— Я выбираю папу. У них с Ритой прикольно, и никто не заставляет зубрить физику, — сказал в микрофон мой четырнадцатилетний сын.
Судья поправила тяжелые очки в роговой оправе. В пустом зале повисла звенящая тишина. Лена сидела на жесткой деревянной скамье. Она сжала край лакированного стола так, что побелели костяшки пальцев. Шариковая ручка выскользнула из рук и со стуком покатилась по вытертому линолеуму.
— Артем, вы понимаете, что суд определяет ваше место жительства на постоянной основе? — сухо спросила женщина в мантии.
— Да, понимаю. Я хочу жить с отцом, — Тёма переступил с ноги на ногу.
На нем были те самые кроссовки за девять тысяч рублей. Их купил бывший муж ровно за день до суда. До этого Игорь не вспоминал о размере обуви сына больше полугода.
Лена посмотрела на Игоря. Бывший муж вальяжно откинулся на спинку стула. Он поправил манжет синей рубашки. На его губах играла едва заметная победная ухмылка.
— Ваша честь, мальчик сделал осознанный выбор, — произнес адвокат Игоря. — Мой клиент готов обеспечить сыну комфортные условия проживания. И самое главное — здоровую психологическую обстановку. Без давления.
— Какое давление? — Лена резко подалась вперед. — Я просто требую, чтобы он учился! Он в восьмом классе. У него пять двоек в четверти.
— Елена Викторовна, соблюдайте порядок, — отчеканила судья. — Слово предоставляется отцу.
Игорь встал. Он картинно вздохнул, изображая уставшего от скандалов человека.
— Понимаете, бывшая жена помешалась на контроле. Она не дает парню дышать, — начал Игорь мягким баритоном. — Репетиторы, секции, постоянные упреки. Артем для нее — проект. А ему нужна семья. Мы с моей невестой Ритой дадим ему свободу и понимание.
Лена почувствовала, как ногти впиваются в ладони. Свободу. Полгода назад Игорь ушел к двадцатишестилетней Рите. Оставил Лену с ипотекой и переходным возрастом сына. Алименты платил со скрипом. Всего пятнадцать тысяч рублей с «белой» части зарплаты.
Но стоило Лене подать иск на твердую денежную сумму в размере тридцати пяти тысяч, как Игорь нанес ответный удар. Он подал встречный иск об определении места жительства ребенка. Если сын живет с ним, алименты платит Лена. Математика была простой.
— Тёма, ты же понимаешь, что отец просто не хочет платить? — громко сказала Лена, глядя сыну прямо в глаза.
— Мам, не начинай, — Тёма закатил глаза. — Папа прав. Ты вечно всем недовольна. А Рита крутая. Мы вчера до двух ночи в плейстейшен рубились. Она даже пиццу сама заказала.
Судья громко стукнула деревянным молотком.
— Решение суда. Иск удовлетворить. Место жительства несовершеннолетнего определить с отцом.
Сборы вещей напоминали плохую комедию. Тёма молча скидывал одежду в большую клетчатую сумку. Он не складывал вещи, а просто комкал их и швырял внутрь.
Лена стояла в дверях его комнаты. Она скрестила руки на груди. В нос бил запах пыли и подросткового дезодоранта.
— Учебники по алгебре на столе, — ровным голосом произнесла Лена.
— Потом заберу. У нас завтра выходной, — буркнул Тёма, не оборачиваясь.
В коридоре раздался тяжелый мужской шаг. Игорь вошел в квартиру без стука. У него были свои ключи, которые он так и не вернул после развода. За ним вплыла Рита. От нее резко пахло сладким ванильным парфюмом. Рита брезгливо оглядела тесную прихожую.
— Привет, Тёмыч! Готов? — громко спросил Игорь. — Там такси ждет. Рита тебе новую комнату оформила. Все как договаривались.
— Да, пап, почти всё. Только зарядку от ноута найти не могу, — крикнул сын.
Лена шагнула наперерез бывшему мужу.
— Игорь. Ему в понедельник сдавать проект по истории. Я оплатила репетитора по химии. Четыре с половиной тысячи рублей за три урока вперед. Занятия по средам в шесть.
Игорь усмехнулся. Он достал из кармана телефон и покрутил его в пальцах.
— Лен, выдохни. Какие репетиторы? Пацан только переезжает. Ему нужна адаптация.
— Адаптация к чему? К тому, что можно ничего не делать? — голос Лены сорвался. — У него аллергия на цитрусовые, таблетки в аптечке. В школу он встает в семь пятнадцать.
Рита громко цокнула языком. Она поправила идеальную укладку и посмотрела на Лену с плохо скрываемой жалостью.
— Елена, вы слишком нагнетаете, — сладким голосом протянула Рита. — Тёма взрослый парень. Мы найдем общий язык. Главное — это доверие, а не ваши жесткие рамки.
Тёма вышел из комнаты. Он тащил за собой неподъемную сумку. На его плече висел рюкзак с игровой приставкой.
— Тёма, — Лена сделала шаг к сыну. — Если ты сейчас уйдешь вот так, ради свободы от уроков, обратно пути не будет. Понимаешь?
Подросток дернул плечом. Он даже не посмотрел на мать.
— Мам, я же не в тюрьму сажусь. Буду заходить по выходным на борщ, — он засмеялся собственной шутке. Игорь поддержал его громким хлопком по спине.
— Пошли, мужик. Нас ждут бургеры, — скомандовал Игорь.
Входная дверь громко хлопнула. Замок щелкнул. Лена осталась одна в пустом коридоре. Она медленно опустилась на пуфик для обуви. В тишине было слышно, как на кухне капает вода из неплотно закрытого крана. Лена закрыла лицо руками. Плакать не хотелось. Внутри образовалась странная, звенящая пустота.
— Ты сам сделал этот выбор, сынок, — прошептала она в пустоту.
Прошел ровно месяц. Майские праздники остались позади. Лена училась жить одна. Первую неделю она по привычке просыпалась в шесть тридцать, чтобы приготовить сырники. Потом вспоминала, что готовить некому.
Она начала задерживаться на работе. Впервые за много лет сходила в кино на вечерний сеанс. Купила себе дорогой крем, деньги на который раньше откладывала на осеннюю куртку для Тёмы.
Звонки от сына были редкими. Сначала он звонил раз в три дня, рассказывал про новые уровни в игре. Потом стал звонить только с просьбами скинуть карманные деньги. Лена переводила по пятьсот рублей и сухо завершала разговор.
Игорь в первый же месяц прислал номер счета для перечисления алиментов. Четырнадцать тысяч двести рублей. Половина от ее скромного оклада библиотекаря в частной школе. Лена молча перевела деньги в день зарплаты. Закон есть закон.
Однажды в пятницу вечером экран телефона засветился.
Забери его на выходные. Мы с Игорем уезжаем за город. — 19:42.
Номер не определился, но Лена знала, что это Рита.
Она спокойно набрала ответ:
Я работаю в субботу. У Артема есть отец. Решайте этот вопрос с ним. — 19:45.
Телефон зазвонил почти мгновенно. На экране высветилось «Игорь». Лена сбросила звонок и поставила режим «Не беспокоить». Она включила телевизор, налила себе горячий чай с лимоном и открыла книгу. Никакого чувства вины не было. Только холодный расчет.
Утром в понедельник классный руководитель Темы прислала голосовое сообщение. Артема не было в школе с четверга. Лена переслала сообщение Игорю. Добавила один знак вопроса.
Игорь перезвонил через минуту. Его голос больше не звучал бархатно и уверенно. В трубке слышалась раздраженная одышка.
— Лен, слушай. У нас тут форс-мажор, — быстро затараторил бывший муж. — Пацан совсем от рук отбился. Школу прогуливает. Рита с ним вчера поцапалась.
— Из-за чего? — сухо поинтересовалась Лена. Она подошла к окну и стала смотреть на проезжающие машины.
— Да из-за ерунды. Он тарелки в раковине копить стал. Три дня не мыл за собой. Рита психанула, выбросила все в мусорку. Он ей нахамил.
— А ты что? — Лена потерла лоб свободной рукой.
— А я на работе! — рявкнул Игорь. — Я деньги зарабатываю. Мне некогда сопли вытирать великовозрастному лоботрясу. Слушай, забери его обратно. Хоть на месяц, пока я тут дела разрулю.
— Нет, — спокойно ответила Лена.
— В смысле нет? Это твой сын! — Игорь сорвался на крик.
— Мой сын по решению суда проживает с тобой, Игорь. Ты хотел доказать, что я плохая мать. Доказал. Теперь воспитывай. Корми, стирай, заставляй делать уроки. А мне пора на работу.
Она нажала отбой. Руки немного дрожали. Лена открыла шкафчик на кухне, достала таблетку успокоительного и запила ее холодной водой прямо из-под крана.
В среду вечером раздался долгий, настойчивый звонок в дверь.
Лена посмотрела в глазок. На лестничной клетке стоял Тёма. В ногах у него валялась та самая клетчатая сумка. Рядом с красным, злым лицом переминался Игорь.
Лена повернула ключ, но цепочку снимать не стала. Дверь приоткрылась на пятнадцать сантиметров.
— Открывай, — тяжело дыша сказал Игорь. — Мы приехали.
— Куда вы приехали? — Лена облокотилась на косяк.
— Мам, пусти. Я обратно, — голос Тёмы дрогнул. Он выглядел уставшим. Волосы не мыты дня три. Кроссовки за девять тысяч покрыты толстым слоем серой пыли.
— Артем, ты живешь с папой, — чеканя каждое слово, произнесла Лена. — У нас состоялся суд.
— Лена, прекращай этот цирк! — Игорь ударил кулаком по косяку. Побелка посыпалась на придверный коврик. — Рита собрала вещи и ушла к подруге. Она сказала, что не вернется, пока в квартире живет подросток. Я не могу разорваться! Мне готовить ему некогда.
— А мне, значит, есть когда? — Лена усмехнулась. — Ты месяц назад кричал в суде, что я диктатор. Что у вас с Ритой будет здоровая обстановка. Вот и оздоравливайтесь.
Тёма шмыгнул носом и посмотрел на мать исподлобья.
— Мам, я есть хочу. У папы только пельмени уже неделю. А Рита приставку швырнула в стену, когда я уроки отказался делать. Она разбилась.
Лена посмотрела на сына. В его глазах не было раскаяния. Была только обида на то, что новая игрушка сломалась. Обида, что праздник непослушания закончился жесткой бытовой реальностью. Никто не хотел обслуживать его бесплатно.
— Мне жаль твою приставку, Тёма. Но ты сам сказал, что я выношу тебе мозг химией. Возвращайся к папе. Там свобода.
— Лена, ты не имеешь права! Это твой ребенок! Ты обязана пустить его домой! — заорал Игорь на весь подъезд. Соседка из квартиры напротив приоткрыла дверь, с интересом прислушиваясь к скандалу.
Лена просунула руку в щель и взялась за край двери.
— Согласно решению суда от четырнадцатого апреля две тысячи двадцать шестого года, место жительства несовершеннолетнего определено с отцом. Если вас что-то не устраивает — подавайте новый иск. Заседание назначат месяца через полтора. Как раз к концу учебного года успеете.
— Ты сумасшедшая? Ты сына на улицу выгоняешь из-за своих обидок? — Игорь попытался просунуть ботинок в щель, но Лена резко толкнула дверь на себя, заставив его отступить.
— Я не выгоняю его на улицу. Я возвращаю его законному опекуну. Папа хотел алименты? Папа хотел статус хорошего парня? Наслаждайся. А ты, Тёма, подумай пока над химией. Говорят, она в жизни пригождается.
— Подавайте в суд. А пока — спокойной ночи.
Она с силой захлопнула дверь перед их лицами. Щелкнула двумя замками. Проверила задвижку. В коридоре было тихо. Только по ту сторону двери слышался приглушенный мат Игоря и глухой стук брошенной сумки.
Лена поправила сбившуюся прихожую дорожку, выключила свет и медленно пошла на кухню. Она достала из холодильника бутылку минералки, налила полный стакан и выпила его залпом.
А как бы вы поступили с подростком, который предал вас ради игровой приставки и свободы от уроков?
