— Короче говоря, мы тут посовещались и решили! — Эльвира Наумовна подвинула на край стола салфетницу и освободила место под локти.
— Со следующего месяца вы оплачиваете Алёне съёмное жильё. И никаких отговорок слышать не хочу!
София так и осталась стоять с ножом над тёплым яблочным пирогом. Макар рядом сразу ссутулился и стал гонять вилкой крошку по тарелке.
— Да ладно? — не поверила София.
— С чего вдруг такая щедрость?
— А с того, голубушка, что девке двадцать шесть лет! — наставительно заявила свекровь.
— Ей личную жизнь пора устраивать, женихов приличных искать! Ждать, пока бабуля Олеся свои две комнаты освободит, можно до второго пришествия.
Дай бог здоровья нашей старушке, она вчера со скандинавскими палками три круга по парку намотала!
— Всех нас переживёт, — буркнул под нос Макар, но под маминым нажимом тут же осёкся.
— Капец, мне с мамой в одной спальне вообще тесно! — заныла Алёна и постучала длинными розовыми ногтями по краю стола.
— Ни подружек вечером позвать, ни до обеда поспать! Мама в семь утра радио на всю квартиру врубает!
— Потому что порядочные люди в семь утра уже на ногах! — одёрнула дочку Эльвира Наумовна, но тут же снова насела на невестку: — В общем, девочке нужен отдельный угол.
Не век же ей на диване в проходной комнате маяться!
Шестой год София была замужем за Макаром, но свекровь умела удивлять как впервые. Жили они в трёх комнатах, которые достались Софии от родителей.
Ипотека над душой не висела, поэтому Эльвира Наумовна твёрдо числила сына с невесткой в подпольных богачах.
На эти выходные у Софии вообще-то намечалась генеральная уборка после зимы.
Ещё в субботу она принесла в кладовку лёгкую стремянку, длинную швабру, жёсткую щётку и пачку плотных жёлтых перчаток. Собиралась отмывать рамы на балконе, а взамен получила воскресный семейный совет.
С бабулей Олесей осенью уже вышел показательный концерт. Матери свекрови шёл семьдесят девятый год, она дважды в неделю плавала в бассейне и держала свою хрущёвку в образцовом порядке.
В октябре Эльвира Наумовна пристроила туда младшенькую дочку — вроде как за бабушкой приглядывать.
Хватило того пригляда ровно на две недели. Алёна заставила плиту грязными сковородками, привела среди ночи весёлую компанию и объявила хозяйке, что мыть полы ей маникюр не позволяет.
Бодрая пенсионерка церемониться не стала: выставила внучкины тюки к лифту и забрала ключи.
— Погодите, Эльвира Наумовна, — София отложила нож и присела с краю.
— При чём тут бабушкины метры и наш кошелёк? Алёна взрослая, руки-ноги целы. Хочет жить отдельно — пусть снимает.
— За какие шиши, позволь спросить?! — вспылила свекровь и по привычке провела пальцем по подоконнику, проверяя пыль.
— Ты нынешние расценки на аренду видела? Приличное жильё возле метро съест у Алёны всю получку в парикмахерской! А ей ещё одеваться красиво и кушать надо!
— Значит, можно снять комнату с соседкой, — возразила София.
— Или подработку взять. Все с малого начинают.
— Ой, вот только не учи меня жить! — сморщила нос Алёна.
— С чужой тёткой ванную делить? Фу, общага какая-то! И гробить здоровье без выходных я не собираюсь, у меня от сквозняков поясница ноет!
Про нежную поясницу София помнила отлично. В том самом октябре они с Макаром два часа таскали коробки с Алёниной обувью на четвёртый этаж без лифта.
Сама виновница переезда тогда сидела на подоконнике в наушниках и дула на свежий лак.
— Нечего мою девочку по чужим углам с соседками мытарить! — завела свою шарманку Эльвира Наумовна.
— Вы вон вдвоём в трёх комнатах барствуете! Кредитов нет, детей пока не завели, третья комната вообще под компьютер и гладильную доску простаивает!
— Намекаете, чтобы мы Алёну к себе пустили? — настороженно спросила София.
— Больно надо! — тут же скривилась золовка.
— У вас скучища смертная, вы в десять вечера спать ложитесь! И до метро на маршрутке трястись двадцать минут, а я хочу в центре, чтобы кофейня прямо в доме была!
— И правильно хочет, молодость одна! — перебила невестку Эльвира Наумовна, не дав ей и слова вставить.
— Я вас с детства учила делиться, между прочим! Макар — старший брат! Бабушкина хрущёвка всё равно когда-нибудь Алёнке отойдёт, раз вы жильём обеспечены.
Вот и оплатите сестре ожидание! Что люди скажут, если родной брат младшенькую в беде бросит?
— Где вы тут беду разглядели? — София тронула мужа за рукав.
— Макар, ты чего воды в рот набрал? Объясни маме, что мы в спонсоры не записывались!
Макар кашлянул в кулак и скатал на краю стола хлебный шарик.
— Ну, Сонь, ты сразу в штыки не воспринимай, — пробубнил он себе под нос.
— Делов-то! Поддержим малую на первых порах. Временно же!
— Временно — это сколько лет? — не отступала София.
— Бабуле Олесе терапевт в поликлинике космонавтов в пример ставит! Вы при живой бабушке её комнаты делите, вам самим не тошно?
— Никто ничего не делит, не перекручивай! — одёрнула невестку свекровь.
— Мы рассуждаем практически! Пока наша Олеся со своими палками по аллеям бегает, Алёнке приткнуться негде.
А у вас средства водятся, не прибедняйся! Ты же с зимы ещё два цеха на дом взяла!
Тут София мысленно поблагодарила мужа за длинный язык. Днём она вела бухгалтерию в торговой фирме, а с января взяла на вечернюю отчётность два мебельных производства.
Каждую субботу сидела за ноутбуком над накладными, чтобы в сентябре впервые за пять лет слетать с мужем к морю да поменять старую кухонную плиту.
Макар в эту копилку не вложил ни гроша. Свои премии он складывал в конверт на верхней полке шифоньера — присмотрел к лету модные литые диски на машину.
И угадайте с одного раза, чью именно подработку предприимчивая родня уже пристроила под чужую аренду?
— Даже не мечтайте, — без пафоса подытожила София.
— По вечерам я над таблицами сижу ради отпуска и новой плиты. На кофейни возле метро Алёна зарабатывает сама. Закрыли тему!
— Ну, Сонь, чего ты заводишься? — заюлил Макар.
— Перенесём наше море на следующий год, не горит ведь! Зато у мамки дома тишь да гладь будет!
— На следующий год перенесёшь свои литые диски! — отшила его София.
— Я пять лет в отпуске не была. Никаких переводов не будет, разговор окончен!
— То есть как это — не будет?! — Алёна аж подскочила на табурете и замахала руками.
— Ну Мака-а-ар! Скажи ей! Я же уже с хозяйкой договорилась, мне во вторник утром вещи перевозить!
На кухне сразу смолкли даже воробьи за форточкой.
— С какой хозяйкой? — не поняла София.
— Ты уже квартиру нашла? На какие шиши?
Думаете, золовка хоть капельку смутилась? Как бы не так! Алёна надулась от важности и выложила на стол свой телефон.
— На обыкновенные! — затараторила она.
— Я в пятницу из своей парикмахерской уволилась!
Начальница совсем берега потеряла: требовала к девяти утра приходить, да ещё и волосы за мастерами в зале подметать! Больно надо мне за гроши спину гнуть!
— Ты уволилась?! — у Софии и слова кончились.
— Без новой работы побежала снимать квартиру в центре?
— А чего тянуть-то? — защебетала золовка.
— Вариант шикарный, кофейня прямо внизу! Я сегодня утром встретилась с хозяйкой и отдала задаток! Между прочим, Макар мне вчера сам перевёл и пообещал, что дальше вы будете каждый месяц подкидывать!

София поглядела на мужа. Макар сунул руки в карманы домашних штанов и опустил голову ещё ниже.
— Макар? — тихонько спросила она.
— Ты отдал задаток? И мою карту подрядил?
— Не психуй, Сонь! — дёргано брякнул муж.
— Я на задаток свои кинул, из конверта на диски! А про твои вечерние заработки… ну, мамка всю неделю звонила, с пузырьком валерьянки по комнатам ходила!
У них же с Алёнкой каждый вечер крик до потолка!
— И ты решил устроить маме покой моим трудом?
— Да там на пару-тройку месяцев всего! — горячо зашептал Макар.
— До осени уйма времени, я всё разрулю! Пока Алёнка хорошее место без утренних смен и веника подыщет, перекинем хозяйке с твоих вечерних. Не на улицу же родную сестру гнать!
— Золотые слова, сынок! — тут же вмешалась Эльвира Наумовна и положила возле хлебницы сложенный вчетверо тетрадный листок.
— Вот, голубушка, телефон хозяйки и номер для перевода. Платить нужно строго четвёртого числа, плюс свет и вода по счётчикам. Не подведите девочку, иначе задаток пропадёт!
Алёна расцвела, откинулась к стене и деловито оглядела кухню.
— Кстати, София, у вас в кладовке вроде старая микроволновка в коробке стояла? — как ни в чём не бывало спросила она.
— Отдадите мне во вторник, чтобы зря не тратиться? И постельного белья пару новых комплектов достань, у тебя в шкафу наверняка запас лежит! А Макар после работы коробки перевезёт!
София стояла у плиты и не находила слов. Зачем-то крутанула ручку выключенной духовки, услышала щелчок и вернула на ноль.
Переложила льняную прихватку с левой конфорки на правую, потом обратно на левую.
— Значит, четвёртого числа, — негромко повторила она.
— Плюс свет, вода и микроволновка с бельём. Пока бабуля Олеся в парке круги наматывает и жилплощадь не освобождает.
— Ну а как иначе, дорогая моя? — снисходительно улыбнулась Эльвира Наумовна, придвигая к себе блюдо с пирогом.
— Вы самые близкие люди, кому ещё плечо подставить!
— Хорошо, — сказала София и вышла в прихожую.
В кладовке загрохотал алюминий. Через полминуты София вернулась на кухню.
В одной руке она несла складную стремянку, а в другой — длинную швабру, жёсткую щётку и пачку плотных жёлтых перчаток. Весь этот арсенал со стуком встал прямо у ног Алёны.
Золовка ойкнула и поджала ступни под табурет.
— Это ещё что за выставка?! — возмутилась Эльвира Наумовна.
— Трудоустройство на дому, — популярно объяснила София.
— Раз тебе приспичило снимать жильё, пока бабуля квартиру не освободит, бери щётку со шваброй и отрабатывай! Даром я после двух работ батрачить не нанималась.
— В смысле — отрабатывай?! — Алёна вытаращила глаза на резиновые перчатки.
— Ты сама себя слышишь? Я администратор зала, а не поломойка!
— С пятницы ты сидишь без места, — напомнила София.
— А у меня как раз горящая смена. Три комнаты, все рамы после зимы с двух сторон, плитка в ванной до потолка и старая духовка внутри.
Плюс гора рубашек твоего доброго брата на гладильной доске!
— Это чересчур! — рассвирепела свекровь, поднимаясь из-за стола.
— Моя дочь оканчивала курсы сервиса не ради того, чтобы со щёткой по вашим углам ползать! У неё от мыльной воды кожа сохнет и ногти поломаются!
— Зато без строгой начальницы, — не дала сбить себя София.
— Приходишь во вторник и пятницу к девяти утра. А по субботам едешь с этой же шваброй к бабуле Олесе — намывать полы и окна, чтобы старушка на табуретки не лазила!
Проверять буду пальцем по подоконнику, как твоя мама любит. Если не филонить и вычищать каждый плинтус, как раз к четвёртому числу на свою кофейню возле метро наскребёшь!
— Макар, ты почему молчишь?! — накинулась на сына Эльвира Наумовна.
— Твоя жена издевается над сестрой! Ты обещал перевести из сбережений!
Макар дёрнулся с места, но София остановила его коротким жестом:
— Сиди. К моей карте у тебя доступа нет и не будет.
А ту сумму, что ты вчера подарил сестре на задаток, ты сегодня же выложишь из своего конверта на новую кухонную плиту!
— Откуда я тебе столько выложу?! — вспылил муж.
— У меня в конверте остаток впритык под литые диски отложен! Мне в среду в шиномонтаж ехать, я с мужиками договорился!
— Поездишь на старых штамповках, — припечатала София.
— А ещё лучше — на маршрутке, целее бюджет будет! Завтра я заказываю плиту с доставкой, расплачиваешься с курьером из своего конверта.
И ужины по будням варишь себе сам, пока я за ноутбуком цеховые накладные свожу. Любишь раздавать авансы за чужой труд — крутись как хочешь!
— Да капец какой-то! — Алёна вскочила, чуть не задев плечом стремянку.
— Макар, ты же божился, что дома всё схвачено! Мне хозяйка задаток ни за что не вернёт, если я во вторник остаток за месяц не внесу! И что мне теперь делать?!
— Бежать завтра к восьми утра в свою парикмахерскую, — посоветовала София, поднимая со стола тетрадный листок и протягивая его свекрови.
— Проситься обратно за стойку, пока твоё кресло более расторопной девчонке не отдали. Или надевать жёлтые перчатки прямо сейчас — балкон сам себя не отмоет!
Эльвира Наумовна скомкала бумажку, высказала сыну всё, что думает про подкаблучников, и потащила надутую дочку в прихожую.
У порога свекровь пригрозила позвонить бабуле Олесе и рассказать, какую жадную расчётливую жену нашёл себе Макар.
Ждать ябед София не стала: через пять минут после ухода гостей сама набрала старушку и в лицах пересказала воскресные посиделки с пирогом.
Бабуля Олеся хохотала в трубку так заразительно, что Софии пришлось отвести телефон от уха.
К майским праздникам затея с переездом в центр с треском лопнула. Хозяйка задаток, конечно, оставила себе, и Алёна со своими коробками осталась на мамином диване. В парикмахерскую она приплелась только в среду, когда кресло администратора уже заняла сменщица, — пришлось идти помощницей зала и в резиновых перчатках отмывать миски от краски.
Макар про литые диски больше не заикается: ездит на старых штамповках, сам подключил новую плиту и трижды спрашивает жену, прежде чем позвать маму на пирог.
А бабуля Олеся на Пасху весело объявила родне, что записалась в кружок танцев и на всё лето уезжает с подругой по бассейну к Чёрному морю.
Эльвира Наумовна за столом чуть пирожком с капустой не поперхнулась.
А заглядывая изредка к сыну, свекровь всякий раз косится на приоткрытую кладовку со стремянкой и длинной шваброй — и через пять минут спешит домой.


















