– Ты серьёзно считаешь, что надувной матрас решит все вопросы? – Валера с усилием задвинул ногой коробку с обувью вглубь шкафа. – Алина девочка неприхотливая, ей только угол нужен, чтобы ноутбук приткнуть и переночевать.
– Валера, у Алины в Воронеже есть целая трёхкомнатная квартира с мамой, – Дарья не повышала голоса, методично выжимая салфетку из микрофибры. – А мой кабинет – это моё рабочее место, где я провожу по десять часов в сутки за созвонами с заказчиками. Я зарабатываю там деньги, в том числе на наш совместный отпуск.
– Ну вот опять ты всё сводишь к деньгам! – муж укоризненно всплеснул руками. – Родная сестра переезжает в столицу, у человека решается судьба, а ты торгуешься из-за трёх метров. Мама сказала, что мы обязаны поддержать родственницу на старте, ведь семья для того и создана.
– Твоя мама может подставлять плечо кому угодно, но за собственный счёт, – заявила Дарья.
Этот неприятный разговор назревал всю последнюю неделю. В воскресном телефонном звонке свекровь, Тамара Васильевна, как бы невзначай обронила, что Алиночке тесно в провинции и пора выходить на столичный уровень. Аппетиты младшей сестры мужа Дарья представляла слишком хорошо. В свои двадцать два года Алина успела бросить два колледжа, три недели поработать в спа-салоне и объявить себя творческой личностью в поиске личного бренда. Все её эксперименты неизменно оплачивали мать и старший брат.
Двухкомнатная квартира в кирпичном доме принадлежала Дарье. Родители вложили в неё накопления и деньги от бабушкиного дома, оформив дарственную на дочь ещё до свадьбы. Планировка была простой: их общая спальня и небольшая вторая комната, где Дарья оборудовала рабочий кабинет со столом, мониторами и узким гостевым диванчиком. Валера пришёл сюда три года назад с одной дорожной сумкой и чемоданом на скрипучих колесах. Дарья никогда не попрекала мужа метрами, а ремонт они делали дружно, но свою территорию она берегла строго.
– Мама приедет вместе с ней, – как бы между прочим добавил Валера, разглядывая ярлык на рукаве куртки.
Дарья отложила салфетку в сторону и опёрлась о дверной косяк:
– В каком смысле вместе с ней?
– Ну на первое время, Даш, – в голосе мужа зазвучали извинительные нотки. – Маме надо обустроить Алину и последить за её питанием, ведь у дочки слабый желудок. Она поживет у нас пару месяцев, пока девчонка не найдет стабильный доход. Заодно будет нам борщи варить, порядок наводить, так что тебе у плиты стоять не придется.
– То есть в моей двухкомнатной квартире будут жить четыре человека? – Дарья прищурилась. – И когда же вы это решили за моей спиной?
– Вчера вечером, просто мы не хотели тебя заранее волновать, ведь ты вечно остро реагируешь на пустом месте, – пробормотал Валера, отводя глаза.
В четверг в восемь утра на лестничной площадке раздался грохот сумок. Лифт в подъезде отключили на профилактику, но пять этажей пешком ничуть не убавили напора Тамары Васильевны. Она ввалилась в прихожую первой, шумно отдуваясь и благоухая ядрёными цветочными духами вперемешку с копченой колбасой.
– Хозяевам наше почтение! – зычно объявила свекровь, опуская на светлый ламинат две сумки и ведро с помидорами. – Ох, еле дотащили на пятый этаж, Валерка, принимай добро! Тут варенье, картошечка деревенская и тюль бабушкин на окна, а то у вас жалюзи какие-то казенные, словно в процедурном кабинете.
Следом вплыла Алина в темных очках, волоча розовый чемодан с оторванной ручкой.
– Привет, включите кондиционер, дышать нечем, – бросила золовка, даже не расстегивая сапог. – Где моя комната, и надеюсь, спальное место нормальное? У меня от жесткого матраса моментально шею сводит.
– Здравствуй, Алина, обувь сними у порога, пожалуйста, – спокойно произнесла Дарья. – И вещи в комнаты пока не заносите.
Тамара Васильевна уже деловито разматывала платок, оглядывая коридор хозяйским взглядом:
– Так, Дашенька, мы в поезде посовещались. Диванчик в твоем кабинете узковат, поэтому мы с дочкой займем вашу спальню с ортопедической кроватью. А вы с Валерочкой молодые, вам и на диванчике среди твоих компьютеров пару месяцев прекрасно переночевать.
Дарья перевела взгляд на мужа. Валера старательно рассматривал помидоры.
– Тамара Васильевна, вы спальню занимать не будете, – ровным голосом ответила Дарья. – И кабинет тоже.
В прихожей повисла тишина.
– Это как понимать? – свекровь медленно опустила руки. – Валера, что твоя жена себе позволяет? Мы всю ночь восемь часов в плацкарте на боковушках тряслись ради экономии, а нас с порога выставляют?
– Даша, ну прекрати этот цирк при людях, – нервно зашипел муж, хватая её за рукав свитера. – Мама с дороги устала, давай занесем сумки, выпьем чаю, а потом спокойно распределимся.
– Пройдемте на кухню, – Дарья аккуратно высвободила руку. – Разговор будет коротким, но очень конкретным.
На кухне Тамара Васильевна тут же начала хозяйничать, но натолкнулась на холодный взгляд невестки и отдернула пальцы. Алина плюхнулась на стул, уткнулась в экран телефона и громко зацокала ногтями по стеклу.
– Значит так, – начала Дарья, облокотившись на подоконник. – Валера забыл предупредить вас об одной важной детали. В этой квартире никто жить не будет ни два месяца, ни неделю, ни пару дней.
– Валера! – взвизгнула Алина, оторвавшись от смартфона. – Ты же сказал, что всё согласовано! Ты обещал, что я спокойно займу отдельную комнату под кушетку для наращивания ресниц, а мать будет на подхвате!
Свекровь удивленно захлопала глазами, уставившись на дочь:
– Какую еще кушетку под ресницы, ты же спать там собиралась?
Дарья усмехнулась, ведь клубок двойного вранья распутывался сам собой:
– Какая потрясающая картина, Валера наобещал каждой свою версию рая за мой счет. А моё рабочее место и наша спальня, видимо, должны были испариться по взмаху руки?
– Даша, подожди, не заводись, мы просто обсуждали варианты! – Валера залился густой краской до самых ушей. – Алина начинает дело, ей нужна клиентская база в центре. Не на улице же людей с улицы принимать, так что могла бы и войти в положение на пару месяцев!
– В моей квартире принимать посторонних клиенток с улицы? – Дарья покачала головой. – Ты превзошел сам себя, превратив жилой дом в проходной двор.
– А хоть бы и так! – злилась Тамара Васильевна, уперев руки в бока. – Мы одна семья, а семья обязана делиться, а не чахнуть над квадратными метрами! В наше время в коммуналках дружно жили. Мой сын пашет наравне с тобой, поэтому имеет полное право привезти в свой дом родную мать и сестру!
– В чей дом? – негромко спросила Дарья.
Этот короткий вопрос подействовал на свекровь отрезвляюще. Она осеклась, растерянно моргнула и покосилась на насупленного сына.
– В семейный дом, – уже менее уверенно буркнула Тамара Васильевна. – Вы законные супруги, и у вас всё должно быть общее.
– Не всё, – четко произнесла Дарья. – Эта квартира принадлежит мне по договору дарения, и ни один миллиметр здесь не является совместно нажитым имуществом. Валера здесь даже не зарегистрирован, он живет здесь исключительно на правах моего мужа. И раз мой муж втайне обещает чужое жилье под салон красоты, у нас назрели неразрешимые разногласия.
– Родственники для тебя пустое место?! – взревела свекровь, всплеснув руками. – Валера, ты слышишь, как она со мной разговаривает? Ты хозяин в семье или тряпка бессловесная, поставь её немедленно на место!
Валера стоял посреди кухни, сжимая кулаки. Вся его напускная уверенность сменилась глухой, обиженной злостью пойманного на лжи человека.
– Знаешь что, Даша, – дрожащим голосом выдавил муж. – Я думал, ты родной человек, а ты бессердечная эгоистка, которой квадратные метры дороже живых людей. Раз моя семья для тебя чужая, значит, и я тебе не нужен!
– Валера, обойдемся без дешевого пафоса, – спокойно ответила Дарья. – Гостиницы в городе работают круглосуточно. Я готова прямо сейчас оплатить Алине и твоей маме номер на трое суток в отеле у метро, чтобы они спокойно подыскали себе аренду. Это мой предел гостеприимства.
– Никаких гостиниц! – фыркнула Алина, демонстративно скривив губы. – Я в чужих номерах ночевать не нанималась, Валера, решай вопрос сам!
– Хватит! – рявкнул муж, решив пойти ва-банк ради спасения авторитета. – Раз ты ставишь вопрос ребром, ноги моей здесь не будет! Выбирай: или моя семья остается здесь на моих условиях, или я прямо сейчас собираю вещи и ухожу вместе с ними навсегда!
Он замолчал, победоносно уставившись на жену и ожидая слез с извинениями. Тамара Васильевна довольно сложила руки перед собой, предвкушая триумф.
Дарья молча вышла в коридор, открыла гардеробную и достала оттуда большой чемодан. Тот самый, с которым Валера переехал к ней три года назад.
Она легко подкатила чемодан к ногам мужа:
– Собирайся.
– Что? – лицо Валеры моментально вытянулось.
– Ты поставил жесткий ультиматум, а я сделала свой выбор. Собирай вещи, или тебе помочь снять куртки с вешалок?
– Валера, она же блефует! – испуганно пискнула Алина, пряча телефон в сумочку. – Куда мы сейчас пойдем на улицу с этими баулами?
Но пути к отступлению муж отрезал себе сам, подталкиваемый уязвленной гордостью.
– Прекрасно, с превеликим удовольствием! – нервно выкрикнул он. – Посмотрим, как ты запоешь через неделю в пустых хоромах, когда смеситель потечет!
Следующие полчаса превратились в торопливый фарс. Валера с грохотом распахивал дверцы, швырял джинсы и демонстративно вздыхал, пока свекровь металась следом, причитая о загубленной молодости сына. Алина уныло сидела на клетчатой сумке в прихожей и судорожно искала в приложении свободную машину.
Когда молния на чемодане с визгом застегнулась, Валера тяжело выпрямился. В прихожей стояли четверо, муж держал сумку за ручку, а в глазах его читалась неприкрытая растерянность от того, что его никто не останавливает. В порыве показного благородства он с силой швырнул свою связку ключей.
– Ну что, довольна? – хрипло бросил он у самого порога, ожидая, что она вернет ключи и попросит остаться. – Сломала семью из-за пустяка.
Дарья молча подошла к обувнице, взяла связку ключей и спокойно опустила её глубоко в карман своих домашних брюк:
– Семью сломало твоё вранье, Валера. Ты решил распорядиться чужим домом без спроса, наплел с три короба матери и сестре, а когда афера провалилась, попробовал взять меня на испуг. Так взрослые люди себя не ведут.
Тамара Васильевна первой засеменила к лестнице, волоча ведро с помидорами. За ней поплелась сердитая Алина с дорожным тюком. Валера замешкался на пороге, судорожно вглядываясь в лицо жены в надежде услышать спасительное слово.
Дарья смотрела прямо на него, сохраняя полное хладнокровие.
– Счастливого пути, Валера, и обязательно придержи тяжелую входную дверь в подъезде.
