Людмила произнесла это так буднично, словно распоряжалась не нашим гаражом, а старой картонной коробкой, забытой кем-то в общем коридоре.
Затем она невозмутимо подвинула к себе розетку с клубничным вареньем и уточнила:
— Валера уже указал поставщику адрес. В субботу часам к десяти ждите машину. Ворота там смажьте, чтобы открылись нормально.
Степень близкого родства, как я давно заметила, вообще часто измеряется готовностью родственников считать твоё имущество своим нереализованным капиталом.
Мы сидели на нашей кухне в обычный воскресный вечер. В гости заглянула Сашина сестра с мужем и моя свекровь, Тамара Ивановна.
Саша аккуратно поставил чашку на блюдце.
— Люда, нет, — сказал он. — В гараже я работаю. Никакого склада там не будет.
Людмила отмахнулась от его слов, словно от пролетевшей моли.
— Ой, ну брось, Саш! Машина у вас и во дворе прекрасно ночует. А те три ржавых ключа и домкрат Ира вполне может сложить на балконе. Семейный бизнес важнее твоих игрушек в машинки! Мы на новые обороты выходим, а снимать коммерческую площадь — это грабёж.
Тамара Ивановна благосклонно закивала, поддерживая дочь.
— И правильно. Чего этому бетонному склепу простаивать? У Сашки там одни старые железки лежат, а у ребят — дело! Торговля!
Мой муж оборудовал гараж годами. Он обшил его изнутри, провел усиленную проводку, поставил профессиональный верстак, тиски, мощный компрессор. Там он реанимировал сложнейшие станочные механизмы, брал частные заказы и просто отдыхал душой.
Я посмотрела на уверенные лица гостей и решила, что в эту игру можно играть вдвоем.
— Раз уж мы перераспределяем простаивающие площади ради семьи, — сказала я, — то в эту субботу мы привезем Сашин верстак к вам.
Валера, до этого солидно поправлявший галстук, озадаченно замолчал.
— Куда к нам? — не понял он.
— В вашу гостевую комнату, — пояснила я. — У вас трехкомнатная квартира. Вы в спальне, гостиная для телевизора, а третья комната пустует. Гости к вам приезжают раз в год. Туда отлично встанут два шкафа с инструментами, компрессор и зимняя резина. А гости, если что, на кухне на раскладушке перебьются.
— Там новый ремонт! — возмутилась Людмила. — У меня там светлые флизелиновые обои и диван цвета «пепельная роза»!
— А в гараже у Саши работа, — ответила я. — Почему ваша пустая комната важнее его работы? К тому же, в гараже обои металлические. Очень практично.
— Как ты смеешь сравнивать чистую квартиру с гаражом?! — вступилась свекровь, отодвигая чашку.
— Очень просто, Тамара Ивановна. Гараж семье нужен. В общем, Валера, переадресуй доставку. Ворота мы не откроем.
Родня ушла в глубокой уверенности, что я просто вредничаю, а Саша до субботы одумается и уступит. Они привыкли продавливать свои решения, ставя людей перед фактом.
В субботу утром мы с мужем приехали в гараж. Саша занялся переборкой карбюратора, а я достала походный термос и бутерброды.
Ровно в десять пятнадцать к нашим воротам подкатил пятитонный фургон. Следом на своем кроссовере въехали во двор Людмила с Валерой.
Валера выбрался из машины с видом генерального директора логистического хаба.
— Ну что, открывайте! — скомандовал он. — Сейчас ребята всё сгрузят.
Водитель фургона спрыгнул на землю с накладными в руках. Здесь в дело вступил мой пятнадцатилетний опыт работы старшим диспетчером в службе доставки. Я подошла к водителю.
— Здравствуйте. Кто в накладной указан получателем?
— ИП Валерий… — водитель зачитал фамилию.
— Адрес доставки указан этот, но получатель здесь не прописан и не является собственником. Собственники мы, и согласие на разгрузку мы не даем.
Водитель, человек ко всему привычный, пожал плечами и убрал документы.
— Сначала покажите, всё ли привезли! — вмешался Валера, пытаясь спасти свой авторитет. — Открывай кузов, я должен проверить товар.
Водитель лязгнул засовом и распахнул задние створки.
Внутри фургона на деревянных поддонах, плотно замотанные в плотную упаковочную пленку, стояли садовые скульптуры.
Сквозь упаковку на нас смотрели красные колпаки десятков гипсовых гномов с лопатами, пупырчатые морды зеленых лягушек, аисты на тонких ногах и три гигантских медведя из тяжелого гипса с бочонками меда.
— Сашка, ты чего?! — возмутилась Людмила. — Мы за партию бешеные деньги отдали! Сезон дачный начинается, это золотая жила! Куда мы это денем?
— На диван цвета пепельной розы, — подсказала я. — Медведям там понравится.
— Значит так, — спокойно сказал водитель. — Без подписи получателя в акте приема-передачи я груз здесь не оставлю. Либо называйте новый адрес, либо я оформляю возврат на терминал. Простой машины и дополнительный маршрут оплачивает заказчик по тарифу.
Валера попытался спорить, но логистика не терпит эмоций. После двух звонков диспетчеру транспортной компании Валера был вынужден оплатить переадресацию на свой домашний адрес.
— Грузчиков вызывай, Люда, — сказал он, убирая телефон. — На пятый этаж без лифта потащим.
За подъем тяжелого гипсового товара на пятый этаж грузчики взяли двойной тариф. К моменту, когда последний медведь пересек порог их квартиры, будущая прибыль от дачного сезона уже заметно похудела.
То, что происходило в их жилье следующие недели, мы узнали из телефонных звонков Тамары Ивановны. Выяснилось, что нет ничего более постоянного, чем гипсовый медведь, которого слишком тяжело нести обратно по лестнице.
— Ирочка, — жаловалась свекровь в трубку, — у Люды до ванной теперь боком ходят. Один медведь в проем гостевой комнаты не пролез, его так в прихожей и бросили. Я ночью встала воды попить и прямо на него налетела.
Их трехкомнатная квартира превратилась в склад. Сорок семь гномов плотно обступили розовый диван. Аисты заняли углы возле шкафов.
Когда Тамара Ивановна приехала к ним погостить на пару дней, Людмила постелила ей раскладушку прямо между коробками с садовым инвентарем.
В первую же ночь свекровь позвонила Саше с требованием срочно забрать её домой. Оказалось, что прямо напротив раскладушки стояла коробка с садовыми филинами. Весь день они простояли возле окна, а ночью их светонакопительные глаза жутковато засветились в темноте.
Тамара Ивановна проснулась, увидела нависающего над ней зеленоватого филина, окруженного армией гномов, и наотрез отказалась оставаться в этом филиале сказочного леса.
Больше свекровь гараж сына пустым не называла. Она заявила, что человек имеет право хранить там любые железки, особенно если альтернатива — ночевать под надзором фосфорной птицы.
Бизнес-план Валеры тем временем дал серьезную трещину. Дачный сезон действительно начался, но гипсовые фигуры продавались из рук вон плохо.
Покупатели охотно звонили, спрашивали размеры лягушек, но бесследно исчезали после фразы: «Самовывоз с пятого этажа, лифта нет». Платить за курьерскую доставку Валера категорически отказывался — она съедала почти всю его наценку на дешевый товар.
Прожив месяц в квартире, где нельзя было пройти, не споткнувшись о гномью лопату, Людмила сдалась.
Чтобы освободить жилплощадь, они устроили масштабную распродажу в интернете, отдавая фигуры практически по закупочной цене, лишь бы покупатели сами выносили это из дома. Они потеряли деньги на логистике, оплате грузчиков и окончательно испортили светлые обои в гостевой комнате.
В один из вечеров Саша сидел за компьютером, просматривая сайты объявлений. Он нашел страницу Валеры, молча оделся и уехал. Вернулся он через час, открыто купив у родственников последнюю фигуру со скидкой.
На следующий день муж приварил справа от ворот гаража прочную металлическую подставку. На неё он водрузил того самого гипсового гнома. К груди гнома Саша прикрепил аккуратную металлическую табличку.
На табличке было аккуратно выведено: «Заведующий складом. Посторонних не принимает».
