, в кузове, переговаривались о чём-то своём. Им было заплачено, им было всё равно. А у Олега в голове крутилась одна мысль: как так вышло? Была простая покупка — мебель по дешёвке, забрать и увезти. А в итоге — разбитый нос, позор перед женой, деньги на ветер, и ничего. Вообще ничего.
Он мог просто позвонить и уточнить.
Он мог просто приехать вовремя.
Он мог просто не лезть к этой женщине.
Но нет. Он решил, что его все должны ждать. Что ему все должны. Что он прав, потому что он покупатель, потому что у него деньги, потому что многодетный отец, потому что.
А теперь сидит с разбитым носом, слушает вопли жены и везёт домой пустую Газель.
— Как я до этого докатился? — пробормотал он себе под нос. — Как?
Никто не ответил.
Газель свернула на просёлочную дорогу и скрылась за поворотом.
