— Ты серая моль, а не женщина! — Сергей брезгливо фыркнул на весь угловой столик ресторана «Веранда», глядя на мой строгий жемчужно-серый жакет и убранные в пучок волосы. — Годовщина нашей конторы, мы миллионный контракт закрываем, а ты притащилась с красными глазами и в своей бухгалтерской робе! Хоть бы у Альбины спросила, где нормальные вещи покупают!
Сидевшая напротив нас новая директриса по развитию Альбина в алом шелковом комбезе с глубоким вырезом снисходительно улыбнулась, покручивая ножку бокала с коктейлем:
— Сереженька, ну не будь таким строгим. Татьяне Николаевне просто некогда следить за трендами, она же у нас человек архивный. Сидит себе в таблицах, буковки сверяет.
Я медленно опустила меню на белую скатерть и посмотрела на мужа. Последние четверо суток я спала по три часа: в одиночку выверяла консолидированную финансовую отчётность агрохолдинга «Нива-Волга» на восемьсот страниц, чтобы завтра к одиннадцати утра выдать чистое аудиторское заключение для их кредитного комитета на один миллион восемьсот тысяч рублей.
— Этими таблицами, Сергей, оплачивается аренда твоего офиса и сегодняшнее празднование, — спокойно напомнила я. — И завтра в одиннадцать утра финансовый директор «Нивы-Волги» Константин Юрьевич приезжает за итоговым заключением с моей подписью.
— Ой, только не начинай снова набивать себе цену! — Сергей раздражённо махнул рукой и подлил Альбине вина. — «Моя подпись, мой аттестат»! Да без моей харизмы и без презентаций Альбины ни один крупный клиент в нашу сторону даже не посмотрел бы! Найти девочку, которая цифры в колонках сложит, можно по объявлению за тридцать тысяч, а лицо бизнеса — это я!
Альбина звонко рассмеялась, блеснув длинными серьгами:
— Точно, Сергей Андреевич! Главное — уметь подать компанию на уровне, а техническую рутину всегда можно делегировать на аутсорс.
— Слышала, Таня? — Сергей самодовольно откинулся на бархатную спинку дивана. — Так что закажи себе салат, сиди тихо и не порть нам с Альбиной праздничный вечер своим унылым видом. А завтра к десяти утра чтобы прошитая папка с печатью лежала у меня на столе!
Я молча взяла со стула свою сумку, в которой лежали моя именная круглая печать аудитора и токен квалифицированной электронной подписи, и поднялась из-за стола.
— Ты куда это собралась? — нахмурился Сергей. — Мы ещё горячее не заказали!
— Не хочу портить вам вечер своим архивным видом, — ровно ответила я. — Приятного аппетита.
Я вышла из ресторана на проспект, села в такси и поехала домой. Сергей, имевший за плечами только заочный диплом экономиста, совсем забыл, что его ООО «Орлов-Консалт» состояло в реестре саморегулируемой организации и имело право вести обязательный аудит только благодаря моему единому квалификационному аттестату номер ноль четыре — восемьдесят восемь двадцать один и двум моим университетским коллегам-пенсионеркам, оформленным в штат на четверть ставки под моё личное поручительство.
Прямо из такси я набрала номер старшей из коллег, Ларисы Викторовны.
— Лариса Викторовна, добрый вечер. Я завтра утром официально выхожу из штата фирмы Сергея и отзываю свой квалификационный аттестат из их карточки в СРО. Не хочу, чтобы ваше имя оставалось в пустой конторе.
— Правильно делаешь, Танечка, давно пора было перестать тащить его на себе, — сразу поддержала меня Лариса Викторовна. — Мы с Ниной сейчас же пришлём тебе сканы заявлений о расторжении наших договоров по собственному желанию.
Ровно в восемь тридцать утра я вошла в личный кабинет портала саморегулируемой организации аудиторов, прикрепила уведомления о выходе всех трёх аттестованных специалистов из ООО «Орлов-Консалт» и отозвала свой квалификационный аттестат. Уже в девять пятнадцать в государственном реестре напротив фирмы мужа загорелась красная отметка: «Деятельность приостановлена. Право выдачи аудиторских заключений аннулировано».
Следом я позвонила финансовому директору агрохолдинга «Нива-Волга» Константину Юрьевичу.
— Константин Юрьевич, доброе утро. Это Татьяна Николаевна Орлова. Сегодня утром я и оба моих специалиста официально вышли из штата ООО «Орлов-Консалт», а мой аттестат отозван из реестра компании, поэтому подписывать заключение от имени фирмы Сергея Андреевича я не буду.
— Татьяна Николаевна, но у нас в полдень кредитный комитет в банке на триста миллионов! — встревожился он. — Нам нужна ваша подпись и ваш номер аттестата в реестре, мы ведь шли на договор только под вашу личную экспертизу. Сам отчёт готов?
— Отчёт полностью готов, и у меня открыт действующий статус индивидуального аудитора в СРО под тем же номером аттестата. Если ваш юрист переоформит прямой договор со мной, я зарегистрирую официальное заключение к одиннадцати часам.
— Отлично! — без колебаний решил Константин Юрьевич. — Но сначала я в десять тридцать заеду в офис вашего супруга на Покровской. Хочу посмотреть, как он собирается сдавать нам отчёт без единого аудитора в штате, и вручить требование о возврате девятисот тысяч рублей аванса. Подъезжайте туда к десяти сорока пяти, прямо при нём подпишем контракт с вами.
Когда в десять сорок пять я вошла в стеклянный переговорный зал офиса ООО «Орлов-Консалт», Сергей в отглаженном костюме и Альбина с подносом кофе стояли перед строгим Константином Юрьевичем. На столе лежала распечатанная из черновиков папка отчёта, на титульном листе которой красовался кривой синий оттиск резинового штампа-факсимиле с моей старой подписью.
— Константин Юрьевич, да я вам гарантирую, всё по высшему разряду! — бодро вещал Сергей, не замечая меня в дверях. — Татьяна Николаевна сегодня с утра просто приболела, горло простудила, но ночью всё сверила и поручила мне передать вам готовый экземпляр! Можете смело везти в банк!
— Смело везти в банк поддельное факсимиле без гербовой печати аудитора и без номера регистрации в реестре СРО? — негромко спросила я, проходя к столу.
Сергей резко обернулся. Альбина чуть не уронила кофейную чашку на свой белый жакет.
— Таня?! — прошипел Сергей, мгновенно меняясь в лице. — Ты чего приехала? Я же сказал, я сам проведу встречу с клиентом!
— Я приехала по приглашению Константина Юрьевича, Сергей, — спокойно ответила я, выкладывая на стол распечатку из государственного реестра от девяти утра. — Чтобы ты случайно не попал под статью за использование подложного штампа на официальном финансовом документе.
Константин Юрьевич развернул экран своего планшета к Сергею и постучал пальцем по красной строке:
— Сергей Андреевич, час назад служба безопасности нашего банка проверила карточку ООО «Орлов-Консалт» в реестре казначейства и СРО. С девяти пятнадцати утра в вашей фирме числится ноль аттестованных аудиторов, а действие вашей лицензии в реестре приостановлено. Бумага, которую вы мне сейчас подсунули с резиновым штампом вашей жены, — это пустышка, с которой нас из банка выставят за пять минут.
Лицо Сергея пошло багровыми пятнами. Он метнул на меня бешеный взгляд и шагнул через переговорную:
— Ты что натворила, Татьяна?! Ты зачем свой аттестат из фирмы отозвала?! Немедленно зайди в личный кабинет и верни всё обратно хотя бы на три дня, пока банк их отчёт не примет!
— Зачем же тебе аттестат серой моли, Сергей? — спросила я. — Ты ведь вчера в ресторане объяснил мне и Альбине, что девочку для сложения цифр можно найти по объявлению за тридцать тысяч, а весь бизнес держится на твоей харизме и её презентациях. Вот и подпишите аудиторское заключение презентацией Альбины.
— Да я же просто выпил лишнего в ресторане! — закричал Сергей, хватая меня за руки. — Таня, я по-человечески прошу, не сходи с ума! Ты же сильная, ну потерпи ради общего дела, мы же одна семья!
— Руки уберите от Татьяны Николаевны, — жёстко оборвал его Константин Юрьевич, поднимаясь из кресла и кладя на стол официальное уведомление о расторжении договора. — Поскольку ООО «Орлов-Консалт» утратило законное право на проведение обязательного аудита в день сдачи работ и попыталось вручить заказчику фальсифицированный титульный лист, агрохолдинг «Нива-Волга» расторгает контракт. Вы обязаны вернуть девятьсот тысяч рублей полученного аванса и выплатить сто восемьдесят тысяч рублей договорного штрафа в течение трёх банковских дней.
Сергей медленно опустился в кожаное кресло руководителя и схватился руками за голову:
— Константин Юрьевич… Как за три дня? У меня на расчётном счёте сейчас всего двести сорок тысяч осталось! Мы же из вашего аванса четыреста пятьдесят тысяч за квартальную аренду этого пентхауса заплатили и двести десять тысяч Альбине за ребрендинг и корпоративный банкет перевели!
— Значит, продадите свою машину или взыщете деньги за ребрендинг со своей сотрудницы, — сухо ответил Константин Юрьевич и повернулся к Альбине, которая уже бочком пятилась к выходу из переговорной.
— А я тут вообще ни при чём! — торопливо выпалила Альбина, прижимая к груди сумочку. — Мои услуги по дизайну и организации вечера оказаны по акту, я ничего возвращать не обязана! Сергей Андреевич, раз у вас лицензию отобрали, мне в вашей конторе делать нечего!
Дверь за ней захлопнулась так быстро, что в коридоре звякнули стеклянные перегородки.
Прямо за этим столом мы с Константином Юрьевичем подписали прямой договор на один миллион восемьсот тысяч рублей со мной как с индивидуальным аудитором, и я зарегистрировала заключение в реестре. Вечером я подала на развод, а через два месяца открыла собственное аудиторское бюро, пока Сергей распродавал офисную мебель из пентхауса, чтобы погасить миллионный долг перед агрохолдингом.
