— Кристина Трофимовна, давайте без обид, но деньги у вас лежат мёртвым грузом! — Олег по-хозяйски развалился на табурете и крутил на пальце тяжёлый брелок от машины.
— Нам с Тоней тесно. Мы расширяться надумали!
Кристина уложила светлую панаму в дорожную сумку у комода и застегнула молнию. Дочка с зятем свалились как снег на голову полчаса назад.
Даже заранее не позвонили! Принесли дешёвый магазинный пирог с яблоками в картонной коробке и с порога завели шарманку про банковский вклад.
Два года назад Кристина продала старую дачу за городом. Участок ушёл за кругленькую сумму. Спина после шестидесяти трёх уже не та, чтобы грядки полоть и вёдра с водой таскать.
Вырученные деньги она положила под процент — берегла на нормальные зубные импланты, хороший санаторий и спокойную жизнь.
Зять про эту кубышку помнил лучше самой тёщи. Восемь лет назад Антонина вышла за Олега, и с тех пор тот вечно строил грандиозные планы за чужой счёт.
То на свадьбу им Кристина отстегнула немало, то на первый взнос за жильё добавила. Теперь вот аппетиты снова выросли.
— Олежка прав, мамуль! — подхватила Антонина, постукивая длинными бордовыми ногтями по краю обеденного стола.
— Цены на стройку растут каждую неделю! Зачем тебе одной в двух комнатах ещё и вклад в банке?
— И правда, зачем? — с иронией прищурилась Кристина.
— Пенсия есть, льготы есть. Помирать ещё не пора, зятёк?
— Ну к чему эти крайности! — поморщился Олег.
— Много ли вам одной надо? А мы люди молодые, деловые, нам момент ловить пора!
— Какой ещё момент? — Кристина присела на край кресла напротив гостей.
— Вы же вроде без моей помощи обходиться собирались. Сами хвалились, что в гору пошли!
— Мало ли кто что собирался! — недовольно буркнул зять.
— Подвернулся шикарный вариант. Трёшка в новом доме, с гардеробной и подземной парковкой! Если вашу заначку с продажи дачи туда вложить, нам платёж по ипотеке выйдет совсем копеечный.
— Вот оно что, — протянула Кристина.
— Значит, тебе, зятёк, подземная парковка понадобилась. А мне прикажешь без зубов ходить?
— Ой, мамуль, ну какие зубы в твои годы! — махнула рукой Антонина и поправила воротник бежевого кардигана.
— В районной поликлинике пенсионерам протезы бесплатно ставят!
— Бесплатные, говоришь? — переспросила мать.
— Конечно! — затараторила дочь.
— Посидишь в очереди пару часов, не развалишься! Тебе на приёмы к министрам не ходить. Зато родная дочка будет жить в человеческих условиях!
— И Олежке машину зимой во дворе греть не придётся, — важно вставил зять.
— По-семейному надо мыслить, мамаша! Вы же не для чужих людей стараетесь.
Кристина глянула на эту парочку и криво ухмыльнулась. Знаете таких родственников, которые вспоминают про слово «семья» только тогда, когда им чужой кошелёк вытряхнуть надо?
Вот и зять сейчас смотрел на тёщу не как на человека, а как на кассиршу в сберкассе, которая почему-то задерживает выдачу наличных.
— Ешьте свой пирог, раз принесли, — сказала Кристина и придвинула к Олегу картонную коробку.
— А на мои сбережения рот не разевайте. Нет там для вас ничего.
Олег перестал вертеть брелок и набычился.
— Кристина Трофимовна, вы эти шуточки бросьте! — с нажимом произнёс он.
— Что значит «нет ничего»? Мы вам не посторонние!
— В январе зато совсем посторонние были, — негромко напомнила Кристина.
— Когда я на обледенелых ступеньках у остановки поскользнулась и лодыжку сломала.
— Опять двадцать пять! — закатила глаза Антонина.
— Ты мне этот перелом теперь до ста лет попрекать будешь?!
— А что ж не попрекнуть, Тонечка? — Кристина выпрямила спину.
— Полтора месяца я в гипсе по квартире прыгала! Хоть бы раз приехали да буханку хлеба привезли!
— У Олежки тогда квартальный отчёт горел! — огрызнулась дочь.
— И у свекрови юбилей был, мы в загородный клуб ездили! Нам разорваться надо было, что ли?!
— Вот я и говорю — люди вы занятые, деловые, — кивнула своим мыслям Кристина.
— А ты, Олег, мне тогда по телефону что посоветовал? Курьера вызвать и не дёргать вас по пустякам?
— Правильно посоветовал! — ничуть не смутился зять.
— Сейчас двадцать первый век, доставка до порога ходит! Не на улице же вы в сугробе лежали, а дома в тепле!
Тогда зимой Кристину буквально вытащила соседка по лестничной площадке — сорокасемилетняя Виктория. Она работала старшим бухгалтером в строительном тресте, но каждый вечер находила время заглянуть.
Приносила горячий куриный бульон, ходила на рынок за продуктами, мыла полы и возила Кристину на перевязки. И ведь ни копейки за помощь не взяла, как та ни уговаривала!
А вот как бывает, когда всё до копейки детям отдаёшь, Кристина тоже отлично знала.
У неё на бывшем хлебозаводе работала технологом Рената — та единственной доченьке с зятем все гробовые на расширение выложила.
Молодые хоромы отгрохали, потом и материно жильё в общий котёл пустили, а саму старуху поселили на раскладушке за шифоньером, чтобы гостям вид не портила. Кристина ту науку крепко усвоила.
— Отчёт и юбилей — дела важные, кто спорит, — согласилась она.
— Только и мои накопления — дело моё. Я их на своё здоровье отложила.
Олег шумно отодвинул табурет, поднялся и зашагал по комнате, заложив большие пальцы за ремень брюк. Холёное лицо его пошло красными пятнами, а барская спесь мигом слетела.
— Значит так, мамаша, давайте начистоту! — отрубил он, остановившись прямо перед ней.
— Хватит ломать комедию! Зачем вам вообще что-то беречь? Кто вас в старости досматривать будет? Мы с Тоней!
— Как в январе досматривали? — поддела его тёща.
— С доставкой по телефону?
— Вы мне к словам не цепляйтесь! — повысил голос Олег.
— Я про здравый смысл толкую! Квартира эта двухкомнатная после вас кому достанется? Нам! Значит, и деньги по праву наши!
— Ты меня хоронить-то не торопись, зятёк, — осадила его Кристина.
— Я ещё на твоей подземной парковке спляшу!
— Да никто вас не хоронит! — отмахнулся он.
— Просто мы с риелтором вчера всё по уму прикинули. Сейчас вы отдаёте нам заначку с дачи на первый взнос.
А через годик, когда наш дом сдадут, мы и эту вашу двушку продадим!
Кристина даже подалась вперёд.
— Как это — двушку продадим?! Ты в своём уме, Олег?!
— В полном! — нагло заявил зять.
— Зачем вам одной такие хоромы и лишняя коммуналка? Купим вам крохотную студию на выселках. Или вообще к себе заберём, в маленькую комнатушку возле санузла!
— Тоня, ты слышишь, что твой муж несёт?! — Кристина повернулась к дочери.
— А что такого, мамуль?! — тут же встряла Антонина, задрав подбородок.
— Олежка всё правильно рассчитал! Нам же в новой трёшке ещё ремонт делать, мебель менять, кухню заказывать! Где мы столько возьмём?!
— То есть вы уже не только вклад мой поделили, но и из родного дома меня выселили? — Кристина обвела взглядом раскрасневшуюся парочку.
— Интересное кино!
— Зато ты под присмотром будешь! — не унималась дочь.
— В маленькой комнатке убираться легко, и туалет рядом! Тебе жалко для единственной дочери, что ли?!
— Нет, дорогие мои, — твёрдо сказала Кристина.
— В чулан возле вашего туалета я не поеду. И денег вы от меня больше не увидите!
Олег упёрся ладонями в край стола и грузно навис над тёщей.
— Сидеть как собака на сене мы вам не позволим! — отчеканил он.
— И чтобы вы понимали всю серьёзность ситуации: мы вчера застройщику невозвратный задаток внесли! Кругленькую сумму, между прочим, с кредитки сняли!
— Как внесли?! — ахнула Кристина.
— Меня не спросив?!
— А чего тебя спрашивать, мамуль?! — с вызовом выкрикнула Антонина.
— Я Олежке твёрдо пообещала, что ты дашь деньги с вклада! Во вторник до обеда мы обязаны перевести застройщику основной взнос!
— А если до вторника не переведём, весь наш задаток сгорит! — добавил Олег, сверля тёщу взглядом.
— Целиком пропадёт, до копеечки!
— Имей в виду, мама! — пригрозила Антонина, вскакивая с места.
— Если из-за твоего упрямства наши деньги сгорят, Олежка со мной разведётся! Он мне так и сказал!
— Тоня, да как же так… — начала было Кристина, но дочь не дала ей договорить.
— А вот так! — взвизгнула Антонина.
— Останусь я разведёнкой с долгами по кредитке — и всё по твоей вине!
Я тогда к тебе больше в жизни на порог не ступлю! И когда снова сляжешь — даже не звони, сама одна кувыркайся как хочешь!
— Вот именно, мамаша! — самодовольно поддакнул зять, решив, что окончательно дожал старуху.
— Куда вы от нас денетесь? Других родных у вас нет! Так что одевайтесь, поедем сейчас в банк. Вы обязаны отдать накопления нам на расширение!
Кристина не сразу нашла что сказать. Родная дочь стояла напротив, злобно прищурившись, и без малейшего стыда шантажировала мать своим браком и чужими кредитами.
Кристина опустилась глубже в кресло. Уставилась в одну точку на столе, затем потёрла виски пальцами.
Бывало у вас такое чувство, будто самые близкие люди прямо в грязных уличных ботинках по душе потоптались?
Однако оцепенение прошло так же стремительно, как и накатило. Кристина поднялась с кресла, подошла к комоду и выдвинула верхний ящик.
Достала оттуда прозрачный файлик с печатным бланком, вернулась к столу и положила лист прямо поверх коробки с магазинным пирогом.
— Это ещё что за бумажка? — нахмурился Олег, наклоняясь к столу.
— Выписка из банка?
Антонина схватила лист, глянула на заголовок сверху и даже рот открыла от изумления:
— Договор… пожизненной ренты?! Мама, ты что надумала?! Какая ещё Виктория?!
— Моя соседка, Виктория, — с прохладцей пояснила Кристина.
— Та самая, которая меня в январе да феврале с ложечки кормила, пока у вас квартальный отчёт горел и юбилеи гулялись. Месяц назад мы с ней всё официально оформили.
Олег выхватил бумагу из рук жены. Челюсть у него медленно поползла вниз.
— Вы… вы отписали двухкомнатную квартиру чужой тётке с площадки?! — выдавил он, тыча пальцем в подписи.
— Да вы на старости лет совсем свихнулись! А как же мы?!
— А вы люди молодые, деловые, сами заработаете! — парировала Кристина.
— Квартира после меня останется Виктории. Она за мной присматривает и лекарства покупает. Так что комнатушку возле своего санузла можете под кладовку приспособить!
— А вклад?! — заголосила Антонина, хватаясь за щёки.
— Мамочка, а деньги с продажи дачи где?! У нас же задаток во вторник горит!
— Нет больше никакого вклада, Тонечка, — без малейшего сожаления ответила мать.
— Половину я на прошлой неделе в стоматологию за импланты внесла. А на остаток путёвку в Кисловодск выкупила, в лучший санаторий с лечением!
Кристина кивнула на собранную дорожную сумку у комода:
— Видите, сумка у стены стоит? Завтра утром у меня поезд. Да ещё Виктория мне по договору приличную сумму перевела — как раз на обновки к отъезду хватило!
— Вы не имели права! — взорвался Олег, стукнув кулаком по столу.
— Это наши деньги! Да я вашу соседку затаскаю, она у меня попляшет!
— Ой, кто это тут у нас танцевать собрался? — раздался бодрый голос от порога.
В комнату шагнула рослая Виктория в домашнем терракотовом костюме, держа в руках лукошко со свежей клубникой.
— Добрый день, гости дорогие! — с улыбкой поздоровалась соседка и поставила ягоды на стол.
— Кристина Трофимовна, я вам тут клубники с дачи в поезд принесла, а у вас, слышу, крик на весь подъезд стоит.
— Да вот, Вика, зятёк грозится тебя затаскать, — хитро прищурилась Кристина.
— Уж больно ему моя квартира и дачные сбережения приглянулись.
Виктория смерила Олега насмешливым взглядом сверху вниз:
— Ну-ну, пусть попробует. Кристина Трофимовна в здравом уме и твёрдой памяти, мы всё по закону сделали, не подкопаешься.
Так что, молодые люди, забирайте свой пирог — и на выход! Нам ещё вещи к поезду дособирать надо.
— Ты кто вообще такая, чтобы нами командовать?! — задохнулась от злости Антонина.
— Я родная дочь! Я сюда когда захочу, тогда и приду, у меня свои ключи есть!
— А ну-ка выкладывай ключи на комод, дочка, — строго велела Кристина, протягивая открытую ладонь.
— Живо!
— Ничего я тебе не отдам! — взбрыкнула было Антонина.
— Отдашь как миленькая, — шагнула ближе Виктория.
— Иначе я сейчас мастера вызову, мы замки за полчаса сменим, да ещё и участковому заявление напишем, чтобы в отъезде Кристины Трофимовны тут никто не шастал!
Олег, пошедший багровыми пятнами, понял, что криком тут ничего не возьмёшь. Он сгрёб со стола свой автомобильный брелок, дёрнул жену за локоть:
— Брось ты ей этот ключ, Тоня! Пошли отсюда!
Антонина со звоном швырнула ключ на крышку комода. А Виктория бережно сунула Олегу в руки картонную коробку с магазинным яблочным пирогом:
— Подарочек свой не забудьте, деловые. В хозяйстве пригодится, раз у вас кредитка пустая!
Через минуту шаги супругов затихли на лестнице.
Прошло два месяца. Невозвратный задаток у застройщика, конечно, сгорел до копейки. Чтобы закрыть огромную дыру по кредитке, Олегу пришлось срочно продать свою любимую иномарку.
Теперь каждое утро зять толкается в душной маршрутке.
По вечерам он пилит Антонину за то, что её «ушлая мамаша» пустила их по миру, и грозится подать на развод, хотя съезжать из общей квартиры не спешит.
А Кристина Трофимовна недавно вернулась из Кисловодска — загорелая, помолодевшая, с красивой новой улыбкой — и сейчас они с Викторией выбирают светлые шторы для лоджии.
А вы бы на месте Кристины предупредили дочку с зятем про договор ренты заранее или тоже поставили бы наглецов перед фактом?
