Полоса желтого малярного скотча легла прямо поверх шелкографических обоев.
Илона с треском оторвала край ленты. Прижала ногтем к стене у самого эркера.
— Лилия, не стой столбом, придержи рулетку, — бросила золовка.
Она даже не повернула головы. На кровати уже лежали стопки чужих блузок, вытащенных из гардероба.
Лилия стянула с плеча рабочий рюкзак. Опустила его на банкетку у входа в спальню.
— Что ты делаешь в моей комнате? — спросила Лилия.
— Освобождаю полезную площадь, — Илона разгладила ленту подушечкой пальца.
— Хватит добру пропадать. Лишние комнаты твоей квартире больше ни к чему.
Лилия посмотрела на распахнутые дверцы шкафа.
Три месяца назад золовка попросилась пожить пару дней. Сказала, приехала на курсы аппаратного педикюра, а хозяйка съемной квартиры в последний момент задрала цену. Виталий тогда весь вечер ходил за женой следом: родня ведь, нельзя бросать девчонку в беде, она встанет на ноги и съедет.
Пара дней растянулась на целый квартал.
Илона не дала на хозяйство ни копейки. Зато вся ванная заросла баночками с едкими лаками, а в прихожей чужие девушки толкались на примерку типсов. Лилия молчала, не желая устраивать дома полигон.
Она подошла к стене и подцепила край скотча.
— Оторви и выбрось в ведро, — сказала Лилия.
Золовка развернулась всем корпусом. Уперла кулак в бок, вздернула подбородок.
— Слушай сюда, — протянула Илона с нажимом.
— Без кислых мин давай. Я все посчитала. Детей у вас с Виталькой нет. Днем вы оба на стройках пропадаете, приходите только спать. Зачем вам хоромы на три комнаты?
Она обвела рукой светлую спальню с высоким потолком.
— Сюда встанет анатомическая кушетка, диодная лампа и две витрины. Клиенткам нужен лоск, статус! А спать вы с братом можете в маленькой комнате возле кухни. Двенадцать метров вам за глаза хватит.
Лилия сжала ручки рюкзака. Слишком много лет она работала ведущим инженером на объектах, чтобы отвечать визгом на визг.
— Ты решила меня переселить в моем собственном жилье? — спросила Лилия.
— Не обеднеешь! — золовка мотнула головой. — Семья должна делиться. Виталя со мной согласен. Мы утром все обговорили.
В прихожей послышался шорох куртки. В комнату заглянул Виталий.
Он мялся у косяка, натянув принужденную улыбку. Глаза бегали по углам.
— О, девчата, уже обустраиваетесь? — заговорил Виталий торопливо.
— Лилюш, ты только сразу в позу не вставай. Илонка мне звонила в обед. Дело верное. Девчонке нужен хороший старт, а аренда в центрах грабительская.
Лилия повернулась к мужу:
— Ты предлагаешь мне отдать спальню под чужой салон?
— Ну а что страшного? — Виталий нервно дернул пуговицу на воротнике.
— Мы там только ночуем! Поместимся, не баре. Зато сестра раскрутится, процент в дом начнет подкидывать. Надо держаться вместе, Лиль.
— Вот именно! — поддакнула золовка.
— Я и пакеты из супермаркета приготовила. Все твои длинные кофты сложим и на балкон уберем. А туалетный столик Виталя завтра спустит во двор, он мне окно загораживает.
Лилия подошла к своему столику.
На лакированной поверхности громоздились чужие палетки с блестками, коробки одноразовых пилок и флаконы с жидкостью для снятия геля. Рядом лежал большой черный мешок для строительного мусора.
Лилия взяла этот мешок и широко расправила края.
— Лишнее, говоришь, убрать? — спросила она.
— Давно пора, — кивнула Илона, снимая с плечиков очередную вешалку.
— У тебя вкуса ноль, носишь серость какую-то.
Лилия не стала спорить.
Она сгребла со столика флаконы золовки, палетки, стопки пилок и сбросила на дно мешка. Пластиковые коробки с треском посыпались вниз.
— Эй, ты сдурела?! — взвизгнула Илона, метнувшись вперед.
— Это материалы! Не трогай!
— Навожу порядок, — ответила Лилия.
Она распахнула вторую створку шкафа. Там висели пестрые лосины, топы и джинсы золовки. Сдернув вещи прямо с перекладины, Лилия утрамбовала их следом за пузырьками.
— Лиля, остановись! — Виталий попытался перехватить ее руку.
— Что за фокусы на пустом месте?
Лилия шагнула в сторону, не давая до себя дотронуться.
— Твоя сестра права, — произнесла Лилия.
— Лишнее надо убирать. И нахлебников тоже.
Илона побагровела, ее голос сорвался на визг:
— Ты как разговариваешь?! Виталя, ты мужик или тряпка под ногами? Осади свою бабу! Напомни ей, кто здесь хозяин!
Виталий втянул голову в плечи:
— Девчонки, ну хватит собачиться, давайте мирно сядем…
— Нет уж, братец! — кричала золовка, наступая на Лилию.
— Ты вкалываешь без продыху! Ты эту трешку заработал своими руками! А она пришла на все готовое и еще хвост задирает! Ты ее из милости к себе пустил, без гроша за душой! По закону тут половина твоя, так что нечего ей командовать!
В спальне наступила тишина.
За стеклом прошуршали колеса автобуса. Лилия медленно перевела взгляд с разгневанной золовки на побледневшего мужа.
Виталий прижался к стене. Его шея пошла багровыми пятнами, он судорожно сглотнул.
— Значит, ты заработал эту квартиру, Виталя? — спросила Лилия.
Муж зажмурился:
— Лилюш… мы потом поговорим… Илонка все перепутала со злости…
— Что я перепутала?! — не унималась золовка.
— Ты матери на юбилее что заливал при всех дядях? Что взял элитное жилье в центре, ремонт сам отгрохал, а Лиля к тебе с одной дорожной сумкой прибежала! Мама от гордости плакала перед всей родней!
Лилия отрицательно покачала головой.
— Твой брат, дорогая золовка, пришел сюда пять лет назад с долгами по двум кредиткам и старым складным зонтом, — произнесла Лилия спокойно.
— А эту квартиру я купила восемь лет назад. За три года до нашей с ним росписи.
Илона замерла с приоткрытым ртом:
— Вранье! Виталя, скажи ей! Скажи, что врет!
Виталий уставился в пол, комкая край рубашки.
— Сходи в коридор, — посоветовала Лилия золовке.
— На тумбе лежит свежая квитанция за коммуналку. Посмотри, чья там фамилия единственного собственника. А потом попроси у братца паспорт. Там до сих пор стоит штамп прописки в мамином поселке.
Илона вихрем вылетела в коридор. Послышался шелест квитанции.
Через минуту она вернулась. Лицо ее посерело, наглая ухмылка сползла без следа.
— Ты… ты врал? — прошипела она брату в лицо.
— Хвастался перед родней чужими метрами? Обещал мне угол под кабинет?!
Виталий не смел поднять глаз:
— Я думал, Лиля пойдет навстречу… мы же одна семья…
— Семья кончилась, когда вы решили согнать меня в угол, — Лилия подхватила тяжелый мешок с вещами золовки и вынесла его на лестничную площадку.
Затем вернулась и встала в проеме.
— План меняется, — сказала Лилия.
— Раз уж ты, Виталий, объявил себя щедрым хозяином, покажи характер. Вызывай сестре такси, оплачивай ей аренду на три месяца вперед и выкатывайся вместе с ней.
— Лиля, ты в своем уме?! — взмолился муж.
— Куда я пойду на ночь глядя? У меня на карте лимит исчерпан!
— Твои проблемы, — отрезала Лилия.
— Либо ты сейчас сам берешь оставшийся чемодан сестры и выставляешь ее за порог, либо я вызываю наряд и вас выводят обоих. Выбирай.
Илона схватила телефон:
— Мама! Мама, ты слышишь?! Нас выгоняют! Твой сын — нищий врун, у него нет ни метра!
Из динамика полился возмущенный крик Ивановны, но Лилия сделала жест рукой в сторону выхода.
Виталий глянул на жену, потом на беснующуюся сестру. Мысль оказаться на улице отрезвила его быстрее любых уговоров.
Он метнулся в прихожую, схватил второй чемодан сестры и выволок на площадку.
— Виталька, ты что вытворяешь?! — заверещала Илона, пятясь следом за вещами.
— Родную сестру на площадку?!
— Пошла на улицу! — сорвался брат, кидая ей под ноги куртку.
— Сама виновата, нечего было лезть в чужой шкаф!
Лилия вышла следом, положила руку на край полотна.
— А теперь — твоя очередь, Виталий.
Муж застыл на пороге:
— Лилюш, я же все исправил! Я ее выставил!
— Ты выставил ее чужими руками, спасая свой комфорт, — произнесла Лилия.
— Забирай спортивную сумку из кладовки. Я собрала ее еще в прошлые выходные.
Она выставила сумку в тамбур.
— Лиля, ну давай без крайностей! Мы пять лет прожили!
— Вот именно. Пять лет ты хвастался чужим жильем, а теперь решил меня в угол задвинуть. Поживи у матери, вспомни, сколько стоит самостоятельность.
Она вернулась в квартиру и повернула фиксатор замка.
За дверью еще долго слышался приглушенный спор. Илона сыпала проклятиями, Виталий шипел на нее, вызывая грузовую машину с телефона. Потом шаги затихли на лестнице.
В квартире стало просторно и пусто.
Лилия подошла к окну, сорвала со стены полоску желтого скотча и скомкала в плотный шарик.
Прошло три месяца.
Бракоразводный процесс прошел без шума: делить добрачные метры никто не имел права, а старые кредиты Виталия остались при нем.
От общих знакомых долетели вести: Виталий уехал обратно в поселок к Ивановне. В маленьком родительском доме теперь жили втроем. Мать с утра до вечера корила сына за несмываемый позор перед родней, Илона требовала от брата денег на покрытие долгов за курсы, а брат с сестрой делили старый раскладной диван.
Лилия сидела за большим письменным столом в спальне, раскладывая чертежи нового микрорайона.
Лишних комнат в ее квартире не было. В них было ровно столько покоя и чистого воздуха, сколько нужно взрослому человеку.
