В актовом зале школы проходила самая волнительная и торжественная часть выпускного вечера – вручение аттестатов о среднем образовании. Молодая и симпатичная учительница биологии вызывала выпускников по очереди на сцену, где директор вручал им аттестат, пожимал руку и поздравлял. Родители снимали этот важный момент на телефоны и фотоаппараты.
— Антон Марков! – громко назвала очередное имя учительница.
Антон вышел на сцену нарядный, подтянутый, красивый. Ксения залюбовалась им, ощутив материнскую гордость.
Директор удержал руку Антона в своей, чтобы родители и нанятый школой фотограф успели запечатлеть столь важный момент. Антон встретился взглядом с Ксенией. Директор уже отпустил его руку, учительница биологии вызвала имя следующего выпускника, а Антон всё стоял и смотрел на Ксению.
— Я хочу поблагодарить моих родителей. Я очень вас люблю! — вдруг громко казал он и улыбнулся.
В зале раздались аплодисменты. Ксения и Егор переглянулись. На её глазах выступили слёзы, и Егор крепко сжал руку жены…
***
Ксения последний раз помешала рис с тушёными овощами, накрыла крышкой сковороду и выключила конфорку. К приходу мужа рис окончательно дойдёт до готовности и пропитается соком овощей. Но тут в прихожей щёлкнул замок, и Ксения поспешила навстречу мужу.
— Ты сегодня рано. Минут десять придётся подождать с ужином… — Ксения замолчала, увидев напряжённое лицо Егора. — Что-то случилось?
Егор обнял жену за талию и увлёк за собой в комнату.
— Ужин подождёт. Сядь, мне нужно тебе кое-что сказать. – Он сел на диван, увлекая за собой и Ксению.
— Ты пугаешь меня. Схожу-ка я, пожалуй, за валокордином. — Ксения попыталась встать с дивана, но муж удержал её.
— Выслушай меня, пожалуйста, и не перебивай. – Егор замолчал, собираясь с духом.
Такое начало не сулило ничего хорошего. Ксению захлестнуло волной тревоги, в голове одна за другой пронеслись мысли, что могло случиться, к чему готовиться.
— Ты помнишь, двенадцать лет назад я уезжал в командировку на два дня? – начал Егор.
Ещё бы она не помнила. Их дочь Лариса тогда сильно заболела, стоял вопрос о её госпитализации, а муж объявил, что уезжает на два дня в командировку. Ксения отговаривала, умоляла его остаться, но Егор всё же уехал. Они тогда поссорились, оба чувствовали себя виноватыми.
— Там я неожиданно встретил свою бывшую одногруппницу по институту, — прервал воспоминания Ксении Егор. — Перебросились парой фраз… Я остановился в гостинице, где мне забронировали номер, а вечером ко мне пришла Ольга. Я очень удивился. Сразу оговорюсь, между нами с ней никогда не было никаких отношений, во время учёбы мы с ней практически не общались.
Она принесла бутылку вина. Думал, выпьем, посидим, вспомним учёбу. Вначале так и было. А потом она вдруг стала жаловаться, что у них с мужем нет детей, что причина не в ней. Она попросила меня помочь… Я не знаю, как сказать… Стать донором, так, наверное. Я сразу сказал, что это невозможно, что я люблю жену, никакие отношения вне семьи для меня неприемлемы.
Тогда она встала передо мной на колени, поклялась, что никаких претензий ко мне не будет…
На следующий день я уехал, постарался всё забыть. А два дня назад в офис на моё имя пришло письмо. Соседка написала, что Ольгу сбила машина. через три дня, во время повторной операции она умерла, а перед этим рассказала, кто настоящий отец её ребёнка, попросила найти меня, чтобы я позаботился о нём.
За два года до этого муж каким-то образом узнал правду, что сын не его, подал на развод. Соседка узнала адрес нашего офиса в компании, где Ольга работала. Она попросила приехать и забрать Антона, в противном случае его отправят в детский дом. У соседки самой двое детей, а больше у Ольги никаких родственников нет. – Егор замолчал.
Всё это время Ксения сидела оглушённая новостью. Муж, которому она доверяла, в котором была уверена все эти годы, оказывается, изменил ей.
— Ты сходил во время своей командировки налево, придумал какую-то невероятную историю, больше похожую на мыльную оперу или плохой фильм, и хочешь, чтобы я в неё поверила? – вспыхнула Ксения.
— Я сам в шоке. Согласен, звучит глупо и неправдоподобно. Твоё право ненавидеть меня и не верить, но я сказал правду. Это было один единственный раз. Я не любил её, я просто… пожалел, что ли.
— Почему ты?
— Со мной проще, я приезжий. Наверное надеялась, что так муж никогда ни о чём не узнает. Я приму любое твое решение. Выгонишь, значит, так тому и быть. Я всегда любил только тебя. Но и отправить сына в детский дом не могу.
— А ты уверен, что это твой сын? Может, она узнала, что мы не бедствуем и решила просто пристроит его? – Ксения до сих не могла поверить.
Егор достал из кармана костюма фотографию и подал жене.
— Соседка прислала вместе с письмом.
Ксения сразу заметила, как мальчик на снимке похож на Егора в молодости. Тот же взгляд, тот же упрямый подбородок, нос с небольшой горбинкой. Только волосы светлее и вьются.
— Допустим. Но это ещё ничего не доказывает. Сколько ему?
— Одиннадцать. Я сделаю тест, конечно, хотя бы для оформления документов. Но для этого мне нужно поехать туда.
Ксения отложила снимок, поднялась и направилась в прихожую. Услышав, что она одевается, Егор вышел за ней.
— Ты куда?
— Не ходи за мной, мне нужно подумать. – Ксения накинула на плечи ветровку и вышла из квартиры.
Она бродила по улицам и пыталась решить, что делать. С Егором они прожили двадцать три года. Жили хорошо, хоть их брак и нельзя назвать идеальным. У них взрослая дочь, которая учится в институте в Питере, живёт у знакомых. Егор всегда мечтал о сыне, но Ксения так и не смогла больше родить.
Допустим, при всей своей невероятности, всё это правда, и мальчик действительно сын Егора. Сможет она мириться со всем этим, с изменой, с присутствием в их жизни этого мальчика? Ведь он для неё чужой. Ей придётся кормить его, стирать… Сможет ли она полюбить чужого ребёнка?
Мальчик пережил потерю родителей, отец ушёл, мама погибла. Одно это оказало влияние на его психику, теперь же ему придётся привыкать к новой семье, жить практически у чужих людей. Если добавить к этому переходный возраст… Может, лучше его в детский дом отправить? Но Егор упрямый, его не переубедить. Тем более, он давно мечтал о сыне.
Что ж, если она не готова ко всему этому, остаётся только уйти, пусть отец и сын живут вдвоём. Только дело в том, что она любит Егора, не сможет без него жить. А Лариса? Дочь любит отца…
Так и не придя ни к какому решению, Ксения вернулась домой. Егор вышел ей навстречу, в глазах застыли тревога и ожидание.
— Есть будешь? Я разогрею. Мы ведь так и не поужинали, – предложил муж.
— Не хочу. Ты когда собираешься ехать? – вместо ответа спросила Ксения.
— В пятницу вечером, чтобы к утру туда добраться.
— Я поеду с тобой, — решительно заявила Ксения.
— Буду только рад. – Муж попытался обнять её, но Ксения отстранилась.
Всю дорогу в машине она делала вид, что спит, чтобы не разговаривать с мужем, а сама снова мучила себя сомнениями.
Они въехали в город ранним утром, когда он только начал просыпаться. По навигатору нашли нужный адрес, поднялись на четвёртый этаж пятиэтажного вполне приличного дома и позвонили в дверь. Несмотря на раннее утро, открыли им сразу, словно ждали.
— Мы вас не разбудили? Я Егор, а это Ксения, моя жена, — представился Егор.
— Проходите. Мои дети у бабушки, а Антона я сейчас позову, — сказала женщина, чуть постарше Ксении.
Мальчик выглядел старше, чем на фото. Ксению снова поразило его сходство с мужем. Соседка попыталась погладить его по волосам, но Антон отклонил головой. – Оброс, а стричь волосы не даёт, — смущённо пожаловалась женщина. — Вам, наверное, лучше одним поговорить. Пойдёмте, я отведу вас в его квартиру.
Они остались втроём. Квартира небольшая, чистая.
— Ты уже знаешь, что я твой отец… — начал Егор и рассказал, почему не приезжал раньше, что не знал о его существовании, что перед операцией мама просила найти его, чтобы позаботиться о нём. Сказал, что всегда мечтал о сыне.
— У вас нет детей? – спросил Антон.
— Есть, дочка, она уже взрослая и учится в институте в Санкт-Петербурге.
— Вы хотите забрать меня с собой?
— Да, если ты согласен. Когда подрастёшь и сможешь жить самостоятельно, вернёшься сюда.
Ксения молчала, осторожно рассматривала мальчика. Она ничего не почувствовала к нему, ни жалости, ни сочувствия. Чужой ребёнок, из-за всей этой ситуации проблемный, а впереди столько ещё нервов, оформление документов… Ксения невольно вздохнула.
— Когда ехать? – спросил Антон.
— Вечером. Тебе нужно собрать вещи, а нам отдохнуть перед дорогой, — оживился Егор.
Назад тоже ехали молча. Теперь на заднем сиденье спал Антон, а Ксения на перднем сиденье делала вид, что дремлет.
Мальчик был скованным и молчаливым. Целыми днями сидел в Ларисиной комнате, в которой он теперь жил, и читал книги. Если ему что-то был нужно, обращался к Егору, называя его по имени. Ксению он никак не называл, впрочем, он к ней и не обращался. Ксения решила не притворяться, не пытаться вести себя как мать, не лезла с разговорами. Просто делала привычные дела по дому.
Она готовила обед. В кастрюле закипел бульон, и Ксения приподняла горячую крышку. Вскрикнув от боли, она выпустила её из рук , та со звоном упала на пол. Ксении было не столько больно, сколько её напрягала вся эта ситуация с Антоном. Она села за стол и от отчаяния расплакалась. Зачем она согласилась на всё это? Егор пропадает целыми днями на работе, а она скоро разучится разговаривать. Это на словах хорошо любить чужого ребёнка, а на деле очень трудно.
Кто-то тронул её за плечо. Ксения подняла голову и увидела перед собой Антона.
— Больно? Нужно подержать руку под холодной водой несколько минут. Мама всегда так делала, — сказал он.
Ксения подошла к раковине, открыл кран и сунула руку под холодную воду. Вскоре действительно стало легче.
— А мама не мазала ожёг каким-нибудь маслом? – спросила она.
— Нет, достаточно охладить.
— Спасибо, действительно легче, — улыбнулась Ксения.
Антон поднял с пола крышку.
— Мама вставляла под ручку крышки пробку от бутылки, чтобы не обжигаться.
— Да? Где-то в ящиках валялась одна от шампанского, — вспомнила Ксения.
Антон порылся в ящике, нашёл пробку, вставил под ручку крышки и показал Ксении.
— Здорово! — похвалила она.
С этого момента между ними растаял лёд. Они стали разговаривать, Антон стал называть её по имени. Были и проблемы, куда же без них, но со временем всё наладилось.
***
Вот и выпускной. Антон стал совсем взрослым, очень похожим на отца. Егора он уже называл папой, а вот Ксения так и осталась Ксенией. Но она не возражала, хоть за эти годы и привязалась к Антону, полюбила его.
А теперь при всех он назвал их родителями и поблагодарил за всё, сказал, что любит. Ксения еле сдерживала слёзы радости. Про Егора и говорить нечего, он светился от гордости.
Сейчас она была благодарна мужу, что он привел в их дом Антона, который дал ей новый смысл жизни, научил терпеть и любить.
«Мы любим то, во что вложили душу. Художники любят свои полотна, писатели и музыканты – свои произведения, даже у режиссёров есть любимые «детища». Оттого и мать любит своё дитя, едва оно появилось на свет. Тот же путь ждёт и мачеху. Надо вложить силы и душу в чужого ребёнка, чтобы полюбить его как родного. Это трудный и долгий путь, зато верный»
Алёна Лисицына
«Чужих детей не бывает. Ни на улице, ни в детской песочнице, ни на горке. Если с велосипеда падает чужой, не твой, ребенок, то всё равно будет больно. Можно ли полюбить чужого ребенка как своего? Нужно. Тогда эта любовь вернётся»
Маша Трауб
