— Сгружайте чемоданы Оксане! — Тамара Ильинична царственным жестом указала на меня, обводя сияющим взглядом родственников, собравшихся на загородной базе отдыха.
Родня одобрительно загудела, предвкушая услуги бесплатного грузчика и няни в одном лице.
Мне оставалось лишь вежливо улыбнуться и впервые разочаровать весь этот дружный коллектив одновременно.
Всё началось двумя годами ранее, когда на свет появилась наша дочь Варя.
Как только я оформила декретный отпуск, в сознании родственников моего мужа произошел удивительный сдвиг. Слово «декрет» в их понимании расшифровывалось как бессрочный оплачиваемый отпуск, во время которого женщина мается от скуки и отчаянно ищет, кому бы причинить добро.
Тот факт, что я работаю выпускающим редактором на городской радиостанции и продолжаю писать тексты из дома одной левой рукой, пока правой ловлю подвижного двухлетнего ребенка на подлёте к книжному стеллажу, в расчет не принимался.
Мой муж Максим, человек с идеальным слухом, работающий настройщиком музыкальных инструментов, фальшь в человеческих отношениях улавливал так же быстро, как расстроенную струну рояля.
Он регулярно объяснял своей матери, что я занята делом. Но Тамара Ильинична списывала слова сына на излишнюю опеку и продолжала щедро раздавать обещания от моего имени.
Первой ласточкой стала золовка.
Сестра Максима, Светлана, работала в магазине посуды и искренне считала, что воспитание детей — это процесс, который можно легко приостановить или передать ближнему своему. Она имела привычку заезжать к нам по пути в торговый центр.
— Оксан, ты всё равно дома сидишь, — щебетала Света в прихожей, подталкивая ко мне двух своих сыновей-погодков. — Пусть мальчики у тебя пару часов поиграют, а я быстро по скидкам пробегусь.
— Светлана, — мягко отвечала я, придерживая Варю, которая уже пыталась открутить колесо от коляски гостей, — мой дом отличается от детской комнаты в торговом центре отсутствием ведущего и наличием моей работы. Я утверждаю сценарий вечернего эфира через час.
Светлана обиженно надувала губы. Ей казалось, что я просто жалею для неё своё бесконечное свободное время.
Затем активизировалась тетя мужа, которая решила, что раз я дома, то мне ничего не стоит напечь пирогов на поминки её соседки.
Следом объявились троюродные племянники, искавшие бесплатную гостиницу по пути на юг.
Я отказывала всем методично, вежливо и аргументированно. Каждый раз просители искренне удивлялись. В их картине мира они просили сущую малость, не понимая, что эти «малости» сливаются в полноценную смену работника сферы обслуживания.
Но настоящей вершиной организаторского таланта моей свекрови стал грядущий юбилей её сводного брата, Владлена Петровича.
Владлен Петрович готовился отметить шестидесятипятилетие с поистине королевским размахом на выезде. Тамара Ильинична добровольно взяла на себя обязанности распорядителя праздника.
Она создала отдельную группу для переписки, куда добавила всех приглашенных, и бодро отчиталась: база отдыха найдена, смета составлена, деньги нужно переводить ей на карту. Родня послушно скинулась на проживание в домиках, банкет, украшение зала и развлечения.
Масштаб своей новой невольной должности я осознала в четверг, за два дня до торжества.
Я сидела за ноутбуком, вычитывая сценарии для утренней программы, когда зазвонил телефон. На экране высветился номер дальней родственницы из соседней области.
— Оксаночка, здравствуй! — прогудел в трубке бас тети Раи. — Мы в субботу прибываем на вокзал в восемь утра. Ты когда за нами приедешь, учти, что у нас четыре больших чемодана. В твой багажник влезут? И еще, Тамара сказала, ты на базу привезешь свои фирменные рулетики из баклажанов. Сделай лоточков пять, мы их очень любим.
Я аккуратно отодвинула от Вари открытые пальчиковые краски и прижала телефон к уху.
— Раиса Захаровна, добрый день. А с чего вы взяли, что я подрабатываю бесплатным такси и полевой кухней?
— Как с чего? — искренне удивилась родственница. — Тамара Ильинична нам расписание прислала. Ты встречаешь три семьи с поездов, отвозишь вещи. Потом украшаешь зал шарами, накрываешь приветственный фуршет. На самом банкете ты нас фотографируешь, а вечером приглядываешь за детьми, чтобы взрослые могли спокойно посидеть. Ты же всё равно крепкое не пьешь, и дочка у тебя маленькая.
Внутри меня что-то тихо и радостно щелкнуло, как затвор хорошего фотоаппарата, поймавшего идеальный кадр.
Я тепло попрощалась с тетей Раей, посоветовав ей вызвать вместительное такси, и набрала номер базы отдыха.
Беседа с администратором расставила всё по своим местам. Тамара Ильинична действительно забронировала домики и оплатила аренду банкетного зала с минимальным меню. Но она не заказала ни украшение шарами, ни услуги официантов, ни детскую программу, ни перевозку гостей.
Половина собранных с многочисленной родни средств осела на её личной карте. Как я случайно узнала от Светланы днем ранее, свекровь присмотрела себе новейшую модель телефона с хорошей камерой и планировала купить его как раз после выходных.
Вечером мы с Максимом поехали в гости к его матери.
Тамара Ильинична встретила нас в приподнятом настроении, предвкушая грядущий триумф. Максим, не тратя времени на светские беседы, сел напротив матери и спокойно, но с отчетливой сталью произнес:
— Мама, давай проясним один момент. Оксана не водитель, не кухарка и не массовик-затейник. Никаких встреч на вокзале, никаких баклажанов и никакого присмотра за чужим потомством не будет. Мы едем на праздник отдыхать.
Свекровь посмотрела на сына с ласковой снисходительностью бывалого начальника, которому молодой стажёр пытается советовать, как управлять целым отделом.
— Максим, ну что ты выдумываешь? — она отмахнулась от его слов, как от назойливого насекомого. — Никто её не перетрудит. Это же обычная взаимовыручка! Мы должны помогать друг другу. Просто присмотрим за детками, пока взрослые тосты говорят.
Она была абсолютно уверена, что Максим просто сотрясает воздух, а я, оказавшись в толпе родственников, из вежливости не посмею устроить сцену и покорно взвалю на себя все обязанности.
В субботу утром мы выехали на базу.
Погода стояла чудесная. Варя сидела в автокресле в нарядном желтом платье, Максим вел машину и насвистывал какую-то джазовую мелодию. А я наслаждалась видами из окна, предвкушая отличное представление.
Когда мы припарковали машину возле главного корпуса, на веранде уже толпилась приехавшая родня. Рядом возвышались горы багажа, а между чемоданами носились шестеро племянников и внучатых племянников разной степени неуправляемости.
Тамара Ильинична стояла в самом центре этой суеты с видом директора успешной корпорации. Завидев нас, она радостно всплеснула руками.
— А вот и наша выручалочка! — громко возвестила свекровь, привлекая всеобщее внимание. — Наша Оксаночка никому не откажет, она же у нас совершенно свободный человек! Сгружайте чемоданы к ней в багажник, пусть к домикам везет.
Родственники повернулись ко мне. В их глазах читалась надежда на скорое избавление от багажа, голода и собственных детей.
— Оксана, — тут же подскочила Светлана. — Забери моих орлов, мы пойдем в номер располагаться.
— Оксаночка, а рулетики где? — подала голос тетя Рая. — И шары когда надувать начнешь? Банкет через три часа!
Я поправила ремешок сумочки на плече, оглядела собравшихся и весело улыбнулась.
— Дорогие родственники, — мой голос звучал спокойно и отчетливо, перекрывая шум сосен и визг детей. — Боюсь, произошла чудовищная ошибка. Я приехала на юбилей к Владлену Петровичу в качестве гостьи. С мужем, дочерью и подарком.
Свекровь попыталась сохранить лицо.
— Оксаночка, ну что ты начинаешь капризничать? Тебе сложно пару часов с детьми посидеть и зал украсить? Ты же молодая, энергичная!
— Тамара Ильинична, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Вы так смело распоряжаетесь моим временем и силами, словно я крепостная крестьянка, которую вы только что выменяли на борзого щенка.
Максим встал рядом со мной, положив руку мне на талию.
— Мама, я тебя предупреждал в четверг, — его голос звучал весомо и жестко. — Моя жена не работает бесплатным обслуживающим персоналом. Ваши просьбы — это обязанности повара, няни, декоратора и грузчика. Если кому-то нужны эти услуги, администрация базы с удовольствием их предоставит. За отдельную плату.
Я не удержалась и добавила:
— При таком количестве назначенных мне должностей не хватает только форменного передника и нагрудной таблички с часами приёма.
Максим рассмеялся, прижав меня к себе.
Толпа родственников недовольно зашумела. Светлана с ужасом смотрела на своих сыновей, понимая, что танцы на банкете отменяются. Тетя Рая горестно вздыхала о неслучившихся баклажанах.
А дядя Владлен Петрович, виновник торжества, нахмурил брови:
— Тамара, я не понял. Мы же скидывались на полное обслуживание! Где детская программа? Где официанты на банкет?
В этот момент, словно по волшебству, на веранду вышел Эдуард — администратор базы отдыха. Молодой человек в строгом костюме учтиво поклонился нашей компании.
— Добрый день, уважаемые гости! Я вижу, все в сборе. Тамара Ильинична, вы желаете расширить пакет услуг? Перевозка до домиков, работа детского ведущего и услуги двух официантов на вечер будут стоить…
Он назвал сумму, которая с точностью до рубля совпадала с той, что свекровь отложила на свою покупку.
— Оплачивать будете наличными или картой?
Лицо свекрови вытянулось. Казалось, она надкусила красивый, румяный персик, а внутри оказался сплошной лимон. Она переводила взгляд с недовольного брата на ожидающего администратора, затем на нас с Максимом.
Ей ничего не оставалось. Под суровым взглядом Владлена Петровича, который прекрасно умел считать свои деньги, Тамара Ильинична достала из сумочки банковскую карту и приложила её к терминалу Эдуарда.
Писк аппарата, списавшего средства, прозвучал для неё как прощальный звон по мечте о новом телефоне.
Остаток дня прошел великолепно.
Пока нанятые работники таскали чемоданы и развлекали толпу сорванцов, мы с Максимом и Варей гуляли по живописной территории базы. Мы кормили специальными гранулами золотых рыбок в искусственном пруду, фотографировались в цветущих деревянных беседках и наслаждались свежим воздухом.
Вечером на банкете я сидела за столом по правую руку от мужа. Я ела горячее, не вскакивая каждые пять минут, пробовала закуски и вставала из-за стола исключительно ради того, чтобы потанцевать с собственной дочерью.
Максим не скрывал удовольствия. Он подкладывал мне в тарелку салаты и с улыбкой отмечал:
— Знаешь, я еще никогда не видел тебя такой отдохнувшей и умиротворенной в окружении моей родни. Тебе очень идет этот статус приглашенной гостьи.
На следующий день программа мероприятия предполагала поездку на автобусную экскурсию в соседний старинный городок. Утром Светлана снова попыталась провернуть свой излюбленный маневр. Она подошла ко мне во время завтрака, держа за руки своих сыновей.
— Оксан, вы же с Варей не поедете на экскурсию? Ей там тяжело будет. Присмотришь за моими?
Я допила свой ягодный напиток, аккуратно поставила стакан на стол и с улыбкой ответила:
— Света, мы с Максимом и Варей уже купили билеты на прогулочный теплоход по реке. Отплываем через двадцать минут. Так что твоим орлам придется приобщаться к древней архитектуре вместе с тобой. Развитие исторической памяти — важный этап воспитания.
Светлана растерянно моргнула, пытаясь осознать, что безотказный механизм окончательно сломался.
В итоге на экскурсию поехали все дети. И поскольку Светлана категорически не справлялась со своими, а тетя Рая жаловалась на больные ноги, основной удар приняла на себя Тамара Ильинична, как главный организатор поездки.
К вечеру, когда экскурсионный автобус вернулся на базу, свекровь выглядела так, словно вручную перекопала гектар твердой почвы.
Она впервые вслух признала, что один день безостановочной заботы о нескольких активных детях выматывает сильнее, чем любые высокопарные речи о безграничной отдаче.
Но главные испытания ждали Тамару Ильиничну по возвращении в город.
В понедельник в общей переписке Владлен Петрович вежливо, но настойчиво попросил сестру предоставить полный финансовый отчет по потраченным на юбилей средствам. Родственники, увидев, что на самом деле входило в изначальный пакет услуг, быстро сопоставили цифры.
И тут для всех всё окончательно прояснилось: их «бесплатная Оксаночка» была главным пунктом грандиозного плана экономии свекрови.
Разразился нешуточный скандал. Тетя Рая возмущалась громче всех, Светлана жаловалась, что переплатила, а Владлен Петрович просто потребовал вернуть остаток средств на карту.
Тамаре Ильиничне пришлось вывернуть свои сбережения наизнанку, чтобы расплатиться с разъяренной родней. О новой покупке теперь не могло быть и речи. Но гораздо больнее по ней ударило то, что статус великолепного организатора и главы семейного клана был утрачен навсегда.
Родня больше не доверяла ей сбор денег даже на букет для общей знакомой.
Максим поставил в этой истории жирную точку. Он позвонил матери и окончательно запретил ей давать кому-либо обещания от моего имени.
— Мама, запомни простое правило, — спокойно сказал он. — Любая помощь от моей жены возможна только в том случае, если человек лично её об этом попросит, а она лично согласится. Забота о нашей дочери не превращает её в бесплатный сервис для всех желающих.
Прошло несколько недель. Мы случайно столкнулись со Светланой и её сыновьями в городском парке. Золовка подошла к нам, поздоровалась и очень осторожно, подбирая слова, спросила:
— Оксан, мы тут на аттракционы идем, а младший боится. Ты не могла бы постоять с ним буквально полчаса у каруселей, пока я со старшим прокачусь?
Я посмотрела на свои часы, оценила планы на вечер и спокойно ответила:
— Нет, Света, извини. Мы с Варей идем кормить белок и торопимся, пока они не уснули.
И знаете, произошло чудо. Светлана не стала возмущаться, не начала доказывать, что мне совершенно нечем заняться, а просто кивнула и повела детей к билетной кассе.
Тамара Ильинична больше никогда не называла меня «нашей помощницей». На следующем семейном сборе, который проходил уже без её организаторского участия, она чинно представила меня новым гостям как жену своего сына и мать своей внучки.
Я мысленно улыбнулась. Повышение в должности оказалось исключительно приятным: неоплачиваемых обязанностей стало ровно на сто процентов меньше, а моё собственное имя мне наконец-то вернули. И всё это без единого крика, исключительно силой логики и вовремя заданных вопросов.
