Катя открыла дверь с половником в руке, потому что ждала курьера с рабочими распечатками, и увидела на площадке тетю мужа. Рядом с Ирой стояли два огромных чемодана, перетянутые багажными ремнями, дорожная сумка и пакет, из которого торчала упаковка туалетной бумаги на двенадцать рулонов. Ира улыбалась так широко, будто они договорились об этой встрече еще вчера и она просто немного задержалась в пробке.
– Катюша, ну открывай шире, мы ж не пролезем! – Ира уже толкала первый чемодан колесами через порог. – Олег там с Витей коробки поднимает, лифт у вас опять еле ползет.
Из-за ее плеча действительно показался Олег с чемоданом, а за ним дядя Витя, который прижимал к животу обувную коробку. Олег поймал взгляд жены, виновато поднял брови и тут же отвел глаза, как школьник, который принес домой двойку и надеется, что дневник не станут открывать при гостях.
– Подождите, – сказала Катя и так и осталась стоять с половником. – Вы что, сегодня приехали?
– А когда же еще? – удивилась Ира. – Я тебе писала, что мы едем на юбилей к друзьям и остановимся у вас на недельку.
Катя прекрасно помнила это сообщение, потому что читала его на работе между двумя созвонами и тогда же переспросила Олега, при чем тут неделя. Олег ответил, что разберется, и она выбросила разговор из головы, потому что до праздника оставался целый месяц.
– Ира, юбилей двадцать второго ноября, а сегодня двадцать третье октября, – сказала Катя. – Это у вас какая-то очень длинная неделька получается.
– Ой, ну какая разница, когда юбилей! – Ира махнула рукой и стянула с головы платок. – Мы сначала отдохнем, по магазинам походим, Вите надо кое-что для машины посмотреть, а потом уже и праздник. Билеты сейчас дешевые, потом цены с ума сойдут.
Пока она говорила, Олег протащил чемодан мимо жены в прихожую и поставил его прямо на Катины ботинки. Витя аккуратно положил коробку на тумбочку, поверх ключей и квитанций, и стал разуваться, держась за стену.
Ира тем временем прошла по коридору и открыла дверь спальни. Катя увидела, как тетя оценивающе осмотрела их кровать, потрогала матрас ладонью и повернулась к Олегу с таким видом, будто вопрос уже решен.
– Мы тут ляжем, Олежек, – объявила она. – У Вити спина, на диване он к утру не разогнется, а вы молодые, вам и в гостиной нормально будет.
– Это наша спальня, – сказала Катя.
– Так я и говорю, что ваша, – легко согласилась Ира и поставила сумку на Катину пижаму, которая лежала на покрывале. – Мы ж аккуратно, мы люди неприхотливые.
Катя посмотрела на мужа. Олег стоял в коридоре с курткой в руках и сделал ей едва заметный жест ладонью вниз, тот самый, которым он успокаивал ее на всех семейных застольях за последние девять лет. С кухни донеслось шипение, суп убежал на плиту, и Катя пошла туда, чтобы не сказать при всех то, что уже вертелось на языке.
Через десять минут Ира заглянула на кухню и спросила, где лежат чистые полотенца, потому что свои они решили не распаковывать. Катя молча открыла шкаф в ванной и показала на верхнюю полку.
– Катюш, а ты завтра со мной в торговый центр не съездишь? – спросила Ира, перебирая полотенца и выбирая самое пушистое. – Мне платье на юбилей надо, а Олег в этом ничего не понимает.
– Завтра я работаю, – ответила Катя. – У меня встреча с клиентом и еще две консультации.
– Так перенеси, дорогая, – посоветовала Ира и унесла полотенце. – Мы ведь не каждый день приезжаем.
Когда гости заперлись в ванной и в спальне загудел фен, Катя закрыла дверь кухни и прислонилась к ней спиной. Олег достал из холодильника пачку пельменей, словно собирался молча сварить ужин и тем самым закрыть тему.
– Положи пельмени, – сказала Катя. – Ты знал, что они сегодня приедут?
– Ну, тетя звонила позавчера, – Олег положил пачку обратно, потом снова достал. – Сказала, что пораньше хотят. Я ответил, что места у нас хватит.
– Ты знал два дня и ничего мне не сказал?!
– Я знал, что ты вот так и будешь кричать! – Олег тоже повысил голос, но тут же оглянулся на дверь и перешел на шепот. – Кать, она моя тетка. Она меня в детстве нянчила, когда мама в больнице лежала, она мне на учебу деньги давала. Я что, должен был ей сказать, чтобы на вокзале ночевала?
– Ты должен был спросить меня! – Катя швырнула кухонное полотенце в раковину. – У меня в пятницу созвон с заказчиком, от которого зависит половина моего года, а в субботу придет мастер переделывать ванную. Ты про мастера вообще помнишь?
– Помню. Придумаем что-нибудь.
– Что именно мы придумаем?
– Кать, ну не начинай, а? – Олег сунул пельмени в морозилку и хлопнул дверцей. – Я тебя прошу по-человечески, давай просто нормально проживем эту неделю.
Он сказал это таким тоном, будто это она полчаса назад приволокла в квартиру четыре сумки и заняла чужую кровать. Катя открыла рот, чтобы ответить, но из спальни уже раздался голос Иры, которая звала племянника, потому что не могла найти у кровати розетку.
– Олежек, иди сюда, у меня телефон сел!
Олег выскочил из кухни так быстро, словно его дернули за ремень. Катя слышала, как в спальне двигают тумбочку, как Ира велит переставить ночник на подоконник и убрать с полки Катины кремы, потому что ей некуда деть косметичку.
Катя достала телефон и открыла сайт бронирования гостиниц. Она пролистала несколько вариантов в соседних кварталах, задержалась на номере с двумя кроватями за четыре тысячи в сутки и закрыла вкладку, так ничего и не выбрав, потому что платить из своего кармана за право спать в собственной кровати показалось ей совсем уже идиотским.
***
Утром ее разбудил звон посуды. На кухне в майке, которую Катя видела впервые в жизни, сидел дядя Витя и доедал ее йогурт, купленный на завтрак перед рабочим днем, а Ира варила кофе в турке и обсуждала с Олегом цены на шины.
– Катюш, ты во сколько сегодня освободишься? – спросила Ира, не оборачиваясь. – Мы хотим в центр съездить, а потом на рынок, ты с нами поедешь.
– Я освобожусь в семь, и никуда я не поеду, – ответила Катя и забрала из-под руки Вити пустую баночку. – У меня работа.
– Ну как же так, ты же вчера обещала с платьем помочь!
– Я ничего не обещала, Ира, я сказала, что завтра работаю.
Ира медленно повернулась к Олегу и выразительно на него посмотрела. Олег поднял голову от телефона, и Катя приготовилась услышать, что жена действительно занята, но муж сказал совсем другое.
– Кать, ну помоги тете, пожалуйста, – сказал он. – Ты же все равно дома сидишь, а я сегодня задержусь.
– Я дома не сижу, я дома работаю! – Катя хлопнула ладонью по столу так, что подпрыгнули ложки. – Я не жду тут целыми днями, когда кому-нибудь понадобится провожатая по магазинам! Пусть Ира вызовет такси, у нее телефон уже зарядился.
Ира отодвинула свою чашку на середину стола и сложила руки на груди. Она заговорила тихо и обиженно, обращаясь только к племяннику, как будто Кати на кухне не было.
– Я тебя маленьким нянчила, когда твоя мама в больнице лежала, – напомнила она. – Я тебе куртку зимнюю купила, когда у вас денег не было, я тебя на море возила. А теперь меня по магазинам сводить некому.
Олег опустил голову и стал разглядывать свой бутерброд. Катя видела эту сцену уже раз десять, и каждый раз Ира доставала нянченье и зимнюю куртку именно тогда, когда ей в чем-то отказывали.
– Ир, я все помню, – пробормотал Олег. – Просто у Кати сейчас правда завал.
– Конечно, у Кати всегда завал, – вздохнула Ира. – А мы, когда тяжело было, никому не жаловались и сами справлялись.
Катя забрала ноутбук и ушла работать в гостиную, где на диване еще лежало скомканное одеяло, на котором они с Олегом спали эту ночь. К обеду она пошла в спальню за папкой с договорами и остановилась у шкафа, потому что на полке, где всегда лежали ее документы, теперь ровным рядом стояли пять обувных коробок, а бумаги были засунуты наверх вперемешку с зимними шапками.
– Ира! – крикнула она. – Ты зачем трогала мои документы?
– Я же аккуратно все переложила, – Ира вышла из ванной с полотенцем на голове. – Ты так трясешься над своими бумажками, будто я их выбросить собралась.
Катя молча сняла с полки первую коробку, потом вторую и выставила обе в коридор. Третья выскользнула у нее из рук, крышка отлетела, и по ламинату разъехались лаковые туфли на каблуке.
– Ты что творишь?! – закричала Ира. – Это итальянские туфли, я их на юбилей брала!
– А это мои рабочие документы! – Катя сорвала с полки оставшиеся две коробки и поставила их поверх первых. – Я тебя вчера просила ничего не трогать!
На крик прибежал Олег с отверткой в руках, потому что чинил в ванной полотенцесушитель. Он выслушал тетю, потом жену, переводя глаза с одной на другую, и предложил, по его мнению, самое мудрое решение.
– Кать, ну выдели ты ей одну полку, и все, – сказал он. – Зачем из-за ерунды ругаться?
Катя посмотрела на него, потом на туфли, раскиданные по коридору, и вдруг расхохоталась. Олег покраснел и спросил, что смешного она тут нашла.
– Ты предлагаешь мне отдать еще одну полку, чтобы не ругаться с человеком, который уже живет в нашей спальне, – сказала Катя, отсмеявшись. – Олег, ты правда не слышишь, что говоришь?
– Говори тише, – прошипел он. – Она же все слышит.
– Пусть слышит! – ответила Катя, нисколько не понижая голоса.
Олег дернулся, как от пощечины, и Катя заметила, что его пугает вовсе не ссора, а то, что тетя увидит, как жена его не слушается.
В четверг Катя вернулась из магазина и застала в гостиной перестановку. Кресло переехало к окну, с дивана сняли чехлы и затолкали их в большую сумку, а стопку журналов у телевизора Ира, по ее словам, вынесла на мусорку, потому что они только пыль собирали.
Катя бросила пакеты и пошла проверить рабочий стол. Стопка бумаг лежала на месте, но синей папки с договором, который новый клиент должен был подписать в понедельник, среди них не было.
– Ира, где синяя папка со стола?
– А, она мешала, я ее в коридор убрала, к ненужному, – спокойно ответила Ира из кухни. – Посмотри на полке.
Катя нашла папку под рекламными буклетами доставки пиццы. Договор был смят пополам, а по последней странице, прямо через подпись ее директора, тянулась жирная полоса от крема для рук.
– Ты понимаешь, что это такое?! – Катя вбежала на кухню и затрясла листом перед лицом тети. – Это договор на четыреста тысяч, его в понедельник человек подписывать будет!
– Ой, да распечатаешь новый, у тебя принтер есть, – Ира даже не подняла глаз от сковородки. – Что ты на меня орешь, как на прислугу?
Катя ушла в спальню, выгребла с полки все свои документы, унесла их в гостиную и запихнула в нижний ящик комода. Через пять минут к ней пришел Олег и с порога сообщил, что Ира плачет на кухне и что можно бы хоть на оставшиеся дни перестать цепляться к каждой мелочи.
– Олег, мне испортили договор, – сказала Катя. – Я не цепляюсь, я пытаюсь работать у себя дома.
– Но папка же нашлась, ничего страшного не случилось.
– А если бы я его потеряла перед встречей, ты бы тоже сказал, что ничего страшного?
Олег не ответил, но сразу перешел к тому, ради чего пришел. Оказалось, Витя договорился в сервисе посмотреть машину во вторник, а Ира нашла еще три магазина, поэтому они решили задержаться до следующей среды.
– Когда они это решили? – спросила Катя.
– Сегодня утром. Я не хотел тебя дергать, ты и так на взводе.
– То есть вы уже решили, сколько я проживу на диване, и меня даже не спросили?
– Кать, ну они же не чужие люди! – Олег развел руками. – Если бы твоя мама приехала, я бы дни не считал.
– Моя мама сначала спросила бы, удобно ли нам! – крикнула Катя. – И уехала бы в тот день, в какой обещала!
Олег поморщился и вышел, а Катя снова открыла сайт с гостиницами и на этот раз выбрала два подходящих номера на четыре ночи. Она уже встала, чтобы показать их мужу, когда из гостиной донесся голос Иры, которая громко рассказывала Вите о предстоящем месяце, и Катя остановилась в коридоре, услышав свое имя.
– Олег сказал, что Катя потом привыкнет, – говорила Ира. – Она всегда сначала ворчит, а потом сама суетится, лишь бы всем угодить. Ты ж помнишь, как она нам в прошлый раз сумки до такси тащила.
Витя что-то буркнул, и Ира продолжила уже тише, но в квартире было слышно каждое слово.
– А куда она денется? Квартира большая, детей нет, деньги есть. Ей даже полезно о ком-то позаботиться, а то одной работой живет.
Катя вернулась в спальню и плотно закрыла дверь. Вечером она молча сменила пароль от домашнего интернета и никому его не сказала, поэтому Ира до полуночи бродила по квартире с телефоном и жаловалась, что у нее не грузится сериал.
Перед сном Катя все-таки показала Олегу гостиницы и предложила сама оплатить родственникам первые две ночи. Олег посмотрел на экран и спросил, зачем выбрасывать деньги, если дома полно места.
– Затем, что я хочу жить в своей квартире, – ответила Катя. – А ты не собираешься объяснять тете, что она тут не хозяйка.
– Ты меня перед родней слабаком выставляешь, – сказал Олег и отвернулся к стене.
Катя ничего не ответила, потому что муж впервые сказал вслух, что его волнует, как он выглядит перед тетей, а вовсе не то, где спит его жена.
В пятницу Катя вернулась с утренней встречи и обнаружила на кухонном столе курицу, два пакета овощей, банку маслин и селедку в вакуумной упаковке. Ира в фартуке Кати нарезала свеклу и между делом сообщила, что вечером зайдет ее подруга Зоя, которая живет через две остановки и давно хочет посмотреть, как устроился Олежек.
– Ира, почему ты зовешь гостей в мою квартиру и не спрашиваешь меня? – спросила Катя.
– Потому что Зоя моя подруга, а я живу у племянника, – Ира пожала плечами. – Что тут такого?
– Такого тут то, что я узнаю о гостях за час до их прихода!
– Кать, ну не начинай опять, – вмешался Олег, который чистил на подоконнике картошку. – Посидят немного и разойдутся.
Катя сняла с вешалки свой фартук, который Ира повесила на ручку духовки, и унесла его в ванную. Она объявила, что вечером работает, готовить и подавать не будет, и закрылась в спальне, где Ира разрешила ей взять ноутбук только после того, как убрала с кровати свои платья.
Зоя пришла в семь, и Ира встретила ее в прихожей с таким визгом, будто они не виделись лет двадцать. Из гостиной сразу потекли разговоры о ценах на квартиры, о чьих-то внуках и о том, как теперь трудно найти людей, которые помогают родне без лишних вопросов.
Катя сидела над таблицей и не понимала ни одной цифры. Потом Зоя спросила, давно ли Ира тут гостит, и Ира рассмеялась на всю квартиру.
– Да мы с Олежеком всегда так, в любое время друг к другу, – сказала она. – Катя у нас, конечно, женщина своеобразная, сначала все считает, переживает, а потом отходит. Ей просто привыкнуть надо, что семья требует неудобств.
– Ну, у людей свои планы бывают, – осторожно заметила Зоя.
– Да какие у них планы! Молодые сейчас только для себя живут, а про родню забывают.
Катя захлопнула ноутбук и вышла в гостиную. Она поздоровалась с Зоей, придвинула себе стул и села прямо напротив Иры, рядом с блюдом селедки под шубой. Олег, который в этот момент разливал гостям компот, так и замер с кувшином в руке.
– Ира, я хочу уточнить одну вещь, – сказала Катя. – Когда ты говоришь, что можешь приезжать к нам в любое время, это значит, что я должна соглашаться на любые сроки?
Ира улыбнулась, но Катя не дала ей ответить и стала спрашивать дальше, загибая пальцы. Она спросила, кто разрешил тете занять спальню, кто согласился продлить визит до среды, кто разрешил выкидывать журналы и мазать кремом ее договор и кто позволил звать в дом посторонних людей.
– Ты что, при Зое собираешься это обсуждать? – Ира побагровела. – Как тебе не стыдно выносить семейные дела на люди!
– Я обсуждаю их у себя дома, – ответила Катя. – А ты пять минут назад рассказывала постороннему человеку, какая я своеобразная.
Зоя поднялась, одернула кофту и сказала, что ей, пожалуй, пора, потому что она не за тем сюда шла, чтобы влезать в чужие разборки. Ира вцепилась ей в рукав, но Зоя уже взяла сумку, неловко кивнула Олегу и ушла, даже не застегнув сапоги.
Когда дверь за ней захлопнулась, Ира развернулась к племяннику.
– Ты так и будешь сидеть?! – закричала она. – Твоя жена меня перед людьми опозорила, а ты компот разливаешь!
– Олег, объясни тете, почему нельзя водить людей в наш дом без спроса, – перебила Катя. – Я свое уже сказала.
– Катя, прекрати, пожалуйста, – попросил Олег.
– Я прекращу, когда вы перестанете решать за меня, как мне жить в моей квартире!
Ира ударила ладонью по столу с такой силой, что блюдо с шубой съехало к краю и полетело на пол. Стекло разбилось о ламинат, свекла с майонезом разлетелась по ковру, а один осколок докатился до Катиных тапочек. Катя даже не наклонилась, а Ира уже схватила со стула свою сумку и закричала, что ноги ее больше не будет в этом доме.
Олег вскочил и бросился к тете, перешагивая через осколки и повторяя, что все можно уладить, если просто сесть и успокоиться. Ира оттолкнула его руку и ткнула пальцем в сторону Кати.
– Олег, ты же сам сказал, что она никуда не денется и все равно уступит!
Олег застыл посреди комнаты с пустым кувшином. Катя медленно перевела взгляд с тети на мужа, и он первым опустил глаза на разбитое блюдо.
***
Катя первой вышла из комнаты, перешагнула через свеклу на ковре и закрыла за собой дверь кухни. Олег пришел через минуту, держа в руках совок и веник, будто собирался заняться уборкой и тем самым обойтись без разговора.
– Положи веник, – сказала Катя. – Что ты ей обещал?
– Да ничего я не обещал, она все перевернула, – Олег поставил совок у холодильника, потом снова поднял его. – Она позвонила еще до приезда, плакала, что у них дома ремонт, у знакомых жить неудобно, попросила приехать пораньше. Сказала, что ты не будешь против, если я тебе все нормально объясню.
– И ты ей ответил, что я никуда не денусь.
– Я сказал, что ты поворчишь и успокоишься! – Олег швырнул совок в угол, и тот загремел по плитке. – Я ее тридцать лет знаю, Кать, ей проще дать, чем потом месяц слушать по телефону, какой я неблагодарный!
– А меня тебе слушать проще, потому что я при родне орать не стану. Так?
Олег не ответил и полез в шкафчик за мусорными пакетами. Катя ждала, пока он развернет пакет, и по тому, как долго он возился с рулоном, догадалась, что это еще не все.
– Говори уже, – сказала она.
– Она еще просила квартиру на пару дней после юбилея, – Олег наконец оторвал пакет. – Мы же в ноябре на дачу собирались, на выходные. У них друзья с юбилея останутся в городе, собраться негде, у Ирки однушка. Я сказал, что, наверное, можно.
Катя взяла со стола тарелку, на которой Ира резала свеклу, и опустила ее в раковину так резко, что тарелка раскололась пополам. Олег вздрогнул и выронил пакет.
– Ты отдал нашу квартиру людям, которых я в глаза не видела?!
– Да не отдал я! Я сказал, что обсудим!
– Ты уже все обсудил с ней, а теперь мне рассказываешь, что ничего не решено!
– Она все равно пустая стояла бы! – закричал Олег. – Что тебе, жалко, что ли? Родня всегда друг другу помогала, это ты из всего делаешь трагедию!
Катя достала из раковины обе половинки тарелки и бросила их в пакет, который он так и держал раскрытым. Руки у нее были в свекольном соке, и она вытерла их о собственные джинсы.
– Хорошо, – сказала она. – Тогда я тоже кое-что решила без тебя. Завтра в девять придет Сергей, и он начнет ванную, как договаривались месяц назад.
– Ты с ума сошла? Они же здесь живут!
– Вот ты им утром и объяснишь, что воды не будет до вечера. А не нравится, гостиницы я тебе показывала.
– Ты жестокая, – сказал Олег и вышел, хлопнув дверью так, что с холодильника слетел магнит.
Катя подняла магнит, повесила его обратно и пошла за веником в коридор, потому что салат на ковре никто, кроме нее, убирать не собирался.
В субботу ровно в девять позвонил Сергей. Ира открыла ему раньше хозяйки, прямо в халате и с бигуди, и с порога сообщила, что никакого ремонта сегодня быть не может, потому что в квартире гости и им нужно отдыхать.
– Мне сказали, что сегодня, – Сергей посмотрел через ее плечо на Катю, которая вышла из гостиной с договором в руках. – Так начинаем или как?
– Начинаем, – ответила Катя. – Проходите, ванная прямо.
Сергей пожал плечами и стал заносить в прихожую ящики с инструментами, задевая чемоданами Иры, которые все еще стояли у стены. Из спальни вышел Витя в трениках и потребовал объяснить, с какой стати в выходной в доме будут сверлить посторонние люди.
– С той стати, что у меня ремонт, – сказала Катя. – Олег знал об этом за месяц.
– Олег сказал, что мы до среды спокойно живем! – Витя повернулся к племяннику, который стоял у двери спальни, будто ждал, что его не заметят. – Мы тут что, на вокзале, чтоб нас с утра дрелью будили?
Олег покашлял и попросил Сергея начать с дальнего угла, чтобы поменьше шуметь. Сергей посмотрел на него как на ребенка и сказал, что воду он все равно перекроет минут через двадцать, а переносить не будет, потому что у него следующие две недели расписаны.
– Катя, договорись с ним на другой день! – потребовала Ира. – Ты же хозяйка, вот и решай!
– Я уже решила, – ответила Катя. – Хотите тишины, сходите погуляйте или в кафе посидите.
– Ты предлагаешь нам по кафе шататься, пока в нашей комнате чужие люди ходят?
– В вашей комнате никто ходить не будет, – Катя постучала договором по дверному косяку. – Это моя квартира и моя ванная.
Ира открыла рот и так и не нашлась, что сказать, а Олег сделал шаг к жене, но Катя подняла ладонь.
– Не надо за меня решать, – сказала она. – Хватит.
Через полчаса Витя хлопнул входной дверью и ушел на улицу, а Ира заперлась в спальне и кому-то звонила. В коридоре было слышно каждое слово про бессовестную жену племянника, которая выгоняет родню перед самым юбилеем, хотя никто у нее ничего особенного не просил.
Потом Ира вышла с телефоном в вытянутой руке и сунула его Кате прямо под нос.
– Поговори с Зоей! Она теперь думает, что я к вам напросилась, объясни ей нормально!
– Я с твоими подругами про свою семью разговаривать не буду, – Катя отвела ее руку. – Свою версию ты ей и сама расскажешь, у тебя хорошо получается.
– Ты понимаешь, что про меня теперь люди думают?! – закричала Ира. – Я всю жизнь на семью положила, а теперь выгляжу какой-то приживалкой!
– Ира, ты приехала без приглашения, заняла нашу кровать, выкинула мои журналы, измазала кремом мой договор и позвала в мой дом свою подругу, – сказала Катя. – Как ты выглядишь для Зои, мне без разницы, я знаю, что у меня дома творилось.
Ира постояла, хватая ртом воздух, потом развернулась и ушла в спальню. Сергей выглянул из ванной с гаечным ключом, посмотрел на Катю и сочувственно хмыкнул.
К обеду вернулся Витя, и из спальни сразу понеслась ругань. Витя требовал собираться и ехать, Ира кричала, что она не позволит этой выскочке выставить ее за дверь, и один раз в стену что-то глухо ударилось, похоже, туфля.
Олег нашел Катю на кухне и тихо попросил ее хотя бы до вечера сделать вид, что все нормально.
– Тетя теперь на меня обидится, ты это понимаешь? – сказал он.
– Она уже на меня обиделась, – ответила Катя. – Тебя только это и волнует, кто на кого обидится. А то, что я у себя дома сплю на диване и прячу документы в комоде, тебя не волнует совсем.
Олег постоял, потер шею и ушел к родственникам. Катя доела свой суп, который наконец никто не попросил разогреть для Вити, и пошла смотреть, как Сергей выкладывает новую плитку.
К вечеру Ира стала шелковой. Она сама поставила Кате чай, похвалила плитку в ванной, назвала ее Катенькой и сказала, что они обе устали и погорячились.
– Ну что мы, как кошки, честное слово, – Ира подвинула к ней вазочку с печеньем. – Давай больше не будем ругаться из-за пустяков, мы ж семья.
– Я тоже не хочу ругаться, – ответила Катя. – Поэтому давайте вы с Витей скажете точную дату отъезда, а все остальное будем обсуждать заранее.
Ира улыбнулась и про дату ничего не сказала. Она отхлебнула чай и как будто между делом спросила, на какие выходные Катя с Олегом уезжают в ноябре за город, потому что ей надо заранее предупредить друзей.
Катя отодвинула чай и вызвала Олега на кухню, громко, на всю квартиру. Олег вошел, увидел их обеих за столом и заранее сморщился.
– Олег, ты разрешил Ире собирать здесь гостей, пока нас не будет? – спросила Катя.
– Я сказал, что мы обсудим, – повторил Олег. – Я ничего окончательно не обещал.
– Как это не обещал? – Ира поставила чашку. – Ты мне по телефону сказал, что проблем не будет, только дни согласуем!
– Ир, я имел в виду, что можно подумать…
– Раз ты ничего не обещал, тебе ничего не стоит сейчас сказать, что гостей не будет, – перебила Катя. – Говори.
Олег посмотрел на тетю. Ира сидела, выпрямив спину, и ждала, и Катя видела, как у мужа дергается щека, как он берет со стола ложку и кладет ее обратно.
– Ир, мы не сможем оставить тебе квартиру, – сказал он наконец. – У нас свои планы.
Ира медленно встала, и стул заскрежетал по плитке.
– Я тебя не узнаю, – сказала она. – Я тебе куртку покупала, я тебя кормила, когда ты на втором курсе без копейки сидел, а ты мне на два дня ключи пожалел. Я всей родне расскажу, как тебя жена под каблук загнала!
– Я тебе за все благодарен, Ир, – Олег говорил тихо, но не отводил глаз. – Надо будет помочь, помогу. А нашу квартиру без Кати я раздавать не буду.
Ира повернулась к Кате, и лицо у нее пошло красными пятнами.
– Это ты его настроила!
– Я его прошу не обещать за меня то, на что я не соглашалась, – ответила Катя. – Помогай ей сколько хочешь, Олег, своими деньгами и своим временем.
Ира вылетела из кухни и так хлопнула дверью спальни, что в прихожей упала с крючка Витина куртка. Через стену было слышно, как Витя сказал, что хватит позориться и пора собираться, а Ира ответила, что никуда ее из этого дома не выгонят, потому что она тут всегда была своя.
Утром Катя проснулась на диване от стука колесиков в коридоре. Олег сидел на корточках у чемодана и застегивал ремень, а Витя в куртке стоял в дверях и проверял в телефоне билеты на дневной поезд.
Ира вышла из спальни последней, уже накрашенная, в пальто, и остановилась напротив Кати.
– Я на тебя зла не держу, – сказала она. – Но я в тебе очень разочаровалась, я тебя за дочь считала.
– А я не думала, что ты будешь решать, кого мне пускать в мою квартиру и где мне спать, – ответила Катя.
Ира поджала губы, но Витя уже выкатил чемоданы на площадку и позвал ее к лифту. Олег подхватил сумки и ушел провожать их на вокзал, а Катя закрыла за ними дверь и пошла в спальню, где на подоконнике до сих пор стоял переставленный ночник.
Она сняла с кровати белье, на котором спали Ира с Витей, затолкала его в стиральную машину и вытащила из шкафа свою пижаму, все еще смятую после чужой сумки. Потом вернула ночник на тумбочку и вынула из комода документы, которые три дня пролежали под свитерами.
Олег вернулся через два часа и долго бродил по квартире. Он собрал в коридоре две чужие зарядки, пакет с покупками из какого-то магазина и коробку с лаковыми туфлями, которую Ира в суете оставила под вешалкой.
– Отправлю ей почтой, – сказал он. – Она половину вещей забыла.
– Отправляй, – ответила Катя. – Только сначала спроси, куда.
– Ты теперь каждый мой шаг будешь контролировать?
– Свои вещи можешь хоть в море кидать, – сказала Катя. – Я про другое.
Олег сел на диван рядом с ее подушкой и долго крутил в руках коробку. Потом признался, что с детства знал за теткой эту манеру: она давала, а потом много лет напоминала, что дала, и каждый раз выставляла счет в самый неудобный момент.
– Я боялся, что если откажу, она скажет, что я неблагодарный, – сказал он. – Вот и соглашался заранее, а потом надеялся, что ты спорить не станешь. Ты же у меня разумная.
– Ты называл меня разумной, когда я молчала, – ответила Катя. – А когда я открывала рот, я сразу устраивала скандал.
Олег поставил коробку на пол и ничего не сказал. Катя взяла с журнального столика листок, написала на нем новый пароль от интернета и положила рядом с ним.
– Дальше так, – сказала она. – Кто приезжает, на сколько и за чей счет, мы решаем вдвоем. Если я не согласна, значит, нет.
– Хорошо, – кивнул Олег, а потом все-таки спросил: – А обязательно было доводить до того, что она с вокзала мне в слезах звонила?
– Она бы у нас неделю прожила, если бы спросила, – Катя забрала подушку с дивана. – А вы решили, что я соглашусь на что угодно, потому что раньше соглашалась. Я бы снова уступила, и через месяц вы бы делили, кому после юбилея ночевать на нашей кровати.
Олег сунул листок с паролем в карман и понес коробку в шкаф. Вечером он спросил, поможет ли она выбрать Ире подарок к юбилею, и Катя ответила, что подумает об этом ближе к делу.
Через три недели, в воскресенье за завтраком, Олегу пришло сообщение. Ира писала, что юбилей будет как задумано, что их ждут обоих, а в конце добавила, что после праздника несколько человек останутся в городе и будет удобно переночевать у племянника.
Олег прочитал и долго не убирал телефон. Катя видела, как он набирает ответ, стирает, снова набирает и опять стирает, и молча мазала масло на хлеб.
– Что ты ей ответишь? – спросила она.
– Напишу, что надо обсудить даты, – сказал Олег. – И что я сначала с тобой поговорю.
Телефон снова зажужжал. Ира прислала второе сообщение, в котором рассчитывала на прежнее гостеприимство и надеялась, что Катя больше не будет устраивать сцен перед родней.
– Читай, – Олег положил телефон на стол экраном к жене. – Что мне ей писать?
– Пиши что хочешь, – ответила Катя и отодвинула телефон обратно. – Ты знаешь, что я не согласна.
Олег еще минут пять сидел над экраном и наконец написал, что на юбилей они приедут, а гостей принять не смогут, и что в другой раз даты надо согласовывать заранее, потому что у них работа и свои планы. Ира ответила через минуту, что племянник стал ей чужим и что жена окончательно оторвала его от семьи. Олег прочитал, перевернул телефон экраном вниз и налил себе кофе, хотя раньше в таких случаях сразу шел звонить тете на балкон.
На следующий день он забронировал номер в гостинице в двух кварталах от ресторана, где собирались юбиляры, и показал Кате подтверждение. Катя проверила даты, сказала, что выезжать надо после завтрака, и ушла собирать рабочие бумаги.
За три дня до праздника Ира позвонила снова и спросила, нельзя ли хотя бы на одну ночь, потому что гостиницы оказались дороже, чем она думала. Олег ходил с телефоном по коридору и отвечал, что они сами живут в гостинице, а он может поискать ей что-нибудь недорогое рядом.
– Ты теперь по каждому поводу у нее разрешения спрашивать будешь? – кричала Ира так, что было слышно на кухне.
– По каждому, который касается нашего дома и наших денег, буду, – сказал Олег. – Так нормальные люди живут, Ир.
Он положил трубку и пришел на кухню. Катя не стала его хвалить, она спросила только, купил ли он билеты, потому что ей надо было закрыть отчет до пятницы.
В день юбилея они приехали вовремя, вручили юбилярам набор посуды и просидели за длинным столом до одиннадцати. Ира дважды подсаживалась к Кате и начинала с того, что не держит обид, но всем бы стоило быть помягче, и оба раза Катя отвечала, что очень вкусный салат, и разговаривала с соседкой о ее внуках.
Когда гости стали расходиться, Ира перехватила племянника у гардероба. На ней были те самые лаковые туфли, которые Олег отправлял почтой, и на левом каблуке белела глубокая царапина.
– Ну что, не передумали? – спросила она. – Нам бы на одну ночь всего, Витя устал.
– Номер у нас до утра, Ир, – сказал Олег и полез за телефоном. – Давай я тебе такси вызову.
Ира поджала губы и повернулась к Кате, выставив ногу.
– Вот, полюбуйся, – сказала она. – Итальянские туфли из-за тебя испортила, в первый раз надела и то стыдно.
Катя посмотрела на царапину, потом застегнула пальто.
– Ничего, Ира, – сказала она. – Купишь новые, у тебя магазины есть.
Ира открыла рот, а Катя взяла с вешалки свой шарф и вышла на улицу, не дожидаясь, пока Олег закончит вызывать тете такси.
