— Ты эту морковку уже до дыр затерла.
Полина раздраженно забрала у матери терку и бросила ее в мойку.
— Давай сюда, — скомандовала она, смахивая оранжевую стружку в салатник. — Вечно ты мельтешишь, мам. Сядь уже, отдохни.
Таисия без слов обтерла ладони о посудное полотенце и отошла к окну. Воскресный ужин в квартире дочери начинался по давно отработанному сценарию. Сначала суета на кухне, упреки в медлительности, потом торжественная посадка за стол с речами.
Она присела на краешек обычного стула, наблюдая за дочерью. Новый кухонный гарнитур, на который молодые брали кредит два года назад, блестел глянцевыми фасадами. Полина лихорадочно крошила зелень, поминутно поглядывая на часы.
— Вадим скоро приедет? — ровно поинтересовалась Таисия.
— На подъезде уже.
Полина с грохотом достала противень с мясом.
— За Ильей заезжал, — добавила она, смягчив тон. — У мальчика сегодня две пары было, потом еще в библиотеке сидел с конспектами. Устает ребенок страшно. Программа сложная.
Таисия чуть повела плечом, но промолчала.
«Ребенку» недавно стукнуло двадцать. Ростом он вымахал под метр девяносто, а библиотека в его исполнении обычно означала фудкорт в торговом центре неподалеку. Но спорить с дочерью на эту тему было себе дороже.
В прихожей громко хлопнула дверь. Раздались тяжелые шаги зятя, звук падающих ботинок и бубнящий голос внука.
— Мам, мы дома! — крикнул Вадим с порога. — Жрать охота, сил нет! Неси всё на стол!
Через десять минут семья в полном составе сидела за обеденным столом.
Вадим сосредоточенно накладывал себе щедрую порцию запеченного мяса, обильно поливая его соусом. Илья уткнулся в экран телефона, едва ковыряя вилкой салат. Полина суетилась вокруг своих мужчин, подливая мужу компот и подкладывая сыну лучший кусок.
— Ну, как дела в институте? — ради приличия спросила Таисия, глядя на взлохмаченную макушку внука.
Илья дернул плечом, не отрываясь от экрана.
— Нормально.
— Не просто нормально, а отлично! — встряла Полина с гордостью. — Преподаватели хвалят. Говорят, потенциал у парня огромный. Главное сейчас — не сбавлять темп. Практика скоро начнется на предприятии.
Вадим отложил вилку, вытер рот салфеткой и многозначительно посмотрел на жену. Полина едва заметно кивнула в ответ.
Таисия хорошо знала эти переглядывания. За ними всегда следовала какая-то масштабная просьба. Три года назад это был ремонт в ванной, который молодые бодро начали, а заканчивала Таисия со своей пенсии. Потом была просьба добавить на путевку в Турцию.
— Тут такое дело, Таисия Сергеевна, — начал зять, приосанившись. — Мы посовещались и решили, что парню пора становиться самостоятельным.
Таисия отставила кружку.
— Это ты к чему, Вадим?
Она перевела взгляд на внука.
— Самостоятельность — дело хорошее, — добавила Таисия. — Пусть работу ищет. На полставки хотя бы.
Полина всплеснула руками.
— Мам, ну какая работа? Он учится на дневном! Ему диплом нужен нормальный, а не купленный в переходе. Мы про другое говорим. Ему мобильность нужна. Машина нужна парню.
— Машина? — переспросила Таисия.
— Ну да.
Вадим подался вперед, опершись локтями о столешницу.
— Не на автобусе же ему с бабками толкаться, в самом деле. Статус нужен. Да и вообще, мужчине без колес сейчас никуда. Девушки опять же смотрят. Мы тут присмотрели один вариант. Отличная иномарка, пробег смешной. Хозяин знакомый, отдаст недорого.
— И сколько это «недорого»? — сухо уточнила Таисия.
Полина замялась на секунду.
— Сумма приличная, конечно, — быстро заговорила она. — С нашими кредитами за эту квартиру нам автокредит никто не одобрит. Сама знаешь, мы каждую копейку сейчас считаем. Вадим на двух работах жилы рвет, я подработки беру.
— Ясно, — Таисия сцепила пальцы на коленях. — А от меня вы что хотите? Вы же знаете мою пенсию.
Полина нахмурилась, голос ее стал жестче.
— Мам, не прикидывайся. Мы же знаем, что у тебя деньги лежат. Те, что с продажи бабушкиной дачи остались. Ты их на вклад кинула и не трогаешь уже который год.
Таисия молчала.
— Они там просто обесцениваются! — с напором продолжила дочь. — Инфляция всё сжирает с каждым месяцем. А тут — реальное вложение в будущее твоего единственного внука.
В комнате стало слышно, как за стеной бубнит телевизор у соседей. Илья вдруг убрал телефон в карман и напряженно уставился в свою тарелку с недоеденным салатом.
— То есть, вы предлагаете мне отдать все мои сбережения вам на машину? — медленно произнесла Таисия.
— Не нам, а Илье! — возмутился Вадим. — Родному внуку. Вы же сами всегда говорили, что молодым помогать надо. А то лежат деньги мертвым грузом. Вы их там солите, что ли?
— Солю, значит.
— Мам, ну а на что тебе их тратить? — Полина пустила в ход свой коронный примирительный тон. — Живешь ты одна, квартира своя, пенсия капает исправно. Тебе эти деньги просто душу греют на бумажке. А парню они реально жизнь изменят. Мы же не чужие люди! Потом, когда он отучится и на ноги встанет, он тебе всё вернет. Правда, Илья?
Илья неопределенно угукнул, всё так же не поднимая глаз.
Таисия посмотрела на свои руки. Суставы привычно ныли к смене погоды, напоминая о возрасте.
— Тратить не на что, говоришь.
Голос Таисии прозвучал неожиданно твердо.
— Мне шестьдесят два года, Полина. Мне зубы делать надо, спину лечить. В санаторий бы съездить неплохо, а то я дальше поликлиники никуда не выхожу.
— Ой, только не начинай прибедняться! — дочь раздраженно отмахнулась. — По поликлинике всё бесплатно можно сделать, если не лениться в очередях посидеть. И санатории от соцзащиты дают. Ты просто жалеешь для родной семьи. Вечно ты над своими копейками трясешься!
Вадим примирительно поднял ладони.
— Полина, не кипятись. Таисия Сергеевна просто переживает за безопасность вложений.
Он натянул на лицо дружелюбную улыбку.
— Поймите, мы бы не просили, если бы ситуация не была критической. Вариант уйдет на днях. Нужно решать прямо сегодня. Вы же можете завтра пойти в банк и снять? Или прямо через приложение перевести, я покажу как.
Таисия медленно обвела взглядом кухню. Новый гарнитур. Кофемашина, подаренная Вадиму на юбилей коллегами. Дорогие обои. И посреди всего этого — великовозрастный детина, который даже не соизволил сам попросить.
— Значит, хвалят его преподаватели? — Таисия уставилась на внука.
— К чему эти вопросы? — насупился Вадим.
— Практика скоро начнется? Темп сбавлять нельзя?
— Мам, ты издеваешься? — процедила Полина.
— А к тому, Вадим, — Таисия не повышала голоса, — что ваш толковый парень не появляется в институте с прошлой зимы.
Полина замерла с вилкой в руке.
— Что за бред ты несешь? Он каждый день уходит на пары!
— Он уходит в торговый центр, деточка. Сидит там на фудкорте со своими дружками, — слова Таисии падали тяжело и веско. — Его отчислили полгода назад. За неуспеваемость и дикие прогулы.
Лицо Вадима вытянулось. Он резко повернулся к сыну.
— Илья? Это что за новости?
Илья вжался в стул. Лицо его пошло красными пятнами.
— Да врет она всё! — выкрикнул он, но голос подвел, сорвавшись на петушиный писк.
— Не вру, — осадила его Таисия. — Мне из деканата звонили. Искали тебя, Вадим, но ты же у нас вечно номера меняешь из-за спама. Дозвонились до бабушки. Я съездила, поговорила. Всё официально. Приказ подписан.
Полина тяжело оперлась руками о стол.
— Допустим, — выдавила она, пытаясь сохранить лицо. — Допустим, он оступился. Запутался мальчик! Устал от нагрузки! Но это не повод отказывать в помощи родному человеку! Тем более сейчас, когда ему нужен стимул!
Она перевела дух.
— Купим машину, он в такси пойдет работать, восстановится на следующий год!
Таисия коротко хмыкнула. Это была даже не улыбка, а злой выдох.
— В такси, значит. Ну-ну. Только боюсь, стимул ему нужен был для другого.
Она повернулась к дочери.
— Ты спрашивала, почему я не снимаю деньги со вклада? Я их сняла, Полина. Четыре месяца назад. И потратила подчистую.
В кухне стало неестественно тихо. Было слышно только, как за окном проехала машина с громкой музыкой.
— Как потратила? — прошептала Полина. — Там же огромная сумма… Куда ты могла их деть?!
— Часть денег ушла на погашение микрозаймов вашего отличника, — чеканя слова, ответила Таисия.
Она посмотрела на внука.
— Три конторы. С бешеными процентами. Он набрал их, чтобы гулять со своей модницей с претензией по клубам.
— Каких займов? — Вадим вскочил со стула.
— Обычных, Вадим. А когда коллекторы начали звонить с угрозами, он дал им мой номер как поручителя. Мне месяц названивали по ночам. Обещали дверь пеной залить.
Вадим медленно перевел взгляд на сына.
— Ты… ты брал кредиты? — зловеще тихо спросил он.
Илья вскочил, опрокинув чашку с компотом. Красная лужа стала быстро расползаться по светлой скатерти.
— Пап, я всё отдам! — затараторил он, пятясь к стене. — Там пацаны схему предложили, я думал отыграюсь на ставках… Баб, ну ты же обещала отцу не говорить!
— Я обещала, что не пущу к вам в квартиру приставов, — холодно ответила Таисия. — Я долг закрыла. Чтобы вы на улице не остались, потому что прописан он здесь. Отдала приличную сумму.
Полина схватилась за голову.
— Ты отдала наши деньги за его долги?! Без нашего ведома?! Да как ты смела! Это же были деньги на старт!
— Это были мои деньги, — осадила ее мать. — И я спасала не его. Я спасала себя от звонков посреди ночи и испорченных нервов.
— Но там же еще оставалось! — не унималась дочь, игнорируя лужу компота на столе. — Где остальное?!
Таисия поднялась со своего места. Она не собиралась больше здесь задерживаться.
— А остальное, Полина, я потратила на себя. Как ты верно заметила, мне тратить не на что. Вот я и купила небольшой участок с зимним домиком в Заречном. Буду там круглый год жить. Смородину посажу. Печку топить буду.
Дочь уставилась на мать так, будто видела ее впервые в жизни.
— Ты… ты купила дачу? Себе? Вместо того чтобы помочь родному внуку?!
— Я помогла ему не остаться с переломанными ногами от добрых людей из контор, — Таисия поправила кофту. — Больше у меня свободных денег нет. Вклады закрыты. Дом требует ремонта. Так что машину Илье придется покупать со своей будущей зарплаты дворника. Или грузчика.
Вадим молчал, тяжело дыша и глядя на сына немигающим взглядом. Илья жался к стене, лихорадочно соображая, как проскользнуть в спальню.
— Ты всё специально это сделала, — зло бросила Полина. — Втихаря! За спиной! Чтобы нам ничего не досталось! Эгоистка!
— Я, деточка, просто обеспечила себе старость, — спокойно ответила Таисия, направляясь к выходу из кухни. — Потому что поняла одну простую вещь. Случись со мной беда — от вас я не дождусь ни стакана воды, ни лекарств. У вас всегда найдутся дела поважнее. И расходы покрупнее.
Она обулась в прихожей, накинула куртку. Никто не вышел ее провожать.
Когда она открывала входную дверь, на кухне раздался грохот и истошный крик Полины:
— Вадим, не трогай его! Вадим, пусти!
Таисия вышла на площадку и вызвала лифт. Всю дорогу домой она смотрела в окно автобуса на мелькающие фонари и думала о том, что весной нужно будет обязательно нанять рабочих перекрыть крышу на новой даче.
Через две недели Илья позвонил ей. Просил прощения и двести рублей на телефон, потому что отец заблокировал все его карты и устроил на стройку разнорабочим таскать мешки. Таисия посоветовала ему работать усерднее и положила трубку.
