— Ты путевку зажала, а я уже всем на лавочке раструбила про вип-номер!
Ольга Владимировна по-хозяйски бросила на обеденный стол цветастый кулек.
Из пакета торчали широкие поля соломенной шляпы. Сбоку болтался аляповатый искусственный подсолнух. Свекровь гордо выпрямилась, всем своим видом показывая значимость момента.
— Какой еще вип-номер, Ольга Владимировна?
Вера остановилась в дверном проеме. Стряхнула капли воды с вымытых рук.
Спина после десятичасового рабочего дня гудела. Последние полгода она жила в режиме робота. Вытягивала убыточный проект компании, забыв про нормальные выходные, сон и горячие обеды. И вот вчера руководство наконец-то оценило ее заслуги.
— Обычный! То есть, дорогой!
Свекровь звонко хлопнула ладонью по столешнице.
— Паша сказал, вам на работе премию выдают. Поездкой на курорт.
Ольга Владимировна деловито оглядела кухню. Сдвинула в сторону солонку.
— Я сразу поняла. Вы молодые, вам и на даче отлично. Воздух свежий, речка рядом. А мне суставы лечить надо. Возраст не тот по грядкам ползать.
Вера прислонилась плечом к косяку.
Ее компания действительно оплачивала перелет и проживание на двоих в хорошем южном отеле. Это был бонус лучшему сотруднику отдела продаж. Вера вписала мужа вторым гостем. Хотела сделать сюрприз к годовщине.
— Вы что-то путаете.
Вера промокнула ладони кухонной прихваткой.
— Фирма оплачивает отдых лично мне. За мои переработки и выполнение плана.
— Не суть!
Свекровь небрежно отмахнулась рукой с массивным перстнем.
— Вы же семья. Какая разница, на кого бумажка выписана? Ты дома полежишь, выспишься наконец-то. От компьютера своего отдохнешь. А сын мать на курорт свозит.
Ольга Владимировна хитро прищурилась.
— Зря я, что ли, здорового лба растила? Имею право на благодарность. Кровь не водица!
Вера устало потерла переносицу.
Логика свекрови всегда работала только в одну сторону. Чужие деньги, премии и достижения она искренне считала семейным достоянием. А значит, распоряжаться этим должна была старшая в роду.
— Ольга Владимировна.
Вера заговорила медленнее, выделяя каждое слово.
— Моя компания не спонсирует отдых родственников сотрудников. Это не профсоюзная путевка из прошлого века.
— Так там же всё включено!
Возмутилась свекровь, подбоченившись.
— Я уже Маргарите из пятьдесят четвертой квартиры похвасталась. Сказала, что мы с сыном как короли жить будем! Она аж позеленела от зависти. Мне теперь что, перед соседями позориться?
— При чем тут вообще ваши соседи и Павел?
Вера шагнула на кухню.
— Если всё от и до оплачивает моя работа. Ваш сын в нашей фирме не числится.
— Ну ты же его жена!
Ольга Владимировна притопнула ногой, обутой в домашнюю тапочку.
— Твое — это ваше общее. А значит, и мое. Мы же не чужие люди! Тем более, Паша мне сам обещал. Говорит, мама, собирай чемоданы, заслужила.
Вера зацепилась за эту фразу.
— Прямо так и сказал? Собирай чемоданы?
— А то как же!
Свекровь гордо вздернула подбородок.
— Мой сын мать любит. Не то что некоторые, копейку лишнюю для родни зажмут.
В прихожей скрипнул порог. Хлопнула входная дверь.
Павел вернулся с работы. Зашуршал снимаемой курткой.
— О, мам, ты уже тут?
Он заглянул на кухню. Бросил ключи на тумбу.
— Паша!
Свекровь театрально всплеснула руками.
— Твоя жена меня на море пускать не хочет! Говорит, сама поедет бока греть. А мать пусть в пыльном городе киснет!
Павел виновато покосился на жену. Почесал затылок.
— Вер, ну ты чего?
Вера отлепилась от косяка. Оперлась ладонями о спинку обычного кухонного стула.
— Я чего? Это ты чего матери наобещал?
Павел замялся. Опустил глаза на плитку пола.
— Ну я просто сказал… Что нам путевку дают.
— Нам?
Переспросила Вера с нажимом.
— Ну да.
Павел пожал плечами, пытаясь изобразить беззаботность.
— А мама сама предложила. Ей же полезнее будет на море. У нее спина больная, суставы крутит. А мы с тобой потом как-нибудь съездим. Год длинный.
— Как-нибудь потом?
Вера усмехнулась.
— Павел, путевку дают мне. За то, что я три месяца без выходных тянула лямку. Пока ты вечерами на диване в телефон играл.
— Зачем ты так при матери?
Павел побагровел.
— Я же тоже работаю!
— Работаешь.
Вера коротко дернула головой.
— На окладе за копейки. Потому что там напрягаться не надо. И ровно половину этой суммы отдаешь маме за кредит, который она брала на ремонт своей дачи.
— Я в семью вкладываюсь!
Возмутился муж, делая шаг в кухню.
— Ипотеку платим!
— Ипотеку платим с моей зарплаты.
Рубанула Вера.
— А твоей едва хватает на коммуналку и твои же обеды в столовой. И путевка эта — моя. Я хотела сделать тебе сюрприз. Отдохнуть вдвоем, как нормальные люди.
— Вот и чудно!
Вмешалась Ольга Владимировна, снова перетягивая одеяло на себя.
— Значит, меня вместо себя впишешь. Раз там на двоих оплачено. Паша-то поедет. Зачем добру пропадать?
Свекровь победно посмотрела на невестку.
— Ему тоже отдых нужен. От твоих упреков вечных. Запилила мужика совсем со своей ипотекой.
Вера перевела взгляд на мужа.
Павел стоял, опустив плечи. Он даже не пытался возразить матери. В этом была вся суть их пятилетнего брака. Быть хорошим для мамы, избегать малейших конфликтов, а жена как-нибудь сама перетопчется. Она же сильная. Вывезет.
— Ты промолчишь?
Обратилась Вера напрямую к мужу.
— А что я должен сказать?
Павел нервно дернул плечом.
— Ну хочет мама на море. Что тебе, жалко? Фирма же платит.
— Фирма платит за меня.
Вера выпрямилась.
— И за моего сопровождающего. Которым должен был быть ты. Но раз ты считаешь нормальным отдавать мой отдых своей маме, не спросив меня…
Она сделала короткую паузу.
— Значит так. Никто никого никуда не вписывает. Мы летим вдвоем с мужем. Либо не летит никто.
— А я?!
Свекровь гневно вскинулась, чуть не смахнув локтем солонку.
— А вы можете поехать с нами.
Ольга Владимировна на секунду осеклась. Глаза ее радостно блеснули.
Но Вера тут же добавила.
— Если ваш сын купит вам отдельную путевку. В этот же отель. За свой личный счет.
Лицо свекрови вытянулось. Она возмущенно заморгала.
— Да у него кредитка не закрыта!
Выпалила Ольга Владимировна, забыв про конспирацию.
— Откуда у парня такие деньжищи? Там отель-то дорогущий, я в интернете смотрела!
— Вот у него и спросите.
Вера указала на притихшего Павла.
Ольга Владимировна резко повернулась к сыну.
— Сынок? Оплатишь матери здоровье поправить? Раз уж твоя жена такая принципиальная.
— Мам, ну ты чего…
Павел попятился обратно.
— У меня сейчас голяк вообще. Машину ремонтировать надо, радиатор течет. Страховка на носу. Я же говорил тебе вчера.
— Эгоистка! Гадюка жадная!
Свекровь снова развернулась к Вере. Вцепилась в свой пакет со шляпой.
— Всю кровь из парня выпила! Свою копейку зажала для родни! Я к ней со всей душой, а она!
Ольга Владимировна потрясла кульком в воздухе.
— Я уже купальник дорогущий взяла! Куда мне его теперь? В ванне сидеть?
— Могу вернуть деньги за купальник.
Вера миролюбиво пожала плечами.
— В качестве утешительного подарка. Чек остался?
— Подавись ты!
Ольга Владимировна ринулась вон из кухни. Схватила свою обувь. Даже не обуваясь на коврике, сунула ноги в туфли, смяв задники, и вылетела на лестничную клетку.
Дверь громко захлопнулась.
Павел обреченно опустился на табурет.
— Вер, ну зачем ты так жестко?
Он потер лицо ладонями.
— Это же мама. Можно было как-то помягче сказать. Схитрить как-нибудь.
Вера молча смотрела на него.
— Соврала бы, что там только для сотрудников строго по паспортам. Или что мест больше нет. Зачем было до скандала доводить?
Павел поднял на нее обиженный взгляд.
— Она теперь со мной месяц разговаривать не будет. Опять придется извиняться ездить.
— Бедный мальчик.
Ядовито отозвалась Вера.
— Мама наругает. А то, что ты за моей спиной распорядился моей премией, это ничего? Это нормально?
— Я не распоряжался!
Взорвался Павел, вскакивая с табурета.
— Она сама начала выспрашивать, что за премия, куда, зачем. Я ляпнул про путевку. А она сразу в слезы — вот бы косточки погреть.
Он виновато развел руками.
— Ну как я мог ей отказать? У нее давление скачет.
— Очень просто мог.
Вера скрестила руки на коленях, присев на краешек стула.
— Сказать: «Мама, это Верина путевка. Она ее заработала». Всё. Одно предложение, Паша.
— Тебе легко говорить!
Муж начал мерить шагами тесную прихожую.
— Это не твоя мать! Ты не знаешь, как она умеет мозг выносить. Ей проще уступить, чем потом полгода слушать упреки.
— Ах, вот оно что.
Вера горько усмехнулась.
— Тебе проще отдать мой отдых, чтобы тебе мозг не выносили. Отличная мужская позиция. Сильно.
Она встала и направилась в спальню.
Павел пошел следом, не желая сдаваться.
— Да что ты из мухи слона делаешь? Ну съездила бы она. Ты бы дома отдохнула. Мы бы потом на турбазу махнули на выходные.
Вера резко обернулась.
— На турбазу? За чей счет? За мой опять?
— У нас общий бюджет!
Возмутился Павел.
— Да неужели?
Вера открыла дверцу шкафа.
— Общий бюджет — это когда оба вкладываются. А у нас бюджет выглядит так: я оплачиваю ипотеку, продукты и коммуналку. А ты оплачиваешь мамин ремонт и свои хотелки.
Она достала с верхней полки небольшую дорожную сумку. Бросила на кровать.
— Что ты делаешь?
Настороженно поинтересовался Павел.
— Собираюсь.
Ровно ответила Вера.
— Мне нужно как следует отдохнуть. От работы. От вечной экономии. И от твоей трусости.
— Какой трусости?!
Павел побагровел второй раз за вечер.
— Того, что ты вечно прячешься за мою юбку. Чуть проблема — пусть Вера решает. Пусть Вера маме отказывает, пусть Вера плохой будет. А Паша у нас пушистый.
Она достала телефон из кармана домашних штанов.
— Я действительно устала тащить всё на себе. И придумывать отговорки для твоей мамы, чтобы не отдавать ей свои же деньги.
Пальцы быстро коснулись нужных кнопок на экране.
— Я только что изменила бронь в отеле.
Вера убрала телефон обратно в карман.
— Буду жить в номере одна.
— Что?!
Павел непонимающе нахмурился.
— Ты с ума сошла? Зачем?
— Поеду одна.
Она расстегнула молнию на сумке.
— А ты пока поживи у нее. Заодно и спину ей полечишь. На даче сейчас как раз огородный сезон начинается. Грядки сами себя не вскопают.
— Вера, это не смешно!
Крикнул муж, глядя, как она достает вещи.
— Это абсурд какой-то! Из-за путевки семью рушить? Я же не виноват, что она так поняла!
— Не из-за путевки, Павел.
Вера даже не обернулась.
— А из-за того, что ты опять спрятался за мою спину. Собирай вещи. Свои ключи оставишь на тумбе.
Через две недели Вера грелась под жарким южным солнцем. Она пила холодный сок на шезлонге и впервые за долгое время чувствовала, что никуда не торопится. Ей не нужно было никого обслуживать, ничего доказывать и ни за кого платить.
А Ольга Владимировна, судя по свежим фото в социальной сети, активно полола огурцы на своих шести сотках. На заднем фоне виднелась сутулая спина Павла с лопатой. Свекровь была в новой соломенной шляпе с аляповатым подсолнухом.
